Своя душа — тоже потемки

Своя душа — тоже потемки

«Как я провел этим летом» так и не вышел на экраны казахстанских кинотеатров, несмотря на то что фильм Алексея Попогребского, получив трех серебряных медведей «Берлинале», изрядно нашумел в прессе. А один из самых влиятельных западных журналов Variety назвал его пригодным для экспорта, поскольку «режиссер доводит саспенс до точки кипения без помощи свойственных дешевым триллерам трюков и обходится без псевдодуховной чепухи и обскурантистской символики, свойственных многим русским арт-фильмам». Фильм, конечно, и не рассчитан на массового жующего попкорн и ждущего встречи с вампирами зрителя, но думающий зритель вполне смог бы получить от него острые ощущения и эстетические переживания. В какой-то момент картина достигает психологического накала и заставляет пережить страх так, что ее название становится созвучным знаменитому голливудскому ужастику. «Как я провел этим летом» — не просто анаколуф, стилистически неправильная речь, используемая как художественный прием для характеристики персонажа, а аллюзия на глобальный культурный контекст, задаваемый массовым кинематографом.

В 2003 году Попогребский совместно с Борисом Хлебниковым снял социально-психологическую драму «Коктебель». Затем, в 2007-м, «Простые вещи», завоевавшие главный приз XVIII «Кинотавра» и рассказывающие о непростых отношениях врача и пациента, о дуэли двух характеров. Режиссер продолжает исследовать социальную природу человека. Для этого ему вполне достаточно двух персонажей, которых он изолирует на необитаемом острове. И речь идет не столько о людях разных культур и возрастов — молодом практиканте Павле, не снимающем наушники плеера и играющем в компьютерные игры, и начальнике станции Сергее, человеке советской закалки, типичном экспедиторе с характером медведя-одиночки. Сергей по старшинству и по функциям отведенной ему жизнью роли «съевшего пуд соли» пытается вдолбить молодому «вертихвосту», что жизнь не игра, а война, в которой выживает сильнейший. Павел же, не привыкший к полевым условиям, не совсем понимает, чего от него хотят, и в силу не только возраста, но и характера «страшного дяденьки» пугается. Но самое примечательное, что оказавшись в изоляции, герои понять друг друга даже не пытаются. Попогребский не задается целью выстроить характеры, показать, как они меняются, идут навстречу друг другу или отталкиваются. По сути произошедшая на полярной станции история, несмотря на весь драматизм, мало что изменила в отношениях героев. Придать ей дидактические или мифологические черты мужской инициации режиссер не захотел. Также было бы слишком просто склонить зрителя на чью-то сторону или закончить апогеем мужской дружбы. Видимо, поэтому Сергей так часто палит в перепуганного Павла из ружья. Если в первый раз это можно объяснить внезапностью трагического известия, то во второй — в объяснениях теряешься. Мотивации поступков не так просто раскусить, даже если ты совершаешь их сам, — главная головоломка, предложенная Попогребским зрителю. Бояться надо не дикого зверя, а человека, и прежде всего самого себя — такова неутешительная мораль картины.

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?

Тема недели

Доктор Производительность

Рост производительности труда — главная цель, вокруг которой можно было бы построить программу роста национальной экономики