Огранка алмаза

Задачи диджея — формировать вкус слушателя и, играя с музыкальным материалом, представлять его новые, неожиданные грани

Огранка алмаза

Костантин Тимошенко, диджей, музыкант, активный участник группы [antiparty gang], презентовал свой новый проект Help me Jones — результат сотрудничества с болгарским певцом, автором текстов, режиссером и актером театра и кино Марием Росеном. Их сотрудничество началось, когда Костя делал музыкальное оформление для его постановки по пьесе Василия Сигарева «Пластилин» в софийском театре сатиры. Но это не единственная работа Кости для театра.

Еще проекты…

В 2005 году в Алматы, в «АРТиШОКе», он придумал звук для моноспектакля с видеоартом по «Преступлению и наказанию» Достоевского. Затем — для спектакля «Ромео и Джульетта» уже в Софии. «Это был смешной эксперимент: сокращенная до 40 минут, как скелет, постановка. К ней я делал шумовую музыку — это был звук зажигающихся спичек», — вспоминает Костя. В прошлом году Костю и еще одного участника [antiparty gang], критика и музыканта Дениса Колокола, пригласили выступить в Вене на ежемесячном фестивале электронной музыки. Каждый раз он посвящен новой стране, образовавшейся недавно в связи с распадом Восточного блока и Советского Союза. Ребята представили Казахстан: «Я сделал диджейский сет, развлекал публику. А Денис презентовал новые произведения, сейчас он занимается продюсированием своего звука». Костя надеется — выступление дало понять, что и в нашей стране есть люди, делающие что-то необычное. Двадцать лет назад Костя совместно с замечательной певицей, поэтессой и музыкантом Ирэной Аравиной создал дуэт «Дети Парижа». Перед отъездом Кости в Софию в алматинском кафе Coffeedelia музыканты отыграли свой юбилейный концерт.

Не умеем тусоваться!

Переезд в Болгарию дал Косте работу и новые творческие перспективы, но он по-прежнему ощущает себя казахстанцем. «Болгария — не совсем буржуазная страна, все-таки это Восточная Европа. Но очень важно, что культура складывалась там не один век. Болгары умеют слушать, умеют посещать концерты и кинотеатры. Творческая интеллигенция там довольно активна. Может быть, Казахстан и выглядит более экономически развитым. Но в Болгарии больше свободы — художник не боится, что его произведения могут трактовать политически. Больше площадок, где можно показать свое творчество. Только это все пока без денег и государством не поддерживается. Но думаю, что скоро начнутся сдвиги в лучшую сторону», — надеется музыкант.

Диджеинг можно рассматривать как постмодернистское искусство компиляции

Какие ощущения от Алматы? «За время моего двухлетнего отсутствия в клубной жизни ничего не изменилось, и это меня расстраивает. Не вижу новых людей. Периодически возвращается Валихан Алишев, один из [antiparty gang]. Он придумал сообщество Modest Debauchery (“Скромное дебоширство”). У них есть свой сайт. Открылись новые заведения, но ничего нового я в них не заметил — везде исполняют кавер-версии Smoky, народ напивается водкой. Открылась “Чукотка” — очень демократичная по ценам, но находиться там трудно. Последнее время публика ведет себя не очень корректно. Вход бесплатный, дешево, и начинают собираться гопники», — делится впечатлениями музыкант. По его мнению, причина в том, что у нас нет социальной дифференциации по местам культуры и отдыха: «Нет разделения по интересам. Все без разбора ходят в одни и те же места. Если открывают ночные заведения, то точно по таким же принципам, как раньше. Сейчас, например, радио NS взяло в аренду Stars club. Вход — три тысячи тенге, клуб рассчитан на 600 человек. Как туда наберется публика? Не умеем мы создавать места отдыха и общения, не умеем там тусоваться».

«Например, как ни ругай Da Freak, это единственное место в городе, которое выдерживает до конца свою политику клуба с электронной танцевальной музыкой. Там есть и зал, где проходят вечеринки с нестандартной электроникой, в них мы проводили “Реплику”. В клуб стоят очереди потому, что он такой один. Все-таки и туда кто-то ходит не послушать музыку, а напиться и подраться. К сожалению, не сложилось не только сообщество посетителей клубов, но и людей, которые бы знали, как правильно открывать клуб, как собирать там публику, как правильно делать фейс-контроль», — сетует он.

Искусство компиляции

Костя профессионально занимается диджеингом. Это для него не просто способ заработать на жизнь, но и источник вдохновения. «Диджеинг можно рассматривать и как искусство», — уверен он. Но все же возник он из сферы развлечений. Когда появилось радио, там начали ставить музыку. Потом — в клубах и на дискотеках. Возникла такая профессия — дискжокей, призвание которого раскручивать понравившуюся музыку. Дискжокеи стали выполнять роль посредников между многочисленными исполнителями, музыкальными продуктами и публикой. По мнению Кости, шоу-бизнес за последние 20 лет сильно развился и стал массовым, его уже не заботит вкус, качество и эстетика продукта. Его главная цель — распродать тираж. Появились диджеи, которые работают на звезд, на рекламу и гастроли. Но это уже не относится к искусству и творчеству. В то же время есть и такие, которые продвигают еще неизвестных, независимых исполнителей или составляют свои диджейские сеты из интересных старых вещей. Именно они формируют музыкальный вкус публики. Доносят до нее новую информацию. В этом и состоит творческий посыл. Диджеинг можно рассматривать как постмодернистское искусство компиляции, уверен музыкант. «Совместить 15 песен, чтобы они походили на музыкальное путешествие, сделать правильный подбор, когда идет песня за песней, а слушатель понимает, что ты хочешь этим сказать — это творческая задача. Во всем этом есть мысль и настроение. Я пытаюсь делать именно это и отношу себя к этой касте диджеев», — утверждает он.

Ремиксы, реэдиты и балерик

Диджей может сделать так, что композиция зазвучит по-новому. Аранжировка — другое направление диджеинга, когда диджеи делают ремиксы, адаптируя музыкальное произведение для танцпола. «Вот, например, написана песня, которую можно исполнять и слушать. Чтобы продать пластинку, заказывают ремикс у диджея, который превращает ее в танцевальный хит. Люди могут не только напевать ее, но и танцевать под нее», — поясняет он. Обычно диджеи делают подборки и ремиксы музыки, стараясь удовлетворить интересы публики. Но у них есть и свои пристрастия. «На двух “Репликах” у нас были диджеи, играющие музыку, которая, как правило, не звучит в алматинских клубах. Она для подготовленной публики. Есть люди с развитым вкусом, которые могут выбирать, для них и работают такие диджеи. Я не поклонник музыки без мозгов, технически она делается просто — покупаешь компьютер, на нем установлены программы, издающие определенные звуки, — вот тебе и композиции. И большинству они нравятся. Они имеют право быть, а диджеи — играть, популяризировать что хотят. Но чем элитарнее искусство, тем у него меньше поклонников.

Что касается новостей диджеинга — сейчас появился стиль Balearic, медленная музыка, но основанная на дискоритме», — рассказывает Костя. Это скорее музыка для бара, не для дискотек. Еще в моде реэдиты (re-edit, то есть перередактировать, переделать), когда ты с помощью компьютерных программ перекраиваешь старую композицию как хочешь, убираешь на свой взгляд какие-то ненужные части и удлиняешь места, которые тебе нравятся. «У меня сохранилась пластинка “Ритмическая гимнастика” с замечательным треком “Сафари” в исполнении оркестра Осинского. Понятия не имею, кто это, но лучшего советского электронного произведения я еще не слышал. Я сделал из него семиминутный реэдит. Изменил его форму, оставил звучание. Но интерпретацией это все же назвать нельзя», — говорит музыкант.

С появлением Интернета многие стали выпускать свои релизы и выкладывать свою музыку. В этом мусоре надо долго рыться, чтобы найти что-то интересное. Костя роется и находит единомышленников. Например, тебе что-то нравится, и в дальнейшем ты находишь интересными и другие выкладываемые там вещи и начинаешь доверять этому интернет-ресурсу. Потом стремишься приобрести это на пластинке или диске.

Авторы планируют продавать свой продукт в сети. Сразу вкладывать деньги в физический релиз или CD, как это делают многие, а потом сталкиваться с тем, что его не покупают, смысла нет, уверен Костя. На данный момент готов сингл из пяти вещей и сводятся еще восемь. К середине года будет готов альбом. Если продажи будут успешными и если какой-то лейбл предложит выпустить его на физическом носителе, тогда можно будет вести серьезный разговор. «Выход под известным лейблом — это престижно, это признание тебя как музыканта. Для лейбла это выгодно тем, что он открывает новые талантливые имена, которые в свою очередь представляют его, и продает их на физических носителях».

Диско навсегда

Костя — поклонник диско. Он этого не скрывает и считает, что диско можно рассматривать как серьезное течение. Это актуальная музыка, и она в меру доступна. Сейчас происходит очередное возвращение диско. Хотя Косте и нравится его новое звучание, для души он слушает старую музыку 70—80-х годов. «О возвращении диско можно говорить как о переосмыслении, — считает он. — Нельзя сказать, что это ретро. Ретро — это когда ты ставишь старую запись, а новое, оно и есть новое. Оно может называться диско, но это уже будет диско-2010. Распространено мнение, что диско — коммерческая музыка. Это на первый взгляд, смотря насколько глубоко копать. Обычно на поверхности АВВА, Бони М и прочие. Но если разбираться и находить редкие записи, то станет понятно, что это была целая культура и своего рода протест против музыкальных устоев. Много диско делали не в Америке, а в Европе. И там все по-другому: европейское диско отличается от американского».

В творчестве дуэта Help me Jons диско играет решающую роль. Костя с Марием решили сделать искреннюю музыку в духе New Wave, стиле музыки, появившемся в конце 70-х годов прошлого века как попытка обновить панк, придать ему новый блеск. По текстам он похож на панк, но по звучанию использует элементы диско и синти-попа (синтезаторной музыки). Появился новый жанр, который быстро сгорел к середине 80-х. И вот с начала двухтысячных он начал возрождаться. Возврат музыкальных стилей мы наблюдаем постоянно. Это как мода: сначала было популярно мини, потом стали носить макси. «Сказали, диско больше не будет. А оно периодически всплывает: в середине 90-х годов появился Disco House, сейчас — новое холодное диско. Так происходит со всем. Сейчас забыли про гранж-рок, я уверен, что в 2020-х его вспомнят и он зазвучит по-новому», — уверен диджей.

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Риски разделим на всех

ЕАЭС сталкивается с трудностями при попытках гармонизации даже отдельных секторов финансового рынка

Экономика и финансы

Хороший старт, а что на финише?

Рынок онлайн-займов «до зарплаты» становится драйвером развития финансовых технологий. Однако неопределенность намерений регулятора ставит его развитие под вопрос

Казахстанский бизнес

Летная частота

На стагнирующий рынок авиаперевозок выходят новые компании

Тема недели

Под антикоррупционным флагом

С приближением транзита власти отличить антикоррупционную кампанию от столкновения политических группировок становится труднее