Тридцать лет спустя

Япония, которая когда-то поразила весь мир своим экономическим чудом, сегодня переживает период переоценки ценностей

Тридцать лет спустя

В 1981 году американский канал CBS показал фильм «Тойота. Вторжение», где констатировался факт, что Детройт проигрывает на своей же территории. Американский зритель был поражен, когда узнал, что каждая пятая проданная в США машина — японская. Найти объяснение этому явлению корреспондент попытался в «патерналистской политике «Тойоты»», которая стала «Сегуном нового времени». Молодые рабочие на заводах корпорации, по мнению журналиста, несчастны, потому что слишком зависимы от компании, а атмосфера внутри организации близка к армейской в смысле дисциплины. О ставших позже знаменитыми Toyota Production System, кайдзене, канбане и прочих особенностях японского менеджмента, обеспечивших успех корпорации, корреспондент ничего еще не знал. Но он признавал: «Тойота» вырывается вперед. Это был триумф японцев.

Почти тридцать лет спустя «Тойота» снова в центре внимания американских медиа. Теперь инфоповодами становятся постоянно происходящие отзывы машин этого производителя — в общей сложности более 8 млн в 2010 году! Легендарная марка, воспетая в книге «Дао Тойоты», несет потери. В феврале этого года ее продажи упали на 10%, в то время как у General Motors и Ford они увеличились на 20% и 33% соответственно. При этом представители GM открыто радуются неудачам конкурентов. Вице-председатель совета директоров американской корпорации семидесятилетний Роберт Лютц заявил на автосалоне в Нью-Йорке, что имидж «Тойоты» как производителя хороших автомобилей никогда не восстановится: «“Тойота” стояла на сияющем пьедестале высотой в 100 футов, а сейчас она на том же уровне пола, что и остальные, и борется со всеми нами».

Чтобы справиться с проблемами, «Тойота» провела крупнейшее собрание персонала в истории. В нем участвовало почти 10 тысяч рабочих и служащих. Две тысячи человек собрались лично в штаб-квартире корпорации в городе Тойода. Более 7 тысяч смотрели выступления через Интернет. К собранию были привлечены и представители смежников. «На встрече президент корпорации Акио Тойода со слезами на глазах призвал сотрудников верить в успех и приложить все силы к восстановлению некогда блестящей репутации компании, — пишет одно из западных информагентств. — Его заместитель Такэси Утиямада признал, что корпорация находится в серьезном кризисе. По его словам, путь к успеху будет нелегким и должен быть основан на максимальном учете интересов потребителей».

Для Японии «Тойота» — не просто компания. Это своеобразный символ страны, воплощающий победу ее идеологии качества. И неудачи «Тойоты» — это неудачи каждого японца. Так что почти каждое утро весной этого года у них начиналось с бесед на тему того, что же происходит с корпорацией в действительности?

Заговор против островов

В самой Японии в основном распространены конспирологические теории. Считается, что речь может идти о промышленной диверсии — запчасти, которые создали проблемы, изготавливались на заводах в США и Канаде. И, мол, кто-то из американского персонала «Тойоты» был, возможно, подкуплен.

Другая версия: США якобы попросили Японию снизить на время коммерческую агрессию «Тойоты» на американском рынке, чтобы дать время восстановиться General Motors после жесточайшего падения. Но компания, согласно распространенному в Японии слуху, на это не согласилась. В результате на нее начали оказывать давление через американского госрегулятора — National Highway Traffic Safety Administration. Чтобы не доводить до судебного преследования, «Тойота» сама начала отзывать машины по малейшему поводу.

В принципе, нечто подобное уже было в истории. В 1985 году США умудрились заключить с Японией соглашения, направленные на уменьшение их давления на американские компании. Там было сказано, в частности, что те должны переориентироваться на внутренний рынок. Это привело к увеличению национального долга, росту цен, возникновению «мыльных пузырей» на различных рынках. Также соглашения гарантировали допуск зарубежных инвесторов в японские компании. Это привело к усилению влияния акционеров на менеджмент и переориентации их на краткосрочные финансовые результаты. У японцев не принято снимать сливки каждый год. До сих пор неясно, что заставило Японию пойти на такой мощный подрыв конкурентоспособности своей экономики.

Возвращаясь к «Тойоте» и ее отозванным машинам, есть и другие варианты, не связанные с недобросовестностью американцев. Один из них: «Тойота» нарушила заповеди Эдвардса Деминга — отца японского экономического чуда. Одна из них гласит, что компания ни при каких обстоятельствах не должна устанавливать произвольные цели, оторванные от реальности. Цели должны «вырастать» снизу из возможностей компании и ее персонала. «Тойота» же несколько лет назад начала анонсировать свои планы по росту производства. Гонка за показателями и привела, как считают некоторые эксперты, к падению качества.

Как бы то ни было, но отзывы огромного количества машин действительно имели место быть. И это повод поговорить о том, что происходит с самой Японией. Что-то неладно в японском королевстве. Почему японцы, которые когда-то поразили весь мир своим экономическим чудом, застряли затем в двух «потерянных десятилетиях»? Ведь рецессия в этой стране длится уже почти два десятка лет.

Можно сразу оставить в стороне версию, что во всем виновата финансовая система, сложившаяся в Японии, где банки и компании связаны между собой через одни и те же финансово-промышленные группы. Банки не могут банкротить в действительности уже нежизнеспособные фирмы, а вместо этого дают им все новые и новые кредиты. Это так, но одного подобного фактора, кажется, недостаточно для объяснения рецессии.

Думается, гораздо важнее, что структура японской экономики застыла, заморозилась. Страна восходящего солнца обязана своим прорывом умению доводить до совершенства уже существующие технологии. Можно вспомнить, как японцы оккупировали в свое время рынок оперативной памяти для компьютеров. На нем когда-то царствовали американские хай-тек-компании. Но они были сосредоточены на том, чтобы создавать все более совершенную память, поэтому делали большие инвестиции в новые разработки. Японцы взяли относительно старую технологию, но усовершенствовали процесс производства так, чтобы снизить до минимума уровень брака. В результате они предложили рынку такую цену, которая просто убила американцев со всеми их передовыми разработками.

Но сейчас такой трюк уже вряд ли бы удался. Взять старый поисковый движок от Yahoo и попытаться его усовершенствовать так, чтобы он стал лучше Google, вряд ли получится. Собственно, в мире осталось не так много вещей, которые можно радикально улучшить, не столкнувшись с более дешевым и совершенным изобретением.

Вообще с инновациями в Японии дела обстоят плохо. Общеизвестна проблема, что в этой стране так и не была создана фундаментальная наука. Что касается прикладных исследований, правительство в свое время заставило кейрецу — 10 крупнейших холдингов — создать совместные исследовательские центры по тем направлениям, в которых они работают, и это обеспечило в ограниченном количестве общность знаний, которыми владеют инженеры корпораций. Но прочая полезная информация в масштабах экономики распространяется с трудом.

Японская система, с одной стороны, как никакая другая поощряет обмен знаниями между сотрудниками внутри компаний. Но за пределы компаний эти знания выйти не могут. Экономика этой страны потому и не отличается гибкостью. В мире появляются новые перспективные направления — взять тот же Интернет. Конкурентоспособное государство должно реагировать на это, выдвигая своих лидеров. Но в Японии не возникает новых сильных компаний, потому что им просто неоткуда набрать себе команду — все лучшие работники уже осели в крупнейших мегакорпорациях. Сами же кейрецу не рискуют лезть в незнакомые им отрасли.

Да и трудно ждать прорывов от сотрудника японской компании. Пожизненный найм при всех его плюсах все-таки снижает креативность и поощряет конформизм. Мнение команды всегда важнее точки зрения личности. В Японии работник, если он хочет успешно расти, всегда должен соглашаться с командой, с мнением своего руководителя. Но прорывы совершают обычно одиночки, которые смогли посмотреть на знакомые вещи по-новому. А в японской системе одиночки, ломающие стереотипы — это нонсенс.

Зарплатная пирамида

Если взять ту же «Тойоту», в совете директоров этой корпорации, действующей, стоит заметить, на глобальном рынке, все японцы. Все они мужчины. Все в возрасте от шестидесяти и выше. И последнее, причем, пожалуй, самое критичное, — ни один из них ни одного дня в своей жизни не работал за пределами «Тойоты». Некоторая ограниченность при такой гомогенности, вероятно, все же неизбежна. И это есть следствие пожизненного найма.

В последнее время пропорция между теми, кто находится на пожизненном найме, и контрактниками все больше смещается в сторону последних. Дело в том, что работникам на пожизненном найме нужно постоянно увеличивать зарплату. Такой подход годится, если ежегодно принимать все больше молодых работников, которые будут получать маленький оклад первые десять лет, чтобы потом начать зарабатывать все больше и больше. При этом считается, что производительность достигает пика к 40 годам, после чего начинает падать. Об этом знает и корпорация, и сам работник, но обе стороны все равно идут на это. Получается, что на начальном этапе сотрудник кредитует компанию, а потом она возвращает проценты от его инвестиций. Он потому так тяжело и вдохновенно работает, чтобы однажды дождаться возврата вложенного.

Сегодня прием новых сотрудников уменьшился. Корпорации, во-первых, предпочитают строить заводы за пределами Японии. Во-вторых, в стране не такое уж большое население, а на одну семью приходится в среднем 1,3 ребенка. То есть инвестиций со стороны персонала все меньше, а возвращать приходится все больше — штат стареет и ждет своих денег. Компании не могут платить за выслугу лет как раньше и начинают привязывать размер оплаты труда к личному результату. Причем если ты упоминаешь об этом факте, японцы явно чувствуют себя неловко — ведь они так долго восхваляли плюсы пожизненного найма.

Сегодня оклад во все большей степени зависит от результатов деятельности малых групп и индивидуальных результатов. Практически все японские компании озаботились измерением индивидуальных достижений сотрудников и начинают это учитывать в системе оплаты труда, что было для них совершенно недопустимо двадцать лет назад. Для самих японцев, особенно для пожилых, это шок. «Я столько лет инвестировал в фирму, теперь я не должен ни о чем заботиться. И тут они вдруг меняют правила игры», — рассуждают они. Сотрудники воспринимают это не как способ объективно оценить их вклад в общее дело, а как формальный повод, чтобы урезать им зарплату в ситуации тяжелого экономического положения.

Украинский консультант Тарас Калита на V Алматинском международном форуме по качеству рассказал, что именно в Японии он встретил наиболее дикий вариант оценки персонала, который ни в одной европейской компании не встречал: «Есть иероглиф, которым обозначаются три разные вещи — звезда, середняк и, на сленге, «отстой». И вот они придумали оценку, когда в отношении управления персоналом задача формулируется таким образом, что всех сотрудников надо поделить на три группы. Причем между этими группами нужно поддерживать определенные пропорции. Если, мол, увеличится количество звезд и уменьшится число бездарей, это риск для компании, потому что кому-то тоже надо делать и тупую механическую работу». Попадание в группу бездарей вряд ли сильно мотивирует работников.

Расплата детьми

Старые «кружки качества» тоже постепенно исчезают. Сейчас добровольно и бесплатно люди готовы собираться для решения проблем фирмы все реже. В то же время существует определенное законодательное давление на работодателей, потому что были случаи, когда люди умирали во время заседаний кружков качества от переутомления. Поскольку это было не рабочее время, а добровольный жест со стороны работника, компании умывали руки и отказывались признавать это гибелью на производстве. Сейчас вводятся законодательные ограничения в этой области. При этом люди старой формации считают, что известные проблемы на «Тойоте» вызваны как раз тем, что два года назад кружки качества в старом понимании в компании были ликвидированы.

На «Тойоте» есть и другая гипотеза, что в компании есть практика скрывания проблем не из страха наказания, а из деликатности. Чтобы сохранить ощущение комфорта для коллег, особенно старших, мол, лучше не донести какую-то неприятную информацию. Это вызывает в итоге блокировку информационных потоков.

Любопытно, что появляются случаи, когда люди добровольно идут на контракт, для того чтобы чувствовать себя более свободными, ощущать, что их судьба находится в их собственных руках. И это притом что контрактники практически не растут по службе в корпорациях и их зарплаты априори гораздо ниже. Фактически это некое деление на касты, в котором некоторые осознанно переходят в нижнюю касту.

Опросы выпускников Токийского университета двадцать лет назад показывали, что все они хотят устроиться в крупные отечественные производственные компании. Десять лет назад бывшие студенты говорили, что их мечта — это японские финансовые структуры, где корпоративная культура ближе к европейской. Согласно же опросу 2009 года, молодые японцы теперь жаждут работать не только в финансовых организациях, но в финансовых организациях с иностранным менеджментом. Раньше юноши хотели стать управленцами на предприятиях. Сегодня самые модные профессии — аниматор и модельер одежды.

Когда в Японии после Второй мировой войны появилось поколение трудоголиков, которые в шесть утра приходили на работу и в час ночи их выгоняли оттуда насильно, время показало, что эта стратегия непродуктивна для компании, потому что ведет к резкому росту заболеваний типа ишемической болезни сердца и к резкому обострению семейных проблем, что тоже компании ни к чему. В результате рабочее время с трудом ограничили двенадцатью часами в день.

Но мотивированная работа и в течение двенадцати часов имеет оборотную сторону. Работающий японец по статистике общается со своими детьми 20—30 минут в неделю. Все потому, что компания для него — это не только место для получения денег, а вторая семья. Они воспринимают себя в первую очередь как членов организации, которая о них постоянно заботится. Но насколько все это оправданно?

После десяти часов основной работы, двух часов в кружке качества сотрудник должен еще и пойти в бар, потому что менеджер заплатит за его выпивку. Отказ от встречи — это показатель крайней нелояльности. Естественный результат всего этого: дикий уровень переработки, который людьми воспринимается как норма. Был случай, когда в одной из компаний, куда пришел иностранный менеджмент, решили, что переработки — это непорядочно и социально безответственно. Было решено в 6 вечера вырубать свет во всем офисном здании. Работники либо приходили со своими фонариками, либо в пять утра.

В книге «Дао Тойоты» приведен пример человека, который возглавил проект «Lexus», перепрыгнув несколько ступеней по карьерной лестнице, что для Японии совершенно нехарактерно. Получив назначение, он взял зубную щетку и сказал, что будет приходить домой в гости раз в месяц. Сам же переселяется в пенал на территории завода, потому что у него просто нет времени ездить туда-обратно по городу, забитому пробками. Так продолжалось два года. Это цена, которую заплатил человек, ставший затем вице-президентом «Тойоты».

В книге не говорится, что стало с детьми этого человека. Но нетрудно догадаться, почему новое поколение японцев всем своим видом показывает, что уклад жизни последних десятилетий ими глубоко презирается. Очевидно, это дети, над которыми провели в свое время эксперимент, лишив их общения с отцами.

По уровню самоубийств из крупных стран Япония уступает только России. Здесь очень высокий уровень алкоголизма, в основном распространенного среди менеджеров младшего и среднего звена. Большое количество психических отклонений по сравнению с другими государствами.

Все это проблемы, которые ждут своего разрешения. Очевидно, японская система достигла своего предела возможностей и, не находя дальнейших путей развития, стала под давлением конкуренции перенимать элементы западного управленческого стиля. Но от этого она только начала слабеть.

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?

Тема недели

Доктор Производительность

Рост производительности труда — главная цель, вокруг которой можно было бы построить программу роста национальной экономики