О единстве целей и задач

Редакционная статья

О единстве целей и задач

Похоже на то, что правоохранительные органы в лице финпола и бизнес-сообщество в лице Союза «Атамекен» совершенно по-разному восприняли поручение президента о подготовке проекта закона, предусматривающего декриминализацию преступлений в экономической сфере, не представляющих большой общественной опасности.

Бизнесмены составили список статей, по которым их чаще всего привлекают к уголовной ответственности, и предложили перенести эти статьи из кодекса уголовного в кодекс административный. Лишение свободы, соответственно, предложили заменить штрафами и возмещением ущерба, порой даже двукратным. У финполовцев взгляд на декриминализацию оказался прямо противоположным — ту статью, по которой больше всего предпринимателей было привлечено, следует оставить, более того, следует привлекать еще активнее и непреклоннее. Иначе говоря, количественные параметры легли в основу решения о том, что опасно, а что нет.

Поскольку позиции обеих сторон небезупречны, правильным было бы вернуться к мотивам, подтолкнувшим президента к поручению о пересмотре законов и подписанию соответствующего указа. Во-первых, сама постановка вопроса о декриминализации бизнеса указывает на то, что сегодня существует практика его криминализации, вопиюще нелогичной и искусственной по сути, но опирающейся на действующее законодательство. Привлечение к уголовной ответственности и вообще чрезмерное внимание правоохранительных органов к частному бизнесу часто связано с реализацией проектов по перераспределению собственности, то есть к рейдерству. Не случайно президент в своем выступлении на совещании по вопросу реформирования правоохранительных органов сказал: «В законопроекте следует уделить особое внимание преступлениям в экономической сфере, с тем, чтобы оградить бизнес от давления со стороны правоохранительных органов и стимулировать развитие бизнеса. Мы должны поставить заслон на пути рейдерству, захвату чужой собственности».

«Для усиления защиты бизнеса от необоснованного вмешательства со стороны органов уголовного преследования будет введен особый порядок возбуждения уголовных дел по экономическим и коррупционным преступлениям», — так в интервью газете «Казахстанская правда» прокомментировал необходимость грядущих реформ вице-министр юстиции Дулат Куставлетов. То есть суть предстоящих реформ должна заключаться в защите бизнеса от чрезмерно агрессивных силовиков и от излишне репрессивного законодательства, а не в ужесточении борьбы с экономическими правонарушениями.

Декриминализация должна включать в себя не только изменение или отмену статей Уголовного кодекса, но и общее изменение отношений между властью и бизнесом, иначе отмена пресловутой статьи «Лжепредпринимательство» может обернуться привлечением к уголовной ответственности по сходным статьям, о которых говорят бизнесмены, требуя отмены 192-й статьи. Если финпол руководствуется в своей работе репрессивными установками, следователям не составит труда использовать другие статьи — уклонение от налогов, мошенничество или незаконное предпринимательство — для применения уголовной ответственности. Поэтому правоприменительная практика не менее важна, чем совершенствование законов.

Наконец, изменение экономической части Уголовного кодекса должно происходить в рамках общей стратегии либерализации уголовного законодательства и декриминализации преступлений, не представляющих большой общественной опасности. А наличие общественной опасности в деяниях предпринимателей устанавливается не только и исключительно правоохранительными структурами, но обществом в целом, следовательно, к экспертной оценке реальной общественной опасности этих деяний и к подготовке предложений по их декриминализации должны привлекаться не только юристы, но также социологи и экономисты.