Власть на аркане

В минувшую среду главный военный прокурор Ергали Мерзадинов по сути обнародовал официальную версию следствия по делу об убийстве четырнадцати военнослужащих и охранника охотхозяйства на пограничном посту «Аркан Керген» 30 мая этого года. Сделанное сообщение, похоже, нисколько не убедило общество в том, что это сверхгромкое преступление действительно совершено девятнадцатилетним Владиславом Челахом

Власть на аркане

Как известно, обгоревшие тела тринадцати пограничников были обнаружены на летнем погранпосту, расположенном на казахстано-китайской границе в Алакольском районе Алматинской области в одном из ущелий Тянь-Шаня. Позже неподалеку от заставы нашли останки еще одного солдата и тело егеря.

Согласно сообщению г-на Мерзадинова, расследованием занимается межведомственная следственно-оперативная группа, в которую входят сотрудники прокуратуры, КНБ и МВД. Наряд из пятнадцати военно­служащих — офицера, трех контрактников и 11 солдат срочной службы — заступил на дежурство по охране госграницы 10 мая. То есть на момент своей гибели пограничники находились на посту 17 дней, а убитый егерь Руслан Ким был в охотничьем хозяйстве с конца апреля, то есть около месяца.Дежурный дозор на пост «Аркан Керген» был направлен начальником пограничной заставы «Сары-Боктер» Алексеем Фоминым только 30 мая, по истечении двух суток после утери с заставой связи, где обнаружил полностью сгоревшие казарму и хозпостройки. На месте было обнаружено всё имевшееся в распоряжении пограничников оружие, кроме пистолета Макарова капитана Кереева.

Через неделю после инцидента в 24 километрах от места трагедии на зимней чабанской стоянке был задержан последний боец из взвода — Владислав Челах. Главный военный прокурор сообщил, что, по его сведениям, на момент задержания Челах был одет в гражданскую одежду Кереева, также при нем были «принадлежащие начальнику поста пистолет Макарова, два мобильных телефона, ноутбук, 12 тысяч тенге, а также три мобильных телефона сослуживцев и фотоаппарат охранника охотхозяйства Кима».

Также в процессе расследования Челах сообщил об обручальном кольце, снятом с одного из сослуживцев, которое он оставил в автомашине, перевозившей его после задержания. При осмотре машины кольцо было обнаружено и изъято. Впоследствии кольцо опознано супругой погибшего Сарсембаева.

Делая свое сообщение, прокурор задался вопросом: «Многих, в том числе и следствие, волнует вопрос, мог ли Челах совершить данное преступление один?» Вместо ответа Ергали Мерзадинов перечислил следующие доводы. Челах в ходе первого же допроса, проведенного с участием адвоката, признался в убийстве. Свои показания он подтвердил в ходе следственного эксперимента. При этом наличие пособников и соучастников подозреваемый категорически отрицает. «Челах с момента задержания по сей день продолжает давать устойчивые признательные показания, последовательно подтверждая свои слова при производстве следственных действий», — продолжил обвинитель. Причем сравнение результатов проведенных следственных действий и экспертиз с признательными показаниями свидетельствует о том, что он в курсе деталей происшествия, «о которых могло знать только лицо, совершившее преступление». В частности, геномная экспертиза подтвердила показания о месте расположения пограничников на момент расстрела. Автоматическое оружие, из которого производились выстрелы, при осмотре места происшествия было обнаружено именно там, куда впоследствии указал Челах. Также подозреваемый сообщил, что часового у реки он застрелил выстрелом в голову сзади из пистолета начальника поста Кереева. Судебно-медицинская и судебно-криминалистическая экспертиза установила, что тот действительно погиб от пули, выпущенной из этого пистолета.

Из показаний Владислава Челаха следует, что он после совершения преступления, взяв пистолет Макарова, личные вещи убитых, которые были изъяты у него при задержании, облил бензином и поджег тело часового, казарменные и хозяйственные строения, после чего скрылся с места преступления.

«Таких деталей и других доказательств, свидетельствующих о правдивости показаний Челаха, в деле достаточно», — заявил прокурор. Однако затем уточнил, что представить их сейчас в интересах следствия он не вправе. Далее он указал и на тот факт, что подозреваемый подтвердил совершение им преступления и при встрече со своей матерью. Не дожидаясь главного вопроса о мотивах, прокурор сам же и задал его себе. И не ответил, уверив лишь, то следствием принимаются все меры к полному, объективному и всестороннему расследованию дела, «в том числе по установлению причин и условий, способствовавших совершению преступления».

Подводя черту, г-н Мерзадинов сказал, что «доказательств совершения Челахом данного преступления собрано достаточно, ему предъявлено обвинение по пункту “а” части 2 статьи 96 УК РК, а его виновность будет определена только судом». Из этого заявления можно сделать вывод, что следствие в целом завершено. И это притом что расследование убийства даже одного человека длится в Казахстане обычно не менее полугода. Другие версии следствием не рассматриваются. Доказательная же база предъявленной версии практически полностью основывается на показаниях самого подозреваемого, которого сейчас подробно расспрашивают о мотивах и вскоре отправят на психолого-психиатрическую экспертизу.

Прокурор сообщил также, что «в связи с неоднозначной общественной реакцией на это событие и ход расследования, вопреки интересам следствия было решено передать СМИ отдельные видеокадры следственных действий». Главный военный обвинитель обратил внимание на то, что передаваемые видеоматериалы — это «отдельные фрагменты» из допросов и других следственных действий. «Поскольку их демонстрация в реальном времени, как вы понимаете, займет значительное время», — сказал он, объясняя, почему запись представляет из себя монтаж из множества пятнадцатисекундных отрезков. Чуть позже журналистам была предоставлена и видеозапись свидания Челаха с матерью, где тот признается ей в убийстве.

Следствие также не раз заявляло, что никаких следов внешнего вторжения на заставе не обнаружено.

По результатам служебного расследования, проведенного КНБ, от занимаемых должностей освобождены руководство регионального управления «Шыгыс», Ушаральского пограничного отряда и пограничной комендатуры «Достык». Заместитель председателя КНБ, директор пограничной службы генерал-майор Мырзалиев подал на имя президента рапорт об освобождении от занимаемой должности. Ранее сообщалось, что в отношении начальника соседней пограничной заставы «Сары-Боктер» Алексея Фомина возбуждено уголовное дело, он арестован, обвиняется «в умышленном сокрытии в период с 28 по 30 мая текущего года отсутствия связи с пограничным постом “Аркан Керген” и в непринятии мер по установлению причин утери связи и ее восстановлению».

В минус

Вопреки ожиданиям властей, распространение названных материалов убедило общественность не в виновности Челаха, а в обратном. Многие из тех, кто еще в начале прошлой недели верил в то, что именно этот солдат убил пятнадцать человек, изменили после просмотра видеоматериалов, выложенных в интернете, свое мнение. Власть уже после появления первых сообщений о произошедшей трагедии на «Аркан Кергене» оказалась заарканена, теперь же узел затянулся еще туже.

Социологи, к сожалению, не проводили или, во всяком случае, еще не опубликовали свои исследования общественного мнения по поводу гибели заставы, поэтому мы не можем дать выверенные цифры. Однако сайты, проводящие опросы своих посетителей, говорят о том, что более 80 процентов казахстанцев не верят следователям. И это несмотря на то, что в комментариях к статьям о Челахе на различных сайтах практически в неизменном виде появляется следующий аргумент от имени различных пользователей: «Властям и различным заинтересованным лицам (если бы они существовали) проще всего было просто дать информацию в СМИ о группе беглых преступников или боевиков, которые совершили нападение на заставу. И тогда не было бы громких отставок, не было бы выявлено “проколов” в подборе, обучении и воспитании военнослужащих пограничных войск, не были бы выявлены факты нарушения правил организации внутренней службы. Однако следствие “копает” самую тяжёлую версию этой трагедии, раскрывая существующие недостатки во всей пограничной системе. Это доказывает объективность следствия и способность досконально разобраться в причинах этой трагедии».

Общество, неудовлетворенное официальной позицией властей, плодит свои версии одну за другой. В ближайшем к месту трагедии крупном городе — областном центре Талдыкоргане — население практически полностью уверовало в то, что через ущелье, где располагается пост, ходят наркокурьеры, доставляющие афганский героин в Китай. Причем этот канал контролируется неким высокопоставленным чиновником (иначе зачем бы тогда власти стали покрывать контрабандистов?). Согласно другой версии, распространяемой в интернете, в тех местах любит охотиться некий вельможа, так что легко предположить, что это его охрана, поссорившись с пограничниками, перебила их.

Из этих примеров видно, что массовое сознание, как видно, рождает совершенно фантастические мифы. Если в бедной Киргизии, как свидетельствует масса источников, клан сверженного президента Курманбека Бакиева контролировал наркотрафик, то в достаточно богатом Казахстане есть и другие, вполне законные, источники получения капитала. Кроме того, министры у нас, как показывает история, вовсе не являются неприкосновенными персонами. И даже родственники президента, переходя определенную грань, оказываются вне игры. Вряд ли кто-то станет утверждать, что в республике абсолютно все равны перед законом, однако система знает, что тотальное беззаконие подрывает легитимность власти, поэтому не допускает его. Однако коллективное сознание, что показательно, легко допускает, что некое важное лицо или родня президента республики могут заниматься наркоторговлей и совершать массовые убийства.

Широко обсуждаются и конспирологические версии случившегося, которые заключаются в том, что заставу стерли с лица земли китайские военные, проверяя надежность нашей границы. Альтернативный вариант — диверсия со стороны России, которая пытается давить на Казахстан, показывая партнеру по ЕЭП «дырявость» общих рубежей. И то, и другое выглядит совершенно фантастическим. Многочисленные военные эксперты говорят о том, что китайцы так не действуют. Во время конфликта Китая и СССР небольшая группа китайцев заняла как раз на этом участке границы высоту уже на территории Союза и некоторое время успешно отбивалась от атак наших военных. Причем сделано это было не с целью захвата территории, а для того, чтобы как можно дольше сдерживать движение советской техники на участке, если таковая в сторону Китая пойдет. КНР сейчас, конечно, очень агрессивно настроена на экспансию. Но экспансия эта экономическая, а не военная. Что же касается России, недовольные происходящей реформой из-за исчезновения границы с Казахстаном российские пограничники и таможенники уже давно доказали слабость наших структур. Массовые зачистки в Таможенном комитете Минфина и в погранслужбе КНБ последнего времени вызваны именно давлением Москвы.

Другой вариант развития событий — провокация со стороны третьих сил, которые захотели поссорить Казахстан и Китай. Версия не имеет никаких подтверждений, кроме заявления Нурсултана Назарбаева, сделанного через два дня после обнаружения тел, когда президент РК назвал произошедшее «террористическим актом», тут же, правда, предположив, что имел место внутренний конфликт. Версия, конечно, заманчивая и красивая, учитывая, что трагедия произошла прямо перед очередным саммитом ШОС в Пекине: эта организация, быстро набиравшая вес в последние годы, как раз затормозилась из-за вскрывшихся внутренних противоречий. Нурсултан же Назарбаев за последнее время сделал массу заявлений о враждебности Запада в отношении развивающихся стран, а премьер РФ Дмитрий Медведев даже напомнил миру, что Россия обладает ядерным оружием и может применить его не только в войне, но и если почувствует агрессию в отношении себя. Однако предположение о высадке нескольких профессиональных убийц в наших горах абсолютно ничем не подтверждается. Ну разве что совсем косвенно — более чем многочисленными истеричными комментариями на различных сайтах, сообщающих о том, что китайцы убивают наших пограничников, а президент Казахстана тем временем любезничает с руководством КНР.

Ссора из избы

Куда реалистичнее выглядит вполне бытовая версия. Убийство было совершено в ночь с 27 на 28 мая. 28 мая — это советский День пограничника, который традиционно шумно справляют на заставах, и зачастую даже более шумно, чем собственно казахстанский. Следователи упорно утверждают, что в крови у покойных следов алкоголя не обнаружено. Однако журналист газеты «Время» Геннадий Бендицкий пишет, что, согласно его источникам, в расположенной рядом со сгоревшей казармой и уцелевшей летней кухне следственная группа обнаружила следы застолья и различные емкости с остатками спиртного. «Во-первых, с трудом верится, что в День пограничника — да еще находясь вдалеке от начальства — найдется хоть один пограничник, который не выпьет за свой род войск. Во-вторых, тела тех, кто находился в казарме, не просто обгорели до неузнаваемости — для их идентификации потребовалась геномная экспертиза. Тогда о каком анализе крови на алкоголь может идти речь? Думается, эксперты в своем заключении указали, что установить, был ли в крови погибших алкоголь, не представляется возможным. А это уже совсем другое дело», — рассуждает журналист. Странно, что часовой был убит из офицерского пистолета. Да и вообще тот факт, что капитан Кереев оставил табельное оружие в оружейной комнате, вызывает недоумение…

Как бы то ни было, допустить, что на заставе произошел конфликт с участием нескольких человек, все-таки проще, чем поверить в то, что один девятнадцатилетний солдат уничтожил пятнадцать человек. Российский эксперт по спецслужбам и правоохранительным органам Олег Фочкин говорит следующее: «Представьте себе, он начинает расстреливать в казарме всех подряд. Всегда есть время самому далеко лежащему укрыться. Тем более лето — наверняка окна открыты были. Я сам служил примерно в той же местности в погранвойсках. Правда, больше двадцати лет назад. И ходил в такие же наряды. Летом окна у нас всегда были открыты. Больше всего меня смущает егерь. Его-то за что? И, главное, почему он на выстрелы не среагировал? Или его все же убивал в тот же момент кто-то другой? За двадцать лет, что я пишу о разного рода преступлениях, в том числе убийствах, никогда не видел примеров такой упорной глухоты у жертв. Вообще же я ничего не знаю о личности задержанного — это очень важный момент. И пока совсем не видно мотива».

Сам Челах на допросе говорит, что заправил в рожок двадцать пять патронов — и убил ими всех. Хотя рожок вмещает тридцать патронов. Подозреваемый сообщает, что зашел в комнату, где все спали (и это притом что до того уже были убиты оружием без глушителя часовой и повар), и расстрелял сослуживцев. Таким образом, на каждого из двенадцати сослуживцев он потратил всего два патрона. Даже если он стрелял очень короткими очередями, он показал великолепную огневую подготовку. Кроме того, согласно первоначальным сообщениям следствия, перед тем, как сжечь казарму, Челах выпустил из разных автоматов очереди в разные стороны, «чтобы изобразить перестрелку».

Что касается личности уже практически обвиняемого, корреспонденты телеканала КТК пообщались с его сослуживцами. Солдат срочной службы воинской части 2484 Алиби Куанышбек говорит, что ему Челах показался отзывчивым и добрым парнем, с которым они сразу сдружились. «Я бы не сказал, что он был замкнутым человеком, он был разносторонним, со всеми общался. Не могу сказать о нем ничего плохого». Характеристики, собранные агентством КазТАГ на родине Челаха, в Караганде, также описывают человека, к агрессии не склонного.

По поводу мотивов постоянно звучит предположение, что рядовой подвергался систематическим унижениям. Олег Фочкин напоминает, что погранвойска всегда отличались отсутствием дедовщины. К тому же на заставе она вообще сведена к минимуму, поскольку людям там есть чем заняться и без такого рода развлечений.

Однако Геннадий Бендицкий, известный своими хорошими отношениями с правоохранительными органами, выдвинул на страницах газеты «Время» 14 июня свою теорию: «Работавшая на месте происшествия оперативно-следственная группа, состоящая из представителей различных правоохранительных ведомств, обнаружила женское белье на… убитом неподалеку от заставы охраннике охотхозяйства Руслане Киме. Этот факт официально не афишируется, но отражен в материалах уголовного дела, описан в протоколах, зафиксирован на видео и фото. Сейчас выясняется, что работавший охранником отставной майор ВВС имел довольно странные для мужчины пристрастия. Носил обтягивающие брюки с высокой талией, подчеркивающие формы. Не слишком стесняясь своих знакомых, покупал нижнее белье в бутиках женской одежды, причем предпочитал именно полупрозрачные ажурные трусики. В свои 48 лет бывший военный ни разу не был женат и не имел детей. Никто никогда не видел и не слышал, чтобы у него была подруга. Известно также, что по месту жительства у него сложились настолько непростые отношения с родными, что он собирался покинуть пределы Талдыкоргана. Но по приглашению соседа, владевшего охот­угодьями, оказался в качестве егеря по соседству с постом “Аркан Керген”, где с конца мая разместилась группа молодых пограничников. А теперь — ничего не утверждая наверняка и не предвосхищая результаты следствия — хочу задаться вопросом: могли ли странные, не свойственные мужчинам пристрастия бывшего майора авиации стать тем спусковым крючком, который заставил рядового Челаха съехать с катушек? Я не психолог и не психиатр. Но несколько раз в своей жизни видел, как может вывести из себя некоторых молодых людей пусть даже в шутку высказанное подозрение в гомосексуализме…»

Заметим, что корреспонденты радио «Азаттык» еще 5 июня взяли интервью у родственников Руслана Кима. Те говорили, что майор авиации мечтал жениться, «может быть, даже, несмотря на возраст, завести детей». А пока своей семьи у него не было, он много времени проводил с племянниками.

Огромное количество вопросов вызывает место, где обнаружили рядового Челаха. Учитывая, что связи с постом не было больше двух суток, он мог бы, двигаясь вниз по ущелью со средней скоростью 5 км в час, пройти пешком 130—160 километров. Он, однако, удалился от заставы всего на 24 километра. Источники в правоохранительных органах пытались сделать так называемый слив «Эксперту Казахстан» и, возможно, ряду других изданий о том, что, согласно показаниям, подозреваемый пытался взять все оружие, которое было найдено на улице сваленным в одну кучу, и уйти с места преступления на лошади. Однако лошадь лягнула пограничника, и ему пришлось покинуть место преступления с одним пистолетом. Однако на видеозаписи, когда производился следственный эксперимент, видно, что Челах не хромает.

Курсы кройки и шитья

В штате редакции «Эксперт Казахстан» нет  ни одного следователя. У нас нет доступа к материалам дела. Психологи и психиатры, в том числе глава одной из профессиональных ассоциаций, к которым обратилась редакция, отказались комментировать видео, выложенное следственной группой в интернет, сказав, что по нему нельзя судить не только о вменяемости подозреваемого, но даже и о его состоянии. Поэтому мы не можем делать каких-либо выводов.

Однако то, виновен ли Владислав Челах или нет, как бы это цинично ни звучало, не самый ключевой вопрос сегодня. Даже если это соответствует действительности, что, строго говоря, не исключено, вести себя так, как ведут себя сейчас правоохранительные органы, неприемлемо.

Следственная группа, судя по всему, намеренно собрана из представителей всех силовых структур, кроме разве что финансовой полиции. Таким образом, все силы, которые официально имеют доступ к оружию, представлены в команде. Казалось бы, такая концентрация профессионалов должна вылиться в полноценное расследование, в то, что не останется никаких белых пятен, что все версии будут тщательно проработаны. Государственный обвинитель должен обвинять в суде, приводя исчерпывающие доказательства вины подсудимого. Вместо этого следствие выдает обществу горы противоречивой информации, питая фантазию казахстанцев. В результате зреет тотальное недоверие к власти. У людей появляется ощущение, что их «держат за идиотов» — это словосочетание сегодня можно услышать повсеместно. Причем в случае гибели Заманбека Нуркадилова, который, согласно официальной версии, покончил с собой, дважды выстрелив себе в грудь и один раз в голову, или в случае убийства Алтынбека Сарсенбаева, где всю вину на себя взял Ержан Утембаев, народ воспринимал это как межэлитные конфликты, его не касающиеся. Случай же на «Аркан Кергене» воспринимается как нечто личное.

Андрей Чеботарев, директор Центра актуальных исследований «Альтернатива», говорит, комментируя ситуацию «Эксперту Казахстан»: «Если смотреть на общие настроения в обществе, то складывается такое впечатление, что определенная часть казахстанцев, можно сказать, привыкла за последние годы к подобным инцидентам с трагическими исходами (затопление Кызылагаша, “малая война” в Актюбинской области, теракт в Таразе, события в Жанаозене и т.д.). Поэтому, в частности, не было ощущения национального траура в стране. Вследствие неумелых действий властей многие вынуждены разрываться между сочувствием погибшим и их родным, с одной стороны, и выжившему в этой трагедии Владиславу Челаху и его семье. В любом случае в нашем разделенном по ряду признаков обществе нет консолидированного стремления выяснить истину арканкергенской и иных трагедий».

Г-н Чеботарев видит, что в процессе расследования КНБ и прокуратура вынуждены ориентироваться на политические заявления президента страны, отличающиеся некоторой непоследовательностью. «Сперва глава государства посчитал случившееся терактом. Затем он заявил, что никакого внешнего вмешательства здесь не было. В последнем случае он, находясь с официальным визитом в Китае, скорее всего, хотел успокоить Пекин. Однако своим заявлением президент фактически сузил поле для расследования. Руководствуясь им, следственные органы могут теперь не разрабатывать версии возможного нападения на пограничников со стороны пришедших из-за рубежа экстремистов или трансграничных преступных группировок».

Не проведя тщательного расследования, прокуратура уже фактически предъявила Челаху официальное обвинение в убийстве своих сослуживцев и егеря. «К сожалению, практика объявления подозреваемых в совершении тех или иных правонарушений виновными еще до завершения следствия и тем более решения суда остается в Казахстане неизменной. Но таким подходом власти сами сознательно обрекают себя на недоверие и возмущение со стороны общества. Похоже, что политическая конъюнктура идет против профессионализма и здравого смысла. По-хорошему, силовикам в оперативных интересах нужно было скрыть факт обнаружения Челаха и вести дознание с его участием так, чтобы не спугнуть преступников, если таковые были», — рассуждает эксперт.

Сотрудник Казахстанского института стратегических исследований кандидат политических наук Антон Морозов видит, что СМИ и общество работают с той информацией, что имеется. «А ее крайне мало и она противоречива. Соответствующий и уровень материалов, обсуждений. Возникло несколько основных версий. В том числе откровенно бредовых. И они уже укрепились в обществе. Официальная трактовка событий не снимает вопросы, а, напротив, создает новые». Аналитик иронизирует, что версия произошедшего, озвученная прокуратурой, оказалась «в стиле Донцовой»: наличие противоречивых фактов, которые всплывали в ходе освещения события, выдаваемых различными государственными органами.

Морозов указывает и на запоздалую первую реакцию соответствующих органов, в первую очередь силового блока. «Все это — свидетельство недостатков в информационной работе, неэффективности управления информационными потоками и, к сожалению, отсутствия профессионалов в информационной сфере. С другой стороны, могло быть и хуже — начали бы все секретить, пытаться скрыть, смягчать последствия, откровенно лгать. Как говорится, не стреляйте в пианиста, он играет как умеет».

Антон Морозов находит, что в этой ситуации честность — лучшая политика: «Надо было, не затягивая, сказать: мы пока не знаем, что произошло. Но не волнуйтесь: это не война, это не провокации извне. Мы создали штаб, вот ответственный за связь со СМИ, поручаю ему дважды в день доводить до общества все, что стало известно, и развенчивать слухи. А также призываем всех граждан не паниковать».

Этот комментарий был нами получен еще в понедельник, 11 мая, до выступления главного военного прокурора, однако, судя по всему, ситуация не сильно изменилась — обновленная официальная версия, как мы видели, все еще «в духе Донцовой». Власти, похоже, больше всего стремятся именно к тому, чтобы как можно быстрее показать обществу, что «это не война». Это не война, а ничем не объяснимая жестокость одиночки. Также на всякий случай, для снижения градуса, были уволены несколько чиновников. И посажен начальник соседней заставы, хотя держать связь и реагировать на исчезновение из эфира «Аркан Кергена» должны были в погранотряде.

Колокол звонит

Политолог Айдос Сарым, в отличие от своего коллеги Морозова, полагает, что все очень плохо: «В обществе уже давно существуют тревожные настроения и ожидания чего-то еще более ужасного, еще более гнусного… — говорит он. — Мы уже говорили о том, что Казахстан вступает в турбулентное десятилетие, когда начнут взрываться все мины, которые были заложены в последние годы. Если раньше запаса прочности системы хватало на то, чтобы как-то микшировать последствия практически любых трагических ситуаций, сегодня его едва хватает на то, чтобы тушить “информационные пожары”». Г-н Сарым считает, что Казахстан находится в кризисе, и кризис этот не экономический. Речь идет о кризисе доверия к власти, доверия к институтам, доверия в отношениях между людьми. «Общество будет все меньше и меньше доверять власти, доверять официальным версиям, даже если они будут подкрепляться самыми неопровержимыми доказательствами. Налицо серьезный коммуникационный тупик, выйти из которого можно, только кардинально изменив всю систему, интерфейс и инфраструктуру коммуникаций. По своему эмоциональному накалу эта трагедия не может тягаться с событиями в Жанаозене и Шетпе. Но она “забила” все позитивные мероприятия, которые осуществила власть за последние недели. Точно так же, как жанаозенские события практически “убили” мероприятия по 20-летию независимости. События на погранзаставе стерли в пыль все майские инициативы Акорды. Говоря образно, это один из черных камней, которые ложатся на чашу весов и меряют доверие народа к власти».

Власть, правоохранительные и судебные органы очень долго и методично делали все, чтобы создать себе плохую славу, полагает эксперт. «Поскольку в обществе растет недовольство, то любое трагическое событие служит средством мобилизации всех недовольных. При этом не важно даже, есть оппозиция или нет. Общество само вырабатывает “альтернативы”, зачастую совершенно сумасшедшие, конспирологические, которые, попав на подготовленную почву, начинают пускать корни, обрастать жуткими, даже фантастическими подробностями. А поскольку хаос не производит порядок, а только лишь воспроизводит сам себя, то говорить о сколько-нибудь разумной информационной кампании, вообще информационной политике, формировании “повестки дня” не приходится. Именно на этом фоне пограничник Челах сначала становится “казахским Рэмбо”, эдаким “героем дня”. Не имея более рациональной и прагматичной повестки дня, четкой программы действий, оппозиционные силы всем миром бросаются “спасать рядового Райана”». Айдос Сарым видит, как повсюду появляются образы массовой культуры и архетипы Голливуда. «Это клиника какая-то! При этом уже мало кто задается вопросом о том, что Челах вполне реально мог убить своих сослуживцев, а значит, быть реальным преступником! Одним словом, и само общество, и оппозиционные силы также находятся в информационном тупике».

«Лично я не верю, что у нас есть дееспособные войска и спецслужбы, — рассуждает Айдос Сарым. — Если речь идет о власти в целом, то она несет колоссальные репутационные потери уже много лет подряд, залатать и замазать которые крайне трудно или, что более вероятно, невозможно. В любом случае, чтобы даже оставить все как есть, нужны очень сильные, неординарные шаги. А чтобы улучшить, направить в позитивное русло — нужна полная смена парадигм, нужна революция на уровне мозгов, на уровне целеполагания и мышления. Проблема власти в том, что она привыкла работать только в условиях монопольного контроля над всем, включая информацию. Она до сих пор не может свыкнуться с тем, что сейчас ей приходится выживать и жить в условиях острейшей информационной войны. При этом особенно важно указать, что бороться ей приходится со структурно и институционально неопределенными субъектами. А когда машина начинает бороться с призраками и фантомами, то она начинает работать вхолостую, терять свою эффективность, становится смешной». А власть, любая власть, может быть какой угодно, но только не смешной. Благодаря интернету, современным информационным технологиям мы живем в эпоху, когда складывается реальная многоканальность информационных потоков. «Можно владеть всеми телеканалами, всеми газетами, — продолжает эксперт, — но это не будет означать полного и тотального контроля над обществом, общественным мнением. Кучка блогеров, “троллей” может фактически “забанить”, “зажабить” любое событие, как позитивное, так и негативное. И само общество, особенно его продвинутая часть, будет требовать от власти обеспечения синхронности информационных потоков в традиционных и в новых медиа. Любое несоответствие будет приводить к информационным пробкам, недоверию, информационному шуму — в общем, всему, что сегодня называют когнитивным диссонансом и конфликтами».

По мнению политолога, власть сама себя довела до такой точки, когда она перестает думать и созидать. Она фактически стала «пожарным», который мечется с одного «пожара» на другой, не сильно думая о том, что будет завтра, послезавтра, через 10 или 20 лет. «Этот “режим пожарных” очень сильно влияет на когнитивные, познавательные способности, сильно искривляет сознание, ментальность власти. Пройдет еще какое-то время, и даже сама власть забудет, что такое “намеченный курс”, “стабильность курса”. Какой “курс”, если на “корабле” все кругом прогнило и начинает давать течь всюду, до чего коснется рука? Такой корабль и раскачивать не надо, надо лишь молиться, чтобы не было сильных ветров и течений! В такой ситуации, очевидно, трудно говорить об “адекватности действий”. Ну как можно работать, если информация не проходит по всем каналам не искаженной? Если какие-то инстанции начинают думать не о том, как решать ситуацию, а как бы не испортить настроение “конечному пользователю”? Создается впечатление, что никто ни за что в стране не отвечает и никто не несет никакой ответственности за происходящее. Власть сама создает себе проблемы, а потом прилагает “героические усилия” для преодоления ситуации. А если власть сама себя не жалеет, ничему не учится и не желает учиться, то что ей можно еще советовать?»

Хотя, скорее всего, никаких диверсантов на «Аркан Кергене» не было, система сама устроила против себя мощную диверсию. Плоды ее пожинать придется еще долго. Остается только молиться, чтобы такие же трагедии не случались в дальнейшем в Казахстане раз в квартал. Иначе власть, живя внутри своей реальности, окончательно отслоится от общества, над которым она вроде бы властвует. Чем кончается такое полное отслоение, мы знаем из истории.

Статьи по теме:
Тема недели

Из огня да в колею

Итоги и ключевые тренды 1991–2016‑го, которые будут влиять на Казахстан в 2017–2041‑м

Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности

Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор