«Эх, нету Гитлера на вас…»

Победа над врагом — лучшая национальная идея, уверен лидер группы Motor-Roller Ильяс Аутов

«Эх, нету Гитлера на вас…»

Кроме собственных произведений в репертуар рок-команды всегда входили старые песни. Зычным и мужественным голосом Ильяс (которого однажды даже сравнили с Муслимом Магомаевым) исполняет не только классику рока, но и старые советские хиты. Перепетый им «И вновь продолжается бой…» заставляет воспрянуть в боевом задоре не только бабушек с дедушками, но и их внуков. Теперь Ильяс написал патриотическую песню сам, которая называется просто «Песня о войне». Выход клипа, снятого в Санкт-Петербурге уже работавшим с группой («О послушных мальчиках») режиссером Александром Розановым, был приурочен к празднованию 65-летия Победы. Его регулярно крутили по казахстанским каналам и МТV в праздничную неделю.

Песня без платья

По словам музыканта, песня родилась сама по себе: «Я пишу о том, что мне близко, не пишу на модные темы. У нашей группы трепетное отношение к песням советского периода. Они самостоятельные, ни на что не похожие. Если брать песни современных российских исполнителей, то это калька с западной музыки. Советские же песни другие — у них были своя мысль, свой стиль, свое музыкальное наполнение». Ильяс подчеркивает, что любит не только песни советского периода, а все, что имеет собственное лицо. Так, например, он также обожает антисоветских буржуазных «Битлз».

«Я не пытался никому подражать, меня с детства задевало, если говорили, что кто-то делает что-то лучше меня. Мне сказали, что «Песня о войне» вызывает ассоциации с Высоцким», — признается музыкант. Хотя у меня таких параллелей не возникло. У нее нет обычной рок-аранжировки, характерной для остальных песен группы, она написана в речитативном ритме бардовской песни под гитару. Ильяс не обращает внимания на стиль, когда сочиняет песни: «Самое главное, чтобы слушателю было понятно, что я хотел сказать. Если вы любите песни, то не пытаетесь их классифицировать. Как и любимого человека вы не относите к разряду зануд, мажоров или стерв. Песня сама диктует свои законы: сначала появляется головка, потом ручки, животик, ножки…». По словам Ильяса, сначала сочиняется музыка, а потом стихи или наоборот. Затем подбирается аранжировка, манера исполнения. На каждом этапе происходит отсев ненужного. Каждый пишет, как он дышит. Все происходит спонтанно. Песня как будто говорит: «Я буду такой». А я ей: «Нет, такой. Примерь это платье». «Не хочу», — отвечает она. В конце концов я заставляю песню надеть платье — и в итоге ничего не получается. В творчестве стараюсь не напороть чего-нибудь безграмотного и пошлого, делится он секретами. Так, Ильяс почувствовал, что нужно остановиться на бардовском минимализме — гитара, вокал и партия трубы. Лучшей манеры традиционной советской песни не придумаешь.

О патриотизме и писании на заказ

В советской империи была своя идеология, которую транслировали разные организации. Ее прививали советскому человеку с детства — сначала октябрята, потом пионеры, комсомольцы и, наконец, партия. В этом просматривались как моменты насилия над личностью, так и воспитание патриотизма, любви к Родине. Есть ли патриотизм сегодня? Исчез ли он окончательно, как архаизм, или перешел в какие-то иные формы? — спросила я у Ильяса. «Никакого патриотизма в Казахстане нет. Не дай бог что-то случится и кто-то нападет на нашу страну, кто будет ее защищать? Будет ли это так же, как в сорок первом? Пойдут ли те, кто сегодня отмазывается от армии, как тогда пошли мальчишки и старики? Я понял, что никто не пойдет. Все просто разбегутся, похватав свои пожитки, а те, кто успел переправить капиталы за границу — просто свалят отсюда. Никто не будет защищать эту землю», — ответил музыкант.

На мой взгляд, дело не в том, что у нас нет идеологии, а государство ею не занимается. Оно как раз озабочено формированием сознания нового гражданина независимого национального государства. Другой вопрос, что это ложные ценности, скрывающие нелицеприятную правду жизни. Их, может быть, и пропагандируют, но они идут вразрез с тем, чем руководствуется на практике как властная вертикаль, так и глядящая вверх на нее социальная горизонталь. Путь к успеху в современном казахстанском обществе пролегает отнюдь не через любовь к родине и соблюдение моральных норм. Успеха — власти и денег — добиваются противоположным способом.

Живя в таком ценностном дисбалансе, ощущая нравственную деградацию, общество склонно романтизировать прошлое. Так, например, Ильяс уверен, что советская идеология строилась на любви, а не на затуманивании мозгов. «Как композиторы и поэты могли сочинить «Подмосковные вечера» или «В землянке», или «Десятый наш десантный батальон», если бы они были просто заказными песнями, можно ли считать их конъюнктурными?» — задается он риторическим вопросом. Хотя по признанию второго из битлов Пола Маккартни, идея легендарного Yesterday пришла к нему, когда он жарил яичницу. А, как гласит история, великий Моцарт писал свой божественный «Реквием» на заказ. Так, что с мотивами создания выдающихся и просто хороших произведений все не так однозначно. Среди патриотических песен были разные — как конъюнктурные и плохие, так и конъюнктурные, но при этом хорошие и талантливые.

Многие из так называемой золотой коллекции советских песен были заказными. В писании на заказ нет ничего плохого, полагает музыкант. «Многие великие люди писали на заказ. Талантливому человеку нужны рамки и импульс. Он собирает все свои силы в кулак, выходит на новый уровень, начинает творить и вытворяет чудеса. Ремесленник в качестве главного итога подразумевает гонорар, который можно заработать, владея техникой исполнения. Лев Толстой писал, что искусство погубит техника. Человек набивает руку и использует известные образцы и штампы. А настоящее искусство — это неповторимость», — рассуждает Ильяс.

Враг №1

Кроме того, далеко не все патриотические сочинения строились на любви, очень значительная часть основывалась на ненависти к врагу и призывала к победе над ним. Существует ли сейчас образ врага? Могут ли на нас напасть?

По мнению Ильяса, образ врага сейчас еще более явственный, чем в сорок первом, и он ближе, чем тогда был к Москве: «Враг среди нас, это мы сами. Наш образ жизни — наш главный враг. Во-первых, это тотальное воровство. Во-вторых, тотальное наплевательство. У современников нет ничего святого. Это наплевательство на старшее поколение, на стариков. Государство вспоминает о них по праздникам, чтобы сунуть подачки. Например, к 65-летию Победы — каждому ветерану чиновники обещают по 65 тысяч тенге. Хочется дать в морду тому, кто придумал этот рекламный ход. Надо платить 65 тысяч тем, кто завоевал Победу, как минимум каждый месяц. Особенно учитывая, как мало их осталось».

Озабочен музыкант и социальной несправедливостью, царящей на музыкальном Олимпе: «Если сравнивать доходы советских и современных российских композиторов и поэтов (я имею в виду элиту), то они несоизмеримы. Сегодняшняя поп-тусовка ворочает миллионами. Но при этом они не сочинили ни одного достойного произведения». Возмущение Ильяса вызвали итоги конкурса, объявленного ОРТ к 65-летию Победы. Конкурс не дал каких-то примечательных результатов. Его финал состоялся 1 мая — отобрали 10 песен. «Я надеялся на честность жюри, в которое входили такие выдающиеся советские композиторы и исполнители, как Пахмутова, Тухманов, Антонов. Я думал, что эти люди не будут мараться. Но оказалось, что десять выигравших песен — дело рук известных московских шоу-бизнесменов. Если вы зайдете на сайт канала, то увидите, сколько там возмущенных откликов — зачем объявлять конкурс, если все решили заранее. Люди со всей страны прислали восемь тысяч песен. Я был поражен, что в этом участвовали такие солидные фигуры», — удивляется Ильяс. Но кушать хочется всегда, тем более когда тебе предлагают такие аппетитные бюджеты (главный приз конкурса — 67 тысяч долларов).

Мать всего

— Ильяс, мы не военное поколение, родились и жили в мирное время. Но военно-патриотическая идеология была неотъемлемой частью воспитания в советской школе. Что для вас война? Нужен ли ее культ современной молодежи?

— Разговоры о войне начинались у меня в семье. Мои бабушки потеряли своих мужей, моих дедов, на Великой Отечественной войне. Один погиб в сорок втором на Пулковских высотах, защищая Ленинград. Другой — в сорок четвертом, на границе с Германией. Война начиналась с семьи, бабушки пережили страшное время, воспитали в одиночку по нескольку детей. По папиной линии их было трое, по маминой — четверо. Я родился и жил в доме, который построил служивший в кавалерии и погибший на войне дед. Эхо войны было очень сильным. Мы жили небогато. Бабушка всегда говорила: все доедай, ничего на тарелке не оставляй. Она собирала крошки со стола. И я сохранил эту привычку. Помню, как отец всегда поднимал с земли хлеб и бросал на крышу дома или на ветки деревьев, чтобы он не валялся под ногами. Это эхо войны. Люди тяжело жили в тылу и на фронте. Сейчас человек о таких вещах не задумывается. Он представить себе не может, что останется без обеда или ужина.

— Получается, ценность хлеба, еды, еще чего-то можно почувствовать только тогда, когда ты его лишишься?

— Я думаю, что так. Большинство людей не понимают ценности чего-то, пока их этого не лишат. Такова человеческая психология. Я с болью наблюдаю, когда какой-нибудь здоровый лоб вскакивает на мемориал боевой славы в парке 28 панфиловцев. Это мелочь, но она говорит о человеке все — о его воспитании, родителях, его будущем. Сейчас время всеобщего безразличия. Внешнего врага выдержать можно, но предательства изнутри нет. Человек может сломаться. Государство не обеспечивает социальной защищенности своим гражданам. Каждый сам за себя — лишь бы мне было хорошо. Если надо для этого своровать — сворую, если предать — предам.

— Вот строчки из вашей песни «Эх, нету Гитлера на вас, тогда б вы поняли за час всю ценность жизни…». Вы считаете, что нужно припугнуть общество реальным врагом и тогда люди поймут, в чем настоящие ценности?

— Только в экстремальной ситуации человек начинает сознавать, что с ним что-то не так. Кризис грянул, и многие по-другому посмотрели на мир. Я не понимаю, почему мы танцуем под дудку Америки. Чуть более жесткий шаг — начинаются обвинения в тоталитаризме и диктаторстве. У каждого свой путь развития. Сейчас стало заметно, какие гайки разболтались в механизме нашего государства. Их нужно завернуть.

— В клипе моделируется ситуация — фрицы с автоматами всех расстреливают. Это нужно понимать буквально или это метафора?

— Конечно же, я не хочу, чтобы кто-то на нас нападал. Это метафора, клип и песня — о нашей внутренней войне. Один знакомый, живущий сейчас в Канаде, написал: почему у вас фашисты расстреливают наших современников, всякую зажравшуюся сволочь в сауне? Надо было их поставить в обнимку с фашистами и тем самым не противопоставлять, а приравнять их к ним. Я подумал — хорошая идея!

— Ваш клип тогда бы напомнил сериалы девяностых о братве. Что вы понимаете под фашизмом?

— Фашизм сегодня — распространенное явление. Он может принимать скрытые формы. Прежде всего это равнодушие к боли других. В Интернете задали вопрос: «Почему у фашистов, расстреливающих людей в клипе, такие добрые лица?» Я сам в споры не ввязываюсь. Просто читаю отзывы. И кто-то ответил — у них спокойные, добрые лица потому, что они верили, что делают праведное дело. Им вдолбили это в голову. Фашизм сегодня — это готовность сделать подлость. Моя соседка, милая бабушка, продает квартиру. Пришли парень и девушка. Она их напоила чаем. А вечером обнаружилась пропажа золотых сережек и цепочки. Надо быть гадиной — поесть в доме у человека и обворовать. Это фашизм. Песня об этом.

— Фашизм вы понимаете метафорически, как нравственную деградацию?

— Какая разница. Фашизм — это фильм «Бригада». Это романтизация преступности. Фашизм — это попса, с сетью педерастии. Это гламур. Все, что превращает человека в свинью. Это пропагандирующие за деньги всякую дрянь СМИ. Наш народ — один из самых сильных, у него огромнейший потенциал, но он планомерно уничтожается.

— У вас сильны нотки поиска врага. У нас есть такой враг?

— Враг есть всегда. Никому не нужен сильный сосед. Всегда сосед будет пакостить своему соседу. Всегда будет противостояние и шпионаж.

— Надо стремиться не к конфликту, а к диалогу.

— Диалог — это политес.

— Вы же со своими соседями по площадке не воюете?

— Я с ними не общаюсь. Я говорю о людях хорошо знакомых. О зависти. Она на первом месте. Нас всегда пытались расколоть и до сих пор раскалывают. Возьмите события в Киргизии. Это историческая ненависть Запада к нам. Разговоры о мире, дружбе, братстве — ерунда. Это возможно было только в Советском Союзе. Внешний враг будет всегда. Надо избавляться от внутреннего врага, чтобы сражаться с внешним. И Великая Отечественная война — очень хорошая национальная идея.

Статьи по теме:
Казахстан

От практики к теории

Состоялась презентация книги «Общая теория управления», первого отечественного опыта построения теории менеджмента

Тема недели

Из огня да в колею

Итоги и ключевые тренды 1991–2016‑го, которые будут влиять на Казахстан в 2017–2041‑м

Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности