Мы стали интереснее

Особенность этого кризиса состоит в том, что он не страновой, а глобальный. Это несет в себе как минусы, так и весьма ощутимые плюсы для Казахстана

Мы стали интереснее

Не так давно я встречался с инвесторами из Японии, Саудовской Аравии по их инициативе. Я у них спрашивал откровенно: «Три года назад я приглашал вас к сотрудничеству. Почему вы проявили интерес только теперь?» Они отвечали так: «Три года назад ваш рынок был переоценен, местные бизнесмены ходили самодовольные и неприступные. Сейчас вы стали очень контактными, адекватными. Через два-три года вас, возможно, снова охватит эйфория, и мы опять не сможем договориться». На мой взгляд, есть и другие причины, почему крупные международные игроки испытывают сейчас особенный интерес к Казахстану.

В таких развитых странах, как Германия, Франция, Япония, потребительские рынки стагнируют — рост составляет 0,5—1%. Во многих государствах этот сегмент сжимается. Но особенность транснациональных корпораций такова, что они не могут не расти. Если они не расширяются, то начинают складываться внутрь и деградировать — такова специфика их организационной структуры, систем мотивации и т.д. В конце концов речь в подавляющем большинстве случаев идет о публичных компаниях, которые должны показывать акционерам постоянный рост прибыли. Сейчас же появляется реальная угроза того, что их положение начнет ухудшаться.

Естественной реакцией на эти вызовы становится поиск новых рынков сбыта. Совершенно очевидно, что первым делом их внимание приковывают страны БРИК — Бразилия, Россия, Индия, Китай, но эти рынки уже и так хорошо освоены. Поэтому транснациональные корпорации обращают свои взоры на второй эшелон стран, среди которых есть и Казахстан. Они видят, что потребительский рынок здесь, по сути, пустой, здесь мало международных игроков и нет конкурентного внутреннего производства. Они видят неплохое инвестиционное законодательство, определенную политическую стабильность и впечатляющую динамику прироста ВВП на протяжении последнего десятилетия. А когда они считают ВВП на душу населения и сравнивают его с объемом потребительского рынка, они приходят к выводу, что наша страна интересна для инвестиций. Поэтому, несмотря на существующие отрицательные моменты, они, учитывая мировой опыт развития других стран, идут в Казахстан.

Один из примеров такого рода — официальное появление в Казахстане ретейлера с мировым именем «Zara». Мы давно хотели завезти этот бренд в нашу сеть торгово-развлекательных комплексов MEGA, и вот наконец в прошлом году мы ударили по рукам. В феврале в первый день открытия бутика в MEGA Alma-Ata они побили мировой рекорд по объему продаж — 300 000 долларов. До кризиса мы не могли завезти к себе такие бренды. Теперь же у них появился интерес к Казахстану.

Желающих выйти именно сейчас на наш рынок довольно много. Транснациональные игроки видят, что активы, бизнес и так далее упали в цене. Другой фактор в пользу прихода на наш рынок — значительные запасы минеральных ресурсов. Так что, взвесив все «за» и «против» и просчитав цену риска, международные игроки видят здесь большие перспективы.

Вот почему сейчас мы видим много новых инвесторов на потребительских рынках, такого никогда раньше не было в короткой истории Казахстана. Сейчас действительно есть большой шанс заманить глобальных игроков в те сектора, которые раньше не были привлекательны для инвесторов.

Статьи по теме:
Казахстан

От практики к теории

Состоялась презентация книги «Общая теория управления», первого отечественного опыта построения теории менеджмента

Тема недели

Из огня да в колею

Итоги и ключевые тренды 1991–2016‑го, которые будут влиять на Казахстан в 2017–2041‑м

Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности