Долги топят рост

Отсутствие единого механизма контроля за государственным долгом мешает еврозоне развивать экономику

Долги топят рост

Несмотря на принятые Евросоюзом меры по купированию долговых проблем Греции, когда было объявлено о создании стабилизационного фонда, ситуация по-прежнему остается неопределенной. Хотя накал страстей снят и национальные правительства сокращают расходы, структурных преобразований в экономике никто не проводит. Вероятность повторения негативных событий достаточно высока, считает глава стратегического отдела Saxo Bank Дэвид Карсбол.

Бремя чужих долгов

— Сегодня уже ясно, что правительству еврозоны удалось избежать банкротства отдельных стран. Какова сейчас экономическая ситуация в странах ЕС, можно ли говорить о полном выздоровлении?

— Ситуация все еще остается неопределенной, долговые обязательства некоторых стран очень высоки. Причем по сравнению с 2007—2008 годами их объем значительно вырос, поскольку у отдельных государств есть большой дефицит госбюджета и большой долг частного сектора.

И проблема в том, что долгу позволяют расти. Национальные правительства сейчас озабочены экономическим ростом и тратят огромные средства на стимулирование этого роста. Но безрезультатно. Статистика показывает, что в первом квартале экономика европейских стран выросла лишь на 0,5 процента, и лишь у некоторых самых состоятельных стран рост составил один процент.

Такая экономическая политика приводит к социальной напряженности в обществе. Население жалуется на растущие долги и урезанные пособия, профсоюзы и левосторонние фракции в правительствах также высказывают недовольство. Но в перспективе трех-четырех лет долг, скорее всего, будет увеличиваться, и своими действиями правительство в итоге убивает возможность любого экономического роста, потому что считает, что выход из ситуации найдется сам собой.

— На ваш взгляд, усиливается ли риск второй волны кризиса, которая может расползтись по всему миру?

— Я думаю, что да. Хотя акцент проблем сместился на европейские долги, в мировой экономике еще много структурных дисбалансов. Демографическая ситуация, качество финансовых рынков и уровень экономического роста в других регионах даже хуже, чем в США.

Например, система социального обеспечения в европейских странах чересчур щедра, особенно на фоне низкой производительности труда. Европа попросту считает, что весь мир ей обязан.

Здесь уместно вспомнить пример стран Восточной Европы — Словакии, Словения и Чехии, которые сумели построить жизнеспособную экономику. У них высокий уровень экономического роста, низкий объем внешнего долг, в экономику активно поступают иностранные инвестиции. Хотя вряд ли более продвинутые европейские страны у них чему-нибудь научатся.

— Ситуация, когда страны еврозоны не могут печатать деньги, приводит к отсутствию гибкости в управлении денежно-кредитной политикой. Почти единственный вариант получить ликвидность — наращивать суверенный долг. За время острой фазы кризиса в Греции выяснилось, что госбумаги могут быть не такими надежными, как считалось ранее. Спекулянты могут запросто играть ставками, используя негативный информационный фон. Будут ли в будущем госбумаги оставаться защитным активом для инвесторов?

— Думаю, что госбумаги и далее будут «тихой гаванью» для инвесторов. Надо лишь внимательно смотреть на кредитное качество страны-эмитента. И провести разграничение между странами, которые имеют сильную экономику и финансовую систему, и странами, у которых надежной финансовой системы нет. Потому что спекулянты не могут поколебать ставки и обрушить госбумаги, если они хорошего кредитного качества. Если же у вас, например, греческие бонды и вы не хотите брать на себя риски греческого правительства, вы попросту сливаете их на рынке.

— Что делать инвестору, если все игроки на волне паники начнут одновременно продавать бонды какой-либо страны, цена упадет еще ниже и продать их будет сложно…

— Если речь идет о конкретных странах, то нет смысла продавать бонды, выпущенные правительствами Дании, Швеции, Норвегии, Канады или Новой Зеландии, — у них сильная система госфинансирования. Что касается еврозоны, то входящие в нее страны подвергают себя риску, даже Германия, которая раньше слыла консерватором и считалась страной с надежными госбумагами. Потому что, к сожалению, в еврозоне разработана программа по выкупу греческого, португальского, испанского, итальянского и ирландского долгов в целях гарантии выплаты суверенных долгов правительствами этих стран. Их долги ложатся бременем на бюджеты Германии, Франции и других стран с сильной экономикой. В то же время госбумаги надежных стран, в частности Германии, продолжают оставаться привлекательным инструментом для инвестора.

В реформе не заинтересованы

— У европейских проблемных экономик множество дисбалансов и структурных противоречий. Смогут ли правительства Испании, Греции, Италии взять на себя ответственность и провести сложные структурные реформы, не привлекательные для избирателей?

— Не думаю, что будут проведены серьезные реформы. На уровне европейского совета уже принято простое решение о гарантии этого долга и был образован стабилизационный фонд, в который вошли также международные финансовые организации. Но дело в том, что меры, принимаемые для сокращения дефицита бюджета, недостаточны. Подсчитано, что к 2013 году бюджетный дефицит Греции составит 149 процентов к ВВП вместо сегодняшних 13 процентов. Учитывая, что в стране не увеличивается количество рабочей силы и не растет производительность труда, вряд ли долг будет погашен усилиями только одних стран — членов еврозоны, ведь кроме возврата денег долг надо как-то обслуживать.

— Понятно, что более сильные в экономическом плане страны заплатят греческий долг и успокоят инвесторов. Но как же решать европейским правительствам свои проблемы? Держать Грецию и дальше в Евросоюзе или предложить ей уйти?

— Вопрос этот сложный, болезненный и неоднозначный для Европы. Возможно, Германия как раз та страна, которая не хочет видеть Грецию членом Европейского союза из-за слабости ее экономики. Но нужно понимать, что Евросоюз — политический проект, и исключение одного члена нанесет сильный удар по имиджу проекта, его политическому будущему. Поэтому, несмотря на разговоры, другие страны не захотят исключить Грецию и будут поддерживать ее в том виде, в котором эта страна сегодня находится.

Один из вариантов реального спасения экономики Греции — девальвация с выходом из зоны евро. Можно также признать дефолт по долгам и сократить госбюджет, что сейчас правительство Греции делает. Затем можно объявить дефляцию, что приведет к внутренней девальвации. Кроме того, надо обязательно снизить размер пенсий, повысить возраст выхода на пенсию. Все перечисленные меры смогут вернуть Греции ее конкурентоспособность.

Но когда мы говорим о сокращении дефицита бюджета, то надо понимать, что сокращать следует не 2—3 процента, а 10—20 процентов от ВВП, чтобы получить эффект. Конечно, это не всегда приятно, но зато действенно. Если мы возьмем в качестве примера Германию после Второй мировой войны, то она смогла подняться из полной разрухи и сотворить экономическое чудо, следуя экономическим законам и проводя политику жесткой экономии средств.

— Очень многие инвесторы во время пика долгового кризиса в еврозоне жаловались на отсутствие у национальных правительств законодательных норм, регулирующих объем дефицита бюджета и уровень внешнего долга. Хотя Маастрихтские соглашения, принятые еще в 1992 году, обязывают страны еврозоны соблюдать определенные нормы, но страны их не выполняют. На ваш взгляд, будут ли официально утверждены такие нормы?

— В теории да, но на практике нет, потому что политики европейского парламента, наоборот, хотят расходовать больше средств.

Если вспомнить историю, то именно Германия была инициатором создания валютного союза, считая, что валютный союз может быть надежным и стабильным инструментом укрепления финансовых и политических связей внутри Европы. Европейцы получат низкие процентные ставки, сократятся издержки циркуляции капитала, и всем будет хорошо.

Согласно Маастрихтскому договору, ни одной из стран не позволено иметь бюджетный дефицит больше трех процентов от ВВП. Но, тем не менее, Грецию приняли в еврозону и разрешили выйти за рамки бюджетного дефицита. Хотя все знали, что за последние двадцать лет ее бюджетный дефицит всегда превышал три процента. В 2004 году Германия также превысила норму дефицита бюджета. И сейчас в Европе задаются вопросом о том, почему одним странам позволено нарушать договор, а другим нет.

— Кто в таком случае будет нести ответственность за халатность политиков — внутренние налогоплательщики или же внешние кредиторы?

— Естественно налогоплательщики. А также инвесторы, покупающие евробонды, ведь они не получат свои деньги обратно.

Вместо рейтинга нужны индикаторы

— Как вы относитесь к идее создания Евросоюзом собственной финансовой инфраструктуры, в частности Европейского рейтингового агентства, для снижения зависимости от «необъективного» суждения американских агентств?

— Мировые рейтинговые агентства полностью ошибались, выставляя кредитные рейтинги отдельным компаниям. Их ошибки особенно заметны по ипотечному рынку США, где двум ведущим ипотечным компаниям сохраняли высокие рейтинги даже в разгар ипотечного кризиса. Уязвимость рейтинга в том, что агентства снижают рейтинги по факту, когда проблемы компании видны всем, то есть не заранее, а после случившейся негативной ситуации. Финансовый кризис показал полную некомпетентность ведущих рейтинговых агентств. И так будет продолжаться до тех пор, пока за рейтинг платит сам эмитент и платит дорого. Когда за рейтинг станет платить инвестор, ситуация будет иная.

Что касается европейского агентства, вопрос в том, кто будет нести расходы по его содержанию. Хотя я не исключаю возможности появления нескольких мелких агентств, которые в будущем смогут конкурировать с крупными американскими агентствами.

— А если агентство будет создано под эгидой правительства Европы?

— Это будет плохим решением. Если проект возьмется финансировать правительство, будет слишком много бюрократии. Рейтинговое агентство должно быть рыночным и работать в конкурентной среде.

— Многие европейские экономисты критиковали Центробанк Европы за мягкотелость и нерешительность действия. Должна ли его политика быть более активной, а статус — более высоким?

— По моему мнению, Европейский центральный банк вообще не должен быть активным. Его главная задача отслеживать поведение финансовых индикаторов и влиять на них. В первую очередь за счет гибкого использования ставки рефинансирования.

Другая важная функция Европейского Центробанка — следить за выплатой внешнего долга странами-неплательщиками. Если кредитное качество заемщика ухудшается, банк обязан обратить на это его внимание. Однако в случае с Грецией Центробанк поступил наоборот, он принял решение об эмиссии дополнительного объема денег и выкупе дефолтных бондов Греции. То есть в проблемной ситуации Европейский Центробанк поступает как национальные банки ряда стран, например США, хотя его статус совсем другой.

— Текущий долговой кризис в Европе показал сильное влияние личностей на процесс поиска решений. Многие инвесторы отмечали растерянность национальных лидеров, что негативно повлияло на быстроту решения проблемы. Кроме того, СМИ постоянно печатали негативные материалы. Для финансовых рынков это очень вредно, так как порождает страх и панику. Можно ли информацию о негативных ситуациях на финансовых рынках пускать на самотек? И почему Евросоюз не занимается антикризисным пиаром?

— Никакого механизма, ограничивающего негативную информацию, нет. Мы живем в условиях рыночной экономики, где есть свобода слова и каждый может выражать свою точку зрения. К сожалению, в СМИ бывает много негативной и неверной информации, но если мы берем в пример греческое «безответственное» правительство, то количество негативных статей про эту страну будет пропорционально уровню долга. И такие негативные статьи служат хорошим подспорьем для этой страны, чтобы правительство что-то сделало.

Что касается общеевропейского антикризисного пиара, то доверие к европейскому правительству со стороны инвесторов уже утрачено. И, может быть, будет только хуже, если они будут активно выступать с совместными заявлениями.

Статьи по теме:
Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности

Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?