Нападение на защитников

Министерство юстиции представило в парламент законопроект, который должен многое изменить в жизни адвокатуры как института. Однако многие из выдвинутых предложений кажутся весьма спорными

Нападение на защитников

Поправки в закон «Об адвокатской деятельности», которые готовятся сейчас в недрах мажилиса, являются частью судебно-правовой реформы. Одна из ключевых идей — создать некий административный орган, который будет наделен серьезными полномочиями и по задумке чиновников станет осуществлять координационные и управленческие функции в отношении казахстанских защитников.

Хотя в проекте закона повсюду фигурирует словосочетание «Союз адвокатов», речь явно идет не о том Союзе адвокатов, что уже существует более двадцати лет — ассоциации физлиц, занимающихся адвокатской деятельностью. То есть авторы законопроекта, судя по всему, не определились даже с названием предлагаемого нового органа и его конкретными полномочиями. Но явно проводят ту линию, что на свет должна появиться организация, членами которой, по сути, обязаны будут стать все коллегии адвокатов, а через них и все адвокаты лично. Причем предполагается, что многие вещи новый орган будет сверять с Минюстом, а некоторые аспекты деятельности адвокатов так и вовсе будут контролироваться бюрократами. Например, программа профессиональной подготовки стажеров должна будет утверждаться Минюстом по согласованию с «Союзом адвокатов». Последним будет приниматься общий для всех защитников кодекс профессиональной этики. Организация, как предполагается, будет представлять интересы коллегий адвокатов и адвокатов в госорганах и негосударственных организациях, в том числе иностранных и международных. Другое нововведение — описание мер, которые должны последовать за нарушением адвокатом кодекса чести. Сегодня эта процедура четко прописана в уставах коллегий адвокатов. Авторы законопроекта хотят, чтобы по этому поводу были изменены существующие законы.

Есть ли во всем этом смысл? «Необходимость создания специального органа и регламентации его полномочий отсутствует, — говорит член президиума Алматинской городской коллегии адвокатов Александр Розенцвайг. — Адвокатура справляется с оказанием квалифицированной юридической помощи гражданам. Серьезные претензии на этот счет ни со стороны государственных органов, ни со стороны общественности лично мне не известны. В целом система правосудия в достаточной степени обеспечена участием адвокатов, обладающих требуемым уровнем квалификации. Организация труда адвокатов, соблюдение ими законодательства и правил профессиональной этики при оказании ими адвокатской помощи являются зоной ответственности коллегий адвокатов. В составе коллегий действуют юридические консультации, адвокатские конторы и адвокаты, практикующие индивидуально. На регулярной основе коллегиями проводятся стажировка и повышение квалификации адвокатов; отработана система управления и контроля над деятельностью адвокатов, существуют утвержденные правила профессиональной этики, дисциплинарная практика».

Лучшая защита от нападения Минюста

Минюст, судя по всему, пытается изобрести уникальную казахстанскую модель административного управления защитниками. Профильное ведомство, видимо, раздражает независимость адвокатского корпуса. И на то, вероятно, есть причины. Защитникам это, разумеется, не нравится.

Похожий спор сейчас можно наблюдать в соседней России, но там тренд прямо противоположный нашему. Председатель Верховного арбитражного суда г-н Иванов объявил недавно, что в арбитраже представлять стороны теперь, как он надеется, будут только адвокаты. При этом в 2002 году адвокаты уже были наделены вместе со штатными юристами компаний эксклюзивным правом на защиту в российском арбитраже. Однако вскоре общественность настояла, чтобы эта норма была отменена. Сегодня в РФ идут бурные дискуссии по поводу того, стоит ли адвокатам возвращать частичную монополию. Противники указывают на то, что адвокаты в России нередко сдают своих клиентов в судах, получив соответствующее вознаграждение, приторговывают их тайнами и т.д. Поэтому, какая бы ни сложилась практика в мире, применять ее в России пока, мол, рано. Очевидно, близкая аргументация и у казахстанского Минюста, который пытается сейчас «навести порядок» и сделать отечественных адвокатов более подконтрольными.

Однако не стоит забывать, что защитники независимы традиционно — этот принцип восходит чуть ли не к римскому праву. Если даже СССР, который сейчас принято считать не правовым государством, формально не отказался от него и от института коллегий адвокатов, то почему от него должен отходить Казахстан? Та или иная подчиненность адвокатов тому же Минюсту, в котором, к слову, могут работать и бывшие прокуроры, которые защитников по понятным причинам не слишком жалуют, ни к чему хорошему привести не может.

В ходе заседания рабочей группы депутат мажилиса Жакып Асанов посчитал нужным напомнить, что независимость и самоуправляемость адвокатуры — это основополагающая основа деятельности этого института. Поэтому к компетенции нового органа, который постоянно мелькает в законопроекте, могут быть отнесены лишь вопросы консультативно-совещательного характера, как это имеет место быть, к примеру, с законодательным регулированием частного предпринимательства. Мажилисмен предлагает создать при Минюсте экспертный совет, который будет давать экспертные заключения на проекты законов в сфере адвокатуры. Правда, затевать для этого отдельный законопроект смысла нет, так как подобный совет вполне может быть создан в рабочем порядке. Депутат напомнил, что принципы независимости адвокатуры закреплены в международном праве, в частности в Основных положениях о роли адвокатов, принятых восьмым конгрессом ООН по предупреждению преступлений в августе 1990 г. в Нью-Йорке.

Г-н Розенцвайг указывает на то, что порядок взаимодействия государственных органов с профессиональными объединениями адвокатов относительно полно урегулирован действующим законодательством. Он представляется ему достаточно эффективным и не нуждающимся в кардинальной трансформации. «С точки зрения международных принципов организации и деятельности адвокатуры создание органов ее самоуправления — вопрос, относящийся исключительно к компетенции самого профессионального сообщества, — говорит адвокат. — Государству стоит избегать излишнего участия в этом процессе. Система самоуправления нашей адвокатуры сложилась на классической основе, принятой в большинстве европейских стран. Она доказала свою жизнеспособность как в советское время, так и в течение всего периода независимости Казахстана, что позволяет адвокатам осуществлять свою деятельность если не совсем свободно, то, во всяком случае, без ненужного вмешательства и назойливой опеки извне». Ему вторит член президиума Алматинской городской коллегии адвокатов Данияр Канафин: «В исключительной компетенции самих адвокатов должны находиться такие вопросы, как формирование органов управления профессионального сообщества, прием в членство, дисциплинарная практика».

Со всеми функциями, которыми Мин­юст чает наделить новый орган, вполне справляются и существующие коллегии, не подконтрольные чиновникам. Причем эти ассоциации защитников пока все-таки не были замечены в тотальном вырождении нравов. За моральным обликом своих членов они следят.

К счастью, Конституция Казахстана достаточно хорошо написана, что не позволяет проводить через парламент совсем радикальные проекты. В частности, в статье 23 основного закона оговаривается право граждан на свободу объединений, а в пятой — госорганам запрещается отдавать приоритет одной общественной организации в ущерб другим. Принятие законопроекта в том виде, в котором его преподнес первоначально Минюст, просто не пройдет проверку на соответствие конституции. Так что загнать всех адвокатов в одну организацию вряд ли получится.

Беззащитный адвокат

Тем не менее законы, касающиеся адвокатуры и юридической помощи, стоило бы все же поменять в некоторых моментах.

Данияр Канафин указывает на то, что для защиты адвокатов от неправомерного вмешательства в их деятельность надо запретить органам уголовного преследования прослушивание переговоров адвокатов, перлюстрацию корреспонденции адвокатов, осмотр и обыск не только служебных помещений, но и жилища, и автомобилей адвокатов. Такие предложения поступают сегодня и в мажилис. «Ни с моральной, ни с правовой точки зрения недопустимо привлечение адвокатов к конфиденциальному сотрудничеству с органами, осуществляющими оперативно-разыскную деятельность, — говорит г-н Канафин. — Адвокат защищает права человека и в силу специфики этой социальной миссии должен иметь особый правовой статус, оберегающий его от возможных провокаций и преследований за активное исполнение своего профессионального долга».

Отдельная тема — защита по делам, где затрагивается гостайна. Сегодня, если дело ведет Комитет национальной безопасности, это зачастую означает, что адвоката обвиняемому найти будет очень трудно, так как защитник в этом случае должен иметь соответствующее разрешение. Которые просто не выдаются. Тем самым нарушается конституционное право гражданина на защиту в суде.

Много споров вызывает пункт, который запрещает адвокатам заниматься инвестиционной деятельностью. Логика, судя по всему, такова, что защитникам-бизнесменам не избежать конфликта интересов. Однако если человек является учредителем фирмы, приобретает акции и лишь затем становится адвокатом, неужели ему обязательно избавляться от всех своих активов такого рода? Академик Майдан Сулейменов утверждает, что быть учредителем или акционером не значит быть предпринимателем. То же говорит и депутат Асанов: достаточно, мол, передать свой пакет в доверительное управление — и ты больше не предприниматель. Однако в чем тогда вообще смысл данной нормы?

Пока доходит до смешного. Адвокат даже не может сдать свою квартиру в аренду. Он вынужден работать, как выразился старший партнер юридической фирмы «Grata» Тлек Байгабулов, «только в виде непонятных адвокатских контор», но не в форме стандартного ИП, ТОО или АО. У адвокатов нет налоговых вычетов, как у индивидуальных предпринимателей. И при всем при этом почти такие же услуги, но не называясь адвокатом, может оказывать практически человек с улицы, именующий себя юристом, но даже не знакомый с казахстанскими кодексами и правовыми традициями.

Основатель Grata предлагает разрешить адвокатам заниматься любой предпринимательской деятельностью. «Это будет полезно и для него, так как он станет богаче и опытнее, и для его клиентов, так как он будет их лучше понимать», — говорит юрист.

Проблема для Казахстана и практикующие у нас в качестве юридических советников иностранцы, часто взращенные на принципах прецедентного права и мало что смыслящие в праве континентальном, по которому мы живем. Одновременно по гражданским делам стороны могут представлять лица, изгнанные из коллегий, из структур МВД и прокуратуры за подозрение во взятках, по другим компрометирующим основаним. Возможно, полностью отказываться от общественной защиты пока и не стоит, но уж запретить таким господам, склонным к подкупу судей, выступать в качестве защитников, было бы явно не лишне.

Г-н Байгабулов считает, что юридическую помощь должны иметь право предоставлять только адвокаты, и значительная часть юридического сообщества с ним согласна. «Хочешь этим заниматься — изволь стать адвокатом, — описывает желаемую картину г-н Байгабулов. — Это должно касаться всех, в том числе иностранцев. Человек должен получить казахстанское юридическое образование, сдать квалификационные экзамены на государственном или русском языке, пройти стажировку в местной адвокатской фирме, вступить в члены одной из коллегий и только после этого получить право давать юридические советы. Это позволило бы существенно улучшить качество юридических услуг населению, облегчить работу судебных органов и позволило бы обществу контролировать и развивать этот важный сектор экономики».

Слабый элемент

Государству необходимо обратить внимание на то, что статус адвокатуры в республике низок. Сегодня выпускник юрфака в последнюю очередь думает о том, чтобы стать адвокатом. «Адвокат до сих пор продолжает оставаться «пасынком» правосудия, — говорит Данияр Канафин. — Жалобы и обращения адвокатов далеко не всегда в достаточной степени объективно рассматриваются компетентными государственными органами. Принципы равенства сторон и состязательности судопроизводства очень часто на практике остаются просто декларациями. Уголовный процесс продолжает носить неоправданно инквизиционный характер. Косвенным свидетельством этому является крайне низкое для демократического правового государства количество оправдательных приговоров».

Тлек Байгабулов видит, что сегодня адвокатура Казахстана — это слабый и незаметный сектор. «Он зарабатывает мало, мало влияет на юридический рынок и почти не имеет реальной защиты, особенно от произвола государственных органов». Он полагает, что развитию института мешает то, что адвокатура до сих пор живет в «одежке», пошитой для нее еще советской бюрократией. При этом многие адвокаты и сами мыслят старыми штампами. Да и у общества не совсем верное представление о защитниках.

Между тем, по мнению г-на Байгабулова, без развитой адвокатуры мы не сможем построить правовое государство, а существующие законы не будут исполняться, так как бизнес, граждане и само государство не будут иметь стимула для их соблюдения. Как следствие, будет распространяться коррупция. Возможно, старший партнер Grata и преувеличивает в том смысле, что одной развитой во всех смыслах адвокатурой не обойдешься — нужно в целом стремиться к государству, где главенствует закон. Но в его словах есть значительная доля правды.

«Адвокатура — неотъемлемый элемент нормального правового государства, — говорит г-н Канафин. — Это институт, стоящий на страже прав и свобод человека. Адвокатура защищает граждан от произвола и беззакония. Чем сильнее и профессиональнее адвокаты, тем справедливее и безопаснее жизнь в стране, тем больше свободы у ее жителей. Добиться правды в зале суда без помощи свободного и квалифицированного юриста, как правило, очень трудно. Адвокатура — это кровеносная система всего правосудия, и ее состояние очень точно характеризует уровень не только экономического, но и политического, а также культурного развития общества».

Статьи по теме:
Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности

Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?