Toyota не сдается

Ни один радиоактивный автомобиль не то что не может поступить в Казахстан, а даже появиться на свет, утверждает Toyota

Toyota не сдается

Заводы второго в мире по итогам прошлого года автопроизводителя — японской корпорации Toyota Motor Corporation не пострадали от произошедшей в Стране восходящего солнца катастрофы. Однако корпорация была вынуждена остановить десять заводов, так как цунами и землетрясение уничтожило производственные площадки трех поставщиков комплектующих Toyota. В результате в текущем году автомобильная компания недопроизведет около 260 тысяч автомобилей. Тем временем японский автогигант ищет других поставщиков и планирует открыть заводы 18 апреля. Между тем проблема на атомной станции «Фукусима», которая еще не решена, негативно влияет на имидж японских товаров. Казахстан, как и многие другие страны, наводнили слухи о возможном поступлении в республику радиоактивных автомобилей японского производства. Об этом мы беседуем с президентом ТОО «Тойота Мотор Казахстан» Шинго Като. 

— В СМИ стали появляться высказывания о скором появлении на рынке Казахстана радиоактивных японских автомобилей. Насколько это вероятно?

— Это невозможно. Уровень радиации постоянно проверяется на заводе соответствующими органами, как японскими, так и казахстанскими. Сам производитель не допустит того, чтобы его рабочий был заражен радиацией во время сборки автомобиля. Местность в пределах 30 км от станции «Фукусима» объявлена правительством Японии зоной отчуждения. Там нет ни одного автозавода или предприятия-поставщика. Соответственно, в Казахстан не могут поступить зараженные радиацией автомобили Toyota либо утопленники. Мы гарантируем это. То, что мы импортируем, прошло сертификацию независимыми экспертами. Базовое требование, вернее, даже философия японских производителей, в том числе и Toyota, ставит во главу угла безопасность клиентов и сотрудников. Поэтому мы никогда не допустим использования каких-либо зараженных комплектующих. При этом японский народ реагирует на эту ситуацию спокойно, целеустремленно. Каждый выполняет свою работу, для того чтобы нормализовать ситуацию. Какой-либо паники в самой Японии гораздо меньше, нежели во всем мире и особенно в прессе. Отношение японцев к проблеме радиации деловое и практичное, они знают, что нужно делать, и они это делают. Что произошло — то произошло. Сейчас не время для паники или истерии. Зачем подливать масла в огонь?

— Вообще в республику могут прибыть радиоактивные подержанные автомобили?

— Мы не можем отвечать за действия серых дилеров. Но мы полагаем, что это невозможно, так как при ввозе импортирующая сторона все это проверяет.

— Все же тень катастрофы пала на все японские товары, в том числе автомобили?

— Что бы ни произошло, все в мире понимают, что японские товары самые технологичные, самые лучшие. И это никуда не денется. И потом ведь от ситуации в Японии пострадала не только японская промышленность, но и многие европейские и американские компании. В частности, встало производство Apple Ipad, так как многие комплектующие выпускались в Японии. Пострадала также Microsoft, да и практически все автопроизводители в мире. Последние потому, что самые редкие пигменты для покраски транспортных средств выпускались в Японии, и эти предприятия как раз пострадали от цунами. Это означает, что красивых, новых цветов будет меньше. Теперь и европейские компании, и американские, и другие будут продавать автомобили в основном простых цветов. По крайней мере, пока не будет налажено производство пигментов.

— Как в целом повлияли цунами, землетрясения и ситуация с атомной станцией «Фукусима» на экономику Японии?

— Одиннадцать тысяч людей погибло, семнадцать тысяч числятся без вести пропавшими. Скорее всего, речь идет о более чем тридцати тысячах погибших. Около двухсот тысяч людей остались без жилья и фактически без средств к существованию. Эта катастрофа по количеству жертв и разрушений, вероятно, самая значительная со времен Второй мировой войны. Экономика пострадала серьезно. Больше всего досталось сельскому хозяйству, в большей степени из-за введения многими ведущими странами эмбарго на ввоз японских продуктов питания. В результате многие производители сельскохозяйственной продукции встали. В итоге некоторые зоны, где было землетрясение, вынуждены завозить из-за границы продукты питания. Ситуацию, конечно, усугубляет то, что проблема с выбросом радиации еще не решена. Экономисты прогнозируют падение темпа роста ВВП Японии на 0,5% в 2011 году.

— Насколько сильно пострадала Toyota?

— Если говорить об имущественных последствиях, то Toyota отделалась парой трещин в стенах, которые уже залатали. Сотрудники вообще не пострадали непосредственно. У некоторых из них в зоне бедствия оказались родственники и знакомые. В портах, где смыло автомобили некоторых брендов, наших машин не было. Соответственно, никакие «утопленники» модели Toyota ни в одной стране мира появиться не могут, в том числе в Казахстане. Нас уже об этом спрашивают.

— А как насчет поставщиков?

— Три наших поставщика пострадали, и в данный момент они не могут поставлять нам комплектующие. Их заводы не подлежат восстановлению либо требуют усиленного ремонта. Всего в любом современном автомобиле примерно тридцать тысяч комплектующих, а нам не хватает всего лишь 500. Речь идет о маленьких производителях, практически о семейном бизнесе, находившемся в зоне бедствия. Сейчас идет усиленный поиск других поставщиков.

— Какие запчасти они поставляли Toyota?

— Насколько нам известно — пластмассовые и резиновые детали, электронику. Речь хотя и не идет о серьезных комплектующих, но даже без одного болтика автомобиль не собрать. По этой причине с 14 марта все заводы Toyota были приостановлены до выяснения обстоятельств.

— Каких именно?

— Дело в том, что все заводы Toyota и вся промышленность Японии построены по принципу just-in-time, что значит стоков нет. Поэтому если хоть один поставщик встал, останавливается все производство. Производить меньше машин просто невозможно, так как производственная линия движется с определенной скоростью. Все комплектующие поступают четко по времени и в конкретных объемах. Поэтому проще остановить все заводы, все проверить, перенастроить все линии на другие параметры. Что и было сделано 14 марта. Кроме того, всем работникам дали примерно неделю на то, чтобы навестить своих родственников, которые, возможно, пострадали в результате цунами и землетрясения. Три завода в начале апреля были перезапущены, но и они работают в сокращенном режиме в соответствии с поставками комплектующих. На них сегодня производятся самые популярные марки — the Prius, HS 250h and CT 200h. Все остальные заводы будут запущены 18 апреля.

На самом деле никаких драматических последствий для концерна нет. Общий ущерб оценивается в 260 тыс. автомобилей, которые не будут произведены в период остановки всех заводов. Однако стоит напомнить, что в целом Toyota выпускает более 7 миллионов автомобилей в год.

— Трудно будет найти замену поставщикам?

— У нас такой информации нет. Мы являемся коммерческой компанией, которая продает автомобили. Отдел закупок Toyota Motor Corporation перешел на двадцатичетырехчасовой режим работы. Они прекрасно понимают, что им нужно как можно быстрее найти поставщиков, чтобы запустить все заводы.

— Они же поставляют детали для заводов за пределами Японии?

— Нет, другие предприятия корпорации не пострадали. На неяпонских заводах степень локализации доходит до 90%, и они не зависят от поставок из Японии.

— Сколько всего заводов Toyota в мире и в Японии в частности?

— В самой Японии у Toyota тринадцать важных заводов, которые обеспечивают около 25% всего объема производства корпорации. Во всем мире у нас около пятидесяти крупных производственных площадок.

— Насколько сильно пострадали ваши конкуренты?

— Я знаю, что пострадал Nissan. Единственные компании, у которых заводы находятся на севере страны и до которых экологическое бедствие не дошло, это Toyota и Honda. Но проблема ведь не в том, где находились заводы, а в том, что всем автопроизводителям комплектующие поставляли одни и те же поставщики.

Особенности казахстанского рынка

— Судя по всему, ограничения в поставках гибридных автомобилей для казахстанского дистрибьютора проблемой стать не должны, так как они в Казахстане не столь уж популярны?

— Prius официально продается в республику с мая прошлого года. Однако, как вы правильно заметили, Prius — не та модель, которая продается здесь в больших объемах. Хотя в мире Prius безумно популярен. Критерии, по которым люди выбирают ту или иную модель, сильно разнятся. В Казахстане эта машина несколько недооценена. Но и позиционируем мы здесь ее по-другому. Если на западе Prius используют таксомоторные компании, фирмы, которые сдают машины в аренду, то в Казахстане те же таксисты не станут ее покупать. Так что эту модель мы здесь позиционируем как в начале ее эры в Штатах — тогда это была уникальная машина, на которой в мире ездит только Леонардо ди Каприо.

Toyota Highlander мы тоже начали недавно продавать, и вот на нее спрос был нами серьезно недооценен — в три-четыре раза. Заказы были маленькими. Сейчас их попросту у нас нет. То, что мы планировали продать за три-четыре месяца, ушло за два дня. Мы планировали продать шестьдесят Highlander в год, сейчас спрос есть примерно на четыре сотни машин. Впрочем, аналогичная ситуация и в России.

— Будут ли проблемы с поставками в республику других моделей Toyota?

— Продажи в Казахстане, согласно нашим планам, составленным в начале года, не должны измениться. Тем не менее приостановка производства не может не повлиять на поставки. Но оценить это влияние в цифрах мы сегодня не можем. Единственное, в чем мы уверены — если машины недопроизводились в марте, то недопоставки будут летом. Насколько это будет драматично, я не знаю. В Казахстане мы продаем машины только японского и британского производства. В целом годовой план продаж мы не меняем.

— То есть все, что вы не сможете продать летом, вы компенсируете осенью и зимой?

— Мы планируем компенсировать недопоставки из Японии за счет наших стоков.

— А они у вас есть?

— Стоки конечной продукции у нас есть. Мы, как и все другие компании, работаем по шестимесячному циклу — то, что продается летом, заказывается зимой. Мы заказали в январе машины на продажу до августа. И, естественно, закладываем некий запас — стоки на случай роста продаж. Это нормальная практика. И из этой разницы мы планируем компенсировать недопоставки. В любом случае это не будет так драматично, как это было в начале прошлого года, когда у всех дилеров не было ни одной машины.

— С чем это было связано?

— С тем, что в декабре из-за вступления в Таможенный союз и увеличения таможенной пошлины с 10% до 30% на новые автомобили многие ринулись скупать все, что было в автосалонах.

— В июле заканчивается льготный режим на ввоз подержанных автомобилей. Это как-то повлияет на ваши продажи?

— Пошлины на подержанные машины повысятся, что позитивно для нас. В целом же введение льготных пошлин для физических лиц на подержанные автомобили особого влияния на продажи новых автомобилей не оказало. Чего там скрывать, есть определенный сегмент автомобилей, потенциальные покупатели которых решили воспользоваться этими льготами.

— Сколько автомобилей вы планируете продать в текущем году?

— В прошлом году мы продали около 2600 автомобилей, в том числе 200 Lexus. В итоге наша доля на рынке новых официально завезенных автомобилей составила 14%. В текущем году мы планируем сохранить эту долю. Больше всего продает Алматы, следом идут Астана и Атырау.

— Насколько, по вашим оценкам, вырастет емкость рынка?

— По нашим ощущениям, в два раза. В 2010 году емкость рынка составила 17 тысяч автомобилей, соответственно в текущем мы ожидаем общий объем продаж в 34 тысячи. Продажи Lexus, по нашим прогнозам, вырастут до 500, это лидер в сегменте премиум. В целом в Казахстане у Toyota сегодня 8 официальных дилеров.

— Какие новые модели планируете выпустить на казахстанский рынок в текущем году?

— В Lexus будет представлена новая модель ES и начнутся продажи линейки гибридных автомобилей. У Toyota новинок не будет, прибудут лишь новые поколения Camry и обновления других моделей.

Фобии и легенды

— Прошлогодняя история с отзывами машин себя исчерпала?

— Вряд ли полностью. Восстановить доверие клиентов так быстро сложно. Казахстана, правда, эта история меньше коснулась, так как в основном отзывы были на автомобили, которые в республику не поставлялись. По моделям, которые в Казахстане продавались, мы сделали все необходимое согласно нашей внутренней процедуре. Мы обзвонили всех клиентов, пригласили их к нам в офис, продиагностировали машину и, где надо было, бесплатно устранили неполадки. В Казахстане не было ни одного случая, когда состояние автомобиля ухудшилось по той причине, по которой машины отзывались в миру. Впрочем, и в глобальном масштабе статистика была ничтожной. В частности, если говорить о нашумевшей педали газа, то во всем мире нашли только 6 машин, где этот дефект реально влиял на функционирование автомобиля. А отозвано по этой причине было больше миллиона машин. В Казахстане мы отозвали в прошлом году 7 тысяч автомобилей. При этом ни на одной не было выявлено дефекта педали газа. Кроме того, мы принимали и бесплатно диагностировали, ремонтировали автомобили, которые были куплены не у нас, у серых дилеров. Если у автовладельца возникало подозрение и просто желание проверить машину, мы его обслуживали. На страничке нашего официального сайта по vin-коду можно было проверить, подпадает ли та или иная модель под акцию.

— В принципе раньше считалось достоинством Японии то, что она может жить без складских запасов, иметь одного поставщика, с которым выстраивается долгосрочное партнерство. Однако сейчас эта система показала все свои риски, так как именно по этой причине заводы Toyota встали. Какие выводы были сделаны?

— На самом деле вся японская промышленность, вся экономика базируется на принципах TPS — Toyota Productions System, которая подразумевает малое количество складских запасов. У нас распространена система канбан, когда каждая деталь подается для сборки ровно тогда, когда она нужна. Вы совершенно правильно заметили, что эта система показала себя в этой катастрофе с худшей стороны. В итоге Toyota пострадала от недостатка некоторых комплектующих. Но надо понимать, что никто не мог предсказать масштабов катастрофы. Вместе с тем японцы сами видели слабость этой системы в случае катастроф. Менеджеры, занимающиеся рисками, указывали на это. И поэтому на протяжении последних двадцати лет система постепенно трансформировалась. Сегодня по каждой детали у нас уже не один поставщик, а два. Три — уже много. Если бы такой диверсификации не было, поверьте,  урон был бы гораздо большим.

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?

Тема недели

Доктор Производительность

Рост производительности труда — главная цель, вокруг которой можно было бы построить программу роста национальной экономики