О чем молчали в Актау

Среднеазиатские президенты в очередной раз поддержали своего молодого российского коллегу Дмитрия Медведева

О чем молчали в Актау

Президенты – люди занятые, поэтому график их международных встреч и визитов расписан на месяцы вперед. На этих встречах они обычно не обсуждают вопросы, заявленные в повестке дня, а лишь фиксируют договоренности, которые были ранее достигнуты рабочими группами. Они подписывают соглашения, тексты которых были давным-давно согласованы и приберегались как раз для того, чтобы внести в протокольную встречу глав государств созидательные мотивы расширения правовой базы двустороннего сотрудничества.

Если встреча проходит срочно, без предварительной экспертной проработки и протокольной подготовки, значит, на то есть серьезные причины. Если одну из прикаспийских стран на внезапный саммит не приглашают, это значит, что она на нем лишняя. Но необязательно потому, что от нее что-то скрывают или пытаются что-то решить за ее спиной. Если содержанием саммита является осмотр нового пассажирского терминала в аэропорту, а также беседа на такую отвлеченную тему, как предстоящая встреча G20 в Питтсбурге, следует предположить, что саммит этот был предназначен для чего-то иного.

Статус – вечная тема Каспия

Встречи казахстанского и российского президентов в Оренбурге, Актау и Туркменбаши 11–13 сентября были подготовлены и проведены в рамках операции по восстановлению российского контроля над центральноазиатским газом.

Но встреча в Актау была объявлена неформальным саммитом четырех прикаспийских государств – Казахстана, Азербайджана, России и Туркменистана. Пятую прикаспийскую страну – Иран на встречу не позвали. Поэтому тема правового статуса Каспия сопровождала и недолгую подготовку, и скомканное проведение встречи в Актау. Правда, глаголы употреблялись исключительно в отрицательной форме. За несколько дней до саммита официальный представитель казахстанского МИДа Ержан Ашикбаев заявил, что тема статуса Каспийского моря на саммите подниматься не будет. С этих же слов начал свое выступление и хозяин саммита Нурсултан Назарбаев, добавив, что такой вопрос можно обсуждать лишь с участием Ирана.

Но то, что встреча «без галстуков» проходит в необычно суженном формате, не осталось без внимания страны, где и президент, и все граждане галстуки не носят в принципе. Министр иностранных дел Ирана Манучехр Моттаки на встрече с недавно назначенным послом Казахстана в Тегеране Нурбахом Рустемовым заявил, что саммит «противоречит предыдущим договоренностям, согласно которым пять прикаспийских государств договорились, что любое решение по водным путям должно приниматься с участием всех соседних стран». Данная встреча, по словам министра, «противоречит национальным интересам Ирана».

Реакция Ирана была неоправданно жесткой и почти агрессивной, но основания для подозрений своих соседей в сепаратных переговорах у Тегерана были. До сих пор единственным переговорным механизмом является специальная рабочая группа по разработке Конвенции о правовом статусе Каспийского моря на уровне заместителей министров иностранных дел прикаспийских государств. Фактически решается вопрос о разделе моря между прикаспийскими странами. Вопрос этот оказался крайне сложным, причем на концептуальном уровне позиция Ирана радикально расходится с подходами постсоветских стран. Иран считает возможным лишь два варианта раздела моря – поровну, то есть по 20% каждой из пяти прикаспийских стран, или пополам (половина – Ирану, половина – всем остальным, рожденным в СССР).

Член комитета по безопасности и внешней политике парламента Ирана Хишматулла Фалахатпише заявил: «Иран серьезно отреагирует на какое-либо решение, принятое этими четырьмя государствами в отношении Каспийского моря, потому что в настоящий момент все ресурсы Каспийского моря принадлежат всем пяти странам, включая Иран, поэтому любое решение относительно Каспия должно приниматься совместно». Поскольку Иран не приглашен на встречу четырех прикаспийских государств, он имеет право подать жалобу в международные организации. Это следует из советско-иранских договоров 1920 и 1941 годов, а только они одни определяют сегодня правовой статус Каспия, считают в Тегеране.

Трудно сказать, планировалось ли изначально обсуждать в Актау каспийские вопросы, но то, что правовой статус Каспия Казахстан и Россию интересует сегодня мало, это бесспорно. Можно даже предположить, что отсутствие Ирана на встрече в Актау было вызвано как раз тем, что обсуждать на ней ничего не собирались, а присутствие Ирана неизбежно наполнило бы ее определенным содержанием. Ведь вписаться в хорошо знакомый и понятный постсоветской элите политический дискурс иранцы не способны. Обязательно выступили бы с заявлением о своем праве на мирный атом, чем привлекли бы к актауским неформалам ненужное внимание Вашингтона. А встреча эта была затеяна для того, чтобы создать у ее участников ощущение партнерства и даже дружбы, как минимум. Азербайджану обсуждать на ней было нечего, но все прекрасно понимающий Ильхам Алиев не счел за труд прилететь на часок в Актау.

Плечо друга

Нельзя сказать, чтобы у Актау, тем более у Оренбурга не было своих самостоятельных целей и задач, но с точки зрения конечного пункта поездки Дмитрия Медведева – порт Туркменбаши – они выполняли важную подготовительную и вспомогательную работу. Сначала – запланированный успех встречи в Оренбурге, на которой в числе прочих обсуждаются и энергетические вопросы. Затем казахстанский и российский президенты перевозят атмосферу и ауру партнерства и взаимной поддержки в Актау, где втягивают в нее туркменского президента (азербайджанский президент прилетает на часок для поддержки, а иранский в такой ситуации просто лишний). А затем наступает главный этап – попытка восстановить нарушенную (отчасти взрывом на газопроводе, отчасти – жадностью и эгоизмом «Газпрома») поставку туркменского газа в Россию.

Казахстанская поддержка российского президента началась еще в Оренбурге, где 11 сентября прошел шестой казахстанско-российский форум межрегионального сотрудничества. Министр энергетики и минеральных ресурсов Сауат Мынбаев сообщил, что идея Прикаспийского трубопровода жива и даже демонстрирует намерение материализоваться. Во-первых, напомнил министр, в мае этого года казахстанский парламент ратифицировал соглашение о строительстве Прикаспийского газопровода, подписанное Казахстаном, Россией и Туркменией в декабре 2007 года в Москве. А к концу этого года будет завершено технико-экономическое обоснование проекта.

Напомним, что строительство Прикаспийского газопровода планировалось начать в 2009 году, а транспортировку по нему – с 2012 года. Мировой экономический кризис внес свои коррективы в сроки реализации проекта. Но неизменной останется протяженность – около 1700 км, из них около 500 км пройдет по туркменской, а около 1200 км – по казахстанской территории. Ожидается, что по этой системе будет поставляться в Россию до 30 млрд кубометров газа в год из Туркменистана и до 10 млрд кубометров в год – из Казахстана.

Словно памятник надежде

Визиты российского президента в страны Каспийского региона, дополняемые при необходимости визитами главы российского правительства, в последнее время были главным инструментом Кремля для защиты своих интересов – преимущественно энергетических. Последние визиты Дмитрия Медведева в Актау и Туркменбаши заставляют задуматься над тем, не является ли этот инструмент единственным оставшимся в распоряжении Кремля.

Российскому президенту пришлось в очередной раз выступить защитником интересов «Газпрома». Он обсудил с Гурбангулы Бердымухамедовым возможность и условия возобновления поставок туркменского газа в Россию. Они были прекращены в апреле после взрыва на газопроводе Средняя Азия – Центр (САЦ). Выявить виновника взрыва не удалось, однако с тех пор подача газа в Россию не возобновлялась. Все это выглядело как давление со стороны «Газпрома», добивавшегося изменения столь любимого им когда-то долгосрочного соглашения, по которому цена на туркменский газ была 300 долларов за тысячу кубометров.

По итогам встречи туркменский президент сообщил, что ценообразование на туркменский газ для «Газпрома» будет осуществляться по соответствующей формуле. Это можно интерпретировать как готовность обсуждать с Россией эту формулу. По словам помощника президента по внешним связям Сергея Приходько, «в ближайшие недели состоятся контакты по линии «Газпрома» с компетентными организациями Туркменистана для согласования параметров продолжения сотрудничества».

Чтобы оставить у гостя приятные воспоминания о туркменской земле, Гурбангулы Бердымухамедов сделал своему российскому коллеге по-восточному щедрый и многозначительный подарок. В придачу к неизбежному ахалтекинцу Дмитрий Медведев получил соглашение о разделе продукции на одном из туркменских нефтяных месторождений, подписанное между российской компанией «Итера» и Государственным агентством по управлению и использованию углеводородных ресурсов при президенте Туркменистана. В Кремле этот подарок с готовностью восприняли как символ надежды на торжество взаимопонимания и возобновление сотрудничества.

Статьи по теме:
Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности

Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом