Спасательная интеграция

МЧС Казахстана, Киргизии и Таджикистана создают специальный центр со штабом в Алматы. Узбекистан к организации не присоединился, вероятно, по политическим мотивам

Совместную работу спасателей трех стран может затруднить бюрократия?
Совместную работу спасателей трех стран может затруднить бюрократия?

Центрально-Азиатский центр по реагированию на чрезвычайные ситуации и снижению риска бедствий (ЦАЦРЧС) — именно так называется организация трех стран, документы о создании которой подписали главы МЧС РК и КР Владимир Божко и Болотбек Борбиев (вскоре подпись на документе поставит и председатель Комитета по ЧС и гражданской обороне РТ Хайбулло Латипов) 19 августа этого года в Алматы. Именно здесь и будет располагаться штаб-квартира центра, призванного укрепить региональное сотрудничество и координацию в сфере снижения риска бедствий и повысить уровень безопасности населения стран региона. Собеседники «ЭК» считают создание центра позитивным шагом, который, однако, не говорит о прогрессе региональной интеграции в целом.

Международными усилиями

По итогам оценки потенциала по снижению риска бедствий в странах Центральной Азии, проведенной в рамках совместного проекта ПРООН и ЕС «Шестой план действий DIPECHO: Усиление потенциала по снижению риска бедствий в Центральной Азии», эксперты установили, что в регионе не хватает современных технологий для мониторинга, прогноза и раннего преду­преждения природных и техногенных бедствий. При этом отмечается, что реагирование зачастую является единственным возможным механизмом при бедствии, несмотря на начавшийся постепенный переход в развитых странах мира от метода централизованного реагирования на бедствие к всеобщему управлению рисками бедствий. В пользу централизованного реагирования говорит то, что часто стихийные бедствия имеют трансграничный характер, и нередко справиться с катастрофой в одиночку невозможно.

Все пять стран региона участвовали во второй Всемирной конференции по уменьшению риска бедствий в январе 2005 года, и все (кроме Туркменистана) согласились принять процесс, описанный в Хиогской рамочной программе действий на 2005—2015 годы. «Большинство центральноазиатских государств разработали и приняли структуры и законодательную базу по управлению бедствиями, — рассказывает главный технический консультант данного проекта ПРООН и ЕС Александр Кравчук. — Однако политика и законодательство в основном фокусируются на мероприятиях по спасению и оказанию помощи при бедствии и зачастую не имеют механизмов горизонтального и вертикального сотрудничества между государственными и региональными органами. Государственным органам, ответственным за управление бедствиями, и плановым институтам необходимо начать фокусироваться на комплексном снижении риска бедствий».

Подписание документов о создании центра стало финалом проекта «Усиление потенциала по снижению риска бедствий в Центральной Азии», рассчитанного на 2010—2011 годы. С самого начала в процессе, общем, судя по названию, для всего региона, участвовали только три страны. На реализацию проекта затратили чуть более 0,5 млн долларов (большую часть — 444 тыс. — предоставил ЕС, правительства тройки на этом этапе не потратили ни евроцента). В результате должно было улучшиться сотрудничество и координация между учреждениями, укрепиться потенциал региональных систем раннего оповещения, подготовки и реагирования на стихийные бедствия. Еще одна задача проекта — «гармонизировать процесс управления гражданской обороной между нациями и гражданским сообществом».

Требуются деньги и специалисты

Основными направлениями работы ЦАЦРЧС будут регулярная оценка региональных рисков и реагирование на трансграничные ЧС. Для эффективной оценки рисков участники создадут информационно-коммуникационные системы сбора, обработки и анализа информации в реальном режиме времени для мониторинга, предупреждения и раннего оповещения о чрезвычайных ситуациях. Также будет сформирован многоуровневый банк данных и геоинформационных систем по оценке природных и техногенных опасностей населению, инфраструктурам, территориям. Все это в свою очередь будет объединено с международными мониторинговыми системами и сетями по природным и техногенным ЧС. ЦАЦРЧС будет организовывать международные учения, спасательные и гуманитарные, операций в странах Центральной Азии и в других зарубежных странах. Если катастрофа произойдет, то главная задача центра — координация взаимодействия МЧС трех стран.

Решение столь масштабных задач требует стабильной материальной поддержки. Г-н Божко на пресс-конференции 19 августа заявил, что источниками финансирования центра будут взносы стран-участниц и денежные средства различных международных организаций и отдельных государств. «Казахстан, кроме средств на содержание пяти представителей штатного персонала и четырех внештатных единиц технического персонала, выделит помещение для центра и финансовые средства для приобретения мебели и оргтехники. Всего более 34 миллионов тенге — траты и расходы на создание центра, предусмотренные министерством в рамках формирования бюджета на 2012—2014 годы», — проинформировал министр. Именно в течение этих двух лет центр должен начать работать в полную силу.

«Создание ЦАЦРЧС можно только поприветствовать, но об эффективности организации судить пока рано. Вопрос в том, насколько компетентно окажется руководство центра и насколько достаточно и стабильно будет финансирование», — считает эксперт по средствам спасения Юрий Цепурит.

Г-н Кравчук также предполагает, что недостаток финансирования — одна из главных проблем, с которой может столкнуться центр. По его мнению, также трудностей стоит ожидать от несогласованности законодательств стран в области предупреждения и реагирования на ЧС, отсутствия общей методологии и процедур для анализа рисков, а также точности и достоверности оценок рисков, стандартов предоставления данных. «Снизить эффективность работы может и несовершенство и недостаточное развитие систем коммуникации для обмена информацией и укрепления координации между национальными системами по снижению риска бедствий заинтересованных сторон на всех уровнях», — считает г-н Кравчук.

Известный политолог, старший научный сотрудник Института востоковедения РАН Александр Князев опасается, что созданный центр во многом может оказаться малоэффективным, как и многие другие межправительственные или межгосударственные инициативы регионального характера. «Могу предположить, что максимум эффективности — это обмен информацией. Но если дойдет до дела, из-за традиционного бюрократизма, необходимости согласований — а МЧС во всех странах являются силовым ведомством, что ограничивает их применение за пределами своих территорий изначально — создаваемый механизм может оперативно и не сработать», — говорит он.

Эксперты считают, что ЦАЦРЧС помимо финансирования нуждается в качественном усилении, привлечении новых участников, главный из которых Россия. «В нашем регионе МЧС России — это, несомненно, самая профессиональная служба», — отмечает г-н Цепурит. К нему присоединяется г-н Кравчук, добавляя, что «весьма желательно видеть среди стран-членов центра все государства Центральной Азии, включая Узбекистан и Туркменистан». По его словам, заинтересованность в создании центра и возможном сотрудничестве в будущем выразили Азербайджан, Япония (через JICA — Японское агентство по международному сотрудничеству и ADRC — Азиатский центр по снижению риска бедствий), Германия (через GIZ — Германское агентство по развитию и международному сотрудничеству) и США (через USAID — Агентство США по международному развитию).

Почему собрались не все

Хотя центр позиционируется как общий для всего региона, в составе ЦАЦРЧС не будет спасателей из самой большой по численности населения страны региона — Узбекистана. Между тем Узбекистан участвовал в подготовке создания центра.

По словам Александра Кравчука, в декабре 2008 года представители чрезвычайных ведомств Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана и Узбекистана встретились на международной конференции в Куала-Лумпуре и в принципе согласились с проектами концепции, положения и межправительственного соглашения, которые были подготовлены и предварительно направлены МЧС Казахстана во все пять стран Центральной Азии. «Эти страны согласились, что членство в центре является открытым, и они рады принять другие заинтересованные страны, — рассказывает г-н Кравчук. — Узбекистан выразил свою позицию таким образом, что на данном этапе он не будет участвовать в создании ЦАЦРЧС, но заинтересован в усилении координации по ликвидации последствий стихийных и техногенных бедствий в регионе и будет участвовать в совместной оценке риска, мероприятиях по его снижению, планированию чрезвычайных мер, мониторингу и информационному обмену для раннего оповещения, мерах готовности для ликвидации ЧС и развитии потенциала центра».

Александр Князев отмечает, что Узбекистан занимает особые позиции по многим региональным и международным вопросам. «Можно вспомнить его отказ участвовать в КСОР ОДКБ, объясняемый законодательством РУ, запрещающим любое применение вооруженных сил за пределами РУ. Примеры ЧС в Узбекистане свидетельствуют, что руководство Узбекистана придерживается тех принципов, которые когда-то действовали в СССР — справиться своими силами при минимуме информирования как своего населения, так и, тем более, населения других стран», — говорит он.

Также политолог не исключает, что причиной неучастия Узбекистана в ЦАЦРЧС могут являться напряженные отношения с другими участниками центра — Таджикистаном и Киргизией. «Характер узбеко-таджикских отношений известен, в последнее время они особо напряженны в вопросе строительства Таджикистаном Рогунской ГЭС, категорически неприемлемом для Ташкента, — поясняет г-н Князев. — С июня прошлого года, с дней межэтнического конфликта на юге Киргизии, по многим направлениям приостановлены узбеко-киргизские отношения. С 12 июня прошлого года и по сей день Ташкент не назначает отозванного тогда посла в Бишкеке. Фактически дипотношения прерваны».

Мягкий и дипломатичный отказ Узбекистана от сотрудничества в рамках ЦАЦРЧС демонстрирует тот факт, что пока страны Центральной Азии не могут абстрагироваться от политических противоречий и прийти к реальному структурному взаимодействию даже в решении неполитических проблем. Объединение всех стран региона в рамках единого спасательного центра могло бы стать небольшим шажком в направлении к региональной интеграции.

«Вряд ли создание центра окажет какое-то критическое воздействие на интеграционные процессы в целом. Даже если цели ЦАЦРЧС будут максимально реализованы, это может быть лишь отраслевым дополнением к общему процессу, далеко не успешному», — резюмирует Александр Князев.

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Риски разделим на всех

ЕАЭС сталкивается с трудностями при попытках гармонизации даже отдельных секторов финансового рынка

Экономика и финансы

Хороший старт, а что на финише?

Рынок онлайн-займов «до зарплаты» становится драйвером развития финансовых технологий. Однако неопределенность намерений регулятора ставит его развитие под вопрос

Казахстанский бизнес

Летная частота

На стагнирующий рынок авиаперевозок выходят новые компании

Тема недели

Под антикоррупционным флагом

С приближением транзита власти отличить антикоррупционную кампанию от столкновения политических группировок становится труднее