Казахстан настаивает на своем

Увеличение казахстанского содержания входит в форсированный этап развития. В составе ЕЭП, а вскоре и ВТО, протекционизмом нам заниматься не дадут

Казахстан настаивает на своем

Пожалуй, самым значительным событием этого месяца для казахстанских промышленников и сервисных компаний был прошедший в Астане 7 сентября форум по развитию казахстанского содержания (КС). «По тем объектам, которые мы будем вести, я такое требование ставлю, чтобы работали 100% казахстанские строители. У нас есть эти люди», — заявил председатель правления ФНБ «Самрук-Казына» (этот госхолдинг формирует более 40% ВВП РК) Тимур Кулибаев, и это стало главной новостью форума, хотя спикер не озвучил ни сроки, в которые это требование будет реализовано, ни текущую долю иностранных компаний в объеме строительных работ компаний фонда.

Примечательно, что главный объект программы — средний бизнес страны, занятый в обрабатывающей промышленности, считает «Самрук-Казыну» локомотивом роста местного содержания, а вторым ключевым игроком здесь является крупный частный бизнес, сосредоточенный на извлечении ресурсов и металлургии. Судя по официальным заявлениям и беседам с «ЭК», все участники процесса единогласно поддерживают программу развития КС до 2014 года. Однако казахстанские производители и сервисники считают, что развитие это необходимо ускорить. Они опасаются, что инструмент может потерять действенность в условиях Единого экономического пространства (ЕЭП) и ВТО.

Движение идет по плану

«Требование определенной нормы КС в закупках компаний существует не последние 2—3 года, а уже более 15 лет, если считать отправной точкой соответствующие договоренности правительства с «Тенгизшевройлом». Например, АО «Казахстанское контрактное агентство» создано в ноябре 2002 года. Проблема обострилась на фоне кризиса, и в конце 2008 года президент РК обозначил ее программно», — вспоминает гендиректор АО СП «Белкамит» (один из крупнейших машиностроительных заводов РК, выпускающий оборудование для нефтянки, энергетики, химпрома и др.) Павел Беклемишев.

Окончательный вариант проекта программы развития КС на 2010—2014 годы был принят правительством 29 октября 2010 года, но еще в марте 2009 года был утвержден перечень организаций, закупки товаров, работ и услуг которых подлежали мониторингу КС, где уже были госорганы, нацкомпании и компании-недропользователи и куда попали 97 системообразующих предприятий.

Целью развития КС ставилось «создание условий для устойчивого развития отечественного производства конкурентоспособных товаров, работ и услуг, а также продвижения их на внутреннем рынке». Авторы документа планировали к концу реализации программы «обеспечить уровень экономически выгодного производства товаров и услуг с целью обеспечения доли казахстанского содержания в общем объеме закупок и занятости казахстанских специалистов». Все объекты программы были поделены на 4 группы: недропользователи, системообразующие предприятия, госорганизации и госхолдинги, представленные нацкомпаниями (см. график 1 и 2; все они формируют не менее 60% ВВП РК). Кроме требований по закупкам, недропользователи должны были довести долю казахстанцев в топ-менеджменте до 70%, а по менеджерам среднего звена и инженерно-техническому персоналу — до 90%.

Кроме этой программы, созданной специально, тема развития КС присутствует во всех отраслевых программах, подготовленных Министерством индустрии и новых технологий. Поэтому и инструменты развития КС стандартные инвестиционные: индикативное планирование, налоговые преференции, рост государственного финансирования НИОКР, гармонизация стандартов с международными требованиями, создание отраслевых лидеров и другие.

На 2011—2013 годы намечены разработка и реализация образовательных программ по подготовке кадров. А на последний год пятилетки намечена разработка и реализация плана по повышению конкурентоспособности местного производства, когда все производства будут разбиты на группы с высокой, средней и низкой конкурентоспособностью. Вся программа развития КС обойдется республиканскому бюджету в 2,8 млрд тенге.

Г-н Беклемишев считает, что лидером в области работы по КС выступили компании, входящие в ФНБ «Самрук-Казына», а остальные начали действовать вслед за госхолдингом. В числе таковых гендиректор «Белкамита» называет иностранных недропользователей, с которыми сотрудничает завод. «Они добросовестно исполняют свои обязательства относительно требований повышения местного содержания, готовы помогать нам в повышении нормы КС — создавать в РК совместные производства, сервисные центры».

Статистика за 2010 год (см. график 3) подтверждает слова г-на Беклемишева: целиком исполнили план правительства только недропользователи и госорганы. Системообразующие предприятия и нацкомпании в предписанные нормы по закупу товаров не уложились. Надо полагать, рост КС у них не заставит себя ждать, так как большинство из них демонстрируют запуск новых производственных мощностей. Например, АО НК «Казахстан темир жолы» заявляет о прогнозируемом росте объема производства железнодорожной машиностроительной продукции (в этой отрасли заняты ее «дочки» АО «Локомотив курастыру зауыты» и ТОО «Ремонтная корпорация «Камкор») к 2015 году в тридцать раз по сравнению с 2008 годом. «В результате реализации поставленных задач объем железнодорожной отечественной машиностроительной продукции планируется довести в 2015 году до 300 млрд тенге», — сказал председатель правления КТЖ Аскар Мамин на форуме по развитию КС, сообщив, что в текущем году этот объем составит 10 млрд тенге. Бум производства ожидали и некоторые представители химической промышленности.

Естественно, что такая производственная динамика отразится на норме закупа товаров, ведь большинство вводимых производств ориентировано на внутренний рынок. Что же касается доли казахстанских работ и услуг, то уже в этом году все объекты мониторинга КС идут по плану, а некоторые уже вплотную стоят перед итоговой нормой.

«В краткосрочном периоде я оцениваю этот инструмент как очень эффективный. Он позволил удержать определенный объем денег внутри страны, позволил сохранить рабочие места. То есть в целом он сыграл важную роль в том, что кризис мы пережили относительно «мягко», — считает директор ТОО «Институт директоров» Сергей Филин. — В долгосрочном периоде эта политика позволит создавать новые производства и новые рабочие места, сохранять и развивать старые. Особенно это важно для развития малого и среднего бизнеса».

«В целом эффективность инструмента я оцениваю очень высоко. Прежде всего, это мера идеологического характера — то, чем страна и должна заниматься, если она не хочет играть роль сырьевого придатка, но сколько-нибудь современного участника мирового рынка. Ведь вопрос казсодержания — это вопрос независимости. Если мы способны удовлетворить подавляющее большинство своих потребностей самостоятельно, значит, мы свободны от внешнего диктата», — полагает г-н Беклемишев.

Дефицит внимательности

Проблемы, касающиеся развития КС, можно разделить на две группы: фундаментальные и практические. Сама идея лимита на импорт товаров и услуг для столь крупного сектора национальной экономики в существующих реалиях отечественной промышленности некоторым видится ущербной. «Надо говорить о том, что и производительность казахстанских предприятий, и качество казахстанских товаров и услуг не отличаются высокими показателями. Протекционистская политика государства может привести к консервации такого положения», — полагает г-н Филин.

Эксперт называет и вторую фундаментальную проблему — высокий уровень коррупции. «Очевидно, что наши предприятия гораздо больше приспособлены к коммерческому подкупу, чем иностранные производители, особенно из развитых стран, — говорит он. — В отсутствие конкуренции с иностранными производителями наши предприятия будут конкурировать не за счет разумного баланса цены и качества, а совершенно по-другому».

Практические недочеты реализации программы подмечает один из ее участников — Павел Беклемишев. «НК «КазМунайГаз» заносит нефть в список товаров, которые компания покупает для своих НПЗ. И сразу получаются красивые цифры. Точно так же «Самрук-Энерго» закупает уголь у угледобывающих компаний. Кроме того, все закупают электроэнергию, воду», — рассказывает он.

Слова г-на Беклемишева подтверждаются данными КМГ. Например, в 2010 году компания потратила на российскую нефть (ее перерабатывает Павлодарский НХЗ и частично Шымкентский НПЗ; в одном варианте статистики это сырье рассчитывается как импортный товар) 352 млрд тенге, что составляет 22% всех закупок (см. график 4). Если иностранная нефть рассчитывается как импорт, то логично, что «черное золото», добытое в РК, попадает в отчетность как казахстанский товар. Отметим, что общая доля товаров в закупках КМГ равна 48%.

Еще одна из проблем — нацкомпании отдают исполнение различных проектов на аутсорсинг иностранцам, но не всегда контролируют норму КС в закупках последних. «Например, реконструкция Атырауского НПЗ или строительство Балхашской ТЭС — они отданы иностранным инжиниринговым компаниям, а те ведут закупки как им заблагорассудится, — свидетельствует гендиректор «Белкамита». — Думаю, что контроль исполнения норм КС этих компаний со стороны заказчиков-нацкомпаний должен быть». По его словам, нацкомпания может контролировать подрядчика, но уровень профессионализма ее сотрудников, как правило, низок, чтобы осуществлять контроль практически».

Иногда к дефициту профессионализма добавляется нехватка элементарной внимательности (за недоказанностью нельзя говорить о коррупционных схемах). «Приходилось слышать отчеты казахстанских участников СП с китайцами (участники — АО «КазТрансГаз» и Trans-Asia Gas Pipeline Company Ltd. — «ЭК») по строительству газопровода Бейнеу — Бозой — Шымкент (ББШ). Они докладывают, что выторговали условия, по которым половину объемов труб поставят казахстанские производители. Фишка в том, что в РК таких труб не изготавливают. Значит, в лучшем случае трубы привезут из РФ. КС здесь превращается в откаты группе товарищей», — делится соображениями г-н Беклемишев.

Он приводит пример по этому же проекту, когда партнеры по ББШ внесли на рассмотрение правительства предложение по снятию импортных пошлин и НДС с товаров по 200 номенклатурным позициям. «Потратив час, я созвонился с нашими заводами и установил, что 127 товаров из 200 можно произвести в РК. Не исключено, что часть из них не удовлетворят заказчиков по техническим характеристикам. Пускай останутся 70 позиций, но это треть! — недоумевает Павел Беклемишев. — А ведь у нас есть реестры казахстанских производителей, по которым составлены реестры продукции. Они доступны чиновникам, но те просто поленились в них не посмотреть».

Как все отладить

Идеи по улучшениям, которые можно произвести уже в ближайшее время, лежат на поверхности. Во-первых, необходимо внести методологическую ясность в расчет казсодержания. Для этого г-н Беклемишев предлагает четко разделить товары с высокой добавленной стоимостью и сырье. «Нужно также четко разделять поставщиков и товаропроизводителей, — говорит он. Для этого был придуман сертификат СТ-KZ. Вследствие коррумпированности этот сертификат нередко получает не производитель, а поставщик, который лишь изображает производство — красит готовый продукт, крепит на него свой лейбл и все».

Кроме того, он предлагает индивидуально подходить к норме КС по каждому виду у каждой нацкомпании, недропользователя, системообразующего предприятия. «Устанавливать для всех одну норму — это не совсем верно. А если налицо особые условия добычи? Например у нефтяников — высокое содержание серы в нефти, высокое давление. И тогда требуется оборудование такого качества, которое наши заводы объективно дать не могут. Тут нужно искать варианты», — считает гендиректор «Белкамита».

При этом он добавляет, что работа в области совершенствования требований и правил продолжается и по сей день, а «последние изменения, облегчающие жизнь казахстанским товаропроизводителям, были внесены ФНБ «Самрук-Казына» буквально в этом году».

Не далек он, семнадцатый год

Как уже было сказано одним из собеседников «ЭК», КС — это инструмент протекциониста. Поэтому недалек тот час, когда Казахстану (создающему одну интеграционную организацию и стремящемуся войти в другую) придется от него отказаться. «Противоречий предлагаемых мер по развитию казахстанского содержания в программе соглашений, заключенных в рамках Таможенного союза, также не наблюдается. Поскольку окончательная гармонизация таможенного законодательства планируется в 2017 году», — сообщается в программе развития КС. То есть участие Казахстана в ЕЭП никак не повлияет на поддержку отечественного производителя еще пять лет. В ВТО (мы можем вступить туда уже в будущем году, а то и до конца текущего), как ожидает Минэкономинтеграции РК, нам тоже дадут похожий переходный период — до 2020 года.

Но все это, конечно, не повод ослаблять хватку. Если требования КС должны стимулировать не только запуск новых линий, но новых заводов, времени остается мало. За 5—8 лет правительству и казахстанскому бизнесу нужно выстроить живучую систему, используя все протекционистские приемы, которые нам не запретили партнеры по интеграции, а то и выдумать новые. Нужно успеть оптимизировать производственные и транспортные издержки, отладить все бизнес-процессы.

«Казахстанским предприятиям необходимо пересмотреть подход по развитию отечественного производства реально конкурентоспособной продукции. Освоение производства востребованной, импортозамещающей продукции, обеспечение ее конкурентоспособности станет залогом успеха развития многих казахстанских предприятий», — заявил председатель правления ФНБ «Самрук-Казына» Тимур Кулибаев. «В свою очередь Фонд готов всемерно поддерживать подобные инициативы», — заверил он.

«КС как инструмент ограничен во времени, — размышляет Павел Беклемишев. — В условиях Таможенного союза мы его сможем применять только на идейном уровне. Китай начинает лоббировать идею создания зоны свободной торговли с ТС в рамках Шанхайской организации сотрудничества. Нам надо работать очень эффективно, чтобы использовать ближайшие пять-семь, максимум девять лет, чтобы получить приемлемый результат».

Либеральный взгляд на перспективы КС демонстрирует г-н Филин: «Думаю, что такого рода протекционистская политика ограниченно уместна в отношении предприятий с государственным участием. Доля ФНБ «Самрук-Казына» в ВВП достаточна, чтобы поддерживать экономику таким образом. А вот частному бизнесу надо оставить свободный рынок. Если мыслить с точки зрения свободного рынка и свободного предпринимательства, то эта мера очевидно искусственная и должна носить временный характер».

Но надо учесть, что при такой постановке дела РК следует распрощаться с планами уйти от статуса исключительно сырьевого придатка, или, если принять на вооружение мир-системный подход американского социолога Иммануила Валлерстайна — периферии капиталистической мир-экономики, центрами которой являются США, Япония и ЕС.

Выход в таком случае один — политическая воля, не афишируемая широко, но твердая и последовательная. Примеры тому уже есть. Г-н Беклемишев рассказывает, что в одной из частных бесед с норвежским коллегой, тот признался: «приоритет норвежскому» — это, помимо прочего, негласное требование правительства его страны, и бизнес-гиганты, работающие в Норвегии, соблюдали его. «Вплоть до того, чтобы платить норвежским компаниям на 10% больше. Нигде это не написано, но работает. Нужна политическая воля и всеобщее понимание важности этого вопроса», — подытоживает он.

Статьи по теме:
Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом

Тема недели

От чуда на Хангане — к чуду на Ишиме

Как корейский опыт повышения производительности может пригодиться Казахстану?

Тема недели

Доктор Производительность

Рост производительности труда — главная цель, вокруг которой можно было бы построить программу роста национальной экономики