Из одной точки

По мнению Владимира Бабкина, суть фотографии в реализме: жизнь настолько многообразна, что ничего придумывать не надо, надо лишь уметь фиксировать то, что есть

Из одной точки

Несмотря на эту категорическую точку зрения, среди 150 работ вернисажа, открывшегося в Музее им. Кастеева к 50-летию алматинского художника, есть и постановочные фотографии. Художник объясняет это противоречивостью творческой натуры и тем, что в них проявляется режиссура, которая не должна быть заметна. Эти фотографии, говорит он, не из разряда фотоателье.

Владимир снимает уже 30 лет и считает, что фотография — самый спорный вид искусства. «Она, как и легкая атлетика в спорте, является самой массовой. Сейчас трудно найти человека, который бы не имел фотоаппарата. Психология такая, если у тебя в руках маленький фотоаппарат, “мыльница”, ты еще не фотограф. Если же ты имеешь дорогой фотоаппарат, солидную технику, тут же начинаешь ощущать себя фотографом. Причем если художниками себя считают не все, то фотографом называет себя практически каждый», — уверен он.

Невольные усилия

—Владимир, почему фотография стала массовым видом искусства?

— Раньше были технические проблемы. Когда я начал заниматься фотографией и шел на съемку, то мой кофр весил 16 килограммов. Это действительно была физически тяжелая работа, которую бы потянул не всякий. Например, фотографов-женщин практически не было. Процесс получения фотографий был тяжелым и сложным трудом. Сейчас мы их получаем мгновенно — и женщин-фотографов стало очень много.

—Чем художник отличается от фотографа?

—Если в графике, скульптуре художник творит интеллектом, абстрактным мышлением и своими руками, то в фотографии все совершенно по-другому. Давайте проведем эксперимент: на Манхеттене, на пешеходном переходе, установим фотокамеру, которая срабатывала бы по сигналу светофора, когда пешеходы переходили улицу, например 500 раз в день. Спустя месяц по итогам эксперимента можно организовать серьезную художественную выставку. Представленные там фотографии будут сделаны помимо воли человека. Даже если профессионал ставил, монтировал и настраивал камеру, то фотографии все равно будут сделаны автоматически. Дальше изображение просто переносится с камеры на носитель, где оно будет демонстрироваться. В этом парадоксальность фотографического искусства — оно делается помимо воли художника.

—Чем профессиональнее аппаратура, тем сложнее с ней работать — нужны не только профессиональные навыки, но и, как говорится, видение художника…

—Настоящий художник может получить изображение и без фотоаппарата — в спичечном коробке можно проделать дырочку и снимать. Людей, умеющих пользоваться фотоаппаратом, великое множество, а выдающихся фотографий ограниченное количество. Как много художников, называющих себя фотографами? Сколько фотографов считают себя художниками?

Дети и секс

—Сейчас фотографируют даже мобильными телефонами...

—Снимают и мобильными телефонами, и старыми фотоаппаратами с пластмассовыми линзами — такая техника называется ломографией. В зависимости от технических средств существует много способов получения изображения. Другое дело, что, как правило, у большинства людей путь становления как фотографа состоит в том, что они учатся делать крутые фотографии. Как только фотографии начинают походить на видовые открытки, как только они сняли девушку в стилистике модных журналов, тут же они мнят себя фотографами.

—Разве фотография и технические средства, с помощью которых она получается, это не язык искусства, которым можно не только мастерски, но и талантливо изъясняться?

—Я не говорю, что фотография — только технический процесс. Например, Джоконда да Винчи — произведение искусства. Но поместите ее без рамы, без соответствующей обстановки вдалеке от Лувра в какой-нибудь прерии или джунглях и покажите дикому племени. Они ее оценят? Вопрос открытый. Может быть, они постигнут ее божественность, а может быть, и не заметят, не увидят в ней даже практической ценности. Поэтому искусство — это то, что заключается в наших головах и зависит от нашего понимания и толкования. Как только фотограф начинает ориентироваться в пространстве, он тут же это передает зрителю, и если тот имеет ту же сферу жизни, что и он, это попадает в ритм.

—Есть ли темы, близкие любому современному человеку?

—Если говорить о популярности фотографии, то наибольшим успехом пользуются детские и семейные снимки и, конечно, сексуальная тематика. Они входят в круг жизни каждого. Есть два беспроигрышных мотива — дети и секс. 95% фотографического творчества обращается к ним. Я могу взять на себя смелость и сказать, что делаю интеллектуальную фотографию. Но я не нахожусь в вакууме и хочу, чтобы мои снимки нравились. И если они не нравятся, это не значит, что зрители дураки. Может быть, я окажусь дураком, и в этом заключаются муки творчества.

Предвосхищение впечатлительности

—Фотография и живопись связаны генетически. Как сейчас фотография соотносится с живописью?

—В чем-то фотография с живописью пересекается. С этим никто не спорит. Но в чем-то и принципиально отличается. Например, сразу можно определить, когда картина нарисована с фотографии.

—Но вначале фотография старалась подражать живописи...

—Первые фотографы были художниками, и они по-другому не умели. И только изобретение малоформатного фотоаппарата, который назывался «Лейка», позволило открыть дилетантам дорогу к творчеству. Они не знали, как надо «правильно» фотографировать, и открыли новый фотоязык. А сейчас мы переживаем новую эпоху, когда дилетантизм достиг наивысшей степени.

—Не напоминает ли это такое явление в живописи, как кубизм и супрематизм? Несмотря на кажущуюся простоту, они абстрактны и демонстрируют структуру пространства и основу цветов.

—По большому счету, к искусству это отношения не имеет, скорее к науке. Малевич был пролетарским художником, и то, что он создавал, например его знаменитый «Черный квадрат», — не что иное, как социальная акция, призванная поставить эксперимент над обществом.

—Живопись как язык искусства на протяжении истории претерпевала значительные изменения — импрессионизм, экспрессионизм, кубизм. Можно ли проследить что-то подобное в истории фотографии?

—Живопись глобальна. Ее история опередила фотографию. То, чем сейчас гордятся фотографы — схваченный момент, спонтанность, случайность, все уже было у импрессионистов. В годы рассвета импрессионизма фотография была еще в зачаточном состоянии. Импрессионисты ловили блики на воде, легкое дуновение ветра и прочее. Они предвосхитили впечатлительность. Если мы взглянем, например, на «Балет» Дега, то у нас создастся впечатление, что мы присутствуем за кулисами. Тогда залы театров еще не освещались электричеством и не было техники, позволявшей делать такие снимки. Для получения фотографии нужны были специальные условия. А живописцы писали картины, похожие на фотографии. Живопись предвосхищает фотографию. Просто она пошла дальше в детализации.

Не дело художника

—Что еще отличает фотографию от живописи?

—Если передача фактуры в живописи не является имманентно присущим фактором, то для фотографии передача факту­ры — самое главное. Фотограф может пожертвовать всем ради фактуры, которая составляет ее суть. У всего видимого есть фактура — у кожи, дерева, земли. Только фотография может передавать ее мгновенно и сразу.

—Остановить мгновение?

—Именно. Когда фотография подражает живописи — портрету или рисунку, это постановочная художественная фотография. Например, девушка, печально глядящая вдаль. Существуют и зрительские стереотипы: если пейзаж, то Левитан и Шишкин, если потрет, то Джоконда да Винчи. Здесь пропадает спонтанность, документальность, реализм случайности.

—Разве так важно, реально ли существовало то, что мы видим на фотографии, или нет? Главное, какое чувство она вызывает — правдоподобности или, напротив, искусственности.

—Фотография автоматически вызывает чувство правдоподобности. Когда она вступает в противоречие с этим чувством, это уже не фотография. Фотография — не обычное искусство, которое требует абстрактного мышления. Например, театральное. В кино абстрагироваться не надо, оно фотографично по сути. Фотография не требует абстрагирования. Возвращаясь к теме реализма, фотография — не искусство художника. В ней действуют принципы документальности, передачи фактуры, требования перспективы. Всегда видно, когда картина нарисована с фотографии — поскольку она делается из одной точки перспективы. Художник же, рисуя портрет, меняет точки.

—Разве фотографы не тяготеют к художественности, демонстрируя собственный взгляд на реальность?

—Стремление к художественности возникает потому, что фотограф испытывает комплекс неполноценности от того, что он фотограф, и поэтому начинает считать себя художником. Фотография и художественное ремесло — разные вещи. Художник создает искусство, фотограф пользуется техническим прибором и руками ничего делать не может. Он только фиксирует то, что есть. Если фотограф начинает искать художественность и манипулировать пространством, использовать компьютерные программы, он уходит от фотографии. Он создает художественные произведения, сделанные фотографическим способом. Но если мы вспомним историю фотографии, хотя во все времена были художники-фотографы, в нее вошли работы, отличающиеся фотографизмом. В ней, пусть и в ущерб визуальному качеству, остаются фотографические изображения.

Статьи по теме:
Казахстан

От практики к теории

Состоялась презентация книги «Общая теория управления», первого отечественного опыта построения теории менеджмента

Тема недели

Из огня да в колею

Итоги и ключевые тренды 1991–2016‑го, которые будут влиять на Казахстан в 2017–2041‑м

Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности