Спорная книга

Пособие по лингвистической экспертизе полезно для многих: журналистов и юристов, политиков и чиновников, да и просто пишущих людей, в том числе новомодных блогеров. В ней то, что нужно: теория анализа спорных текстов и реальная практика

Ли В.С. и др. Лингвистическое исследование конфликтного текста в юридической практике. — Алматы: «Казак университетi», 2009. — 146 c. — Тираж 500 экз.
Ли В.С. и др. Лингвистическое исследование конфликтного текста в юридической практике. — Алматы: «Казак университетi», 2009. — 146 c. — Тираж 500 экз.

В начале было слово. Потом пришли слова, за которые кто-то мог обидеться. В начале 90-х годов прошлого века да и сейчас некоторые лингвисты-эксперты брали свою «библию» — словарь Ожегова и по нему выводили: оскорбительное или нормативное слово употреблено. Порой за экспертов все произвольно толковал судья. С произволом помогает справиться эта книга. Она отвечает на возможные три вопроса:

— Содержатся ли в тексте сведения о фактах и событиях?

— Допускают ли языковые формы высказываний в тексте оценку с точки зрения их достоверности?

— Имеются ли в тексте бранные слова и выражения, словесные конструкции с оскорбительным переносным значением или оскорбительной эмоциональной оценкой?

В начале 90-х годов подобная книга была крайне необходима. Филологические экспертизы были произвольными и разнящимися по уровню. Брешь была восполнена в 1997 году книгой «Понятия чести и достоинства, оскорбления и ненормативности в текстах права и средств массовой информации», выпущенной московским Фондом защиты гласности. С тех пор эта работа с большой пользой для всех сторон использовалась на всем постсоветском пространстве всегда, когда речь шла о спорных публикациях. У нас тоже есть люди, именующие себя экспертами-лингвистами. Одни из них ни разу не были приглашены ни на один судебный процесс, другие из судебных передряг вроде и не выбираются, но вот их исследовательские навыки оставляют желать лучшего. Кстати, многие казахстанские экспертные заключения основаны на московской книге. С опорой на нее с опозданием на десяток лет появились книги казахстанского Международного фонда защиты свободы слова.

На этот раз опубликована книга одного из вдумчивых лингвистов Казахстана — Валентина Ли (в соавторстве с другими специалистами). Конечно, обилие терминов в книге смутит не только юриста, но и поставит в тупик собрата филолога, не отличающегося в последние годы точностью анализа, тем более не обремененного специальными знаниями журналиста, с которым как раз и судятся все кому не лень: чиновники, бизнесмены и даже пенсионеры.

Для всех этих категорий читателей — судящихся и судящих и близких к ним — предназначена эта книга.

Самые явные ее достоинства — это теория рационального анализа спорных текстов журналистских материалов и конкретные образчики экспертных заключений.

Юристы справедливо говорят о том, что отсутствуют научно обоснованные критерии определения допустимости/недопустимости и правомерности/неправомерности использования журналистами и другими авторами материалов тех или иных языковых форм передачи информации. Согласимся с тем, что правовая оценка часто не опирается на лингвистическую основу. Так, сюжетом для искового заявления стало то, что в газете «Костанайские новости» на первой странице была опубликована статья «Лапша на уши — не самый ходовой товар», в которой автор дал свою субъективную оценку новой газете «Твой шанс ТВ». В суде прозвучало: «Название статьи носит оскорбительный характер потому, что с точки зрения современного сленга выражение “лапша на уши” аналогично словам “ложь”, “клевета”». В суде эксперт со стороны «Твой шанс ТВ» утверждал, что фразеологизм типа «лапша на уши» имеет сниженную лексику, а потому в печати не может быть использован.

Тогда этой книги еще не было. А потому такое слабенькое умозаключение было озвучено.

И все-таки есть одно, что несколько смущает в этой работе и близких к ней публикациях. По какой причине не знаю, но авторы делают вид, что им неизвестны работы американских юристов по созвучной теме.

Приведем в качестве примера американскую практику оценки подобных дел. Предусмотренная Первой поправкой свобода слова в США распространяется не только на устную или письменную речь, но подразумевает также выражение идей посредством действий. Элементами диффамации (клеветы) признается оглашение утверждения о факте, являющееся ложным и имеющее отношение к истцу, с целью нанесения ущерба его репутации или дискредитации его в глазах общественности. Так, утверждение «я считаю, что он не очень хороший юрист» не дает оснований для судебного преследования как клеветническое (субъективное мнение). Но утверждение, «судя по его официальной характеристике, я не думаю, что он очень хороший юрист» может обладать исковой силой, если предположение об отрицательной характеристике является ложным.

Или другой пример. В ведущем решении 1971 года по делу Пола Коэна против Калифорнии Верховный суд США постановил, что молодежный активист и противник призыва на военную службу, появившийся в здании суда в куртке с надписью «Fuck The Draft» (Draft — существовавшая в США в 1964—1973 гг. система выборочной воинской повинности) не может быть наказан.

Алгоритм рассуждения был следующим: эти слова не могут быть расценены как побуждение к нарушению закона о призыве, они не были обращены к конкретному человеку как прямое личное оскорбление, не были направлены на провоцирование ответного враждебного отношения и насилия и не нарушали общественной нравственности.

И все же приемы лингвистической аргументации, которые предложены в рецензируемой книге, позволяют обоснованно утверждать, что все можно выразить и все можно критиковать, если использовать разнообразные возможности языка.

Статьи по теме:
Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности

Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом