Евросоюз желтой сборки

Страны Восточной Азии в очередной раз продемонстрировали всему миру перспективы развития регионального сотрудничества при отсутствии единства среди участников

Евросоюз желтой сборки

Если у кого-то возникают вопросы относительно будущего Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ), Евразийского экономического сообщества, Шанхайской организации сотрудничества или иной международной структуры, действующей в Центральной Евразии, он может взглянуть на Восточную Азию. Различия будут лишь во временных и географических деталях. Суть интеграционных процессов будет одинакова. И они, и мы пытаемся создать подобие Евросоюза из элементов, абсолютно не похожих на европейские.

Трудные встречи

15-й саммит Ассоциации стран Юго-Восточной Азии (Association of South East Asia Nations, АСЕАН) и четвертый Восточноазиатский саммит должны были состояться в Бангкоке 17 декабря 2008 года. Однако из-за массовых беспорядков, которыми был охвачен Таиланд, саммиты неоднократно откладывались, а место проведения переносилось то в Чиангмай, то в Патайю, то в Пхукет.

В конце концов участники несостоявшихся встреч собрались в конце минувшего октября в Таиланде, в маленьком курортном местечке Хуа Хин в 200 километрах южнее столицы страны. Там прошла целая серия саммитов стран Восточной Азии. Формат встреч на высшем уровне был различен, но его локомотивом во всех случаях была АСЕАН. Созданная в 1967 году при поддержке США как заслон на пути распространения коммунизма в Юго-Восточной Азии, организация эта со временем поменяла свою политическую окраску. Она отвергла американский патронаж, приняла в свои ряды коммунистический Вьетнам и управляемую военной хунтой Мьянму. Сегодня она объединяет, помимо указанных двух стран, Бруней, Индонезию, Камбоджу, Лаос, Малайзию, Сингапур, Таиланд и Филиппины.

После того как возможности расширения географических рамок ассоциации были исчерпаны, был создан новый формат встреч – АСЕАН+3 (10 стран Юго-Восточной Азии и три страны Северо-Восточной Азии – Япония, Китай и Южная Корея).

В 2005 году АСЕАН резко расширила географические рамки сотрудничества. В дополнение к ежегодным саммитам стран Юго-Восточной Азии стали проходить встречи с партнерами в формате АСЕАН+1 (АСЕАН–Индия, АСЕАН–Китай и т.п.). Тогда же в Куала-Лумпуре прошел первый Восточноазиатский саммит.

Если взвешивать страны Восточной Азии на весах экономики, то блок -АСЕАН+3 дает 19% общемирового ВВП. При этом доля Японии – 8,2%, Китая – 6,8%, Южной Кореи – 1,6%, а всей асеановской десятки – только 2,4%. Однако АСЕАН, как там принято говорить, занимает водительское место, то есть рулит интеграцией с куда более крупными и сильными партнерами.

Гнилое ядро

Отцы-основатели восточноазиатского блока не ставили своей задачей его дальнейшее расширение. Оно произошло помимо их желания, под воздействием двух факторов – страха ряда членов АСЕАН перед растущим влиянием Китая (это привело к появлению в числе партнеров Индии) и стремлением США контролировать процессы в регионе через своих союзников – Австралию и Новую Зеландию. Тем не менее ядром восточноазиатской интеграции оставались страны Юго-Восточной Азии.

Именно страны–члены АСЕАН и продемонстрировали отсутствие единства и сплоченности. Началось с того, что лидеры четырех стран (Индонезии, Малайзии, Филиппин и Камбоджи) не явились на официальную церемонию открытия саммита, а приняли участие лишь в рабочих встречах. Поскольку церемония открытия и совместного фотографирования участников является одним из кульминационных моментов саммита, это не осталось незамеченным.

Кроме того, премьер-министр Камбоджи Хун Сен заявил, что свергнутый несколько лет назад экс-премьер Таиланда Таксин Чинноват (приговоренный на родине к тюремному заключению) – его друг, и он готов не только предоставить ему политическое убежище, но и сделать своим экономическим советником. Нынешний премьер-министр Таиланда Апхисит Ветчачива постарался замять начавшийся скандал, напомнив о том, что лидеры стран ЮВА собрались для укрепления единства АСЕАН. Поскольку единства как такового не было, участникам не оставалось ничего другого, как его демонстрировать.

Наконец, у Таиланда, крупнейшего экспортера риса, в очередной раз вспыхнула торговая война с Филиппинами из-за таможенных тарифов. На фоне конфликтов внутри интеграционного ядра инициатива на саммитах перешла в руки партнеров АСЕАН.

Новые названия

Премьер-министр Японии Юкио Хатаяма принадлежит к числу политиков, предлагающих новое видение старых задач, новое прочтение старых тем и новые подходы к старым проблемам. На практике это выглядит обычно как использование новых названий для прежних явлений.

В Таиланд недавно избранный глава японского правительства привез идею восточноазиатского сообщества. В эту организацию, прототипом которой служит, разумеется, Европейский союз, предложено войти Китаю, Южной Корее, всем странам АСЕАН, Австралии, Новой Зеландии и Индии. Участие Соединенных Штатов будет незримым, точнее опосредованным. Как пояснил министр иностранных дел Японии Кацуя Окада накануне встреч в Таиланде, членство Соединенных Штатов не предусмотрено, впрочем, говорить о конкретных деталях пока рано, а союз с Вашингтоном остается краеугольным камнем японской дипломатии.

Более откровенно интересы США в регионе представляла, как обычно, Австралия, которую экс-премьер Малайзии Махатхир Мохаммад в свое время назвал «помощником американского шерифа». Премьер-министр Зеленого континента Кевин Радд прямо заявил о необходимости создания блока с участием США, который занимался бы вопросами экономического сотрудничества и безопасности.

Поскольку у истоков различных проектов восточноазиатского сотрудничества стояли такие политики, как лидер Сингапура Ли Куан Ю и Махатхир Мохаммад, известные своей приверженностью азиатским ценностям и считавшие, что азиаты сами должны решать свои проблемы, до недавнего времени все встречи в формате «АСЕАН+» носили подчеркнуто азиатский характер. Даже Австралия и Новая Зеландия, традиционно считающиеся частью западной цивилизации, на таких встречах позиционируют себя как страны азиатские (географически), а их отношения с Восточным Тимором или Мьянмой являются вполне азиатскими и в политическом смысле.

Это позволяет предположить, что восточноазиатское сообщество так и останется красивой идеей, причем предназначенной преимущественно для внутреннего потребления. В выступлениях Юкио Хатаямы перед парламентом она будет подаваться как своего рода противовес традиционному военно-политическому союзу с Вашингтоном. Это позволит представить внешнюю политику нового японского правительства как нечто принципиально новое, хотя и не вполне понятное, наряду с «новым национальным строительством», «новыми амбициями» и «новой Японией», о которых любит говорить новый японский премьер. А в Южной Корее, Китае и странах Юго-Восточной Азии, где память о японской оккупации еще свежа, идея Хатаямы вызывает прежде всего ассоциации с Великой восточноазиатской сферой взаимного процветания – проектом императорской Японии времен Второй мировой войны.

Со словами японского премьера о том, что Восточная Азия поведет за собой весь мир, пожалуй, согласятся многие из участников встреч в Хуа Хине. Но направление, в котором она поведет мир, все видят по-своему. Премьер-министр Китая Вэнь Цзябао в ходе встреч в Хуа Хине поддерживал идею создания восточноазиатского сообщества, но в качестве референтной модели вспоминал вовсе не Евросоюз с его зацикленностью на правах человека и демократических институтах, а выдвинутые полвека назад пять принципов мирного сосуществования. А они, помимо отказа от применения силы в межгосударственных отношениях, включают и невмешательство во внутренние дела другого государства.

Проблемы в зеркале достижений

Восточноазиатские встречи во всех форматах могут служить моделью, по которой в сегодняшнем мире вырабатывается отношение к проблемным странам и самим проблемам.

Итоговые коммюнике всех прошедших в ходе саммита встреч были традиционно оформлены в виде заявлений председателя 15-го саммита АСЕАН, 12-го саммита -АСЕАН+3 и 4-го Восточноазиатского саммита. Формально они были сделаны от имени премьер-министра Таиланда -Апхисита Ветчачивы, но, по сути, выражали общий взгляд всех стран Восточной Азии на наиболее важные проблемы и задачи, стоящие перед регионом.

Они подтвердили свою поддержку мирному и всеобъемлющему решению вопросов денуклеаризации Корейского полуострова и высказались за возобновление шестисторонних переговоров по ядерной проблеме (формат с участием КНДР, Республики Корея, Китая, США, Японии и России). При этом было заявлено о необходимости выполнять резолюции ООН по данной проблеме.

ООН была выбрана в качестве объединяющего пункта и при описании ситуации в Мьянме, к правительству которой обратились с призывом следовать ею же разработанной дорожной карте к демократии, а также провести свободные и справедливые выборы в 2010 году.

Целый букет политических разногласий и противоречий, включая нерешенные территориальные споры, который присутствует в отношениях между Японией, Китаем и Южной Кореей, косвенно подтверждается тем, что эти страны, являясь выжными торговыми партнерами, в этом году провели лишь второй трехсторонний саммит. В итоговых документах встреч в формате АСЕАН+ это было отражено как поддержка позитивной тенденции.

Беспомощность Всемирной торговой организации в обеспечении принципов свободной торговли и вопиющее несоответствие деклараций, сделанных участниками саммитов G20, с их протекционистской практикой, выразились в поддержке странами АСЕАН (коллективные интересы которой будут представлены на очередном саммите G20 страной-председателем) и результатов встречи в Питтсбурге, и целей Дохийского раунда ВТО.

Было объявлено, что соглашение о создании зоны свободной торговли АСЕАН–Австралия–Новая Зеландия вступит в силу 1 января 2010 года. Эта зона будет включать в себя 12 стран с населением свыше 600 млн человек и совокупным ВВП 2,7 трлн -долларов.

Что касается Китая, с которым -АСЕАН уже имеет подобное соглашение, то в итоговом коммюнике саммита АСЕАН–КНР есть пункт, который может служить утешением казахстанским таможенникам, постоянно слышащим упреки в связи с тем, что китайские данные об объемах взаимной торговли намного превышают казахстанские. Похоже на то, что такие расхождения есть у всех партнеров Китая. По итогам 2008 года товарооборот между КНР и странами АСЕАН составил 192 млрд долларов по данным АСЕАН и 231 млрд долларов – по китайским данным (разница превышает весь казахстанско-китайский товарооборот). Опять совпадение.

Статьи по теме:
Казахстан

От практики к теории

Состоялась презентация книги «Общая теория управления», первого отечественного опыта построения теории менеджмента

Тема недели

Из огня да в колею

Итоги и ключевые тренды 1991–2016‑го, которые будут влиять на Казахстан в 2017–2041‑м

Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности