Эксклюзив казахстанского инклюзива

Долго понятие «инклюзивное образование» для нас было неизвестным. А дети с ограниченными возможностями учились в спецзаведениях, что походило на дискриминацию. С этого года все меняется радикально

Эксклюзив казахстанского инклюзива

Детей с ограниченными возможностями (в официальной лексике — «дети-инвалиды»), которые пожелают учиться в общеобразовательных школах, не станут группировать в отдельные классы. Хотя, в отличие от спецзаведений, это был еще приемлемый вариант.

Заявленные стандарты

В Государственной программе развития образования РК на 2011—2020 годы впервые определены механизмы включения детей с ограниченными возможностями в образовательный процесс, обеспечения для них доступной среды. Об этом как о свершившимся факте в этом году сообщил директор департамента дошкольного и среднего образования Министерства образования и науки РК Бахриден Каримжанов. Он указал, что совместно с Комитетом по строительству, Министерством здравоохранения МОН РК внесены изменения в действующие СанПиНы, эти документы предусматривают создание безбарьерной среды в новых школах. До 2015 года будет построено 522 школы, и каждая из них будет оснащена всем необходимым, что нужно для детей с ограниченными возможностями. В первую очередь, это пандусы, подъемные устройства, специальная мебель, специальные санитарные комнаты в школах. А это значит, что во всех остальных школах средовая инфраструктура для инклюзивного образования полностью отсутствует. Пандусы, конечно, важны. Но не только и не столько в них дело.

Ключевые понятия

Разберемся с основными понятиями. Что есть инклюзивное образование, если оно возможно в Казахстане? Инклюзивное (включенное) образование — термин, используемый для обозначения процесса обучения детей с особыми потребностями в общеобразовательных школах. По мнению педагога-дефектолога из Астаны Майи Тишиной, инклюзия является ведущей тенденцией на современном этапе развития системы образования во многих странах. Это современная идеология, которая исключает дискриминацию учеников, но в то же время создает специальные условия для детей, имеющих особые образовательные потребности. Она воплотилась в образовательные реалии еще в 70-е годы прошлого столетия в Италии, Франции, Англии. Там признано, что все дети могут полноценно учиться, а их особенности достойны уважения. Директор алматинской гимназии № 46 Рауан Джунусова подчеркивает: «В основу инклюзивного образования положены принципы, исключающие любую дискриминацию. Обучая детей в школе, мы стараемся сгладить имеющиеся у них недостатки. Мы принимаем их такими, какие они есть. Инклюзия — гибкость в способах и подходах в его обучении. Такую гибкость надо использовать не только при обучении детей с особыми потребностями».

В мировой практике в вопросах по разработке модели инклюзивного образования выдвигаются требования:

— наличие определенного соотношения между нормально развивающимися и включенными учениками;

— небольшое количество последних;

— соответствующая подготовка учителей;

— наличие в школе специалистов, составляющих индивидуальные образовательные маршруты для каждого ученика.

Вход и выход

«На входе» — на весь Алматы всего четыре специализированных коррекционных кабинета. В Национальном центре коррекционной педагогики после долгой очереди (в один, два года) ребенку могут предложить на полгода два занятия в неделю по 30 минут и не более. В Республиканской детской больнице логопеды-педагоги ведут свои занятия в белых халатах по двое в одном кабинете, все в пределах тех же 30 минут. Нонсенс со всех точек зрения: педагогической, психологической и просто этической. Во всякого рода реабилитационных центрах и ассоциациях уровень проводимых с детьми занятий полностью бесконтролен со стороны государства и порой вреден для обучаемых. Конечно, через частные уроки (желательно не с одним специалистом) родители в состоянии подкорректировать проблемы своего ребенка.

Правда, в общеобразовательных школах предполагается введение новых ставок дефектологов и логопедов, которые будут осуществлять психолого-педагогическое сопровождение детей с ограниченными возможностями. Это будет происходить поэтапно в течение нескольких лет. Замечу, в самом Алматы вы с трудом найдете пару толковых специалистов, которые реально и достойно могут помочь ребенку с большими речевыми проблемами. Кстати, все они ушли в частную практику. Домашнее обучение давно превратилось в гетто для особых детей и надоедливое занятие для школьных учителей. Они устают от своей работы, так как не понимают, как надо работать с такими детьми. Учителя, как правило, не придерживаются школьной программы. Самая типичная фраза от них: «Надоела им эта программа. Им важнее адаптация в обществе». Исключения, правда, есть и в этом случае.

«На выходе» — обычная школа со своими типичными проблемами, нехваткой учителей, переполненными классами. Как учителю уследить за всеми, когда в классе проблемный ребенок, а остальные тоже ведь индивидуальны? Требуются совершенно новые подходы в подготовке специалистов. В школах зачастую нет логопедов, работающих с учениками младших классов, поэтому готовность казахстанской системы образования к инклюзии представляется весьма проблематичной. Как права Рауан Джунусова: «Обучая детей с особыми потребностями, мы сталкиваемся с рядом проблем. Это нехватка специалистов-дефектологов, логопедов. Другая проблема — социальная поддержка семей этих детей. Нас волнует проблема обеспечения детей с нарушениями опорно-двигательного аппарата транспортом. В обычных школах нет приспособлений для передвижения таких учащихся».

Но только в обычной школе для детей с особыми возможностями есть столь необходимая ситуация социальной адаптации. Психологами всего мира признается, что благодаря интенсивным занятиям в дошкольном возрасте ребенок с ограниченными возможностями оказывается полностью обучаемым. Такие случаи есть и в казахстанской образовательной практике. Но это пока заслуга родителей, которым на пути попались не просто добросовестные, а талантливые специалисты (логопед, педагог по дошкольному обучению, физиотерапевт, ведущий невропатолог и еще многие другие), наконец, просто человечный руководитель школы. На сегодняшний день, например, в Литве в спецшколах учатся дети только с тяжелой инвалидностью. А онлайн-обучение в России в первую очередь адресовано проблемным детям. Образование и оборудование для ученика (компьютер с видеокамерой, интернет-связь) в этой форме обучения бесплатные. Тем не менее и в таком раскладе работа в государственном образовательном учреждении «Технологии обучения» (г. Москва) построена на сочетании очных и дистанционных классов. Сравним это с тем, в каких скромных условиях существует начальная школа при Ассоциации родителей детей-инвалидов в Алматы.

Неизбежные трудности

Где-то «в серединке» казахстанского инклюзива редкие, но имеющиеся у нас специалисты, умеющие работать с особыми детьми в условиях обычной школы. Те, у которых установленный на занятии контакт ненавязчиво перерастает в требуемое сотрудничество. Как считает педагог-дефектолог высшей категории из Алматы Ольга Карелина, вопросы инклюзивного образования на сегодняшний день не решены: «На плечи родителей, кроме организационных вопросов по доставке своего ребенка в школу, ложатся все проблемы по созданию того самого безбарьерного пространства. Родители организуют и самостоятельно оплачивают необходимую специальную медицинскую и коррекционную помощь, дополнительные занятия, а также ассистента на занятиях в школе. Но первоначально-то родителям еще нужно очень постараться, чтобы найти школу, которая бы согласилась обучать такого ребенка! Слишком много проблем и материальных затрат! Такое положение дел часто пугает родителей, оказывается непосильным делом, и в результате многие дети, которые успешно могли бы обучаться по инклюзии, посещают специализированные школы или обучаются на дому», — сетует она.

Удачные примеры

В средней школе относятся трезво к инклюзивному образованию и к тем неизбежным проблемам, которые оно несет. Кстати, именно в обычной школе можно найти первые ростки инклюзивного образования. Рауан Джунусова оценивает ситуацию так: «В нашей школе мы стараемся создать атмосферу доброжелательности и теплоты. Поддерживаем веру детей в себя, в собственные силы, опираясь на лучшие качества ребенка. Присутствие в школе детей с ограниченными возможностями не умаляет учебные достижения школы и не вызывает негатива у других учеников. Конечно, мы не отвергаем значимости спецучреждений для детей с ограниченными возможностями, но мы понимаем, что обучение таких детей с обычными сверстниками дает им реальную возможность на полноценное развитие, дает возможность чувствовать себя увереннее в обществе, обогащает их жизненный опыт».

На Западе родители сами пристраивают своих здоровых детей в подобные лагеря, здраво рассчитывая на формирование у своих отпрысков чувства сострадания. Любопытен пример работы семейного дома «Ковчег» в Талгаре. Там делают то, что давно стало реальностью цивилизованного мира, в детских садах и школах которого разные по физическим возможностям дети могут находиться вместе. Но в Талгарском семейном доме это все ближе к инклюзивному воспитанию, но не к образованию.

Все это пока лишь единичные примеры удачного, но ограниченного (временем, пространством, конкретной школой) понимания инклюзивного обучения и воспитания. Проблемы по мере реального введения инклюзивного образования будут возрастать в геометрической прогрессии. Надо быть готовыми решать их. Казахстан уже повернулся лицом к детям с ограниченными возможностями. Есть не только государство, но и общество, в которое входят и те директора, которые принимают детей в свои школы, учителя, которые работают с детьми, соседи, которые могут помочь в нужную минуту.

Для ребенка с ограниченными возможностями (впрочем, и для любого иного тоже) главное — это уверенность в себе и умение нравиться себе, умение общаться с другими людьми. Ребенку легче приспособиться к жизни в обществе в детстве, а не в подростковом возрасте. Обычная школа для особого ребенка — сложно, тяжело, но это вопрос полноценной жизни.

Статьи по теме:
Казахстан

От практики к теории

Состоялась презентация книги «Общая теория управления», первого отечественного опыта построения теории менеджмента

Тема недели

Из огня да в колею

Итоги и ключевые тренды 1991–2016‑го, которые будут влиять на Казахстан в 2017–2041‑м

Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности