Тридцать дней без консервантов

Дефицита натурального молочного сырья в Казахстане нет, нужно просто работать с производителями, уверяют в Danone

Тридцать дней без консервантов

В середине июня текущего года мировой лидер среди производителей свежей молочной продукции Groupe Danone и второй крупнейший в России производитель молочных продуктов ОАО «Компания «Юнимилк» заключили соглашение о создании объединенной компании. Причем у Danone 57,5% акций структуры, а в дальнейшем его доля может вырасти до 100%. Годовой оборот объединенной компании составит 1,5 млрд евро. В компании будут работать свыше 18 тыс. человек. Слияние, по мнению экспертов, повлияет на деятельность компаний в России, Украине, Казахстане и Белоруссии. По расчетам, новая компания станет лидером на рынке молочных продуктов СНГ, ее доля превысит 20%.

В Казахстане Danone запустил молочный завод в конце июня. Говорить о том, как повлияет деятельность объединенной компании на казахстанский рынок, по словам генерального директора компании по Центральной Азии и Кавказу Тунджая Текдемира, пока рано. Но все, же он не скрывает, что Danone в Казахстане планирует так же, как и в России, стать лидером. Его даже не пугает небольшая емкость рынка. Эту проблему компания намерена решить путем развития культуры потребления кисломолочных продуктов в Казахстане. О планах Danone в Казахстане «Эксперту Казахстан» в эксклюзивном интервью рассказал Тунджай Текдемир.

— Вы построили завод в Алматинской области. Расскажите, пожалуйста, об этом проекте — объем инвестиций, мощность завода, что вы планируете там выпускать?

— Строительство завода Danone началось в 2009 году. Производство стартовало месяц назад. Завод будет производить все виды йогуртов, йогуртовые напитки, кефир и сметану под торговыми марками «Активиа», Danone и «Растишка». Производственные мощности рассчитаны на переработку 100 тонн молока в сутки. Но мы планируем их расширять и в дальнейшем.

Общий объем инвестиций составил примерно 28 миллионов евро, которые, по нашим расчетам, окупятся в течение пяти лет. Завод был построен на территории индустриально-логистического комплекса «Даму». Для нас очень важно было наличие инфраструктуры, поэтому мы и купили землю в «Даму». Они предоставляют все под ключ, хотя цены на землю, честно говоря, не низкие. Территория завода 5 гектаров. Если потребуется, то мы нарастим мощности, все будет зависеть от сбыта. Планируется выпуск 40 видов йогурта. В следующем году начнем выпускать сметану и кефир.

Пока мощности загружены на 50%. Сейчас на заводе работает 100 человек. После того как завод выйдет на полную мощность, ориентировочно это произойдет через три месяца, коллектив вырастет до 300 человек.

— Планируете ли вы выпускать что-нибудь специально для Казахстана, учитывая наши национальные вкусовые особенности?

— Конечно, мы будем смотреть на традиционные для местного рынка продукты. Сейчас все анализируется, просчитывается, сможем ли мы их произвести, насколько высок спрос. У нас есть центр, который занимается разработкой новых продуктов для стран СНГ. Кроме того, наш отдел маркетинга будет анализировать, какие вкусы у местных потребителей. И при необходимости мы можем выпустить локальный продукт на казахстанский рынок. Когда Danone заходил в Россию, мы начали изучать такой продукт, как кефир. А сегодня мы его производим в Турции. В России много специфичных продуктов, пользующихся популярностью. Например, йогурт с черникой, который мы делаем только для России. Понятно, что и в Казахстане будем искать такие потребительские ниши. В любом случае, если у тебя есть на территории страны производство, в этом плане у тебя больше свободы. Если завода нет, ты завозишь только то, что хотят потребители тех стран, где он есть. Это одна из причин, почему мы локализовались в Казахстане.

— Уже заметили какие-то национальные предпочтения?

— Мы только стартовали. Есть много идей. Мне лично нравится шубат. Так что, может быть, мы начнем его выпускать в Казахстане, а потом распространим этот напиток в другие страны. Когда делаешь первые шаги, никогда не знаешь, куда приведет тебя путь.

— Пока ассортимент будет полностью российским?

— Да, но мы разработали продуктовую линию, где 30 наименований российские, а 10 — выпускаются в Казахстане. Часть продукции, на которую есть достаточный спрос — «Активиа», «Растишка», питьевые йогурты — мы будем производить здесь, остальное — завозить из России. Надо понимать, что если вы что-то везете из России, вы из 30 дней срока хранения восемь теряете в дороге. Потом товар поступает на склады дистрибьюторских компаний. Нет смысла поставлять продукцию напрямую в супермаркеты, если у вас нет запаса хотя бы в 10 дней. Иначе у вас будут огромные возвраты. А они в конечном итоге увеличивают цены для потребителей, что снижает продажи.

— Поскольку исключаются транспортные расходы, себестоимость вашей продукции снизилась. Вы будете снижать цены?

— Себестоимость продукции даже при локализации производства не снизилась. Да, мы не тратим деньги на доставку. Но мощность казахстанского завода небольшая. Из-за чего на выходе себестоимость остается прежней. В России масштабы производства гораздо больше. Построив завод в Казахстане, мы прежде всего преследовали цель увеличить срок годности наших продуктов.

Своя изюминка

— У каждого казахстанского производителя есть свое «оружие», то есть продукт, пользующийся наибольшей популярностью. Например, у FoodMaster — кисломолочный напиток «БИОС», у «Адала» — сметана, у «Раимбек агро» — молоко «Айналайн». А вы на что будете делать ставку?

— Наш конек — инновационные продукты, помогающие людям поддерживать форму. Мы специализируемся на полезных продуктах. У нас есть «Активиа», которая содержит специальные бактерии, помогающие пищеварению. Actimel, не являющийся лекарством, но содержащий бактерии, которые активизируют иммунную систему. Эти бактерии содержатся в желудке, но при определенных обстоятельствах их количество может уменьшиться, а Actimel возвращает их уровень до нормы.

— Кого вы рассматриваете в качестве конкурентов?

— Тут есть несколько категорий. Danone — это компания, делающая ставку на современные разработки. Местные же игроки производят традиционные молочные продукты — молоко, кефир, сметану. Они не имеют инновационных разработок. В нашей нише в Казахстане работают только FoodMaster и «Вимм-Билль-Данн». Я проработал в России 8 лет. Мы все время сражались за долю рынка с крупной локальной компанией «Вимм-Билль-Данн». Со временем Danone отвоевал у него долю рынка, играя именно на противостоянии инновационных и традиционных продуктов. В Казахстане, несмотря на то что некоторые местные игроки предлагают инновационные продукты, в действительности они импортируют их из Украины.

— Получается, ваш основной продукт — йогурты?

— Да. Но надо понимать, что если вы хотите стать компанией национального масштаба в Казахстане, то нужно присутствовать даже в самых маленьких городках. Но если вы пойдете в маленькие города только с инновационной продукцией, вы обанкротитесь. Решения приходится принимать, учитывая все обстоятельства. Поэтому кефир, сметана и прочие обычные молочные продукты для нас важны.

Пошли своим путем

— Сырье — это больная тема для казахстанских молочников. Как вы будете решать эту проблему?

— Мы еще год назад пришли в Казахстан и начали нарабатывать базу поставщиков. Причем мы работаем не только с крупными хозяйствами, но и с фермерами. Они, зная, что им обеспечен сбыт продукции при условии соответствия нашим требованиям по качеству, подтягиваются, развиваются, расширяются. Мы себе обеспечили стабильные поставки сырья. И никаких проблем с этим не испытываем.

— Учитывая, что в Казахстане существует дефицит сырья, и все частные поставщики уже работают с производителями, пришлось ли вам их переманивать, повышая закупочные цены?

— Мы не перетягивали поставщиков у других компаний, а нашли своих. Почему мы должны платить за сырье больше? Другое дело, если речь идет о качестве. Если ты покупаешь лучшее молоко, то, соответственно, и цена будет выше. В любом случае хочу заметить, что когда два года назад мы рассматривали возможность строительства завода в Казахстане, мы приезжали и изучали рынок. Тогда молоко было дешевле. Мы не знаем, почему сырье так сильно подорожало, оно стоит так же, как в России. Вполне возможно, что одной из причин является наш приход.

— Вас устраивает качество сырья?

— Мы были, честно говоря, приятно удивлены качеством молока. Ожидания были более пессимистичными. Но над всем надо работать, в том числе и над этим аспектом. Поэтому мы очень тесно сотрудничаем с нашими поставщиками, помогая им поднимать свой уровень.

— Рассматриваете ли вы возможность создания собственных молочных ферм в Казахстане?

— Нет. Это ведь другой бизнес со своими рисками и технологиями. Собственные фермы у Danone есть только в Саудовской Аравии, Египте и Мексике, но только потому, что в этих странах вообще нет молока.

— Какой процент из общего объема молочных продуктов планируется выпускать из живого сырья, а какой — из порошка?

— Мы планируем использовать только живое молоко. Поэтому мы обучаем своих производителей молока соблюдению гигиены, повышению эффективности. Но молоко — не единственный используемый нами ингредиент. Есть, например, фрукты, которые мы пока не закупаем на внутреннем рынке, однако надеемся, что со временем сможем работать с местными поставщиками и по этой группе товаров.

Главное — градус

— Не проще ли тогда работать на сухом молоке?

— Наша изюминка — полезные для здоровья продукты. На этом строится весь бизнес Danone. Соответственно, чтобы производить качественный продукт, нужно четко следить за сроком хранения. Мы категорически не используем вредные консерванты. Наши технологии позволяют сохранять натуральный продукт 33 дня. Для верности мы ставим срок годности 30 дней. Продукция может не испортиться и через 40—45 дней, но мы не можем уже этого гарантировать. Вся технология производства натуральных продуктов должна четко контролироваться на всех этапах производства. Если молоко перевозится ненадлежащим образом, то невозможно получить должные сроки хранения. Если оно хотя бы раз переливается за пределами завода, потом нельзя быть уверенным ни в чем — отсюда короткие сроки. Мы используем собственные емкости, в которые молоко попадает прямо из-под коровы, и затем оно оказывается уже внутри нашего оборудования. Более того, мы не используем обычные упаковки, потому что в этом случае мы должны были бы перейти в категорию продуктов долгого хранения, а это подразумевает использование консервантов.

— Как вы контролируете качество молока?

— У нас собственная лаборатория, в которой мы проводим полный анализ поступающего сырья. Основной тест — наличие в сырье антибиотиков. Если они будут присутствовать в молоке, то оно не будет закисать. Далее, так же как и другие молочные заводы, мы измеряем жирность, содержание белков, сухой молочный остаток, плотность, кислотность, термоустойчивость. Для лаборатории мы закупили передовое оборудование, в частности шведский аппарат, который замеряет одновременно 12 параметров молока. Он стоил нам около 300 тысяч евро. Нашему лаборанту не надо проводить десятки измерений и анализов — за него все делает техника. Таким образом, идет экономия усилий и времени, а также исключается человеческий фактор.

— Что если молоко не соответствует вашим требованиям?

— Составляется акт несоответствия, и молоко возвращается. Мы очень тщательно следим за качеством сырья. Например, в пункте приема молока на нашем заводе установлено оборудование, которое перекачивает с молоковоза сырье, после чего осуществляется автоматическая мойка цистерны. И это делается каждый раз, когда сдается молоко. Очень важно поддерживать стерильность транспорта, перевозящего сырье. На заводе установлена линия, на которой весь процесс — от технологической обработки молока до получения йогурта — автоматизирован. Это европейское оборудование, уникальность которого состоит в способе смешивания йогуртов. Мы можем производить йогурты различных вкусов. В операторской на компьютере виден весь процесс производства. Естественно оператор следит за всем и при необходимости может вмешаться.

— Во сколько обошлась вам эта линия?

— В три миллиона евро.

— Что еще важно для сохранения натуральных продуктов?

— Фасовка. У нас есть две собственные линии, расфасовывающие продукцию в различную тару. Одна из них фасует в пластиковые бутылки питьевой йогурт, вторая в стаканчики — йогурт, который едят ложкой. Это гиперстерильные технологии, благодаря которым увеличивается срок годности живых продуктов. Максимальная мощность линии по разливу питьевого йогурта — восемь тысяч бутылок в час.

Также у нас есть выдувная машина, которая выпускает пластиковые бутылки разных емкостей. Другие производители пользуются картоном. Наконец, на заводе есть склад — холодильник, в котором при температуре 4—6 градусов хранится готовая продукция. Далее она погружается в машины-рефрижераторы, отправляется в магазины и выкладывается на холодильные полки. Мы требуем от всех своих партнеров выполнения стандартов Danone. Мы контролируем все этапы — от доставки сырья до реализации готового продукта.

— Что еще особенного у вас есть на заводе?

— Другим нашим ноу-хау, которое мы привнесли в Казахстан, стали очистные сооружения промышленных стоков. Мы не можем свои отходы попросту сбрасывать в общую канализацию. На территории завода установлена цистерна, где скапливаются все отходы и очищаются до состояния чистой воды. Оставшиеся сухие отходы мы вывозим в специально отведенные для этого места. Это самое современное оборудование стоимостью два миллиона евро.

Особенности маленького рынка

— В Казахстане многие жалуются на дефицит квалифицированных кадров. Например, некоторые производители нанимают технологов из Кыргызстана или России. Вы почувствовали на себе эту проблему?

— Когда мы строили фабрику, мы привлекли специалистов и менеджеров из России, Испании, Польши. Набрав менеджерскую команду, отправили ее на тренинги в Россию и Украину. Процесс найма и обучения людей важен для любой компании. Нам в этом смысле легче, потому что мы часть международной корпорации Danone, в которой эти технологии отработаны. Мы можем себе позволить разослать запросы на нужных нам специалистов по всем нашим подразделениям и получить кадры. Или же нанять местных специалистов, обучить их, если требуется, и таким образом собрать команду.

— С какими проблемами вы столкнулись при запуске завода?

— В Казахстане прежде всего сказываются расстояния — очень важный фактор при импорте чего угодно — оборудования, сырья — в вашу страну. Между тем у нас не было проблем с выбором строительных компаний — их в Алматы достаточно. Кроме того, мы получили поддержку властей, поскольку в Казахстане работают над улучшением инвестиционного климата. Это нам реально помогло. Например, все нам говорили, что очень сложно растаможивать оборудование, но у нас все прошло нормально, достаточно быстро и по закону.

— Казахстан, по вашим ощущениям, чем-то отличается от России?

— Главное отличие в том, что на большой территории живет всего 16 миллионов человек. Причем население сосредоточено в основном в больших городах. И в этих условиях нужно распространять продукцию по всей стране. Это проблема не только для Danone, но и любой другой продуктовой компании, работающей на казахстанском рынке. С одной стороны, в каком-нибудь маленьком населенном пункте население всего в двадцать тысяч человек, с другой — расстояние до ближайшего крупного населенного пункта 500 километров. Понятно, что это несет значительные транспортные издержки.

— Возможно, чтобы решить эту проблему, имеет смысл построить еще один завод, например, на севере республики?

— Главное для бизнеса — это возврат инвестиций. Я не исключаю, что мы построим еще один завод в Казахстане, но для этого мы должны убедиться, что у него будет достаточный сбыт, что он будет полностью загружен. Когда компании строят локальные заводы с небольшой загрузкой, они обрекают себя на долгий срок возврата инвестиций.

Да, мы не настолько крупные инвесторы, как те, кто вкладывает в нефтегазовую промышленность. Но мы не менее важны и нужны государству, так как покупаем здесь молоко, соответственно, развиваются молочные хозяйства и фермы, создаются рабочие места, отчисляются налоги.

Мы хотим стать лидером на рынке, но не просто его захватив. Мы хотим развить культуру потребления полезных молочных продуктов, чтобы люди понимали, как важно здоровое питание и потребление натуральных продуктов. Наша цель — приучить казахстанцев ежедневно выпивать по бутылке йогурта. В России на душу населения приходится 15 килограммов кисломолочных продуктов в год, в Казахстане — только пять. По нашему мнению, столь существенная разница имеет место из-за недостаточности предложения на рынке. Что в свою очередь есть следствие высоких издержек на транспортировку. Но, с другой стороны, это означает, что рынок будет расти.

— Как вы оцениваете молочный рынок Казахстана?

— Мы заказывали исследования, чтобы просчитать рынок: какова наша доля, что люди любят, что нет. Но очень сложно получить четкие данные, так как сказывается неразвитость рынка. Обычно мы покупаем исследования у ACNielsen. За анализ всего российского рынка мы заплатили им 400 тысяч евро. Но когда я попросил данные по Казахстану, мне сказали — пожалуйста, это будет стоить 300 тысяч евро. И это притом что российский рынок в десять раз больше. На мое возражение они ответили: «Для исследования казахстанского рынка нам нужно с нуля выстраивать все службы по республике». Другой пример. Мы работаем по всему миру с рекламным агентством Young&Rubicam. Но в Казахстане нет этой компании. Я позвонил им и спросил, не хотят ли они зайти на этот рынок, чтобы представлять наши интересы. Они назвали такую цену, которая нас не устроила. И все потому, что опять-таки это новый для них рынок. Если взять такой сервис, как медиапланинг, в России мне не надо нанимать на полную ставку медиапланера, потому что я могу возложить эту миссию на агентство. Здесь нет знакомых мне агентств, которым я мог бы доверять. И в результате, несмотря на то что у нас очень маленькая организация, в штате есть сотрудник, который занимается медиапланированием. Такого рода вызовы я встречаю в Казахстане каждый день. Из-за того что здесь емкость рынка очень маленькая, приходится порой в три-четыре раза больше платить за услуги. И это создает массу препятствий на пути.

Но все же мы оптимистично настроены. Мы хотим также экспортировать нашу продукцию в Кыргызстан, Узбекистан, Афганистан и даже в Китай.

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?

Тема недели

Доктор Производительность

Рост производительности труда — главная цель, вокруг которой можно было бы построить программу роста национальной экономики