Банки спасутся резервами

С формальной точки зрения банковская система Казахстана имеет отрицательный капитал, фактически она является «несостоятельной», считает директор группы рейтингов финансовых институтов парижского офиса Standard&Poor’s (S&P) Екатерина Трофимова

Банки спасутся резервами

Все казахстанские банки выжили в трудном 2009 году, что само по себе удача. Не обошлось без дефолтов, но они пока не вылились в банкротства. Альянс Банк уже договорился о реструктуризации своего долга, БТА, Темирбанк и финансовая компания «Астана-Финанс» пока в процессе переговоров с кредиторами. Казахстанские власти полны оптимизма относительно будущего банковской системы и думают о жизни после кризиса. В прошлом году принята новая концепция развития финансовой системы — в посткризисный период. Другой вопрос — когда кончится кризис: сегодня-завтра, как утверждают многие казахстанские чиновники, или через несколько лет, как пугают нас всемирно известные экономисты? Вот и Екатерина Трофимова утверждает, что до полного восстановления мировой экономики еще далеко, а перемен к лучшему в банковском секторе Казахстана можно ожидать не раньше второй половины 2010 года. Во время своей краткой командировки в Алматы г-жа Трофимова дала эксклюзивное интервью «Эксперту Казахстан».

Стагнация продолжится

— Екатерина, как вы оцениваете результаты прошлого года для казахстанского банковского сектора?

— И финансовые, и экономические результаты казахстанских банков за 2009 год оказались в пределах наших ожиданий. Динамика роста была минимальная. Огромную роль в развитии банковского бизнеса, как мы и предполагали, играли государственные поддержка и инвестиции. Динамика качества активов была негативной, но в пределах наших прогнозов, и средний уровень проблемной задолженности в 40 процентов для банков, не допустивших дефолт, не был преодолен. Рентабельность банковского сектора была также негативной, что тоже не стало для нас сюрпризом. По нашему мнению, все перечисленные тенденции продолжатся и в 2010 году, но во второй половине года мы все же ожидаем устойчивого перелома в финансовых и коммерческих показателях банков, я имею в виду и кредитование, и рентабельность, и темпы роста, хотя до возврата к счастливым докризисным дням еще далеко. Правильно было бы сказать, что период стагнации для казахстанской банковской системы продолжается.

Мы ожидаем прироста банков, не допустивших дефолт, в пределах 10 процентов в 2010 году, что по стандартам развивающихся стран очень низкий показатель, но он абсолютно оправдан в текущих рыночных условиях.

— Какой риск выйдет на первый план для банковского сектора в этом году?

— Доминировать будет кредитный риск из-за высокого уровня накопленной проблемной задолженности. Хотя первые позитивные сигналы по стабилизации качества активов по некоторым банкам, в частности в розничном сегменте, наблюдаются, но пока рано говорить об устойчивом тренде. Риск ликвидности несколько снизился в последние месяцы, особенно в связи со снижением объема погашений по иностранным обязательствам. Тем не менее ситуация с ликвидностью нам все еще не представляется комфортной. Номинально совокупный объем ликвидности в банковской системе действительно относительно высокий, но важно понимать, что ликвидность неравномерно распределена по отдельным банкам. Но что важнее — образовалась она за счет недокредитованности экономики и жесткого контроля за крупнейшими корпоративными депозитами, что не является устойчивой ситуацией.

— Насколько ухудшится портфель по прогнозам S&P?

— Мы считаем, что пиковые значения проблемной задолженности составят у банков, не допустивших дефолт, около 40 процентов, что включает реструктурированные кредиты, которые мы также относим к числу проблемных. С учетом показателей дефолтных банков это значение превысит 50 процентов.

— Как вы думаете, будут ли новые дефолты в 2010 году или этот период закончился и теперь можно ждать оздоровления системы?

— По нашим оценкам, вероятность новых банковских дефолтов очень низка, что, в частности, связано со снижением выплат по иностранным обязательствам. Но исключать этот риск полностью нельзя, потому что даже при вполне приемлемых формальных показателях, как говорит наш опыт изучения дефолтов, панические оттоки средств с депозитов, например, могут кардинально изменить ситуацию. Но это не соответствует нашему базовому сценарию развития событий. Банковская система Казахстана действительно демонстрирует все большую стабильность в последние месяцы, но она зиждется прежде всего на устойчивости клиентских вкладов, которая обеспечивается во многом благодаря контролю со стороны государства. Показательным является следующий факт. Казахстан лишь одна из множества стран, где в прошлом году была проведена девальвация местной валюты. По нашим наблюдениям, в большинстве стран девальвация была связана с более или менее сильными оттоками вкладов. Особенно розничных. Оттоки в Казахстане были одними из самых низких, что свидетельствует о серьезном доверии к власти и банковской системе. И это несмотря на достаточно болезненные дефолты четырех финансовых организаций в течение года.

Оправданная жесткость

— Судя по вашим словам, вы оцениваете действия властей по поддержке банков как достаточно грамотные?

— Мы понимаем, что государство оказалось перед серьезным выбором, как и большинство стран мира, когда поддержка требовалась и требуется большому количеству субъектов и секторов экономики. Казахстану нужно было защитить свой бюджет, свои резервы и одновременно поддержать проблемные области экономики. Если перефразировать Толстого, то все государства счастливы одинаково, а несчастливо каждое по-своему, так что в управлении стрессовой ситуацией не существует универсальной модели действия. Сегодня можно говорить о том, что многих ударов, многих проблем удалось избежать благодаря действиям правительства. То, что кажется спорным во время кризиса, может иметь очень важные положительные долгосрочные эффекты, которые проявятся лишь со временем. И наоборот, что представляется нам правильным во время кризиса, может иметь серьезные негативные последствия в долгосрочном периоде.

— Во время кризиса АФН значительно ужесточило регулирование финансовой системы. Не кажется ли вам, что действия регулятора были запоздалыми и, если можно так выразиться, совершались постфактум? И не станет ли зарегулированность тормозом для посткризисного развития финансового сектора?

— Мы считаем ужесточение регулирования вполне оправданным. Как раз недостаток регулирования и его запаздывание стали одной из важнейших причин нагнетания того пузыря, который во многом спровоцировал текущий кризис. Очень важно определить правила игры на дальнейший этап развития банковского сектора. Особенно это актуально сейчас, когда на мировых финансовых рынках появляются первые признаки оптимизма. S&P считает, что наиболее болезненный этап кризиса уже пройден. Остается открытым вопрос, насколько все не только извлекли теоретические уроки из кризиса, но и готовы применить их на практике. Массовая поддержка со стороны государства во многих странах мира и в Казахстане и тем самым смягчение болезненности кризиса могут снизить понимание необходимости глубочайших реформ. Есть опасность того, что реструктуризация более трети задолженности банковской системы Казахстана (четыре финансовых института, допустивших дефолт), а по сути — списание большей части их иностранных обязательств может породить соблазн начать с чистого листа, но в том же стиле. Ужесточение регулирования должно предотвратить нагнетание нового пузыря на банковском рынке Казахстана.

Вместе с тем ужесточение регулирования помимо множества плюсов имеет минусы и риски. Абсолютно недопустимо целевое указание, с кем и как работать. Рыночная ориентированность банковского сектора и свобода выбора во многом определяют его эффективность не только для отдельных банков, но и для экономики в целом. Нужно понимать, что повышение регулирования и ограничение аппетитов банкиров по росту активов и доходов, безусловно, снизит доступность ресурсов для экономики. Но здесь может возникнуть другой вопрос: а стоило ли вообще поддерживать некоторые из экономических проектов. Не секрет, что в докризисное время казахстанские банки значительную часть своих средств направляли на финансирование проектов вне пределов Казахстана, что ограничивало их вклад в развитие экономики страны. А во время кризиса рассчитываться с долгами пришлось с внутристрановых балансов. Лишь достижение определенной зрелости и стабильности может оправдывать широкую региональную экспансию. Адекватное балансирование возможностей и желаний акционеров и менеджмента банков невозможно без жесткого контроля со стороны государства. К сожалению, даже рискуя собственными деньгами, экономические субъекты и инвесторы не всегда действуют рационально.

[inc pk='1558' service='media']

— Еще один вопрос о регулировании. Поддерживаете ли вы идею о контрцикличности мер и макропруденциальном регулировании?

— Контрцикличность — это одна из идей, которые высказываются сейчас многими регуляторами мира. Но пока нет широкого практического опыта применения подобных подходов. Контрциклическое регулирование ограничит ресурсы экономики в момент ее роста, и нужно просчитывать связанные с этим политические и экономические последствия. S&P всегда указывало на необходимость накопления подушек безопасности именно в тот момент, когда для этого есть возможности. Казахстанским банкам удалось минимизировать потери от кризиса в том числе и потому, что накануне кризиса казахстанские банки имели один из наиболее высоких уровней резервов в мире, что позволило абсорбировать первый кредитный шок. Например, относительный уровень резервов российских банков в момент вхождения в кризис был в разы меньше, чем у казахстанских.

В Казахстане для реализации контрциклических мер важно укрепление именно капитальной «подушки». Как до кризиса, так и сейчас мы обращали внимание на то, что уровень капитализации местных банков остается низким не только для развивающихся рынков региона, но мира в целом. Некоторым образом он компенсируется высокими резервами, но нужно понимать, что провизии — это очень волатильный компонент. Существует опасность, что в период стабилизации и улучшения качества активов у банков возникнет соблазн восстанавливать эти резервы, тем самым повышая свою финальную прибыль, часть которой может уходить в виде дивидендов. Капитал же первого уровня обладает наиболее высокой степенью качества с точки зрения возможности абсорбирования потерь и, следовательно, особенно важен для поддержания стабильности банков. С нашей точки зрения, буквальное следование требованиям Базельского комитета по принципам оценки капитализации представляется не совсем оправданным в условиях Казахстана, так как не всегда учитывает относительный уровень страновых рисков и уровень концентрации операций.

— Что нужно сделать для исправления этой ситуации?

— АФН работает над этой проблемой уже давно, задолго до начала кризиса. Расчет достаточности капитала по взвешиванию по рискам является несколько консервативным. Я говорю прежде всего об абсолютных значениях коэффициентов. В мире активно обсуждаются новые изменения в Базельских принципах, которые в финансовом мире уже называют Базелем III. Эти предложения, в частности, включают введение достаточно простого и вместе с тем исключительно инновационного показателя: доля капитала в совокупных активах, без каких-либо взвешиваний. Именно по этому показателю казахстанские банки выглядят достаточно слабо. Вообще считать какие-либо коэффициенты в Казахстане на уровне системы — дело неблагодарное, потому что с формальной точки зрения банковская система имеет отрицательный капитал, фактически она является несостоятельной.

Мы даже разработали для Казахстана особый аналитический подход: мы делим всю систему на банки, допустившие дефолт и не допустившие дефолт. У последних этот показатель <отношение капитала к совокупным активам> находится на уровне от 5—6 до 10—11 процентов. У российских банков этот показатель на 200—300 <2—3%> базисных пункта выше. В странах Центральной и Восточной Европы он превышает средние цифры по СНГ при более низком уровне рисков.

Решение этой проблемы очень простое — нужно вкладывать новый капитал. Но не только для казахстанских банков сделать это достаточно сложно. У существующих акционеров денег нет или они нужны для поддержки других проектов. А приходу серьезных внешних инвесторов не способствует текущая конъюнктура. Наиболее вероятным источником укрепления капитализации является накопление внутренней прибыли, которая остается на очень низких уровнях. Мы ожидаем, что со второй половины 2010 года начнется все более активный возврат резервов, и на этом этапе у банков может появиться соблазн эту прибыль конвертировать в дивиденды акционерам. Существующий недостаток капитала может усугубиться в период активизации роста, что возможно через пару лет. Конечно, банки не пойдут на нарушение существующих нормативов достаточности капитала, причем у них есть даже некоторый запас, но с нашей точки зрения он минимален.

Долги остаются на балансе

— Возможно ли списание проблемной задолженности?

— Правовое поле в Казахстане, в частности налоговое законодательство, не благоприятствует списанию проблемных кредитов. Да и банки не спешат это делать, уповая на реструктуризацию. Даже столь активно обсуждаемый в недавнее время Фонд стрессовых активов так и не заработал в полной мере. В том числе и потому, что банки не спешат сгружать проблемную задолженность со своих балансов.

— Не хотят продешевить?..

— Они ожидают, что эффект от возврата этих средств и, соответственно, прибыль будут выше, если они останутся на их балансе. Мы считаем, что и в 2010 году списания в банках, не допустивших дефолт, не превысят пяти процентов совокупного кредитного портфеля, а в некоторых они так и будут равняться нулю. Это низкий показатель, который, по сути, ни о чем не говорит — ни об уровне проблемных кредитов, ни об уровне потерь, так как является результатом определенных управленческих решений и законодательных особенностей. В Казахстане кредитные потери формируются в виде резервов. Нужно понимать, если ты списываешь кредиты, причем со значительным дисконтом, то эти потери нужно чем-то замещать, в частности капиталом. А сейчас в условиях негативной клиентуры нового капитала почти нет. Поэтому банки при существующих регулятивных ограничениях и недостатке капитала вынуждены оставлять задолженность у себя на балансе.

— В Казахстане принято считать, что банки не смогут без помощи государства очистить свои проблемные портфели, в том числе и через ФСА. Однако из ваших слов можно понять, что у самих банков нет желания передавать свои плохие кредиты с баланса.

— Все зависит от того, в какой форме государство предложит помощь. Если оно будет выкупать проблемные активы с премией, не думаю, что банки от нее откажутся. Но вряд ли это возможно. В кризис возникает большой соблазн переложить затраты и ответственность на кого-то, обычно на регулятора и государство — пусть государство и контролирует, и платит, а мы будем работать как получится.

— Минфин Казахстана планирует выходить на рынок внешних заимствований в середине этого года. Насколько обоснованны эти планы именно сегодня? Не перенесут ли инвесторы недоверие к частным казахстанским институтам на государство в целом?

— Я могу лишь сказать, что мы видим сейчас постепенно и робко растущий аппетит на вложения в казахстанские долговые обязательства. Не только на суверенные, но, как ни странно это прозвучит, даже казахстанских банков. Конечно, доверие подорвано, но желание заработать часто перевешивает.

— Как вы относитесь к идее Казахстана развивать национальные рейтинговые агентства, в частности, к введенному недавно требованию KASE об обязательной рейтинговой оценке при листинге на биржу, в результате которого были аккредитованы несколько местных агентств? Ожидаете конкуренции со стороны местных РА?

— Мы приветствуем любые шаги по повышению финансовой культуры, открытости информации, ее упрощению и доступности для участников рынка, что должно способствовать повышению стабильности. Эту задачу призваны решать и национальные рейтинговые агентства. Если вернуться к теме кризиса, мировое финансовое сообщество сходится во мнении, что на первый план сегодня выходит необходимость повышения прозрачности.

— Ваше рейтинговое агентство работает по всему миру и присваивает рейтинги многим крупным компаниям в разных странах. Благодаря этому вы имеете доступ к финансам многих компаний. Скажите, наблюдается ли улучшение их показателей, то есть в отношении реального сектора действительны ли заявления многих экономистов о том, что кризис заканчивается и начинается восстановление?

— О полном восстановлении мировой экономики говорить пока преждевременно, хотя первые признаки восстановления фондовых рынков и банков уже наблюдаются. Но глубинные макроэкономические и социальные последствия кризиса еще далеко не преодолены. Негативной остается ситуация с безработицей. В некоторых странах, к примеру в США, показатели просто ужасающие. Именно макроэкономическая ситуация будет определять динамику восстановления банковского сектора, в частности в Казахстане.

Статьи по теме:
Казахстан

От практики к теории

Состоялась презентация книги «Общая теория управления», первого отечественного опыта построения теории менеджмента

Тема недели

Из огня да в колею

Итоги и ключевые тренды 1991–2016‑го, которые будут влиять на Казахстан в 2017–2041‑м

Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности