Евросоюз желтой сборки

Страны Восточной Азии в очередной раз продемонстрировали всему миру перспективы развития регионального сотрудничества при отсутствии единства среди участников

Евросоюз желтой сборки

Если у кого-то возникают вопросы относительно будущего Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ), Евразийского экономического сообщества, Шанхайской организации сотрудничества или иной международной структуры, действующей в Центральной Евразии, он может взглянуть на Восточную Азию. Различия будут лишь во временных и географических деталях. Суть интеграционных процессов будет одинакова. И они, и мы пытаемся создать подобие Евросоюза из элементов, абсолютно не похожих на европейские.

Трудные встречи

15-й саммит Ассоциации стран Юго-Восточной Азии (Association of South East Asia Nations, АСЕАН) и четвертый Восточноазиатский саммит должны были состояться в Бангкоке 17 декабря 2008 года. Однако из-за массовых беспорядков, которыми был охвачен Таиланд, саммиты неоднократно откладывались, а место проведения переносилось то в Чиангмай, то в Патайю, то в Пхукет.

В конце концов участники несостоявшихся встреч собрались в конце минувшего октября в Таиланде, в маленьком курортном местечке Хуа Хин в 200 километрах южнее столицы страны. Там прошла целая серия саммитов стран Восточной Азии. Формат встреч на высшем уровне был различен, но его локомотивом во всех случаях была АСЕАН. Созданная в 1967 году при поддержке США как заслон на пути распространения коммунизма в Юго-Восточной Азии, организация эта со временем поменяла свою политическую окраску. Она отвергла американский патронаж, приняла в свои ряды коммунистический Вьетнам и управляемую военной хунтой Мьянму. Сегодня она объединяет, помимо указанных двух стран, Бруней, Индонезию, Камбоджу, Лаос, Малайзию, Сингапур, Таиланд и Филиппины.

После того как возможности расширения географических рамок ассоциации были исчерпаны, был создан новый формат встреч – АСЕАН+3 (10 стран Юго-Восточной Азии и три страны Северо-Восточной Азии – Япония, Китай и Южная Корея).

В 2005 году АСЕАН резко расширила географические рамки сотрудничества. В дополнение к ежегодным саммитам стран Юго-Восточной Азии стали проходить встречи с партнерами в формате АСЕАН+1 (АСЕАН–Индия, АСЕАН–Китай и т.п.). Тогда же в Куала-Лумпуре прошел первый Восточноазиатский саммит.

Если взвешивать страны Восточной Азии на весах экономики, то блок -АСЕАН+3 дает 19% общемирового ВВП. При этом доля Японии – 8,2%, Китая – 6,8%, Южной Кореи – 1,6%, а всей асеановской десятки – только 2,4%. Однако АСЕАН, как там принято говорить, занимает водительское место, то есть рулит интеграцией с куда более крупными и сильными партнерами.

Гнилое ядро

Отцы-основатели восточноазиатского блока не ставили своей задачей его дальнейшее расширение. Оно произошло помимо их желания, под воздействием двух факторов – страха ряда членов АСЕАН перед растущим влиянием Китая (это привело к появлению в числе партнеров Индии) и стремлением США контролировать процессы в регионе через своих союзников – Австралию и Новую Зеландию. Тем не менее ядром восточноазиатской интеграции оставались страны Юго-Восточной Азии.

Именно страны–члены АСЕАН и продемонстрировали отсутствие единства и сплоченности. Началось с того, что лидеры четырех стран (Индонезии, Малайзии, Филиппин и Камбоджи) не явились на официальную церемонию открытия саммита, а приняли участие лишь в рабочих встречах. Поскольку церемония открытия и совместного фотографирования участников является одним из кульминационных моментов саммита, это не осталось незамеченным.

Кроме того, премьер-министр Камбоджи Хун Сен заявил, что свергнутый несколько лет назад экс-премьер Таиланда Таксин Чинноват (приговоренный на родине к тюремному заключению) – его друг, и он готов не только предоставить ему политическое убежище, но и сделать своим экономическим советником. Нынешний премьер-министр Таиланда Апхисит Ветчачива постарался замять начавшийся скандал, напомнив о том, что лидеры стран ЮВА собрались для укрепления единства АСЕАН. Поскольку единства как такового не было, участникам не оставалось ничего другого, как его демонстрировать.

Наконец, у Таиланда, крупнейшего экспортера риса, в очередной раз вспыхнула торговая война с Филиппинами из-за таможенных тарифов. На фоне конфликтов внутри интеграционного ядра инициатива на саммитах перешла в руки партнеров АСЕАН.

Новые названия

Премьер-министр Японии Юкио Хатаяма принадлежит к числу политиков, предлагающих новое видение старых задач, новое прочтение старых тем и новые подходы к старым проблемам. На практике это выглядит обычно как использование новых названий для прежних явлений.

В Таиланд недавно избранный глава японского правительства привез идею восточноазиатского сообщества. В эту организацию, прототипом которой служит, разумеется, Европейский союз, предложено войти Китаю, Южной Корее, всем странам АСЕАН, Австралии, Новой Зеландии и Индии. Участие Соединенных Штатов будет незримым, точнее опосредованным. Как пояснил министр иностранных дел Японии Кацуя Окада накануне встреч в Таиланде, членство Соединенных Штатов не предусмотрено, впрочем, говорить о конкретных деталях пока рано, а союз с Вашингтоном остается краеугольным камнем японской дипломатии.

Более откровенно интересы США в регионе представляла, как обычно, Австралия, которую экс-премьер Малайзии Махатхир Мохаммад в свое время назвал «помощником американского шерифа». Премьер-министр Зеленого континента Кевин Радд прямо заявил о необходимости создания блока с участием США, который занимался бы вопросами экономического сотрудничества и безопасности.

Поскольку у истоков различных проектов восточноазиатского сотрудничества стояли такие политики, как лидер Сингапура Ли Куан Ю и Махатхир Мохаммад, известные своей приверженностью азиатским ценностям и считавшие, что азиаты сами должны решать свои проблемы, до недавнего времени все встречи в формате «АСЕАН+» носили подчеркнуто азиатский характер. Даже Австралия и Новая Зеландия, традиционно считающиеся частью западной цивилизации, на таких встречах позиционируют себя как страны азиатские (географически), а их отношения с Восточным Тимором или Мьянмой являются вполне азиатскими и в политическом смысле.

Это позволяет предположить, что восточноазиатское сообщество так и останется красивой идеей, причем предназначенной преимущественно для внутреннего потребления. В выступлениях Юкио Хатаямы перед парламентом она будет подаваться как своего рода противовес традиционному военно-политическому союзу с Вашингтоном. Это позволит представить внешнюю политику нового японского правительства как нечто принципиально новое, хотя и не вполне понятное, наряду с «новым национальным строительством», «новыми амбициями» и «новой Японией», о которых любит говорить новый японский премьер. А в Южной Корее, Китае и странах Юго-Восточной Азии, где память о японской оккупации еще свежа, идея Хатаямы вызывает прежде всего ассоциации с Великой восточноазиатской сферой взаимного процветания – проектом императорской Японии времен Второй мировой войны.

Со словами японского премьера о том, что Восточная Азия поведет за собой весь мир, пожалуй, согласятся многие из участников встреч в Хуа Хине. Но направление, в котором она поведет мир, все видят по-своему. Премьер-министр Китая Вэнь Цзябао в ходе встреч в Хуа Хине поддерживал идею создания восточноазиатского сообщества, но в качестве референтной модели вспоминал вовсе не Евросоюз с его зацикленностью на правах человека и демократических институтах, а выдвинутые полвека назад пять принципов мирного сосуществования. А они, помимо отказа от применения силы в межгосударственных отношениях, включают и невмешательство во внутренние дела другого государства.

Проблемы в зеркале достижений

Восточноазиатские встречи во всех форматах могут служить моделью, по которой в сегодняшнем мире вырабатывается отношение к проблемным странам и самим проблемам.

Итоговые коммюнике всех прошедших в ходе саммита встреч были традиционно оформлены в виде заявлений председателя 15-го саммита АСЕАН, 12-го саммита -АСЕАН+3 и 4-го Восточноазиатского саммита. Формально они были сделаны от имени премьер-министра Таиланда -Апхисита Ветчачивы, но, по сути, выражали общий взгляд всех стран Восточной Азии на наиболее важные проблемы и задачи, стоящие перед регионом.

Они подтвердили свою поддержку мирному и всеобъемлющему решению вопросов денуклеаризации Корейского полуострова и высказались за возобновление шестисторонних переговоров по ядерной проблеме (формат с участием КНДР, Республики Корея, Китая, США, Японии и России). При этом было заявлено о необходимости выполнять резолюции ООН по данной проблеме.

ООН была выбрана в качестве объединяющего пункта и при описании ситуации в Мьянме, к правительству которой обратились с призывом следовать ею же разработанной дорожной карте к демократии, а также провести свободные и справедливые выборы в 2010 году.

Целый букет политических разногласий и противоречий, включая нерешенные территориальные споры, который присутствует в отношениях между Японией, Китаем и Южной Кореей, косвенно подтверждается тем, что эти страны, являясь выжными торговыми партнерами, в этом году провели лишь второй трехсторонний саммит. В итоговых документах встреч в формате АСЕАН+ это было отражено как поддержка позитивной тенденции.

Беспомощность Всемирной торговой организации в обеспечении принципов свободной торговли и вопиющее несоответствие деклараций, сделанных участниками саммитов G20, с их протекционистской практикой, выразились в поддержке странами АСЕАН (коллективные интересы которой будут представлены на очередном саммите G20 страной-председателем) и результатов встречи в Питтсбурге, и целей Дохийского раунда ВТО.

Было объявлено, что соглашение о создании зоны свободной торговли АСЕАН–Австралия–Новая Зеландия вступит в силу 1 января 2010 года. Эта зона будет включать в себя 12 стран с населением свыше 600 млн человек и совокупным ВВП 2,7 трлн -долларов.

Что касается Китая, с которым -АСЕАН уже имеет подобное соглашение, то в итоговом коммюнике саммита АСЕАН–КНР есть пункт, который может служить утешением казахстанским таможенникам, постоянно слышащим упреки в связи с тем, что китайские данные об объемах взаимной торговли намного превышают казахстанские. Похоже на то, что такие расхождения есть у всех партнеров Китая. По итогам 2008 года товарооборот между КНР и странами АСЕАН составил 192 млрд долларов по данным АСЕАН и 231 млрд долларов – по китайским данным (разница превышает весь казахстанско-китайский товарооборот). Опять совпадение.

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Риски разделим на всех

ЕАЭС сталкивается с трудностями при попытках гармонизации даже отдельных секторов финансового рынка

Экономика и финансы

Хороший старт, а что на финише?

Рынок онлайн-займов «до зарплаты» становится драйвером развития финансовых технологий. Однако неопределенность намерений регулятора ставит его развитие под вопрос

Казахстанский бизнес

Летная частота

На стагнирующий рынок авиаперевозок выходят новые компании

Тема недели

Под антикоррупционным флагом

С приближением транзита власти отличить антикоррупционную кампанию от столкновения политических группировок становится труднее