Полураспад сделки

Россия и Казахстан заблокировали сделку по вхождению японского энергоконсорциума в уставной капитал канадской компании Uranium One. Выгодно это прежде всего россиянам

Полураспад сделки

В конце прошлого года канадская компания Uranium One (U1) пересмотрела сделку с японским консорциумом Japan Uranium Management Inc. (JUMI), куда входят Tokyo Electric Power, Toshiba и Japan Bank for International Cooperation, из-за отсутствия одобрения казахстанских властей. Напомним, что U1 еще в феврале прошлого года заключила соглашение с японским консорциумом о продаже 117 млн своих акций за 269,1 млн канадских долларов (256,8 млн долларов США) и планировала закрыть сделку до конца 2009 года.

Не получив одобрения РК, канадцы были вынуждены на время отложить продажу пакета. Теперь сделка переформатирована: U1 одолжила у JUMI оговоренную сумму в обмен на собственные облигации. Если в течение 2010 года РК одобрит сделку в первоначальном варианте, JUMI имеет право обменять облигации на акции U1. Если одобрения не будет, японцы могут потребовать погашения облигаций не ранее 2012 года. На момент закрытия сделки также вступит в силу off-take контракт с JUMI, по которому японцы получат опцион на покупку до 20% урана, добываемого U1.

В настоящее время крупнейшим акционером U1 является российский холдинг «Атомредметзолото» (АРМЗ), 76% акций которого принадлежит «Росатому». 15 декабря холдинг завершил обмен активами с U1, получив 19,99% в ее капитале. В случае осуществления сделки U1 с JUMI доля АРМЗ в U1 может сократиться до 16,6%.

Если же РК и далее будет лоббировать российские интересы, то сделает отечественный урановый рынок менее конкурентоспособным. Высокая степень зависимости от РФ лишь усугубляет непростую ситуацию в урановой отрасли.

Уран на всех не делится

26 декабря 2007 года Мухтар Джакишев договорился с японскими компаниями Kansai Electric Power, Nuclear Fuel Industries и Sumitomo Corporation о восстановлении на территории РК японского отработанного ядерного топлива и некондиционного урана. Это соглашение могло дать РК возможность выйти на высокие переделы (Ульбинский металлургический завод должен был производить и поставлять компоненты ядерного топлива для изготовления топливных сборок на предприятиях японской компании Nuclear Fuel для поставки их на АЭС компании Kansai в Японии). Г-н Джакишев утверждал, что заодно он убедил консорциум войти в уставной капитал U1. Причем экс-глава «Казатомпрома» не скрыл, что сделал это, дабы не допустить усиления позиции россиян в канадской компании.

«Для “Росатома” крайне нежелательно снижение своей доли в U1, французам не нравится резкое усиление основных конкурентов в сегменте добычи, в котором они наиболее слабы», — говорит аналитик инвестгруппы «Энергокапитал» Александр Игнатюк.

Хотя интересы российского и казахстанского лобби все же очевиднее, чем интересы третьих стран. Если верить официальной версии следствия в отношении экс-главы «Казатомпрома» Мухтара Джакишева, которое считает, что при заключении сделок он руководствовался собственными интересами, а не интересами государства, то расторжение одной из них выгодно РК (в том смысле, что страна избежала невыгодной сделки).

Правда, есть и другая версия, согласно которой российские атомные структуры при участии руководства РФ продавили в казахстанской политической элите вопрос ареста и уголовного преследования г-на Джакишева. «По первой версии причиной срыва сделки стала борьба разных групп влияния в РК. Казахстанский президент Нурсултан Назарбаев сам или с подачи сил внутри РК заподозрил махинации и инициировал уголовное дело против Джакишева, что привело к заморозке проекта с японцами. Все это оказалось на руку АРМЗ, которого никак не устраивал статус миноритарного партнера в U1. По второй версии инициаторами стали как раз российские атомные структуры, раз именно им был выгоден арест Джакишева, политика которого шла вразрез с интересами РФ на мировом атомном рынке», — говорит аналитик инвесткомпании «Совлинк» Екатерина Трипотень.

АРМЗ в том случае, если японцы не входят в уставной капитал U1, останется крупнейшим акционером канадской компании, в то время как, по словам г-жи Трипотень, «Джакишев хотел исключить возможность получения какой-либо одной страной, в первую очередь РФ, наибольшего влияния в U1».

В пользу этой версии говорит и то, что в результате ареста Мухтара Джакишева пост главы «Казатомпрома» получил Владимир Школьник, имеющий давние связи в РФ и одновременно являющийся тестем главы АРМЗ Вадима Живова.

По словам г-жи Трипотень, имело место сочетание обоих факторов: «Совсем отрицать влияние РФ и АРМЗ нельзя: их интересы лежат на поверхности, а верить в случайное совпадение в таких глобальных делах наивно. Правда, наличие российских интересов не исключает внутренней политической борьбы в РК и политической подоплеки дела против Джакишева».

Срыв сделки позволит РФ контролировать казахстанский урановый рынок. Попытка U1 без российских партнеров договориться с JUMI — не что иное, как стремление получить рынки сбыта напрямую. Россияне уже имеют ряд договоренностей с японцами. В частности, соглашение ОАО «Атомэнергопром» и Toshiba, ОАО «Техснабэкспорт» и Toshiba, а «Росатом» с Mitsui и Marubeni обсуждает возможность совместного участия в освоении урановых месторождений на территории третьих стран. Поэтому сделка U1 и вызвала болезненную реакцию россиян: они считают, что канадцы хотят перебежать им дорогу. «Получается очевидная нестыковка: в то время как “Росатом” и его “дочки” активно контактируют с японцами, U1 самостоятельно выходит на JUMI. Такие действия порождают конкуренцию внутри атомных альянсов и наносят вред бизнесу», — считает аналитик инвестиционно-финансовой компании «Алемар» Василий Конузин.

Идем туда, не знаем куда…

В пресс-службе «Казатомпрома» отказались комментировать ситуацию со сделкой, сославшись на отсутствие решения казахстанских регулирующих органов.

Одобрение сделки U1 должен получить в Министерстве энергетики и минеральных ресурсов РК (МЭМР). В пресс-службе ФНБ «Самрук-Казына» (контролирует «Казатомпром») привели аналогичную аргументацию: пока нет окончательного решения, комментировать нечего.

Оно и понятно. На первый взгляд, прямой угрозы для казахстанских интересов нет. «Обязательства U1 по осуществлению инвестиций и разработке проектов на территории РК не изменились, поэтому можно говорить о сохранении статус-кво», — считает старший эксперт фонда «Институт энергетики и финансов» Сергей Кондратьев.

Но есть стратегические интересы Казахстана в атомной отрасли. В частности, мы должны стремиться к привлечению наиболее широкого круга игроков на рынок своих урановых активов, тем самым создавая, во-первых, рыночную среду и рыночные же цены для обмена активами, во-вторых, привлекательный режим получения иностранных инвестиций. «Казахстанским руководством срыв сделки может использоваться для упрочения своих отношений со сторонами, которые автоматически попадают в выигрышное положение, например с Китаем, Индией и РФ», — думает г-н Игнатюк.

Как бы то ни было, Россия хочет перерабатывать и обогащать весь уран, добытый U1. Именно такую схему отстаивала Москва при обсуждении с Астаной уранового СП. В случае срыва сделки U1 попадет в сильную зависимость от РФ в плане поставок урана на японский рынок. «В этом случае за РК останутся сырьевые поставки, от чего как раз хотел уйти Джакишев, пытаясь построить диверсифицированную цепочку путем альянсов с разными странами», — отметила г-жа Трипотень.

Пальцы крестиком

Вице-президент по инвесторским отношениям U1 Крис Саттлер пояснил, что в настоящий момент запрашиваемая информация по сделке относится к разряду конфиденциальных. И добавил, что впоследствии, когда компания примет решение о предоставлении соответствующей информации, она будет опубликована на страницах официального сайта U1.

Канадцы все же надеются на одобрение сделки со стороны казахстанского МЭМР, но, судя по всему, JUMI особого оптимизма по данному поводу не испытывает. «Скорее всего, JUMI утратил интерес к реализации договоренности с U1, возможно, в том числе и из-за заключения соглашения о сотрудничестве между Россией и Японией, предусматривающего увеличение поставок обогащенного урана в Японию. В любом случае отказ от реализации данной сделки приведет к усилению стратегического сотрудничества между U1 и “Росатомом”», — считает г-н Кондратьев.

По словам г-на Игнатюка: «Для JUMI еще не все потеряно, и вполне возможно, мы еще увидим дальнейшие попытки получить часть урана канадского холдинга посредством обмена активами или создания новых СП».

По мнению г-на Кондратьева, выход канадцев на японский рынок лишь удлинился по времени: «Во-первых, U1 сможет предложить новые, более привлекательные условия JUMI или, например, Mitsui, Sumitomo и так далее. Другим возможным сценарием является заключение трехстороннего соглашения между АРМЗ, U1 и Toshiba (или пересмотр существующих российско-японских соглашений с учетом интересов U1). Но реальное продвижение U1 на японский рынок затянется и станет очевидным только в долгосрочной перспективе».

Статьи по теме:
Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности

Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?