Товарный якорь для мировой валюты

Наднациональная валюта, привязанная к стоимости корзины биржевых товаров, – утопия или шанс разрешить противоречия сегодняшней мировой валютной системы?

Товарный якорь для мировой валюты

Текущий кризис привел к определенному консенсусу об исчерпании возможностей эффективного развития мировой валютной системы, основанной на долларе США. Появились предложения о введении новой, наднациональной валюты. Однако, скорее всего, выход мировой экономики из кризиса снизит интенсивность поисков новых вариантов развития мировой валютной системы. На сегодняшний день наиболее вероятным представляется сценарий продолжения постепенного превращения моновалютной системы, основанной на долларе, в поливалютную, основанную на корзине из большего числа резервных валют. Есть небольшая (процентов 20–30) вероятность реализации проекта введения в качестве наднациональной валюты модернизированных специальных прав заимствований МВФ.

Однако оба эти варианта организации мировой валютной системы представляются нам неэффективными. Анализ текущего кризиса приводит к пониманию: глобальный рынок должен предполагать глобальную справедливость, справедливость для всех, понимаемую как баланс интересов всех участников экономической деятельности.

Подлинно глобальный мир может развиваться только при условии глобального консенсуса. Поэтому в повестке дня сегодня – выбор между решениями, эффективными с точки зрения «золотого миллиарда», и глобально справедливыми решениями, эффективными для всех, в том числе для стран развивающегося мира. Первые ведут к накоплению диспропорций, усилению конфронтаций, вторые будут обеспечивать гармоничное развитие человечества.

Для этого необходим переход к принципиально новой системе организации всех составных частей мирового рынка капитала, в том числе мировой валютной системы. Какой должна быть эта система? Для ответа нам нужно понять: 1) природу нынешней мировой валютной системы, 2) закономерности ее изменения в прошлом, 3) какие варианты существования мировой валютной системы возможны, 4) какой вариант в наибольшей степени соответствует потребностям мировой экономики.

Эволюция валютных систем

Схематично историю изменения стандартов валютных систем мира можно представить следующим образом: 1) серебряный стандарт; 2) золотой стандарт; 3) золотовалютный стандарт (его еще именуют золотодевизным, подразумевающим фиксацию золотого содержания нацвалюты, но не предполагающим ее обмен на золото в этой пропорции); 4) моновалютная система; 5) поливалютная система.

Первые два этапа характеризовали развитие национальных валютных систем. В каких-то странах денежная система опиралась на серебро, в каких-то – на золото. Вступление той или иной страны в эти этапы, как правило, совпадало с формированием устойчивых государственных образований (с XVI по XIX век), их окончание последовало за переходом капиталистических стран к расширенному воспроизводству. Третий этап характерен как для национальных валютных систем развитых государств, так и для глобального валютного порядка. Последние два этапа характеризуют развитие стандартов глобальной валютной системы.

Считается, что отказ от золотого стандарта был предопределен интересами государств, стремившихся увеличить свои расходы. Однако, как представляется, причина лежит глубже: золотой стандарт не вполне соответствовал потребностям эпохи расширенного воспроизводства, когда деньги стали рассматриваться как инвестиционный ресурс. Деньги превращались в инвестиции, обеспечивавшие расширение производства, благодаря пониманию, что доллар сегодня и доллар завтра имеют разную стоимость.

Формирование зачатков глобальной валютной системы связано с соглашениями, достигнутыми в Бреттон-Вудсе в 1944 году, которые ознаменовали переход к общемировому золотовалютному стандарту. Золотовалютный стандарт начал формироваться на национальном уровне в Великобритании в 30-х годах, но он уже не мог быть только национальным. Присоединение США к процессу отказа от обмена национальной валюты на золото с сохранением формального золотого паритета (содержания) сделало его глобальным. Произошедший в 1971 году отказ США от формально сохранявшейся привязки доллара к золоту стал концом золотовалютного стандарта и переходом к моновалютной (долларовой) глобальной системе, юридически оформленной Ямайским соглашением 1976 года.

Современная глобальная валютная система является переходной от моновалютной к многовалютной. Текущий кризис неизбежно ускорит этот переход. Во время кризиса ярко проявилась дуалистичная природа американского доллара, который одновременно является национальной валютой США и мировыми деньгами. Было отмечено нарастание противоречия между функциями доллара как национальной валюты и как международной валюты. Самый простой пример в данном случае – проведение США политики, следствием которой (а рентоспособности национального производителя) является снижение курса доллара. Мировые деньги в ситуации кризиса должны, напротив, повышать свой курс, выступая в качестве убежища для глобального капитала.

Кроме того, доллар не выполняет в должном объеме функцию сохранения стоимости, формируя для инвесторов риски более высокие (рост волатильности, увеличение рыночного риска), чем риски инвестирования в товарные запасы, в том числе в драгоценные металлы. Процесс курсообразования доллара зависит от интересов США и никак не учитывает интересы глобальной экономики и глобального финансового рынка.

Стало очевидно: отдельная национальная валюта не в состоянии выполнять функции глобальной валюты, по крайней мере после достижения высокого уровня глобализации экономики и финансов.

Двухвалютная система на основе доллара и евро – это та ближайшая цель, к которой в настоящее время движется глобальная валютная система. Хотя по объему находящихся в обращении международных облигаций и инструментов денежного рынка евро уже опережает доллар (см. таблицу), доля евро в обороте мирового валютного рынка и в структуре международных резервов стран все еще серьезно уступает доллару (см. график).

Формирование мировой валютной системы, основанной на корзине валют, снижает ее риски уже в силу самой диверсификации. Такая система гораздо меньше связана с интересами одной страны, но все еще сильно зависит от сиюминутных интересов ряда крупнейших государств, что не соответствует условиям разрешения цивилизационного кризиса.

Развилка

Мы рассмотрели семь вариантов развития мировой валютной системы в ближайшие 10–20 лет:

  • золотой стандарт;
  • моновалютная система на основе доллара;
  • двухвалютная система на основе доллара и евро;
  • поливалютная система на основе относительно большого количества основных резервных валют;
  • система, предполагающая создание единой мировой резервной валюты, в качестве которой выступают специальные права заимствования;
  • система, основанная на региональных валютах и региональных эмиссионных центрах;
  • многотоварный стандарт.

Следует отметить, что предложения России к Лондонскому саммиту G20 в апреле нынешнего года содержали идею поручить МВФ (или специально уполномоченной рабочей группе «двадцатки») подготовить исследования двух сценариев развития глобальной валютной системы, которые Россия считает основными: создание поливалютной системы и создание резервной мировой валюты на основе специальных прав заимствования.

Среди перечисленных вариантов два являются возвратом к прошлому – золотой стандарт и моновалютная система на основе доллара, вероятность которых представляется нам достаточно низкой. Здесь необходимо заметить, что активная пропаганда возврата к золотому стандарту, ведущаяся в средствах массовой информации Германом Стерлиговым, на самом деле, учитывая характеристики предлагаемой им системы глобальных расчетов в целом, является агитацией за переход к более справедливому ценообразованию с привлечением всего многообразия производимых товаров, что, на наш взгляд, идеологически гораздо ближе к многотоварному стандарту.

Двухвалютная система и поливалютная система – это тот тренд, который естественным образом вытекает из предыдущего развития. Однако данные пункты эволюционного развития не только не препятствуют накоплению диспропорций, но, напротив, активно этому способствуют.

В трех вариантах архитектуры глобальной валютной системы из семи рассмотренных выше возникает новая мировая резервная валюта.

В настоящее время наиболее вероятным вариантом формирования мировой резервной валюты является система, основанная на специальных правах заимствования МВФ. Серьезное преимущество этого варианта – его поддержка Китаем. Председатель Народного банка Китая Чжоу Сяочуань произвел сенсацию перед Лондонским саммитом G20, заявив, что специальные права заимствования МВФ должны заменить доллар в качестве мировой резервной валюты. Из наиболее авторитетных мировых финансистов поддержку этому варианту оказал Джордж Сорос.

Специальные права заимствования (Special Drawing Rights – SDR/СДР) – международный резервный актив, созданный Международным валютным фондом в 1969 году как дополнение к существующим официальным резервным активам стран – членов МВФ. Его появление в значительной мере было следствием представления о том, что растущая интернационализация национальных экономик требует введения наднациональной денежной единицы. Поэтому сегодняшние идеи об использовании СДР в качестве мировых денег есть в определенном смысле «возвращение к истокам». Курс СДР рассчитывается на основе корзины ключевых мировых валют. На период 2001–2005 годов состав корзины для расчета курса СДР был определен в следующих пропорциях: доллар США – 45%, евро – 29%, иена – 15%, фунт стерлингов – 11%. Таким образом, переход от доллара к СДР лежит в русле перехода к поливалютной системе в целях ухода от рисков доллара США за счет некоторой диверсификации.

Попытки формирования региональных валют уже неоднократно предпринимались. Одна из них завершилась успешно: в Европе была создана новая свободно конвертируемая валюта евро, являющаяся типичной региональной. Успех введения евро основан на тесной экономической интеграции стран Западной Европы, унификации их валютных, бюджетных и иных регулятивных режимов.

Другие варианты введения региональных валют пока остаются проектами с крайне невысокой вероятностью их реализации в ближайшей перспективе. Анализ четырех наиболее часто упоминаемых проектов введения единой региональной валюты (стран Персидского залива, стран Юго-Восточной Азии, стран Боливарианской альтернативы, единой африканской валюты) позволил сделать вывод о том, что все планы создания какой-либо региональной валюты – скорее пиар-акции, нежели что-то большее, заслуживающее хоть какого-то внимания.

Нигде нет тех предпосылок для интеграции, которые складывались в Европе более ста лет, нигде не проведена работа по унификации регулирования и сближению макроэкономических параметров. Состав потенциальных консорциумов, эмитирующих ту или иную региональную валюту, часто меняется, различные страны принимают участие в нескольких таких консорциумах. Существуют проекты, вероятность реализации которых в долгосрочной перспективе отлична от нуля, однако в целом вариант перехода мировой валютной системы к существованию на основе региональных валют мы считаем маловероятным, почти невозможным. Многие эксперты оценивают этот вариант еще менее оптимистично. Так, экс-зампред ЦБ Александр Хандруев называет его чистой утопией.

Мультитоварный стандарт

В качестве одного из вероятных, и более того – предпочтительных, вариантов формирования посткризисной глобальной валютной системы мы считаем многотоварный стандарт, который не указывался до сих пор другими экспертами. Под многотоварным стандартом мы понимаем систему, основанную на единой мировой валюте, расчет курса которой по отношению к национальным валютам осуществляется исходя из достаточно широкого перечня общепризнанных (как правило, биржевых) цен товаров.

При этом мы исходим из следующих соображений.

Первое. Единая мировая валюта должна быть свободна от национальных интересов, национальных рисков и национальных особенностей формирования цены национальных денежных единиц. Это означает необходимость уйти от стандартов мировой валютной системы, основанных на национальных валютах. В отличие от СДР, многотоварный стандарт использует не корзину валют, а корзину биржевых товаров.

Использование корзины биржевых товаров автоматически исключает какие-либо мотивы субъективного или национального характера при формировании курса валюты. Объем валюты в обращении, который сегодня определяется исходя из национальных целей кредитно-денежного регулирования, в рамках многотоварного стандарта будет определяться исключительно спросом глобальных инвесторов, с одной стороны, и наличием обеспечения – с другой.

Второе. Единая мировая валюта должна быть надежной. В кризисные моменты развития мировой экономики инвесторы перераспределяют свои вложения в пользу наиболее надежных валют, золота и других драгоценных металлов, а также запасов наиболее ликвидных биржевых товаров. В условиях резкого ослабления надежности национальных валют естественным убежищем инвесторов остается набор товаров, включающий в себя в качестве существенной составной части золото и другие драгоценные металлы.

С этой точки зрения многотоварный стандарт предлагает инвесторам заведомо более надежный инструмент, чем существующие инструменты размещения резервов. Следует учесть, что в реальности валютные резервы размещаются не в наличную валюту, а в государственные облигации стран, эмитирующих данную валюту, надежность которых основана исключительно на честном слове правительств этих стран.

Единая мировая валюта многотоварного стандарта в этом плане заведомо более надежна, так как в условиях многотоварного стандарта резервы будут размещаться в обязательства, обеспеченные товарными запасами. Кроме всего прочего, это означает, что единая мировая валюта многотоварного стандарта не будет подвержена инфляции.

Конкретные механизмы и институты товарного обеспечения государственных долговых обязательств потребуют, видимо, многолетней проработки. Будут ли приниматься во внимание только имеющиеся в наличии товарные запасы или будет учитываться также и наличие полезных ископаемых, в отношении которых существуют международно признанные обязательства их добычи, переработки и поставки на рынок? Как будет происходить движение от национальных долговых обязательств к наднациональным? Достаточно ли будет только стандартов прозрачности для надзора над наличием обеспечения или потребуются специальные институты, в том числе система глобально территориально распределенных и вненационально охраняемых, управляемых и контролируемых складов? На все эти вопросы сейчас нет ответов, но я надеюсь, что в ходе дискуссии будут найдены хотя бы подходы к получению таких ответов.

С учетом этого можно говорить о возврате к лучшим качествам золотого стандарта, утраченным в ходе перехода к системам, основанным на национальных валютах. Однако это происходит на новом витке спирали развития, это не возврат к золотому стандарту, а учет всего лучшего, что было в ранее существовавших валютных системах. Если наднациональная валюта будет рассчитываться на основе представительной корзины биржевых товаров – золото, серебро, нефть, металлы, зерно, – то она соединит в себе достоинства и золотого стандарта, и валютного. Произойдет «заземление» глобальной валютной системы, но на новом уровне.

Единая мировая валюта, курс которой основан на товарных ценах, способна устранить перекосы в распределении мирового капитала, мирового богатства и мирового дохода, которые способствуют накоплению фундаментальных глобальных противоречий и развитию цивилизационного кризиса. В условиях многотоварного стандарта все страны смогут напрямую участвовать в конкуренции за мировой капитал, апеллируя непосредственно к инвесторам, оперирующим на глобальном рынке. В этих условиях существенно снизится значение субъективных оценок рейтинговых агентств и агентств, предоставляющих оценки инвестиционной привлекательности, а сами эти оценки будут значительно более обоснованными.

Третье. Единая мировая валюта должна реализовывать функции всеобщего эквивалента. Именно благодаря этому серебро и золото становились основами валютных систем. Валюта многотоварного стандарта свободна от ограничений и недостатков драгоценных металлов как вариантов всеобщего эквивалента, но способна выполнять все те функции всеобщего эквивалента, которые выполняли серебро и золото.

Теоретически многотоварный стандарт представляется почти безупречным. Но известно, что многие хорошие задумки неосуществимы вследствие какой-нибудь одной практически не реализуемой детали. Поэтому мы сегодня предлагаем экспертному сообществу обсудить возможность и полезность перехода мировой валютной системы к многотоварному стандарту, а также технические детали реализации последнего.

Статья подготовлена по материалам доклада «Финансовая архитектура посткризисного мира: эффективность решений», составленного Институтом посткризисного мира.

[inc pk='180' service='table']