Это вам не Канны

В этом году «Звезды Шакена» уложились в два дня. Награждение конкурсантов и закрытие фестиваля прошли без лишнего шума

Это вам не Канны

Закончился VIII Алматинский международный кинофестиваль «Звезды Шакена». Традиционный пятидневный показ картин сократили до двух дней. По словам его генерального директора Венеры Нигматулиной, в этом виноват кризис. А кризис, как известно, в головах. И здесь у нас традиционно ничего не изменилось. Проблемы начались с организации такого уникального по масштабам страны («Евразия» приказала долго жить) мероприятия. Так, фестиваль еще не открылся, а вокруг него назрел скандал. Но наше болото настолько вязко и рутинно, что скандалы в нем если и возможны, то только по плану. Так что возбуждающее спокойствие происшествие так курьезом и осталось и за пределы статьи в газете http://www.caravan.kz/article/?pid=231&aid=13183) и блогерского поста (http://afftor.kz/autors/mostovoi/1627-yusc.html )не вышло. «Это не наш стиль — делать имя на скандалах», — заметила журналистам г-жа Нигматулина. Да и понятно — не Канны же.

Не может быть!

Все началось с того, что журналиста газеты «Караван», кинокритика Дмитрия Мостового пригласил судить картины в независимое жюри журналистов его председатель, член Союза журналистов Андрей Черненко. Но Дмитрий оказался человеком неудобным и отказался подписывать протокол заранее, присуждающий приз одной отечественной ленте, название которой он не хочет разглашать до сих пор, объясняя нежеланием бросать тень на имя ее режиссера и фестиваль в целом. В итоге г-н Черненко применил силу. Подробности сей неприглядной истории описывать не буду. Во-первых, они изложены самим пострадавшим. Во-вторых, им скорее место на страницах желтой прессы. В-третьих, волнуют не детали происшествия (кстати, к нему Дмитрий относится с юмором), а причины, по которым оно стало возможным. Сам участник событий затрудняется указать причину однозначно: «Либо это системная ошибка в государстве, либо особенность отдельно взятого человека. У меня нет оснований обвинять кого-то еще. Тем более что призером независимого жюри была объявлена немецкая картина». Видимо, проявленное Димой упорство подействовало, и произошла упреждающая рокировка. Дмитрий несколько раз пытался дозвониться до Венеры Нигматулиной и отправил письма в дирекцию фестиваля. Но на связь с ним так никто и не вышел. О том, что он исключен из жюри, Дмитрий узнал постфактум. С ним опять не связались. Сам г-н Черненко объяснил исключение Димы тем, что тот выпал на неделю из работы жюри. «Во-первых, никакая работа не проводилась. Во-вторых, какая может быть работа жюри до фестиваля?» — недоумевает Дмитрий. Механизм отбора в жюри крайне примитивен. Судя по истории с Димой, все отдано на откуп председателю: захотел — позвал, захотел — выкинул. Обсуждать итоги фестиваля Дмитрий отказался. «Это выбор большого жюри, главное, чтобы свои решения его члены принимали в нормальной обстановке», — выразил он надежду.

[inc pk='1479' service='media']

Происшествие не получило широкой огласки еще и потому, что приз независимого жюри журналистов не представляет собой чего-то ценного. «Поразительно, почему такая ситуация возникла. Стояли бы на кону сокровища — было бы понятно, но из-за такой мелочи», — удивляется он. Не знаю, как с призом независимого жюри, а вот победители конкурса фестиваля, по словам его генерального директора, получают право на съемку полнометражной картины на бюджетные деньги. Утешиться можно тем, что активная позиция Димы способствовала тому, что приз выиграла заслужившая его картина. Резонанса случай не получил еще и потому, что у нас подобные дела не считаются чем-то из ряда вон выходящим. Г-н Черненко продолжает председательствовать в жюри, а оргкомитет фестиваля — делать вид, что ничего не случилось.

Сто картин без проблем

Как будто стремясь исправить прошлогодние перегибы, когда призером стал единственный казахский фильм, да и тот анимационный, в этом году значительное количество призов присудили отечественным кинематографистам. В основном они были специальные и общественные. Награды большого жюри получили три картины из России, две из Кыргызстана, одна из Голландии и одна из Афганистана. Гран-при отдали польскому фильму.

Далеко не все казахские картины отличались высоким уровнем. Для участия в конкурсной программе было отобрано пять из них, в то время как было подано сто заявок. Сто картин со всего Казахстана — такое количество у нас уже снимают, порадовалась Венера Нигматулина. И правда, есть чему. За страну можно быть спокойным — сто школ, сто больниц нам гарантированы, а теперь вот и сто картин. «Но когда я смотрю работы той же возрастной категории из других стран, то понимаю, что нашим ребятам все еще надо смотреть и смотреть», — добавила она ложку дегтя. «После просмотра фильмов наших молодых режиссеров остается ощущение, что у них нет никаких проблем, что их, по большому счету, мало что волнует в этой жизни. Картины в большинстве аморфные и вялые», — посетовала г-жа Нигматулина. Но все же в представленных на конкурс фильмах попытка отражения социальных реалий присутствовала. Возможно, она была недостаточно артикулированной и проявлялась бессознательно на уровне мифа.

Заблудившиеся

[inc pk='1480' service='media']

Так, получившая спецприз «Казахфильма» «Трасса 09» Олжаса Исаева поднимает актуальную для национального социума проблему. Фильм фактически повторяет идею мистического триллера «Заблудившийся» Ахана Сатаева, в котором не отличающийся моральными качествами герой попадает в личный ад. Если общество потеряло нравственные ориентиры и не осознает этого, то такие страшилки ему просто необходимы. Это не рассуждения в духе Достоевского, а мистические ужастики чистой воды, в которых наказание за преступление рождается не в муках совести, а приходит извне. И не в виде карающей руки закона и осуждения окружающих, а посредством потусторонних сил. Сказки про ад сегодня актуальны как для отдельного индивида, так и для общества, в котором он живет, лишенного механизмов контроля — нравственных норм и действующих юридических законов.

Приз фестиваля как лучшее игровое кино, короткий метр, присудили отечественной картине Серика Абишева «Май» («Масло»). По месту действия и приемам съемки картина сходится с «Трассой 09». В обеих лентах фигурируют дорога в степи, герои путешествуют в машине (камера снимает в движении), и идея замкнутого круга (куда ни поедешь — попадешь в то же самое место). Но по замыслу и стилю они разные. «Май» — лента более художественная и тонкая. Несмотря на комедийную игру актера, исполнившего главную роль, и сюжет (герой боится не довезти сливочное масло, тающее жарким днем), это психоделический фильм, в котором автору удается представить степь как метафору нашей жизни.

Элла Манжаева в трилогии «Женщина внутри как степь» тоже пытается играть с метафорой степи и этническим колоритом. Но это ей удается меньше, чем режиссеру фильма «Май». Несмотря на претензию на философский эстетизм и модную гендерную тематику, новеллы связать не получилось ни как триптих, ни каждую в отдельности.

Жестокие амазонки

Под феминистическим углом рассматривает проблематику власти и имиджа другой начинающий казахстанский режиссер Артем Ганцев. Его двадцатичетырехминутная «Сделка» выглядит как дань традиции советских телеспектаклей. В основе короткометражки лежит излюбленный в советскую эпоху жанр фантастики. Сам режиссер объясняет выбор стиля театральной постановки рамками бюджета. В глаза бросается, что почти все персонажи фильма — женщины. Но мир, в котором они живут и управляют, патриархален. И дело не только в том, что в фильме женщины заняты мужскими профессиями (главная героиня — отшельница-золотоискатель, другие — нотариус, пограничник, скупщица). Они действуют и управляют по мужским законам. Таким образом, Артем пытался уйти от современной реальности и предложить свое видение будущего. Но в то же время так он хотел продемонстрировать, что в действительности, несмотря на патриархат, у власти находятся женщины. Любому нормальному мужчине подсказывает женщина, каким путем двигаться, уверен автор. Картина, как и польский фильм «Новые амазонки», рисует феминистическое будущее в мрачных тонах. Артем считает, что жесткость поступков его героинь укоренена в матриархате и диктуется не мужскими ролями, которые они вынуждены играть, а их природными качествами. Но опасности в представленном им варианте развития событий автор не чувствует. Скорее в такой трактовке событий заключается его версия темы продажи имени, которая сильно волнует режиссера. По его мнению, это одна из ключевых проблем современного общества. Артем как молодой специалист находится на пороге принятия предложений. И от того, какие шаги он предпримет, будет зависеть судьба его имени. «Практически любой человек продает свое имя, т.е. ставит подпись под тем или иным документом, тем или иным договором, ручается за того или иного человека. Но нередко случается, что и исполнитель, и его поручатель теряют доверие к своему имени. Если наши родители в Советском Союзе дорожили репутацией, то современное поколение не задумывается об этом. Молодые люди совершают необдуманные поступки, бросающие тень на имена их предков», — полагает Артем. И хотя он сам еще молодой режиссер, но уже беспокоится за свой имидж.

«Школа» по-польски

[inc pk='1481' service='media']

Что касается фильмов кинематографистов других стран, представленных в конкурсной программе, то по уровню от наших они отличались не сильно. Но все же смотрелись более зрело и креативно. В целом же они составляли фон, на котором казахстанские работы не выглядели гадкими утятами. А такое случалось в предыдущие годы, когда на широкий экран выносилось все подряд, а фестиваль превращался в показ сомнительных «достижений» студентов Жургеневки. Теперь к отбору в конкурсную программу относятся более трепетно.

Главную награду фестиваля присудили польскому фильму «Девушки из супермаркета». По-английски название звучит лаконичнее и выразительнее — Mall girls, т.е. девушки из молла. Это полнометражный дебют выпускницы мастерской Анджея Вайды Катаржины Росланич. Подобно российскому режиссеру Валерии Гай Германики («Все умрут, а я останусь») автор сделала темой своих размышлений жестокий мир подростков, где отношения в семье и школе, любовь и дружба рассматриваются под углом полового созревания. Тема вступления в сексуальные отношения как дорога во взрослый мир становится в картине социально-психологическим срезом польского общества. Материальная бедность наряду с духовной нищетой в семье и школе — факторы, формирующие трудного подростка. Здесь автор не открывает нового, но и ничего не теряет. Работа смотрится на одном дыхании благодаря поворотам сюжета, хорошей работе оператора и талантливой игре школьниц. Потеря невинности, противопоставление секса и любви, материальных и нравственных ориентиров — беспроигрышный конек для начинающего режиссера. Катаржина справилась с задачей и решила ее на отлично — шокированные откровенными сценами зрители охали и ахали во время просмотра, осуждая и одновременно сопереживая непростой судьбе современных подростков.

Молодых кинематографистов Европы беспокоят гендерные, миграционные и расово-этнические проблемы. Приз независимого жюри журналистов со странной формулировкой «За неевроцентристский взгляд на межрасовые отношения» получила короткометражка «Присядьте, пожалуйста» студентки Гамбургской медиашколы Лены Либерта. На мой взгляд, это скорее ироничная рефлексия над бессмысленностью сопротивления неизбежному. Фильм демонстрирует, что от попутчиков, которые садятся не только в твой грузовик, но и тебе на шею, так просто не избавиться. Фильм «Бинго» выпускника Нидерландской академии кино и телевидения Тимура Исмаилова повествует о тяготах жизни трех гастарбайтеров в Голландии — молдаванина, русского и чеченца. Жизнь этих людей подвергается опасности и сопряжена с трудностями в силу незаконности их деятельности. Но мечты о заработке для семьи сильнее всех невзгод. Жизнерадостная натура героя по имени Бинго не дает ему пасть духом в тяжелой ситуации.

Жизнь как киноистория

[inc pk='1482' service='media']

Также хочется отметить и работы российских кинематографистов. В частности, представленный на конкурс короткометражный фильм «В порядке вещей» студентки Санкт-Петербургского университета кино и телевидения Виктории Лобач. Автору удалось найти лаконичную и оригинальную форму выражения философской идеи об устройстве памяти и силе воспоминаний. Семиминутная короткометражка о том, как вещи, став символами неразрешенных конфликтов и сильных переживаний, обретают над нами власть.

В рубрике «Информационный показ» были представлены два российских фильма — игровое кино «Одна война» Веры Глаголевой и документальная трилогия «Рожденные в СССР» Сергея Мирошниченко. «Одну войну» представила нашим зрителям автор сценария Марина Сасина, которая отметила, что картина богата женскими дебютами и получила уже 21 приз на разных кинофестивалях не только в России, но и за рубежом. Как призналась сценарист, история о двух днях из жизни сосланных с оккупированных территорий трех женщин с детьми — вымысел. Так, например, пассаж про староверов, якобы обитающих в лесу на северном острове, куда сослали опальных героинь, скорее символ надежды, что побег от режима внутри страны все же возможен. С толку сбивают и претендующие на документализм титры в конце картины. По словам Марины Сасиной, Вера Глаголева бережно отнеслась к сценарию. «По ее просьбе я дополнила его только двумя сценами. В итоге режиссерская история (т.е. сам фильм) получилась более женской. Подкупала искренность Веры, с которой она подошла к материалу», — отметила она.

Показанная вечером трилогия «Рожденные в СССР» сразу сразила своим размахом. Премьера состоялась на российском телевидении в 2007 году, уже после того как его посмотрели зрители Великобритании и США. Путь фильма к российскому зрителю был долог, а казахстанцы смогли посмотреть его только сейчас. За основу «Рожденных» был взят проект классика английской документалистики Майкла Аптеда, проследившего судьбы англичан из разных социальных слоев с семилетним интервалом в течение сорока трех лет. Существовал стереотип, что выходец из английской рабочей семьи никогда не сможет подняться по социальной лестнице. Английские продюсеры из компании «Гранада» почувствовали грядущие глобальные перемены и решили сделать предметом аналогичного киноисследования советских детей в возрасте семи лет и проследить через их судьбу историю распадающейся империи. В итоге благодаря таланту режиссера и оператора удалось зафиксировать на пленку грандиозные социально-культурные, политические и экономические изменения. Трилогия стала учебным пособием по истории, ее изучают в университетах мира.

Фото paparazzi.kz / Азиз Мамиров

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?

Тема недели

Доктор Производительность

Рост производительности труда — главная цель, вокруг которой можно было бы построить программу роста национальной экономики