Сумма расходов не меняется

Лучше нам увеличивать трансферты из Нацфонда, чем дефицит бюджета, финансирование которого обходится дороже, считает известный экономист, директор центра экономического анализа «РАКУРС» Ораз Жандосов

Сумма расходов не меняется

— Ораз Алиевич, почему растет госдолг и как определяется его размер?

— Рост госдолга напрямую связан с наличием дефицита бюджета. Дефицит — это разница между доходами и расходами. Он должен финансироваться за счет эмиссии и размещения различных государственных облигаций либо получения займов. Есть еще такой источник финансирования дефицита, как использование остатков средств на начало периода. А объем госдолга на конец года равен его объему на 1 января, плюс дефицит или минус профицит за прошедший год. Плюс (или минус) баланс остатков средств. Строго говоря, из госдолга эти остатки нужно вычитать, но теоретически считается, что они равны нулю.

— Насколько сегодня корректно увеличивать дефицит при растущих ценах на нефть?

— Мне это тоже не совсем понятно. Все налоги от добычи и экспорта нефти у нас идут в Национальный фонд. На мой взгляд, если есть потребность в покрытии разницы между расходами и ненефтяными доходами, то лучше увеличивать трансферты из Нацфонда, потому что, как показывает опыт, финансирование дефицита нам обходится дороже, чем доходы, получаемые на активы Нацфонда.

— Как вы оцениваете состояние государственных расходов и насколько они были эффективны в рамках антикризисной программы?

— Есть отдельный среднесрочный вопрос по эффективности госрасходов, он связан и с планированием, и с исполнением. Как вы, наверное, помните, почти три года назад была объявлена административная реформа, направленная на повышение эффективности освоения госсредств. Это были правильные шаги, но сегодня, если судить по фактам, большого прогресса от этой административной реформы я не вижу.

— Потому что кризис помешал?

— Кризис на самом деле влияет максимум на 10—15 процентов расходов бюджета. Основная сумма какой была раньше — до кризиса, такой и будет в этом году и останется в следующем, когда кризиса у нас уже не будет.

Что касается расходов в рамках антикризисной программы, то в целом эти меры нужно оценивать с точки зрения их макроэкономического эффекта: насколько своевременно они были предприняты и как повлияли на динамику ВВП. Наш центр сейчас как раз занимается анализом макроэффективности антикризисных мер, но пока не окончен, и я не готов назвать конкретные цифры. Могу сказать следующее. Несмотря на закачивание в экономику огромных средств, о которых было заявлено, макроэкономический эффект, по нашим подсчетам, оказался, грубо говоря, вполовину меньше ожидаемого.

Что касается законности, то, как любит говорить Кайрат Нематович <Келимбетов, глава ФНБ «Самрук-Казана»>, прокуратура обнаружила всего 20 миллионов тенге, которые были использованы не по назначению, из миллиардов долларов. Я думаю, что деньги на борьбу с последствиями кризиса, если судить с точки зрения правильности, законности, целевого использования, расходуются не хуже, чем обычно бюджетные средства, а с учетом внимания к этим средствам, может быть, даже и лучше.

— Недавно Минфин объявил о своих планах привлечь внешние заимствования. Насколько правильно выбрано время для выхода на внешние рынки, ведь с ухудшением суверенного рейтинга, да еще и в условиях кризиса, не будут ли эти деньги слишком дорогими?

— Рейтинг, конечно, снизился, но остается на инвестиционном уровне, и в дальнейшем, после завершения саги с банками-внешними дефолтчиками, он будет, скорее всего, расти. О стоимости размещения сейчас говорить не имеет никакого смысла, потому что все зависит от момента, в который будет проведено размещение. Примерно нужно смотреть на размещения других суверенов с аналогичными ставками CDS* и текущие спрэды по обязательствам наших квазисуверенных заемщиков — «КазМунайГаз», КТЖ. Ну понятно, что условия для Казахстана будут несколько лучше, чем для госкомпаний.

— Зачем нам еще иностранные деньги, разве нельзя дефицит покрыть за счет внутренних заимствований?

—Раз уж у нас запланирован дефицит (выше я говорил, что это неправильно) — четыре процента от ВВП, нужно планировать и источники его финансирования. Кто у нас основной инвестор на внутреннем рынке? Пенсионные фонды. Часть облигаций купят банки, страховые компании и прочие. Но средств на внутреннем рынке не так много, чтобы покрыть все четыре процента ВВП. Да и неправильно все длинные деньги вкладывать только в госбумаги. В такой ситуации я считаю, что занимать на внешнем рынке совершенно логично. Тем более что попутно можно решить еще одну задачу — сформировать бенчмарк для корпоративных бумаг.

* Кредитный дефолтный своп (credit default swap)

Статьи по теме:
Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности

Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?