Двигатель рекламы

Несмотря на декларируемую миссию быть ближе к людям и влиять на общественное мнение, фестиваль уличного искусства ArtBatFest 2011 оказался больше похож на масштабную рекламную акцию

Кумиры современной молодежи — Бэтмен, Человек-паук, Супермен
Кумиры современной молодежи — Бэтмен, Человек-паук, Супермен

Подходит к концу II Международный фестиваль современного искусства ArtBatFest 2011, длившийся почти весь июнь. Уже второй год прогуливающиеся по улице Жибек жолы, знаменитому пешему алматинскому Арбату, имеют возможность наглядно познакомиться со Street Art, уличным искусством. Именно там все еще можно увидеть необычные объекты, созданные художниками. Главными участниками и гостями фестиваля стали Андрей Люблинский, Андрей Рудьев, Вероника Рудьева-Рязанцева, Константин Новиков из Санкт-Петербурга, а также их коллеги из Израиля Сергей Габов и Слава Адам и из Узбекистана Евгений Кондратьев. Современное искусство Казахстана представляли активисты группы «Кызыл Трактор» Молдагул Нарымбетов и Смаил Баялиев, а также молодые художники-дебютанты — Алексей Филимонов, Ермек Сапаров, Сакен Нарымбетов, Сахи Молдакулулы и тандем Nebula. Кроме того, на «Арбате» каждую субботу этого месяца открывались тематические недели, посвященные театру, фото-арту, живописи и графике.

Но, несмотря на обилие заявленных в программе мероприятий, с каждой новой неделей фестиваль постепенно шел на убыль. Если первая фестивальная суббота открылась пресс-конференцией с питерскими художниками, выставкой под открытым небом и вечерним танцевально-музыкальным шоу с участием экспериментатора современной музыки петербуржца Сергея Шубина, то следующие были менее шумными. Как говорится, обошлись своими силами — уличным представлением учеников алматинской театральной студии «Образ» и фото-артом. К тому же фестиваль подмочил дождик, «смыв» День Театра. Так что его перенесли на третьи выходные и объединили с выставкой фотографий.

Street Art, или Реклама

Фестивальная событийность таяла от субботы к субботе. Зато рекламных объектов в духе Street Art от компаний энергетических напитков, сотовой связи и прочей массовой продукции, которые вначале только единичными вкраплениями разбавляли авторские произведения, заметно прибавилось. Возникло ощущение, что и без того хаотично пестрый визуальный винегрет алматинского «Арбата» окончательно восторжествовал над общественным пространством и уличным искусством. Так что уже трудно понять — где искусство, а где реклама. Недаром организатор фестиваля — рекламное агентство Telco-Pay — не скрывает, что дает возможность продвигать рекламу на улице, не платя налогов. Об этом сказал на пресс-конференции коммерческий директор проекта Игорь Слудский. А ведь в качестве одной из главных задач кураторы и художники определили если не победу, то хотя бы рефлексию над переизбытком рекламы и создание условий для социальной коммуникации.

Идея фестиваля в том, чтобы быть ближе к людям, перенести искусство из замкнутых стен галерей и музеев на улицы, а также преобразовать городское пространство, сделав его более жизненным и коммуникативным. Важно разбудить публику, заставить думать и реагировать. По словам куратора фестиваля художника и арт-критика, замдиректора музея современного искусства Санкт-Петербурга Дмитрия Пиликина, в европейском городе работать проще: «Там к представлению уличного искусства располагает продуманный городской ландшафт. Здесь же перенасыщенная каша информации. Мы не стали бороться с визуальной рекламой, а сделали работы, которые бы попытались ее осмыслить. Обилие информации вырабатывает у прохожих безразличие и желание не замечать, пройти мимо. Мы хотели привлечь внимание, заставить остановиться и подумать: а что это? Вторая проблема — стереотип, что Street Art — форма развлечения. Это так, но лишь отчасти. Прежде всего это мощный социальный инструментарий. Для любой гражданской инициативы, чтобы донести свое требование или предложение, требуется емкая не только словесная, но и визуальная метафора», — уверен он. Авторы инсталляций надеются на отклик общественности. Но этому нашим гражданам еще предстоит учиться. А пока приезжие специалисты дали мастер-классы для отечественных художников и искусствоведов.

Сделал дело — гуляй смело

Как рассказал Дмитрий Пиликин, так называемые цветные революции активно используют средства современного искусства: это и внешняя атрибутика, помогающая распознать своих и чужих, и создание своей героики, и прочее. Но это также и средство борьбы с нелицеприятными явлениями в обыденной жизни современного города. В соседней России, по словам куратора фестиваля, активные гражданские группы создают перформанс-высказывания, привлекающие общественное внимание. К примеру, когда в Москве количество бюрократов, ездящих на машинах с мигалками и тем самым создающих проблемы на дорогах, перешло все разумные границы, активные граждане образовали сообщество «Синих ведерок». Они купили синие ведерки, прикрепили их к машинам и стали проезжать по правительственным трассам. Это вызвало резонанс и разбирательство на высоком уровне — кто же все-таки по закону имеет право ездить с мигалками? В итоге число «мигальщиков» заметно снизилось, стало меньше и дорожно-транспортных происшествий.

Как считает Дмитрий, активная гражданская позиция очень важна и в организации массового городского досуга. Люди, приходящие на праздник, спущенный сверху, становятся не его участниками, а зрителями. Праздник празднуется с большим энтузиазмом, когда инициатива исходит снизу.

Street Art влияет и на экономическую составляющую жизни города. Как только в нем появляются значимые художественные объекты, он становится привлекательнее в плане туризма. Существуют городские институции, занимающиеся вопросами обустройства городского пространства, и бюджеты, выделенные на городской дизайн. Художник Public Art (искусства в общественном пространстве, Street Art является его частью) не просто работает на заказ, а решает проблемы жизненного пространства. Для власти важна эта форма искусства, т.к. она обращена к обществу и помогает наладить коммуникацию. Например, участник фестиваля петербургский художник Андрей Люблинский работает на стыке искусства и дизайна. По его словам, в Перми, которая на какое-то время стала экспериментальной площадкой Public Art, вокруг произведений уличного искусства разгорелся скандал: «В этом городе сейчас происходят большие изменения. С одной стороны, там можно встретить многих оригинальных художников, приехавших из разных регионов России и из западных стран. С другой — Пермь стала также привлекать к себе большие инвестиции. Жители Перми спрашивают: зачем нам красные человечки? Этот вопрос не ко мне. Для молодого поколения такое искусство более понятно и привычно», — считает художник.

Не ждали

Приехавшие художники сказали, что ждут реакции алматинцев. Не так страшно — даже если она будет негативной. Ведь искусство двигает скандал. Но пока им и не пахнет. Например, «Красный человечек» Андрея Люблинского «прижился» на алматинском «Арбате» — на скамеечки вокруг него садятся люди, с ним фотографируются. Видимо, агрессии он не вызывает, констатировал автор.

Андрей Рудьев создал фрагмент аллеи героев голливудских мультфильмов. Это кумиры современной молодежи — Бэтмен, Человек-паук, Супермен и т.д. Второй объект этого автора — подарочный торт, сделанный из листового рубероида и имеющий фактуру слоеного теста, что создает эффект нерекламного характера, ассоциирующийся с черной смолистой внутренностью недр, наполненных кровью земли — нефтью. Вероника Рудьева-Рязанцева договорилась с владельцами большого экрана, висящего на Арбате, чтобы врезать свое видео в рекламные ролики, крутящиеся там. На экран никто не обращает внимания — он примелькался. По мнению Дмитрия, видеоарт Вероники оживляет рекламу, заставляя досмотреть ее до конца. Напротив экрана художница установила гигантский красный диван, пародируя тем самым удобства домашнего кинотеатра. Люди сразу его облюбовали и даже хотели на нем поспать, радовался куратор фестиваля. Правда, он вряд ли в курсе, что потом диван как-то быстро демонтировали. И, видимо, вместе с видео.

Константин Новиков, работающий с монументальным материалом, воздвиг в центре Арбата скульптурную композицию «Любопытство», которая заставляет прохожих заглянуть внутрь — что же там происходит? Это превращение бытийной истории в метафорическую скульптуру, считает Дмитрий. Но не все проходящие мимо граждане восприняли ее как искусство. Судя по возникшему через неделю неприятному запаху, некоторые из них решили использовать округлую форму в ином качестве. Хорошо что художник уже уехал — на такой отклик общественности он рассчитывал едва ли. Но все же, несмотря на отдельные моменты недопонимания, благодаря усилиям питерцев алматинский «Арбат» хотя бы на время (работы вряд ли простоят на улице долго) оброс интересными подробностями.

Полно мусора — а нужно искусство

С точки зрения Андрея Рудьева, фестиваль выполняет просветительскую, образовательную функцию: «Для большинства людей искусство — это то, что находится в музеях и галереях, в мастерских или головах художников. Оно не имеет отношения к обычной жизни. Господствует стереотип об искусстве в золотой раме. Но это огромная территория. На западе детей учат читать картины с детства. Поэтому там нет реакции отторжения. У нас же есть. Очень важно, чтобы наша публика начала задаваться вопросом: что хотел сказать художник. Начала учиться читать современные объекты. Искусство на улице — огромное достижение. Важна работа с местным зрителем, а не просто выезды на международные биеннале».

По мнению Дмитрия Пиликина, любая молодая государственность хочет, чтобы искусство было национальным. «Но обычно попытки делать национальное искусство заканчиваются коллапсом. Что такое, например, русское национальное искусство — нарисованные березки или матрешки? Тем не менее существуют такие корневые вещи, как чувство материала. Интересно приехать в другое место и встретить работу с местной фактурой. У вас таким человеком, умеющим чувствовать и преобразовывать ее в современные арт-объекты, является Молдагул Нарымбетов», — отметил куратор. Для сооруженной им на Арбате композиции специально привезли издалека 130 камней. «Почему в городе нет ни одного значимого произведения Молдагула? — задался вопросом Дмитрий Пиликин. — Если его установить в соответствующем месте, оно заставит говорить о нем и о городе».

Сам Молдагул считает, что на его родине не ценят современных художников, поэтому многие из них стремятся на Запад: «На Западе такого искусства много, у нас практически его нет. Но оно нужно здесь. Наши люди не могут реализовать свои культурные, духовные потребности. В наших городах полно мусора, а нужно — искусство. В отличие от музеев и галерей, на улице работы могут увидеть миллионы людей. Но некоторые члены Союза художников все еще утверждают, что казахстанцам современное искусство ни к чему», — сетует художник. Что касается проблем с мусором и уличным вандализмом, то, как заметил Дмитрий Пиликин, если вы ходите мимо дома, в котором разбили окно, и его никто не вставил, готовьтесь, что через полгода в нем будут выбиты все окна. Мы создаем пространство, которое изменяет людей. Есть немало примеров того, когда помыли улицы — исчезли бандиты, заметил профессионал.

Фотообои и граффити

Было интересно узнать не только мнение специалиста по Public Art, но и взгляд со стороны: что говорят о казахстанском обществе алматинские улицы? Насколько наш городской ландшафт отражает социально-политические и культурные процессы? По этому поводу Дмитрий Пиликин думает следующее: «Когда приезжаю, начинаю изучать фактуру города. В Алматы местами имеется оригинальная архитектура. Понравились девятиэтажки с орнаментальными вкраплениями, видимо, построенные еще в семидесятых. Учитывая то, что это обычные блочные здания, они хорошо стоят и смотрятся. Они выглядят лучше, чем современная башенная архитектура. В них нашла отражение более чистая конструктивистская форма. В Алматы можно увидеть и постимперскую архитектуру с национальным колоритом — здания советских обкомов. В Москве их спрятали за новостройками, либо перестроили, либо просто-напросто сломали. У вас они еще стоят. По сравнению с Петербургом, где идет борьба за каждый клочок земли и уничтожают парки, ваш город очень зеленый. Очень впечатляют горы, которые видишь из центра города. Кажется, что это фотообои, что так быть не может».

Если говорить о городе как социальном пространстве, то, на взгляд Дмитрия, в нем мало граффити: «А ведь это — рефлексия социума. Я имею в виду трафаретное граффити, считающееся на мировой сцене интеллектуальным. Надо придумать идею граффити и воплотить ее на трафарете. Но и у вас есть те немногие, кто этим занимается, и это начинает влиять на городское пространство».

С его точки зрения, также важно аккуратно относиться к советскому наследию — снимая идеологию, оставлять эстетику. «Например, монумент героям-панфиловцам в парке в плане пластики отличное модернистское произведение. Монумент напоминает знаменитую картину Гойи. Сегодня время негероической скульптуры. Поэтому говорить о ней и воздвигать ее еще рано — получается обман. Героика должна быть подлинной и признанной. Сейчас, скорее, в ходу памятник смешному персонажу, герою мультфильма, кино или анекдотов. Скульптура — точка напряжения. Она создает привлекательность городу», — уверен куратор.

В этом году расширилась география фестиваля, появилось больше участников из других стран. Формат не изменился, изменилось качество — фестиваль вышел на новый уровень. По мнению Дмитрия, у фестиваля есть странная привязка к месту, все объекты расположились на одной улице. Для формирования городского ландшафта и туристической привлекательности их нужно располагать в разных местах города. Это позволит создать карту путешествия и детально освоить места для будущих проектов. В дальнейшем это может способствовать появлению постоянных артефактов в разных частях города. Но есть опасения, что такой план действий не очень выгоден организаторам фестиваля. Ведь алматинский Арбат — единственное место в городе с высокой плотностью билбордов на квадратный метр. Арбат делает проект привлекательным с коммерческой точки зрения. Несмотря на возникший крен в сторону рекламы такой фестиваль все же уникален и необходим городу. Самое главное — он дает возможность не только заработать его учредителям, но реализоваться молодежи, начинающим художникам и актерам. Чтобы уличное искусство прижилось у нас и обрело свои специфические формы, у большинства рядовых горожан должна быть активная жизненная позиция, которая появится только тогда, когда общество сможет влиять на происходящие процессы. Иначе Street Art приобретет фасадный, декоративный характер или, что еще хуже, выльется в банальщину и нецензурщину. Хотя это может стать своего рода социологическим тестом, по которому можно будет судить об уровне развитости культуры и общественного сознания наших людей.

Статьи по теме:
Казахстан

От практики к теории

Состоялась презентация книги «Общая теория управления», первого отечественного опыта построения теории менеджмента

Тема недели

Из огня да в колею

Итоги и ключевые тренды 1991–2016‑го, которые будут влиять на Казахстан в 2017–2041‑м

Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности