Давид с короткой пращой

Казахстанские власти не располагают инструментарием, необходимым для эффективного регулирования инфляционных процессов

Давид с короткой пращой

В начале июля глава Нацбанка РК Григорий Марченко заявил, что не исключает в ближайшей перспективе понижения прогноза по инфляции в 2009 году. «Сейчас, конечно, есть определенные посылы, чтобы его пересмотреть в сторону понижения, но мы все-таки подождем августа, а потом уже можем пересмотреть этот прогноз по инфляции. Пока он остается 9%», – заявил он. При этом в начале года независимые наблюдатели прогнозировали, что показатели инфляции по году будут значительно выше – аналитики АТФ Банка в минувшем марте предсказывали, что инфляция за год составит 12,6% (с учетом февральской девальвации), а Агентство по статистике тогда же давало прогноз о том, что уровень цен может взлететь на 13%. Неудивительно, ведь анализ промежуточного и конечного потребления в межотраслевом балансе (на примере 2007 года) показывает, что прямое влияние девальвации на цены при том же объеме физического потребления увеличивает индекс потребительских цен на 9,6%. Однако по факту инфляционный механизм начал остывать. По итогам июня годовые темпы инфляции уже заметно замедлились и составили 7,6% против 9,5% в декабре прошлого года (месячная инфляция – 0,4%, а с начала года – 3,9%).

Курс и цены

Говоря о росте индекса потребительских цен (ИПЦ) в нашей стране, сразу же стоит сказать, что инфляция в РК во многом зависит от колебаний курсов валют и мировых цен. Еще бы – ведь доля импортной составляющей в конечном потреблении в РК (с учетом промежуточного потребления импортных ресурсов) составляет, по нашим расчетам, немногим более 38,3% (в конечном потреблении – 19,9% без учета импортной составляющей в товарах отечественного производства).

В сентябре прошлого года глава Мин-экономики и бюджетного планирования РК Бахыт Султанов заявлял, что при сохранении курса нацвалюты на уровне 124 тенге за доллар рост потребительских цен в 2009 году составит 7,5–9,5%. С учетом девальвации тенге можно было бы прогнозировать рост до 12,6–14,6%, что уже близко к постдевальвационным прогнозам банковских аналитиков и статагентства. Чем в таком случае объясняется снижение темпов инфляции, о котором говорилось выше? Вероятно, прежде всего снижением темпов роста мировых цен. По данным Всемирного банка, рост ИПЦ в странах «большой семерки» замедляется с 2,9% в 2008 году до 0,4% в нынешнем. А Европа, например, уже столкнулась с дефляцией в 0,1% за июнь.

Риск как орудие производства

При разработке своей денежно-кредитной политики (ДКП) Нацбанк РК опирается в первую очередь на так называемую модель трансмиссионного механизма. Она учитывает среди экзогенных переменных, влияющих на нашу инфляцию, индекс цен импортных поставок продукции и уровень цен на нефть (определяющие состояние платежного баланса страны). Но при этом не учитываются экспортные цены на казахстанскую продукцию. Между тем в условиях открытой экономики ситуация на внешних рынках экспортных товаров во многом определяет цены внутренние. Так, если учесть цены на продукцию сельского хозяйства, то каждый процент среднегодового индекса ее цен увеличивает совокупный ИПЦ на 0,2%.

Другая особенность трансмиссионной модели состоит в том, что ее использование оправданно лишь в случае стабильной экономики, не подвергающейся различного рода шокам. Для сглаживания подобных шоков в ней предусмотрены компенсационные переменные, в частности нивелирующие события 1999 года при переходе к плавающему курсу национальной валюты и события 2005 года при укреплении доллара США на мировых рынках. С математической точки зрения использование таких коэффициентов оправдано требованиями сходимости модели. Однако чем теснее экономика Казахстана интегрируется с мировой, тем более она становится уязвима к резким колебаниям экономической конъюнктуры. Поэтому наряду с классическими моделями прогнозирования в аналитическом арсенале Национального банка пора появиться и «шоковым» моделям, оценивающим вероятность реализации тех или иных неконтролируемых (внешних) рисков, а также последствия такой реализации. Без этого борьба Национального банка с инфляцией напоминает борьбу Давида с Голиафом. Вот только ремень пращи слишком короток. И надеяться на то, что нашу инфляцию сдержит мировой рынок, не стоит. Если продолжится наметившееся оживление мировых рынков, можно ждать и роста цен на импортные товары. Banc of America Securities – Merrill Lynch в начале июля повысил прогноз мировой инфляции на этот год на 0,1% до уровня в 1,5%. При этом Всемирный банк ожидает, что инфляция в России, являющейся нашим главным внешнеторговым партнером и основным поставщиком товаров, составит по итогам года 11–13%. Это значит, что уже к осени этого года цены на импортные поставки продукции в Казахстан могут вернуть значительную часть утраченных позиций, и в этом случае удержать инфляцию в рамках 9%, вероятно, не удастся. Таким образом, вопрос, какой будет инфляция в РК, вновь будет определяться не правительством и не Нацбанком, а неконтролируемым нами мировым рынком. А наш Нацбанк пока, очевидно, не способен ни предсказать показатели инфляции, ни повлиять на них.

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?

Тема недели

Доктор Производительность

Рост производительности труда — главная цель, вокруг которой можно было бы построить программу роста национальной экономики