Примитивная наука

Редакционная статья

Примитивная наука

«Каждый раз, когда “девятый вал” кризисной смены технологических укладов и Кондратьевских циклов обрушивается на мировое рыночное хозяйство, вспыхивает интерес к учению Н.Д. Кондратьева о больших циклах конъюнктуры. Так было после кризиса 1929—1933 гг., создавшего базу для перехода к четвертому Кондратьевскому циклу — и послужившего импульсом для фундаментального двухтомного труда Йозефа Шумпетера «Экономические циклы» (1939), в котором длинные волны были названы Кондратьевскими циклами и включены в общий ритм цикличной экономической динамики. Так было вскоре после кризиса начала 70-х годов, когда появилась монография молодого немецкого ученого Герхарда Мента «Технологический пат: инновации преодолевают депрессию» (1975), убедительно доказавшая истинность идей Н.Д. Кондратьева и Йозефа Шумпетера и давшая толчок к большому числу монографий, статей и международных научных конференций по длинным волнам экономической динамики. Так будет, вероятно, и в 10—20-е годы XXI в., когда мировое хозяйство вновь будет потрясено судорогами рождения очередного Кондратьевского цикла». Эта пространная цитата из статьи Юрия Яковца, президента Международного института Питирима Сорокина—Николая Кондратьева «Наследие Н.Д. Кондратьева: взгляд из XXI века», опубликованной в 2002 году, то есть девять лет назад. Как видно, поклонники советского экономиста говорили о тяжелых временах в 2010-х годах как о вещи решенной и само собой разумеющейся давно. Почему же их никто не слушал?

Мышление людей устроено таким образом, что им проще всего дается построение прямых. Они вспоминают прошлое, сравнивают с настоящим — и недолго думая экстраполируют это на будущее. Если вчера было так себе, а сегодня неплохо — то завтра будет хорошо. Если вчера было хорошо, сегодня отлично, то завтра точно наступит рай на земле. Но если вчера было хорошо, а сегодня плохо — то завтра придет Армагеддон.

Люди считают, что все будет так же, как сейчас, только больше. Самым забавным произведением в этом смысле стоит признать, пожалуй, книгу горячего республиканца Френсиса Фукуямы «Конец истории», изданную в 1992 году. Там сказано: «То, чему мы, вероятно, свидетели,— не просто конец холодной войны или очередного периода послевоенной истории, но конец истории как таковой, завершение идеологической эволюции человечества и универсализации западной либеральной демократии как окончательной формы правления».

Кривые второго порядка, всякие синусоиды людям даются при прогнозировании тяжело. Им не верится, что могут быть какие-то волны и развитие происходит нелинейно. В голове как-то не укладывается, что если сегодня хорошо, то завтра, вероятно, и даже скорее всего, все будет не столь благополучно. И только послезавтра опять случится подъем. Однако такие сверхсложные системы, как мировая экономика, живут именно по таким правилам. Они как будто дышат.

Любопытно, что даже те, кто чувствуют конец роста, не могут ничего поделать. Интересную вещь написал в своем блоге один российский биржевой спекулянт. Экономисты сегодня утверждают, что распознать пузырь можно только после того, как он лопнет. В опровержение этого игрок пишет, что абсолютно все знали о существовании пузырей. Но все неслись в общем стаде к обрыву. И каждый молился лишь о том, чтобы не прозевать момент, когда нужно спрыгивать. Чуть зазеваешься — и будешь расплачиваться за всех, кто вовремя вышел из игры. При этом отказаться участвовать в надувании пузыря было невозможно: «Того, кто шел против течения, рынок просто сминал».

Высокочастотный трейдинг, которым сейчас пробавляются спекулянты, сродни взаимоотношению пауков в банке. Сначала более быстрые пауки съедают более медленных — и получают таким образом выгоду. Потом выясняют отношения между собой. Но когда в банке останется один паук, все, что ему останется, — попытаться сожрать самого себя.

Это описание феноменов скорее массовой психологии. Экономическая наука увлеклась простыми линейными теориями вроде неоклассики. Если провести параллели, она находится на стадии развития алгебры. Но для исследования сложных систем нужен уровень высшей математики. Причем едва обозначенные тем же Кондратьевым в начале XX века направления развития этой науки оказались забыты.

А пока экономисты разводят руками в недоумении, все происходит по давным-давно описанному сценарию. Золото дорожает, хотя, казалось бы, куда дальше. Валюты находятся в состоянии свободного падения. Банки не кредитуют. Биржи опять валятся. И все удивляются, почему так происходит. Ведь кризис же вроде бы позади.