Политика Второго шанса

Для оздоровления конкурентоспособных предприятий предстоит внести ряд существенных поправок в процедуру банкротства, которые должны полностью изменить отношение к процессу реабилитации

Политика Второго шанса

На первый взгляд может показаться странным такое внимание к закону «О банкротстве» в рамках программы посткризисного восстановления (оздоровления конкурентоспособных предприятий). Но на самом деле особую важность имеет процедура реабилитации, тесно сопряженная с понятием банкротства. Именно улучшение процедуры реабилитации предприятий должно способствовать оздоровлению бизнеса.

В конце мая межведомственная комиссия по вопросам законопроектной деятельности одобрила концепцию проекта Закона «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Республики Казахстан по вопросам оздоровления конкурентоспособных предприятий», который должен стать законодательной основой для реализации программы посткризисного восстановления. Значительная часть концепции посвящена закону «О банкротстве», куда планируется внести ряд принципиальных изменений.

«В сфере банкротства хвалиться нам пока нечем, — отметила на одном из “круглых столов” председатель комитета по работе с несостоятельными должниками Минфина Нурила Усенова. — У многих субъектов бизнеса эти процедуры не вызывают доверия. Подтверждение тому — небольшое количество предприятий, проходящих оздоровление. Остается много нерешенных вопросов по кредиторам, квалификации управляющих». Начинать улучшать процедуры банкротства и реабилитации во многом необходимо с пересмотра законодательства.

«Необходимость принятия законопроекта обусловлена тем, что участникам программы оказывается государственная поддержка, в связи с чем необходимы механизмы защиты должника от исков отдельных кредиторов», — говорит вице-министр финансов Андарь Шукпутов. Кроме того, как отмечает вице-министр, ссылаясь на экспертов, действующая процедура не соответствует общепринятым мировым подходам. Во-первых, не позволяет должнику обратиться в суд без предварительного согласия кредиторов и уполномоченного органа, что не дает ему возможности оперативно принять меры по защите своего бизнеса и введению процедуры оздоровления. Во-вторых, введение реабилитационной процедуры лишает должника права управления, так как в обязательном порядке назначается реабилитационный управляющий. Также завышены требования к самому плану реабилитации, который должен подтверждаться уже заключенными контрактами на будущие сделки. Предлагаемые изменения должны решить эти проблемы.

Сложный путь

Управляющий партнер ТОО «Юридическое бюро ALPHA Legal» (специализирующегося на банкротствах) Ренат Кадыров рассказывает о ряде проблем в сфере банкротства в настоящее время. Первое, отмечает он, плохое понимание процедуры банкротства всеми ее участниками. Налицо низкая осведомленность участников бизнеса о том, что процедура банкротства может быть управляемой в цивилизованном, то есть исключительно в правовом поле. «Многие воспринимают эту процедуру как полную безнадежность, хотя очень часто это совсем не так. Даже в процессе конкурсного производства кредиторы могут получить назад свои деньги, а компания-банкрот с помощью процедуры реабилитации спасти свой бизнес», — говорит Ренат Кадыров.

Другая проблема — злоупотребление процедурой банкротства недобросовестными должниками. Как отметил эксперт, многие недобросовестные должники используют процедуру банкротства, а особенно процедуру реабилитации как инструмент уклонения от оплаты долгов. Третий момент: противоречивая судебная практика. «Например, простой обзор дел о банкротстве на сайте Верховного суда Республики Казахстан показывает, что суды разных регионов Казахстана по-разному рассматривают аналогичные дела, — рассказывает Ренат Кадыров. — Более того, имеют место случаи различного подхода к аналогичным делам судьями одного и того же суда. Кроме того, порой суды принимают вовсе уж странные решения. Так, например, есть множество судебных решений, согласно которым многомиллиардный дефолт по облигациям на Казахстанской фондовой бирже вовсе не является доказательством неплатежеспособности компании-должника!»

Как отмечается в концепции, на сегодняшний день субъекты предпринимательства практически не рассматривают процедуры банкротства в качестве механизма оздоровления либо взыскания долга. В 2008 году процедуры реабилитации введены лишь в отношении 15 организаций (0,7% от ликвидированных), в 2009 году в отношении 14 (0,6%), в 2010 году в отношении 43 организаций (2%).

При этом в Минфине ссылаются на оценки экспертов Всемирного банка, которые к потенциальным недостаткам системы банкротства в Казахстане относят нечеткость некоторых положений закона или отсутствие важных положений, недостаточную защиту прав кредиторов, институциональные недостатки, а также наличие требований, которые приводят к излишнему затягиванию процедур.

«Сама процедура банкротства довольно длительная. Если это не связано с внесудебной реализацией заложенного имущества, то процесс растягивается не на один месяц, а иногда и не на один год, — говорит председатель правления НЭПК “Атамекен” Азат Перуашев. — В этот период происходит остановка предприятия и фактически субъект экономики прекращает свое существование. Если мы говорим о производственном предприятии, в случае их остановки довольно сложно выдержать условия консервации оборудования. Достаточно снять один узел, и оборудование становится негодным к использованию. Другой момент, возможно, даже более важный, это люди. Я знаю ряд предприятий, которые набирали местных людей из сел, обучали их, готовили, но в период, когда предприятия простаивают, коллектив начинает рассыпаться. Профессионалы уходят, оставшиеся работники теряют квалификацию. Происходит полностью утеря субъекта экономики. И предприятия, которые еще могли пройти процедуру реабилитации и дальше работать, становятся нежизнеспособны». По мнению председателя правления НЭПК, в нынешнем виде процедура банкротства не отвечает интересам экономики и самих предприятий.

Это уже не банкротство

Важным новшеством в законе «О банкротстве» станет введение ускоренной реабилитационной процедуры (читай — упрощенной). Процедура будет вводиться вне рамок дел о несостоятельности, то есть должник необязательно должен признавать себя банкротом в случае неисполнения плана оздоровления. Он в более сжатые по сравнению с нынешними сроки (в течение одного месяца) утверждает в суде согласованный во внесудебном порядке с кредиторами план реабилитации, при этом приостанавливается взыскание долгов за счет имущества, то есть накладывается мораторий на возбуждение дела о банкротстве по искам кредиторов. Это дает возможность сохранить активы предприятия и воспользоваться шансом восстановить платежеспособность. А внесудебное согласование плана ускоряет и упрощает процесс. «Преимущества данной процедуры заключаются в том, что должник, имеющий задолженность перед одним или несколькими группами кредиторов, может прийти к согласию с их большинством во внесудебном порядке и утвердить данный план с целью распространения его действия на несогласное меньшинство. Тем самым он получает возможность реализации своего плана под защитой моратория», — отмечает Андарь Шукпутов.

Другим важным изменением в законе станет разделение процедур банкротства и реабилитации. В рамках существующей системы при подаче исков в суд о признании должника банкротом или ходатайства о применении процедуры реабилитации судом возбуждается дело о банкротстве, о чем сообщается в средствах массовой информации.

«Как неоднократно отмечалось субъектами бизнеса, в случае когда предприятие подает заявление на реабилитацию, публикуемая информация о возбуждении дела о банкротстве наносит колоссальный ущерб репутации и сводит к нулю все усилия, так как партнеры по бизнесу отказываются от дальнейшего сотрудничества и прекращают все коммерческие отношения. Международный опыт также подтверждает необходимость пересмотра данного подхода», — отмечается в концепции. При этом любая процедура урегулирования долга, в том числе реабилитация, сама по себе обычно воспринимается партнерами положительно. Исходя из этого разделение процедур банкротства и реабилитации должно изменить отношение бизнеса к системе несостоятельности и стимулировать предпринимателей к более широкому применению процедур финансового оздоровления.

Важной частью при этом является возможность сохранения права управления предприятием-должником на период реабилитационной процедуры за действующими собственниками. Правда, при наличии признаков злоупотреблений или в случаях неисполнения плана реабилитации кредиторам предоставлена возможность в судебном порядке отстранить акционеров от управления либо заставить их сменить менеджмент. Ожидается, что бизнесмены вследствие этого новшества будут иначе воспринимать систему банкротства и своевременно обращаться в суд для спасения своего бизнеса. Текущий порядок, предусматривающий обязательное назначение реабилитационного управляющего, является веским аргументом для бизнесменов избегать процедуры реабилитации (поскольку есть риск потери права управления).

Кроме того, в концепции фиксируется несостоятельность комитета кредиторов, которому действующим законодательством предоставлены широкие возможности (утверждение сметы расходов, утверждение плана продажи, согласование назначения руководителя должника реабилитационным управляющим и др.). Вместо него вводится институт собрания кредиторов и принцип голосования в зависимости от суммы требований к должнику. Еще одно изменение — исключение из компетенции уполномоченного органа функции согласования введения процедуры реабилитации и ряда других функций согласования, которые создают излишние административные барьеры для субъектов бизнеса.

Для дальнейшей работы

«Ожидается, что реализация мер, предусмотренных законопроектом, обеспечит усовершенствование существующей системы банкротства, снизит административную нагрузку на бизнес, упростит согласование применения процедур оздоровления, создаст условия для стимулирования внесудебного способа урегулирования задолженности, создаст предпосылки для дальнейшего развития системы», — говорит Андарь Шукпутов. Предполагается, что закон обеспечит рост числа предприятий, избравших в качестве мер восстановления своей платежеспособности внесудебные переговоры или судебные процедуры, что позволит сохранить рабочие места и обеспечит сохранение «жизнеспособных» налогоплательщиков.

«В целом изменения положительные, но не все моменты, которые мы предлагали, были учтены, — отмечает Азат Перуашев. — Из положительных надо отметить то, что у должника появляется возможность самому инициировать процедуру реабилитации — это будет процедура финансового оздоровления. При этом ему нет необходимости зависеть от всех кредиторов». Были случаи, когда должник договоривается со всеми кредиторами, кроме одного. Последний настаивает на удовлетворении его требований по старым ставкам, то есть отказывается от реструктуризации. Остальные кредиторы, чувствуя себя ущемленными, отзывают свои договоренности, и план финансового оздоровления трещит по всем швам. «Сейчас эта проблема решена, поскольку можно утвердить план реструктуризации, имея согласие держателей 85% долга», — говорит г-н Перуашев.

«Не устраивает многие компании, нуждающиеся в реабилитации, что последнее слово остается за банками, которые, как правило, являются основными кредиторами, — рассказывает г-н Перуашев. — Такая ситуация позволяет манипулировать и блокировать любые попытки начать переговоры. Я знаю предприятия, которые за последние 2—3 года написали до 30 писем в банк с различными вариантами решения проблемы, в ответ либо отписки, либо игнорирование. Банки заявляют, что со стороны заемщиков видят нелояльное отношение, но и банки не лояльны к заемщикам». Сегодня процессы, связанные с взысканием долгов, приобретают массовый характер, и действия банков в этой ситуации, будучи продиктованы вполне объективными частными интересами, не всегда соответствуют интересам экономики. Оставлять производственные предприятия один на один с банками нельзя, считает Азат Перуашев.

«Рассматриваемые изменения направлены прежде всего на повышение роли процедуры реабилитации. Учитывая текущий момент, такое направление разумно и обоснованно. С вступлением данных изменений в силу многие действующие предприятия получат шанс на спасение, к примеру АО “VITA”», — говорит Ренат Кадыров. Однако при этом эксперт отмечает необходимость более четкого урегулирования проблем с недобросовестными компаниями, которые либо плохо управлялись, либо просто не хотят гасить долги.

В целом этот законопроект результат работы, проведенной правительством, Минфином, банками, Союзом «Атамекен», — и это компромиссное решение, которое позволило максимально учесть интересы сторон. Компромисс подразумевает, что выигравших нет, каждый чем-то недоволен. И это как раз такое решение. По ряду положений еще есть вопросы, но авторы нового закона уже выражали готовность вносить поправки, чтобы улучшить проект. Недавно министр финансов РК Болат Жамишев сообщил, что программа оздоровления конкурентоспособных предприятий, вероятно, заработает к осени, значит, и законопроект к этому времени должен быть уже принят.

Статьи по теме:
Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности

Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом