Огранка алмаза

Задачи диджея — формировать вкус слушателя и, играя с музыкальным материалом, представлять его новые, неожиданные грани

Огранка алмаза

Костантин Тимошенко, диджей, музыкант, активный участник группы [antiparty gang], презентовал свой новый проект Help me Jones — результат сотрудничества с болгарским певцом, автором текстов, режиссером и актером театра и кино Марием Росеном. Их сотрудничество началось, когда Костя делал музыкальное оформление для его постановки по пьесе Василия Сигарева «Пластилин» в софийском театре сатиры. Но это не единственная работа Кости для театра.

Еще проекты…

В 2005 году в Алматы, в «АРТиШОКе», он придумал звук для моноспектакля с видеоартом по «Преступлению и наказанию» Достоевского. Затем — для спектакля «Ромео и Джульетта» уже в Софии. «Это был смешной эксперимент: сокращенная до 40 минут, как скелет, постановка. К ней я делал шумовую музыку — это был звук зажигающихся спичек», — вспоминает Костя. В прошлом году Костю и еще одного участника [antiparty gang], критика и музыканта Дениса Колокола, пригласили выступить в Вене на ежемесячном фестивале электронной музыки. Каждый раз он посвящен новой стране, образовавшейся недавно в связи с распадом Восточного блока и Советского Союза. Ребята представили Казахстан: «Я сделал диджейский сет, развлекал публику. А Денис презентовал новые произведения, сейчас он занимается продюсированием своего звука». Костя надеется — выступление дало понять, что и в нашей стране есть люди, делающие что-то необычное. Двадцать лет назад Костя совместно с замечательной певицей, поэтессой и музыкантом Ирэной Аравиной создал дуэт «Дети Парижа». Перед отъездом Кости в Софию в алматинском кафе Coffeedelia музыканты отыграли свой юбилейный концерт.

Не умеем тусоваться!

Переезд в Болгарию дал Косте работу и новые творческие перспективы, но он по-прежнему ощущает себя казахстанцем. «Болгария — не совсем буржуазная страна, все-таки это Восточная Европа. Но очень важно, что культура складывалась там не один век. Болгары умеют слушать, умеют посещать концерты и кинотеатры. Творческая интеллигенция там довольно активна. Может быть, Казахстан и выглядит более экономически развитым. Но в Болгарии больше свободы — художник не боится, что его произведения могут трактовать политически. Больше площадок, где можно показать свое творчество. Только это все пока без денег и государством не поддерживается. Но думаю, что скоро начнутся сдвиги в лучшую сторону», — надеется музыкант.

Диджеинг можно рассматривать как постмодернистское искусство компиляции

Какие ощущения от Алматы? «За время моего двухлетнего отсутствия в клубной жизни ничего не изменилось, и это меня расстраивает. Не вижу новых людей. Периодически возвращается Валихан Алишев, один из [antiparty gang]. Он придумал сообщество Modest Debauchery (“Скромное дебоширство”). У них есть свой сайт. Открылись новые заведения, но ничего нового я в них не заметил — везде исполняют кавер-версии Smoky, народ напивается водкой. Открылась “Чукотка” — очень демократичная по ценам, но находиться там трудно. Последнее время публика ведет себя не очень корректно. Вход бесплатный, дешево, и начинают собираться гопники», — делится впечатлениями музыкант. По его мнению, причина в том, что у нас нет социальной дифференциации по местам культуры и отдыха: «Нет разделения по интересам. Все без разбора ходят в одни и те же места. Если открывают ночные заведения, то точно по таким же принципам, как раньше. Сейчас, например, радио NS взяло в аренду Stars club. Вход — три тысячи тенге, клуб рассчитан на 600 человек. Как туда наберется публика? Не умеем мы создавать места отдыха и общения, не умеем там тусоваться».

«Например, как ни ругай Da Freak, это единственное место в городе, которое выдерживает до конца свою политику клуба с электронной танцевальной музыкой. Там есть и зал, где проходят вечеринки с нестандартной электроникой, в них мы проводили “Реплику”. В клуб стоят очереди потому, что он такой один. Все-таки и туда кто-то ходит не послушать музыку, а напиться и подраться. К сожалению, не сложилось не только сообщество посетителей клубов, но и людей, которые бы знали, как правильно открывать клуб, как собирать там публику, как правильно делать фейс-контроль», — сетует он.

Искусство компиляции

Костя профессионально занимается диджеингом. Это для него не просто способ заработать на жизнь, но и источник вдохновения. «Диджеинг можно рассматривать и как искусство», — уверен он. Но все же возник он из сферы развлечений. Когда появилось радио, там начали ставить музыку. Потом — в клубах и на дискотеках. Возникла такая профессия — дискжокей, призвание которого раскручивать понравившуюся музыку. Дискжокеи стали выполнять роль посредников между многочисленными исполнителями, музыкальными продуктами и публикой. По мнению Кости, шоу-бизнес за последние 20 лет сильно развился и стал массовым, его уже не заботит вкус, качество и эстетика продукта. Его главная цель — распродать тираж. Появились диджеи, которые работают на звезд, на рекламу и гастроли. Но это уже не относится к искусству и творчеству. В то же время есть и такие, которые продвигают еще неизвестных, независимых исполнителей или составляют свои диджейские сеты из интересных старых вещей. Именно они формируют музыкальный вкус публики. Доносят до нее новую информацию. В этом и состоит творческий посыл. Диджеинг можно рассматривать как постмодернистское искусство компиляции, уверен музыкант. «Совместить 15 песен, чтобы они походили на музыкальное путешествие, сделать правильный подбор, когда идет песня за песней, а слушатель понимает, что ты хочешь этим сказать — это творческая задача. Во всем этом есть мысль и настроение. Я пытаюсь делать именно это и отношу себя к этой касте диджеев», — утверждает он.

Ремиксы, реэдиты и балерик

Диджей может сделать так, что композиция зазвучит по-новому. Аранжировка — другое направление диджеинга, когда диджеи делают ремиксы, адаптируя музыкальное произведение для танцпола. «Вот, например, написана песня, которую можно исполнять и слушать. Чтобы продать пластинку, заказывают ремикс у диджея, который превращает ее в танцевальный хит. Люди могут не только напевать ее, но и танцевать под нее», — поясняет он. Обычно диджеи делают подборки и ремиксы музыки, стараясь удовлетворить интересы публики. Но у них есть и свои пристрастия. «На двух “Репликах” у нас были диджеи, играющие музыку, которая, как правило, не звучит в алматинских клубах. Она для подготовленной публики. Есть люди с развитым вкусом, которые могут выбирать, для них и работают такие диджеи. Я не поклонник музыки без мозгов, технически она делается просто — покупаешь компьютер, на нем установлены программы, издающие определенные звуки, — вот тебе и композиции. И большинству они нравятся. Они имеют право быть, а диджеи — играть, популяризировать что хотят. Но чем элитарнее искусство, тем у него меньше поклонников.

Что касается новостей диджеинга — сейчас появился стиль Balearic, медленная музыка, но основанная на дискоритме», — рассказывает Костя. Это скорее музыка для бара, не для дискотек. Еще в моде реэдиты (re-edit, то есть перередактировать, переделать), когда ты с помощью компьютерных программ перекраиваешь старую композицию как хочешь, убираешь на свой взгляд какие-то ненужные части и удлиняешь места, которые тебе нравятся. «У меня сохранилась пластинка “Ритмическая гимнастика” с замечательным треком “Сафари” в исполнении оркестра Осинского. Понятия не имею, кто это, но лучшего советского электронного произведения я еще не слышал. Я сделал из него семиминутный реэдит. Изменил его форму, оставил звучание. Но интерпретацией это все же назвать нельзя», — говорит музыкант.

С появлением Интернета многие стали выпускать свои релизы и выкладывать свою музыку. В этом мусоре надо долго рыться, чтобы найти что-то интересное. Костя роется и находит единомышленников. Например, тебе что-то нравится, и в дальнейшем ты находишь интересными и другие выкладываемые там вещи и начинаешь доверять этому интернет-ресурсу. Потом стремишься приобрести это на пластинке или диске.

Авторы планируют продавать свой продукт в сети. Сразу вкладывать деньги в физический релиз или CD, как это делают многие, а потом сталкиваться с тем, что его не покупают, смысла нет, уверен Костя. На данный момент готов сингл из пяти вещей и сводятся еще восемь. К середине года будет готов альбом. Если продажи будут успешными и если какой-то лейбл предложит выпустить его на физическом носителе, тогда можно будет вести серьезный разговор. «Выход под известным лейблом — это престижно, это признание тебя как музыканта. Для лейбла это выгодно тем, что он открывает новые талантливые имена, которые в свою очередь представляют его, и продает их на физических носителях».

Диско навсегда

Костя — поклонник диско. Он этого не скрывает и считает, что диско можно рассматривать как серьезное течение. Это актуальная музыка, и она в меру доступна. Сейчас происходит очередное возвращение диско. Хотя Косте и нравится его новое звучание, для души он слушает старую музыку 70—80-х годов. «О возвращении диско можно говорить как о переосмыслении, — считает он. — Нельзя сказать, что это ретро. Ретро — это когда ты ставишь старую запись, а новое, оно и есть новое. Оно может называться диско, но это уже будет диско-2010. Распространено мнение, что диско — коммерческая музыка. Это на первый взгляд, смотря насколько глубоко копать. Обычно на поверхности АВВА, Бони М и прочие. Но если разбираться и находить редкие записи, то станет понятно, что это была целая культура и своего рода протест против музыкальных устоев. Много диско делали не в Америке, а в Европе. И там все по-другому: европейское диско отличается от американского».

В творчестве дуэта Help me Jons диско играет решающую роль. Костя с Марием решили сделать искреннюю музыку в духе New Wave, стиле музыки, появившемся в конце 70-х годов прошлого века как попытка обновить панк, придать ему новый блеск. По текстам он похож на панк, но по звучанию использует элементы диско и синти-попа (синтезаторной музыки). Появился новый жанр, который быстро сгорел к середине 80-х. И вот с начала двухтысячных он начал возрождаться. Возврат музыкальных стилей мы наблюдаем постоянно. Это как мода: сначала было популярно мини, потом стали носить макси. «Сказали, диско больше не будет. А оно периодически всплывает: в середине 90-х годов появился Disco House, сейчас — новое холодное диско. Так происходит со всем. Сейчас забыли про гранж-рок, я уверен, что в 2020-х его вспомнят и он зазвучит по-новому», — уверен диджей.

Статьи по теме:
Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности

Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом