Групповая терапия

Встречи лидеров ведущих экономик мира служат скорее сглаживанию противоречий между ними, чем решению обсуждаемых вопросов

Групповая терапия

Прошедшие в конце июня в Канаде саммиты «большой восьмерки» и «большой двадцатки» убедительно продемонстрировали то, что в современной системе международных отношений нет ненужных или бесполезных организаций и форумов. Все они выполняют функции, связанные с удовлетворением групповых или индивидуальных потребностей стран-участниц. На фоне уходящего, но еще не ушедшего кризиса сохраняется острая потребность в демонстрации единства, а также веры в безграничный экономический рост.

Суггестивный эффект от инициатив, деклараций и целей тысячелетия не распространяется ни на покупательную активность жителей стран «двадцатки», ни на безработицу. Но веру в рациональность выбранного правительством экономического курса они пока способны внушать, прежде всего членам этого самого правительства (подробнее см. «Ритуальные танцы на костях экономики», «Эксперт Казахстан» №11 за 2009 год).

У канадских встреч было лишь одно существенное отличие от предыдущих — Японию и Великобританию представляли новые премьер-министры. Их главной задачей было установление контактов со своими коллегами, чему они и уделили должное внимание. Но Дэвид Кэмерон счел нужным отметить свой дебют на международных форумах заявлением, в котором он вольно или невольно предсказал итог обоих саммитов. В своей статье в канадской газете «Глоб энд Мейл» он призвал всех участников не превращать форумы во встречи, где намерения участников так и остаются намерениями и не приводят к действительным изменениям.

Сначала политика, потом экономика

Встречи «большой восьмерки» имеют более давнюю историю в сравнении с «группой двадцати», своим появлением обязанной мировому кризису. Естественным образом правила (формальные и неформальные) саммитов G8 были распространены на саммиты G20. В Канаде была сделана попытка сблизить эти саммиты в пространстве и во времени: 25—26 июня лидеры «большой восьмерки» (Британии, Германии, Италии, Канады, России, США, Франции и Японии) собирались в Мускоке, а 26—27 июня в Торонто они вместе с присоединившимися главами Австралии, Аргентины, Бразилии, Индии, Индонезии, Китая, Южной Кореи, Мексики, Саудовской Аравии, Турции, ЮАР и Евросоюза провели саммит «большой двадцатки».

Развивающиеся страны склонны воспринимать саммиты «восьмерки» как своего рода заседания политбюро, на которых принимаются решения, а саммит «двадцатки» — как пленумы центрального комитета партии, который призван эти решения утвердить. Это фактически признал помощник российского президента Аркадий Дворкович: «Мы все, конечно, хотим, чтобы было взаимное доверие между всеми партнерами и чтобы, как и в этот раз, по крайней мере на стадии подготовки саммитов, не было опасений у наших партнеров по «двадцатке», что «восьмерка» что-то без них решает, потом выходит с какой-то позицией на «двадцатку».

Поскольку целью саммитов «большой восьмерки» является именно выработка общих позиций по самым важным международным вопросам, а отказ от этих позиций на саммите «двадцатки» ради разработки и принятия новых решений отдавал бы шизофренией, единственным приемлемым способом сохранить в рабочем состоянии встречи в формате как G8, так и G20 является разделение между ними сфер компетенций.

«Конечно, “восьмерка” и “двадцатка” — все подтвердили, что и тот, и другой институт нужны — являются наиболее работоспособными механизмами. “Восьмерка” — для обсуждения прежде всего глобальных политических вопросов, “двадцатка” — для обсуждения экономических и финансовых вопросов. Но эти два института не представляют все страны, и нужно найти способ повысить легитимность “восьмерки” и “двадцатки”, взаимодействуя с другими странами, но не расширяя искусственно эти два формата, поскольку тогда они тоже станут неработающими», — сказал Аркадий Дворкович. В результате такого подхода обсуждение международных проблем прошло по формуле «сначала политика, потом экономика».

Вечные темы

В принятой по итогам встречи Мускокской декларации было обозначено и место G8 в мировой политике, и сфера ее компетентности: «Группа восьми» доказала свою способность вырабатывать эффективные подходы к решению проблем нашего времени. На протяжении более чем тридцати лет она демонстрирует, что ее коллективная воля может служить мощным катализатором устойчивых перемен и прогресса. И сейчас, в 2010 году, в Мускоке наше внимание сосредоточено на эффективной программе мер по решению ключевых проблем в области развития, поддержания международного мира и безопасности, а также охраны окружающей среды». Тут же уточнялась и сфера ответственности G20: «Благодаря деятельности “группы двадцати” наметился прогресс в деле устойчивого восстановления нашей глобальной экономики и финансовой системы».

Поддержка откровенно дискриминационного, а потому крайне непопулярного в развивающихся странах режима нераспространения ядерного оружия была отнесена к сфере компетенций «восьмерки». «Мы настоятельно призываем все государства принять и поддержать решительные меры для борьбы с нарушением обязательств по Договору о нераспространении ядерного оружия, включая обязательства по гарантиям. Мы призываем государства, которые еще не сделали этого, заключить Соглашение о всеобъемлющих гарантиях с Международным агентством по атомной энергии вместе с Дополнительным протоколом, которые станут новым общепризнанным стандартом контроля за мирным использованием атомной энергии», — сказано в итоговой декларации.

Лидеры «восьмерки» заявили, что сегодня все страны подвержены угрозам, связанным с ядерным распространением, терроризмом, международной организованной преступностью (включая торговлю наркотиками), пиратством, а также политическими и этническими конфликтами. Поэтому меры по борьбе с организованной преступностью обсуждались с участием руководителей Гаити, Колумбии и Ямайки. Зато вопросы, связанные с ядерными программами Ирана и КНДР, обсуждались без участия этих стран.

По иранскому вопросу возобладала позиция России и Китая, которая заключается в том, чтобы сочетать санкции в отношении Ирана, рамки которых обозначены соответствующей резолюцией Совбеза ООН, с дипломатическими шагами по вовлечению Тегерана в переговоры относительно его ядерной программы. Участники саммита признали право Ирана на развитие гражданской ядерной программы, но отметили, что с этим правом сопряжены международные обязательства, которые все страны, включая Иран, должны выполнять. Была выражена глубокая обеспокоенность тем, что деятельности Ирана по-прежнему не хватает транспарентности, а также заявлением о намерении Ирана в нарушение резолюций Совета Безопасности ООН и Совета управляющих Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ) продолжать и наращивать обогащение урана. К Ирану обратились с призывом выполнить требования Совбеза ООН и МАГАТЭ, а также соответствующие резолюции для того, чтобы восстановить международное доверие к мирному характеру иранской ядерной программы.

Как всегда, не обошлось без инициатив в пользу бедных. Лидеры «большой восьмерки» встретились с главами государств и правительств Алжира, Египта, Эфиопии, Малави (как председателя Африканского союза), Нигерии, Сенегала и Южной Африки. Восьмерка в очередной раз выразила поддержку усилий африканских стран «по строительству более стабильной, демократичной и процветающей Африки, по стимулированию экономического и социального развития и утверждению верховенства закона». В очередной раз были выделены деньги на программы по охране здоровья матерей, новорожденных и детей. Всего будет выделено пять млрд долларов в течение пяти лет. Часть из них пойдет в Африку.

Многие африканцы скептически оценивают финансовую помощь, которую западные страны на протяжении последних сорока лет оказывают Африке. По их мнению, она лишь усилила коррумпированность правительств и их зависимость от иностранной помощи. Для сравнения можно вспомнить о том, что весной 2008 года Китай подписал с Демократической Республикой Конго, одной из беднейших стран континента, соглашение об инвестициях в размере 6 млрд долларов в течение 25 лет. В рамках этого соглашения китайцы обязались построить тысячи километров железных и шоссейных дорог, сотни школ и больниц, два университета, а также новые медные и кобальтовые шахты (медь и кобальт как раз и станут платой за китайскую помощь в развитии инфраструктуры).

Что касается продовольственной безопасности африканских стран, которая также обсуждалась в Мускоке, то ее, похоже, предстоит обеспечивать тем же китайцам, а также корейцам и арабам, которые в последние годы активно скупают сельскохозяйственные земли на Африканском континенте.

Хотя члены «восьмерки» и заявили о том, что опубликованный отчетный доклад свидетельствует о значительном прогрессе, достигнутом во многих областях, вопросы, обсуждению и решению которых посвящены усилия стран-участниц, остаются практически неизменными. Гаити по-прежнему неспособна рассчитаться с долгами, поэтому их опять решили списать. МВФ все так же нуждается в реформах, к проведению которых его в очередной раз и призвали. Элемент новизны внес лишь этноконфликт в Киргизии, который был упомянут в одном пункте со ставшими уже привычными обращением к правительству Мьянмы с требованием освободить Аун Сан Су Чжи и обращением к участникам конфликта в Дарфуре.

Победила дружба

На саммите «двадцатки» продолжилось крушение однополярного мира. Соединенные Штаты впервые не смогли навязать своим партнерам и союзникам собственное видение пути, который должен вывести из кризиса. Американский президент Барак Обама еще до начала саммита в письме к лидерам G20 призвал Германию поддержать внутреннее потребление и отказаться от сворачивания финансовых вливаний в экономику, но у Берлина была другая позиция на этот счет. В конце июня правительство Германии решительно выступило в защиту программы жесткой экономии. Вопрос сворачивания стимулирующих мер и спасения бюджетов стал одним из ключевых на встрече в Торонто.

Разумеется, никто не пытался убедить своего партнера изменить свой экономический курс. Все понимали, что германские инициативы отражают реальные действия Берлина, а американские — ту экономическую политику, которой придерживается Вашингтон. Борьба шла за формулировки в итоговом документе, ведь именно он является единственным ощутимым результатом переговоров. Победителем по правилам этой игры считается тот, кто смог добиться включения в текст тех предложений, с которыми он ехал на саммит.

Второе правило саммитов — демонстрация единства любой ценой, в том числе и ценой уступок. В результате компромиссная позиция Европы и Америки звучит так — снижение госрасходов необходимо, но не должно привести к ухудшению перспектив роста экономики. Поскольку госрасходы составляют существенную часть ВВП, это означает намерение двигаться в разные стороны одновременно. Страны G20 заявили, что намерены вдвое снизить уровень своих бюджетных дефицитов к 2013 году. Кроме того, участники саммита договорились стабилизировать или вывести на четкую снижающуюся траекторию к 2016 году отношение государственного долга к ВВП. «Честно говоря, это больше, чем я ожидала, так как это достаточно определенно», — отметила по итогам саммита канцлер ФРГ Ангела Меркель. Насколько выполнимы эти планы, лидеры «двадцатки» не говорили.

Как отмечает газета The Wall Street Journal, США поддержали установление четких временных сроков для сокращения бюджетных дефицитов в обмен на то, что экономический рост был назван в итоговом документе двадцатки приоритетом номер один. Так что, сокращая дефициты, лидеры «двадцатки» при этом будут принимать согласованные действия для поддержания экономического подъема, создания рабочих мест и достижения более уверенного, устойчивого и сбалансированного роста, чтобы реализовать уже объявленные планы по стимулированию роста.

Президент США записал в свой актив и то, что его коллеги в Торонто одобрили предложение о включении в повестку саммита вопроса борьбы с коррупцией. «Я рад тому, что одобрили мое предложение о расширении повестки “двадцатки” и включении в нее борьбы с коррупцией. В слишком многих местах культура взяток является тормозом к развитию и процветанию. Это создает проблемы для предпринимательства, рушит общественное доверие, подрывает власть закона и мешает экономическому росту», — сказал Барак Обама на пресс-конференции.

Страны «двадцатки» подтвердили, что намерены значительно повысить требования к капиталу банков, но это будет происходить поэтапно начиная с конца 2012 года, и темпы реализации новых правил могут различаться в отдельных странах. В ноябре на следующем саммите в Сеуле должны быть согласованы новые требования к капиталу банков, которые, как предполагается, дадут кредитным организациям возможность выдерживать глубокие кризисы. «Центральным элементом этой программы является повышение качества и степени прозрачности, а также количества стандартов капитала и ликвидности при ограничении доли заемных средств» — говорится в декларации, принятой по итогам саммита.

Страны двадцатки подтвердили, что планируют ужесточить регулирование хедж-фондов, рынка деривативов и рейтинговых агентств и ввести единые стандарты б­ухучета. Кроме того, участники двадцатки продлили до конца 2013 года обязательство воздерживаться от создания новых барьеров на пути инвестиций или торговли товарами и услугами. Это обязательство, впрочем, никто никогда всерьез не воспринимал. Протекционизм — естественное поведение любого правительства, если оно не ставит перед собой цели уйти в отставку как можно скорее. Согласно ежегодному докладу Международной торговой палаты Россия и США чаще других стран G20 прибегают к протекционистским мерам. На третьем и четвертом местах в этом рейтинге промышленно развитых стран расположились Индия и Аргентина.

Приложение к итоговой декларации G20 под названием «Основа для уверенного, продолжительного и сбалансированного экономического роста» начинается оптимистичным заявлением о том, что благодаря чрезвычайным и хорошо скоординированным действиям, договоренность о которых была достигнута на саммитах «двадцатки» в Вашингтоне, Лондоне и Питтсбурге, мировая экономика восстанавливается, причем более быстрыми темпами, чем ожидалось. Однако риски и угрозы, которые перечисляются в следующих пунктах, связываются с несогласованностью действий. Зато при условии дружных и скоординированных усилий можно, по расчетам Всемирного банка и МВФ, увеличить мировое производство на 4 трлн долларов, создать 52 млн рабочих мест и вытащить из нищеты 90 млн человек.

Говорить о политике на экономическом форуме неприлично. Но ни для кого не секрет, что экономический курс Белого дома в этом году будет определяться не обещаниями, данными на международных форумах, а промежуточными выборами в конгресс, которые пройдут в ноябре. Поскольку путь к сердцу избирателя никогда не проходил через сокращение государственных расходов, можно не сомневаться в том, что обязательства США по сокращению дефицита госбюджета к 2013 году вдвое, то есть на один триллион долларов, до выборов выполняться не будут. И, скорее всего, вообще не будут выполняться.    Возможно, единственный реальный путь борьбы с растущим долгом для США — запустить механизм гиперинфляции, которая этот долг просто обесценит.

Полпроцента свободы

Некоторые из участников ехали в Торонто с задачей не допустить включения в итоговый документ, да и вообще в повестку работы форума определенных вопросов. Россия, Индия, Китай и Япония заблокировали обсуждение вопроса о требованиях к капиталу банков, а также о банковском налоге, который уже решили ввести Великобритания, Германия и Франция. Президент России Дмитрий Медведев сказал: «По нашему мнению, введение подобного налога приведет к удорожанию стоимости финансовых услуг и стоимости кредитования в целом. А значительная часть издержек в конечном счете переместится не на финансовый сектор, а на граждан. И поэтому предложение по универсальному налогу для финансовых операций мы не поддерживаем».

Самой удачной можно признать игру на саммите Китая, который 19 июня объявил о том, что переходит к постепенной ревальвации юаня. Слово «ревальвация» было адресовано европейцам и американцам, давно требовавшим от Пекина приведения курса национальной валюты в соответствие с его рыночной стоимостью. Хотя слово «постепенная» недвусмысленно указывало на то, что процесс этот будет жестко контролироваться Банком Китая, цель Пекина была достигнута — вопрос о недооцененном юане на саммите не обсуждался.

Насколько свободным стал новый курс китайской валюты, стало понятно довольно быстро. Международный валютный фонд ожидал, что уже в ближайшее время произойдет укрепление юаня к доллару на 3—5%. «Речь, конечно, не идет о том, чтобы ревальвировать юань на 20% за неделю — это было бы разрушительно как для экономики Китая, так и для мировой экономики», — отметил Барак Обама, указав, насколько, по его мнению, следовало бы укрепиться юаню.

Начиная с 2008 года Центробанк Китая заморозил курс юаня на уровне 6,83 юаня за доллар, допуская максимальное колебание в пределах +\- 0,5%. Вскоре после начала контролируемой ревальвации усиление китайской валюты остановилось на отметке 6,7868 юаня за доллар. Фактически это означало, что достигнуты границы коридора в 0,5%. Последовал новый нажим на Пекин со стороны главы МВФ Доминика Стросс-Кана. Юань еще немного укрепился. На 2 июля его курс составлял 6,772 юаня за доллар. Борьба за сильный юань продолжится, но уже за рамками саммита, в рабочем режиме.

Вплоть до следующего саммита «двадцатки», который пройдет в Южной Корее в конце этого года, США, Европа, Китай, Россия и все другие участники форума позабудут о взятых в Торонто обещаниях и будут реализовывать индивидуальные планы экономического развития.

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?

Тема недели

Доктор Производительность

Рост производительности труда — главная цель, вокруг которой можно было бы построить программу роста национальной экономики