Спасательная интеграция

МЧС Казахстана, Киргизии и Таджикистана создают специальный центр со штабом в Алматы. Узбекистан к организации не присоединился, вероятно, по политическим мотивам

Совместную работу спасателей трех стран может затруднить бюрократия?
Совместную работу спасателей трех стран может затруднить бюрократия?

Центрально-Азиатский центр по реагированию на чрезвычайные ситуации и снижению риска бедствий (ЦАЦРЧС) — именно так называется организация трех стран, документы о создании которой подписали главы МЧС РК и КР Владимир Божко и Болотбек Борбиев (вскоре подпись на документе поставит и председатель Комитета по ЧС и гражданской обороне РТ Хайбулло Латипов) 19 августа этого года в Алматы. Именно здесь и будет располагаться штаб-квартира центра, призванного укрепить региональное сотрудничество и координацию в сфере снижения риска бедствий и повысить уровень безопасности населения стран региона. Собеседники «ЭК» считают создание центра позитивным шагом, который, однако, не говорит о прогрессе региональной интеграции в целом.

Международными усилиями

По итогам оценки потенциала по снижению риска бедствий в странах Центральной Азии, проведенной в рамках совместного проекта ПРООН и ЕС «Шестой план действий DIPECHO: Усиление потенциала по снижению риска бедствий в Центральной Азии», эксперты установили, что в регионе не хватает современных технологий для мониторинга, прогноза и раннего преду­преждения природных и техногенных бедствий. При этом отмечается, что реагирование зачастую является единственным возможным механизмом при бедствии, несмотря на начавшийся постепенный переход в развитых странах мира от метода централизованного реагирования на бедствие к всеобщему управлению рисками бедствий. В пользу централизованного реагирования говорит то, что часто стихийные бедствия имеют трансграничный характер, и нередко справиться с катастрофой в одиночку невозможно.

Все пять стран региона участвовали во второй Всемирной конференции по уменьшению риска бедствий в январе 2005 года, и все (кроме Туркменистана) согласились принять процесс, описанный в Хиогской рамочной программе действий на 2005—2015 годы. «Большинство центральноазиатских государств разработали и приняли структуры и законодательную базу по управлению бедствиями, — рассказывает главный технический консультант данного проекта ПРООН и ЕС Александр Кравчук. — Однако политика и законодательство в основном фокусируются на мероприятиях по спасению и оказанию помощи при бедствии и зачастую не имеют механизмов горизонтального и вертикального сотрудничества между государственными и региональными органами. Государственным органам, ответственным за управление бедствиями, и плановым институтам необходимо начать фокусироваться на комплексном снижении риска бедствий».

Подписание документов о создании центра стало финалом проекта «Усиление потенциала по снижению риска бедствий в Центральной Азии», рассчитанного на 2010—2011 годы. С самого начала в процессе, общем, судя по названию, для всего региона, участвовали только три страны. На реализацию проекта затратили чуть более 0,5 млн долларов (большую часть — 444 тыс. — предоставил ЕС, правительства тройки на этом этапе не потратили ни евроцента). В результате должно было улучшиться сотрудничество и координация между учреждениями, укрепиться потенциал региональных систем раннего оповещения, подготовки и реагирования на стихийные бедствия. Еще одна задача проекта — «гармонизировать процесс управления гражданской обороной между нациями и гражданским сообществом».

Требуются деньги и специалисты

Основными направлениями работы ЦАЦРЧС будут регулярная оценка региональных рисков и реагирование на трансграничные ЧС. Для эффективной оценки рисков участники создадут информационно-коммуникационные системы сбора, обработки и анализа информации в реальном режиме времени для мониторинга, предупреждения и раннего оповещения о чрезвычайных ситуациях. Также будет сформирован многоуровневый банк данных и геоинформационных систем по оценке природных и техногенных опасностей населению, инфраструктурам, территориям. Все это в свою очередь будет объединено с международными мониторинговыми системами и сетями по природным и техногенным ЧС. ЦАЦРЧС будет организовывать международные учения, спасательные и гуманитарные, операций в странах Центральной Азии и в других зарубежных странах. Если катастрофа произойдет, то главная задача центра — координация взаимодействия МЧС трех стран.

Решение столь масштабных задач требует стабильной материальной поддержки. Г-н Божко на пресс-конференции 19 августа заявил, что источниками финансирования центра будут взносы стран-участниц и денежные средства различных международных организаций и отдельных государств. «Казахстан, кроме средств на содержание пяти представителей штатного персонала и четырех внештатных единиц технического персонала, выделит помещение для центра и финансовые средства для приобретения мебели и оргтехники. Всего более 34 миллионов тенге — траты и расходы на создание центра, предусмотренные министерством в рамках формирования бюджета на 2012—2014 годы», — проинформировал министр. Именно в течение этих двух лет центр должен начать работать в полную силу.

«Создание ЦАЦРЧС можно только поприветствовать, но об эффективности организации судить пока рано. Вопрос в том, насколько компетентно окажется руководство центра и насколько достаточно и стабильно будет финансирование», — считает эксперт по средствам спасения Юрий Цепурит.

Г-н Кравчук также предполагает, что недостаток финансирования — одна из главных проблем, с которой может столкнуться центр. По его мнению, также трудностей стоит ожидать от несогласованности законодательств стран в области предупреждения и реагирования на ЧС, отсутствия общей методологии и процедур для анализа рисков, а также точности и достоверности оценок рисков, стандартов предоставления данных. «Снизить эффективность работы может и несовершенство и недостаточное развитие систем коммуникации для обмена информацией и укрепления координации между национальными системами по снижению риска бедствий заинтересованных сторон на всех уровнях», — считает г-н Кравчук.

Известный политолог, старший научный сотрудник Института востоковедения РАН Александр Князев опасается, что созданный центр во многом может оказаться малоэффективным, как и многие другие межправительственные или межгосударственные инициативы регионального характера. «Могу предположить, что максимум эффективности — это обмен информацией. Но если дойдет до дела, из-за традиционного бюрократизма, необходимости согласований — а МЧС во всех странах являются силовым ведомством, что ограничивает их применение за пределами своих территорий изначально — создаваемый механизм может оперативно и не сработать», — говорит он.

Эксперты считают, что ЦАЦРЧС помимо финансирования нуждается в качественном усилении, привлечении новых участников, главный из которых Россия. «В нашем регионе МЧС России — это, несомненно, самая профессиональная служба», — отмечает г-н Цепурит. К нему присоединяется г-н Кравчук, добавляя, что «весьма желательно видеть среди стран-членов центра все государства Центральной Азии, включая Узбекистан и Туркменистан». По его словам, заинтересованность в создании центра и возможном сотрудничестве в будущем выразили Азербайджан, Япония (через JICA — Японское агентство по международному сотрудничеству и ADRC — Азиатский центр по снижению риска бедствий), Германия (через GIZ — Германское агентство по развитию и международному сотрудничеству) и США (через USAID — Агентство США по международному развитию).

Почему собрались не все

Хотя центр позиционируется как общий для всего региона, в составе ЦАЦРЧС не будет спасателей из самой большой по численности населения страны региона — Узбекистана. Между тем Узбекистан участвовал в подготовке создания центра.

По словам Александра Кравчука, в декабре 2008 года представители чрезвычайных ведомств Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана и Узбекистана встретились на международной конференции в Куала-Лумпуре и в принципе согласились с проектами концепции, положения и межправительственного соглашения, которые были подготовлены и предварительно направлены МЧС Казахстана во все пять стран Центральной Азии. «Эти страны согласились, что членство в центре является открытым, и они рады принять другие заинтересованные страны, — рассказывает г-н Кравчук. — Узбекистан выразил свою позицию таким образом, что на данном этапе он не будет участвовать в создании ЦАЦРЧС, но заинтересован в усилении координации по ликвидации последствий стихийных и техногенных бедствий в регионе и будет участвовать в совместной оценке риска, мероприятиях по его снижению, планированию чрезвычайных мер, мониторингу и информационному обмену для раннего оповещения, мерах готовности для ликвидации ЧС и развитии потенциала центра».

Александр Князев отмечает, что Узбекистан занимает особые позиции по многим региональным и международным вопросам. «Можно вспомнить его отказ участвовать в КСОР ОДКБ, объясняемый законодательством РУ, запрещающим любое применение вооруженных сил за пределами РУ. Примеры ЧС в Узбекистане свидетельствуют, что руководство Узбекистана придерживается тех принципов, которые когда-то действовали в СССР — справиться своими силами при минимуме информирования как своего населения, так и, тем более, населения других стран», — говорит он.

Также политолог не исключает, что причиной неучастия Узбекистана в ЦАЦРЧС могут являться напряженные отношения с другими участниками центра — Таджикистаном и Киргизией. «Характер узбеко-таджикских отношений известен, в последнее время они особо напряженны в вопросе строительства Таджикистаном Рогунской ГЭС, категорически неприемлемом для Ташкента, — поясняет г-н Князев. — С июня прошлого года, с дней межэтнического конфликта на юге Киргизии, по многим направлениям приостановлены узбеко-киргизские отношения. С 12 июня прошлого года и по сей день Ташкент не назначает отозванного тогда посла в Бишкеке. Фактически дипотношения прерваны».

Мягкий и дипломатичный отказ Узбекистана от сотрудничества в рамках ЦАЦРЧС демонстрирует тот факт, что пока страны Центральной Азии не могут абстрагироваться от политических противоречий и прийти к реальному структурному взаимодействию даже в решении неполитических проблем. Объединение всех стран региона в рамках единого спасательного центра могло бы стать небольшим шажком в направлении к региональной интеграции.

«Вряд ли создание центра окажет какое-то критическое воздействие на интеграционные процессы в целом. Даже если цели ЦАЦРЧС будут максимально реализованы, это может быть лишь отраслевым дополнением к общему процессу, далеко не успешному», — резюмирует Александр Князев.

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?

Тема недели

Доктор Производительность

Рост производительности труда — главная цель, вокруг которой можно было бы построить программу роста национальной экономики