Дайте только срок

Первый год работы Таможенного союза в целом не изменил позиций казахстанского бизнеса. Конкурентоспособность ему предстоит доказывать в длительной перспективе

Дайте только срок

За почти год своего существования Таможенный союз (ТС) Казахстана, России и Беларуси существенно не изменил положение казахстанских предпринимателей. На сегодняшнем этапе интеграция ТС с точки зрения бизнеса — это лишь некоторое облегчение пересечения границ стран-участниц. Правда, это облегчение в реальности тормозится о несогласованность союзных компетентных органов. Но устранение этих противоречий — дело техники, а именно элементарной административной стимуляции. Тем более что на данном этапе интеграцию все еще двигают не столько экономические, сколько политические факторы.

Там, где нет таможни

Официально ТС стартовал с 1 января уходящего года, когда вступил в силу Единый таможенный тариф. В июле главы государств приняли Таможенный кодекс Таможенного союза. Произошло это на фоне обострившихся противоречий России и Беларуси: россияне сократили количество льготной нефти для белорусов и импорт белорусского молока. Конфликт был урегулирован, но противоречия остались, и сторонам приходилось то и дело идти на взаимные уступки. Корень разногласий партнеров — экспортные таможенные пошлины (ЭТП) и импортные тарифы по разным видам продукции. И по некоторым позициям (размер ЭТП на нефть, например) «в друзьях согласья нет» до сих пор.

Тем временем ключевое событие — перенос таможенного контроля на внешние границы стран — произошло лишь частично: российско-белорусская таможенная граница исчезла, а российско-казахстанская просуществует минимум до июля 2011 года: до этого срока Казахстан должен соорудить заслон контрабанде и китайскому реэкспорту через Киргизию. С 1 июля 2012 года страны ТС планируют выйти на следующую ступень интеграции — Единое экономическое пространство (ЕЭП). Напомним, что ЕЭП предусматривает свободу перемещения капиталов, товаров и рабочей силы внутри своего пространства, а также согласованность партнеров в политике нетарифного регулирования.

Промежуточные итоги интеграции подвел Нурсултан Назарбаев в начале минувшего сентября на VII форуме межрегионального сотрудничества Казахстана и России. «Полностью открыты таможенные границы, действует единый таможенный кодекс и тарифы трех стран, — отметил президент РК. — Это придает новый импульс развитию прямых связей между регионами наших стран». Президент привел и числовое выражение интеграции: «Только за шесть месяцев текущего года товарооборот между двумя странами составил почти восемь миллиардов долларов. Более чем на 40 процентов превышен показатель аналогичного периода прошлого года».

Мнимая экспансия

К словам президента РК необходимо добавить контекст. Хотя абсолютные показатели торговли стран и свидетельствуют о небывалом росте, часть его необходимо списать на «низкий старт» в 2009 году. По данным Агентства РК по статистике, внешнеторговый оборот в первое полугодие 2010 года вырос относительно прошлогоднего аналогичного периода на 40% (на 12,3 млрд долларов). В то же время относительные показатели товарооборота между РК и РФ выросли в разных пропорциях: рост казахстанского экспорта составил 0,2%, а российского импорта — 8,9%.

По итогам первого полугодия текущего года могло сложиться впечатление, что продукция РФ активно завоевывает казахстанский рынок. Этого и опасались в казахстанском экспертном сообществе перед стартом ТС. Однако стоило подождать пару месяцев, и отрицательное сальдо осталось лишь в относительных показателях. В реальности же вырос один казахстанский экспорт, да и тот менее чем на миллиард долларов.

Это аргументирует гипотезу о том, что стремительной экспансии казахстанской продукции на рынки партнеров и наоборот не происходит. Корреляция показателей говорит в данном случае только о стабильности в торговле между странами.

Не «стреляли»

Хотя перспективы казахстанских компаний эксперты и участники рынка оценивали довольно высоко, сегодня стало очевидно, что пока с обеих сторон так никто и не «выстрелил».

«Я не заметил каких-либо прорывов ни в экспорте, ни в импорте. Да, таможенные органы в регионах рапортуют об увеличении экспорта. Но это все те же наши сырьевые продукты. Каких-либо «прорывных проектов» в сфере производства собственной продукции не наблюдается», — считает вице-президент Независимой ассоциации предпринимателей РК Тимур Назханов, в очередной раз аргументируя известное высказывание: «Для большого бизнеса государственные границы значат не больше, чем линия экватора».

Нельзя сказать, что казахстанский малый и средний бизнес (МСБ) завоевал новые рынки. Впрочем, и сами предприниматели готовились не к торговым экспансиям — большего, чем упрощение процедур на границе, они и не ждали.

«Целью объединения было снижение барьеров на таможне, — констатирует член Форума предпринимателей Казахстана Евгений Бессонов. — Этот процесс максимально упрощен. Ни у кого в Казахстане, России и Белоруссии нет такого количества товаров, чтобы друг друга завалить. Мы думали, что завалим мясом, оказалось, что у нас мяса-то и нет. Наши страны могут только друг друга поддержать».

С другой стороны, после унификации таможенных тарифов для казахстанских импортеров ставки существенно выросли, что сделало ряд бизнесов нерентабельным. «Поскольку Казахстан является импортозависимой страной, первые месяцы Таможенного союза были шоковыми для предприятий малого и среднего бизнеса, — рассказывает г-н Назханов. — Стоимость пошлин на ввозимые товары выросла в разы. В качестве примера могу привести ситуацию, которая сложилась у предпринимательницы, 14 лет завозившей в страну мебель из Малайзии и уплачивавшей 15 процентов пошлины на таможне. В январе, доставив очередную партию товара, она выясняет, что теперь должна платить фактически 500 процентов пошлины».

Однако если низкие ставки таможенных тарифов пришлось принести в жертву интеграции, то более благоприятный, чем в РФ, налоговый режим Казахстан за собой сохранил. Вследствие этого в экспертном сообществе ожидали уже в этом году открытия совместных предприятий (СП) в РК.

«Да, теоретически мы обладаем определенными преимуществами в рамках ТС, — признается Тимур Назханов. — Однако массовой регистрации СП я не заметил. Связано это, на мой взгляд, с тем, что до сих пор нет ясности в вопросах налоговой политики на просторах ТС, люди попросту выжидают, как будут развиваться события».

Стоит отметить, что СП в Казахстане все же создаются. Например, сборочный автозавод в Караганде, где партнерами выступают Sollers совместно с «Азия Авто» и BI Group; электровозосборочный завод Alstom Transport, ЗАО «Трансмашхолдинг» и АО «НК “КТЖ”», а также другие.

Однако главная задача этих производств обеспечить внутренний рынок. Их ввод в большей степени связан с ГПФИИР, призванной модернизировать казахстанскую промышленность. Выход на рынок ТС — в данном случае это проявление того самого мультипликативного эффекта, о котором так любят говорить казахстанские власти и который неизменно сопутствует любым успешным бизнес-проектам.

Время на наладку

Не способствует активности бизнеса и несогласованность, которая пока присутствует в действиях уполномоченных органов стран-партнеров. Это касается таких подспудных проблем, как единые техрегламенты, а также уже работающих таможенных механизмов.

«Сами сотрудники таможенных служб фактически с начала принятия решения о создании ТС в конце прошлого года не могут дать участникам внешнеэкономической деятельности (ВЭД) вразумительных разъяснений по возникающим вопросам, — отмечает г-н Назханов, напоминая, что процесс унификации правил и основных требований идет до сих пор.

«Например, перечень товаров, которые должны проходить госрегистрацию в Казахстане, не совпадает с таким же списком в Беларуси, — иллюстрирует он. — В результате у наших экспортеров в Беларуси товар несколько месяцев лежит на складе и его не могут реализовать в торговых сетях».

По словам г-на Назханова, импортеры, занимающиеся поставками продукции от своих постоянных партнеров, не могут его провезти через территорию России, поскольку в реестре третьих стран, из которых разрешен ввоз товаров, отсутствует именно та страна, из которой идет груз. «Поскольку такой список Казахстан не подготовил, наши предприятия должны работать по реестрам России и Беларуси. Об этом наших предпринимателей никто не оповещает. В итоге предприятия терпят убытки, — сетует он. — Абсурдным представляется требование о получении сертификата происхождения товара «СТ-1» на одну и ту же продукцию. Это занимает время, а кроме того, увеличивает расходы».

В целом же, по данным эксперта, бизнес-процессы на границе стали проще, поскольку не надо оформлять грузовую таможенную декларацию (ГТД) в рамках ТС. Однако на смену ГТД ввели статистическую декларацию, которая является фактически усеченной формой ГТД, что тоже не радует предпринимателей.

«Кроме этого, на различных участках границы ситуация отличается. Где-то процедуры прохождения таможни ускорились, а на некоторых постах по-прежнему очереди. Это то, что мы называем влиянием «субъективного фактора», а попросту попытка вымогательства денег», — отмечает г-н Назханов.

«Не отработана система по возврату НДС, — считает г-н Бессонов. — Если вы импортируете из России, то вы платите здесь, а подтверждения НДС вы будете ждать около месяца». В качестве решения проблемы он предлагает автоматизацию процесса. Г-н Бессонов уверен, что эти недочеты будут урегулированы в течение ближайшего полугодия.

По дороге в пространство

Рост взаимного интереса бизнесов стран — участниц ТС эксперты напрямую связывают с выходом интеграции на следующий уровень — ЕЭП. Именно тогда должны активизироваться отрасли, предприятия которых наиболее конкурентоспособны в условиях ТС: агропром, легкая промышленность и машиностроение.

Но, учитывая нынешнее положение дел, ЕЭП рискует стартовать позже намеченного срока. «Опыт создания единой таможенной системы показал крайне низкую координацию действий уполномоченных государственных органов внутри страны, отсутствие у некоторых из них заинтересованности в эффективности решения имеющихся вопросов, — говорит г-н Назханов. — В связи с этим у меня есть большие сомнения в том, что мы будем готовы в 2012 году к более высокому уровню интеграции».

«Политически, может быть, решение и принято, — размышляет Евгений Бессонов. — Опасность в том, что 1 января наступит, а документы мы получим в феврале. Важно, чтобы документы были разработаны до, а не после того, как оно официально заработает. Таким образом, с августа следующего года документы должны быть готовы и ратифицированы».

Еще одним сдерживающим фактором для казахстанского бизнеса могут стать такие типично внутренние проблемы РК, как неразвитость инфраструктуры, дефицит квалифицированных кадров, нагрузка на бизнес посредством большого количества проверок и сложности разрешительных процедур.

Стимулы и барьеры

Резюмируя сказанное, перспективы развития казахстанского бизнеса — это не завоевание иностранных рынков, а повышение качества собственной продукции, модернизации производств. Тогда отечественный бизнес сможет на достаточном уровне обеспечивать внутренний рынок, чего от него и хочет государство. И даже готово ему содействовать, применяя систему стимулов и барьеров.

Примером первого наглядно служат внедрявшиеся в последние несколько лет с переменным успехом программы поддержки бизнеса через льготное кредитование. В этом году к ним добавилась ГПФИИР, некоторые промышленные проекты которой также льготно кредитует государственный Банк развития Казахстана.

К числу барьеров можно отнести требования по казахстанскому содержанию, которые ограничивают долю импортной продукции и услуг для госучреждений, а главное — нацкомпаний и компаний-недропользователей. Последние, например, являются основными источниками инвестиций в страну.

Кроме казсодержания, в активе правительства есть и директивные запреты на экспорт или импорт. Так с 28 мая этого года, чтобы избежать дефицита и скачка цен, правительство РК ввело запрет на экспорт ГСМ, который не отменен и по сей день. Партнеры по ТС были просто поставлены в известность.

Статьи по теме:
Казахстан

От практики к теории

Состоялась презентация книги «Общая теория управления», первого отечественного опыта построения теории менеджмента

Тема недели

Из огня да в колею

Итоги и ключевые тренды 1991–2016‑го, которые будут влиять на Казахстан в 2017–2041‑м

Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности