Кнут и нищий

Редакционная статья

Кнут и нищий

Известный своей суровостью белорусский батька Александр Лукашенко в ноябре прошлого года устроил форменный разнос инноваторам из минского НПО «Интеграл». «Мне не надо рассказывать о технологиях!.. Я приехал узнать, что вы сегодня производите, сколько куда продаете и какая рентабельность!» — прервал он попытки сотрудников продемонстрировать высокотехнологичные разработки. «Вы мне обещали к этому времени положить на стол товар… Где он? — спросил президент и, услышав в ответ просьбы о деньгах, обратился в адрес правоохранительных органов. — Надо задерживать — задерживайте. А то миллиарды по воздуху пускают…».

Казахстанским властям неплохо было бы позаимствовать белорусские технологии работы с инноваторами. По-хорошему развивать высокотехнологичные производства не получается — и понятно почему. У нас попросту невыгодно вкладывать средства в инновационные проекты. Зачем? Ведь норма прибыли в сырьедобывающем секторе намного выше. Это общая проблема всех стран, сидящих на сырьевой игле.

Наше правительство всерьез рассчитывает развивать биотехнологии, робототехнику, производство космических спутников и водородную энергетику. Но производственной базой в этих видах производств мы не обладаем, специалистов с соответствующей квалификацией наши вузы не готовят, а про роботов made in Kazakhstan не пишут даже фантасты. Можно представить, каких моральных мук инвестору будет стоить решение вложиться в высокотехнологичные проекты в Казахстане, а не, скажем, в Сингапуре или на Тайване.

Скорее всего, дело ограничится тем, что государство потратит десятки и сотни миллионов долларов на проекты, которые останутся незавершенными или невостребованными. Как это было, например, несколько лет назад с космическим проектом «Ишим». Есть примеры и посвежее. Прошлой зимой ТОО «Silicium Kazakhstan» с шумом запустило первый в стране завод по выпуску металлического кремния. Открывать высокотехнологичное производство, продукция которого нужна для электронной промышленности, приехал сам президент Нурсултан Назарбаев. Банк развития Казахстана вбухал в производство несколько десятков млн долларов. Но завод стоит. Компания AES была вынуждена разорвать с ним договор об электроснабжении. Руководство Silicium Kazakhstan ссылается на морозы, якобы не позволяющие запустить печи. Почему компания не учла климатические условия и не позаботилась о должном обогреве — остается загадкой.

Иногда оборудование работает, но толку от него мало. Не раз доводилось слышать жалобы астанчан, что медики столичного диагностического центра, оборудованного по последнему слову техники, отправляют их с результатами анализов к российским коллегам: дескать, те умеют грамотно разбираться в результатах диагностирования, а вот у наших специалистов с этим проблемы.

Советская наука выдавала на-гора высокотехнологичные разработки, но советская экономика оказалась неспособна их внедрить. Ведь для этого нужно было останавливать предприятия на модернизацию и реконструкцию, а это означало срыв планов производства. За это и под суд можно было пойти.

Сейчас все гораздо хуже. Казахстанская наука не способна предложить востребованные предприятиями ноу-хау, да и спроса особого на них нет: качалки для нефти имеются, а нужно будет увеличить нефтеотдачу — приглашенные специалисты из Schlumberger произведут гидроразрыв.

Складывается впечатление, что модернизировать казахстанскую экономику можно лишь принудительно, по методу Петра I: привезти иноземных мастеров и заставить отечественных производителей перенимать их секреты. Вложиться в создание современных образовательных центров — причем сделать ставку на привлечение амбициозной молодежи, мечтающей вырваться из аульной нищеты или городских трущоб. Как в Индии, где деревенские мальчишки учатся ночи напролет, чтобы попасть в технологические институты, а оттуда — в софтверные компании Бангалора.

А надеяться на частных инвесторов Казахстану не стоит. В отличие от госструктур и институтов развития они тратят собственные деньги. Вкладывать их будут туда, где выше прибыль, а не туда, куда считает нужным государство — даже если оно при этом думает о будущем.