Десятилетие сурка

Редакционная статья

Десятилетие сурка

Лучшего принято ждать от завтрашнего дня, в крайнем случае от послезавтрашнего. Именно на оптимизме основано прекрасное свойство людей — что-то планировать и плохое — откладывать все спланированное на потом. В новой Стратегии развития РК до 2020 года, указ о принятии которой президент Нурсултан Назарбаев подписал 1 февраля, оптимизм бьет через край.

Например, доля несырьевого экспорта по Стратегплану-2020 увеличится в четыре раза уже в ближайшие пять лет. Но совершенно непонятно, как страна добьется столь амбициозных результатов, если обрабатывающая промышленность в стране за десятилетку вырастет всего на пару процентов, а агропром вряд ли в состоянии обеспечить планируемые экспортные показатели. Как сыронизировал в приватной беседе один казахстанский экономист: «Нам остается самим пойти на экспорт живым мясом». Но, похоже, столь самоотверженного проявления патриотизма не понадобится. Уже есть одна страна, куда наше «живое мясо» не пустят: 1 февраля президент России Дмитрий Медведев подписал Доктрину продовольственной безопасности. Северный сосед к 2020 году собирается добиться обеспечения российского рынка отечественной продукцией: зерном не менее чем на 95%, сахаром и растительным маслом — по 80%, мясом и мясными продуктами — 85%. Но есть еще одна дорога для экспорта сельхозки — в Китай. По словам министра сельского хозяйства Акылбека Куришбаева, в этом году Поднебесная закупит у Казахстана три миллиона тонн зерна. Кто знает, может, когда-нибудь дело дойдет и до мяса.

А вот перспективные планы для малого и среднего бизнеса возвращают нас назад. Намеченного стратегией роста доли МСБ в ВВП до 40% к 2020 году, если верить официальным программам и стратегиям, Казахстан должен был достичь еще лет пять назад. Видимо, долгосрочное планирование по-казахстански — не всегда прогрессивный рост.

А может, всему виной трудности сложения. Цифры, вошедшие в Стратегию-2020, — это обобщение двух частей, первая носит имя пятилетки форсированного индустриально-инновационного развития, которая уже разработана Министерством индустрии и торговли РК (МИТ). По данным анонимных источников в МИТ, к отраслям, заявленным в программе ФИИР прежде («нефтянка», металлургия, химпром и другие), добавят еще две: атомпром и легкую промышленность. Это укладывается в общий тренд — развитие передельных отраслей, которые Казахстан может обеспечить собственными ресурсами.

Отметим, что программу ФИИР примут не раньше конца текущего месяца, но уже сейчас в главном стратегическом документе развития до двадцатого года есть места, которые понять, мягко говоря, трудно. Например, согласно комментариям к Стратегии-2020 за подписью премьер-министра Карима Масимова, «валовый внутренний продукт Казахстана к 2020 году увеличится в реальном выражении не менее чем на треть по сравнению с уровнем 2009 года». По данным Агентства РК по статистике, в 2009 году ВВП РК составил порядка 110 млрд долларов. Таким образом, к 2020 году ВВП вырастет примерно до 150 млрд. Но двумя строчками ниже говорится: «Активы Национального фонда составят к 2020 году не менее чем 30% к ВПП (90 млрд долларов США)». После простых арифметических действий мы получаем объем ВВП через 10 лет не менее 300 млрд долларов. Может быть, к 2020 году у Казахстана будет два ВВП? Впрочем, вполне вероятно, что в премьерский текст комментария к Стратегплану-2020 вкралась опечатка.

Казахстанские власти полны благих намерений — в этом нет сомнения. И даже направление развития выбрано правильное — модернизация промышленности, где оборудование изношено на 70%. Но в результате Стратегия индустриального развития 2003—2015 гг. и «30 корпоративных лидеров», а заодно кластерные и отраслевые программы, не выполняемые до конца, перетекают одна в другую. Сегодня с новым планом появилась зыбкая надежда, что к 2020 году индустриализация дойдет до логического завершения — правительство отчитается по выполненным показателям. Если же переток программ продолжится и дальше, то, переиначивая героя культового фильма «День сурка», «эта индустриализация будет длиться вечно».