Легпром «зашивается»

Казахстанская легкая промышленность растет, но производители по-прежнему оценивают ситуацию как критическую

Легпром «зашивается»

Легкая промышленность РК — это 39 действующих производств, которые выпускают продукцию на 100 млрд тенге в год (290 млн долларов; данные за 2018 год). У отечественного легпрома хорошие перспективы роста: внутри экономики производится практически все сырье, рядом рынки с доступным предложением по недостающим материалам и средствами производства. Кроме того, в Казахстане относительно дешевый труд, и государство активно поддерживает производителей через комфортные налоговые режимы в рамках свободных экономических зон, а также субсидируя ставку по кредитам на оборотку и приобретение основных средств.

Рано или поздно эти факторы должны были сыграть на пользу отрасли, которая после многих лет нестабильности в последние три года показывает устойчивый рост производства. При этом участники рынка по-прежнему полны скепсиса относительно эффективности мер господдержки и защиты внутреннего рынка.

Рост на бумаге

По данным МИИР, за первые шесть месяцев 2019 года объем производства продукции легкой промышленности вырос на 16,7%. При этом выпуск физического объема текстильных изделий увеличился на 20,5%, одежды — на 8,4%, продукции кожаной и относящейся к ней продукции — снизился на 2,8%. По данным министерства, рост в текстильной отрасли обеспечен за счет увеличения производства хлопкового волокна, текстильных изделий и верхней одежды. В производстве кожаной продукции наблюдается спад за счет снижения объемов производства обуви.

Президент Ассоциации предприятий легкой промышленности (АПЛП) Любовь Худова связывает рост производства в стоимостном выражении с ростом цен из-за девальвационных процессов. «К примеру, по обуви мы как производили 1,5 млн пар, так и производим, ничего не изменилось в течение многих лет», — говорит она.

По данным официальной статистики, в структуре выпускаемой продукции легкой промышленности Казахстана 51% приходится на производство текстильных изделий, 38% — на производство одежды и 11% занимает кожаная продукция. Общий рост легкой промышленности за прошлый год составил 4,4%. При этом экспорт продукции легпрома уменьшился за год на 15,7%, до 179 млн долларов. Импорт по-прежнему увеличивается — рост на 15,6%, до 1,28 млрд. При этом больше всего импортируется обуви (16,5%) и других готовых предметов одежды и текстиля (72%).

В 2019 году планируется увеличить реальную валовую добавленную стоимость в легкой промышленности в пределах 10%, притом что для других отраслей, например, химической или горнодобывающей, плановые показатели, как минимум, не меньше 70%.

Продукция легпрома попала в список приоритетных производств, так называемой «экономики простых вещей» (ЭПВ), которую правительство поддерживает через субсидирование ставки по кредитам. В перечне ЭПВ 10 видов экономической деятельности, среди них — основная часть казахстанского легпрома. «Говорить о простых вещах — не сказать ни о чем. Внутри легкой промышленности 16 отраслей, у нас шелковая промышленность, которая к нулю сведена, а есть хлопчатобумажная, которая еще как-то развивается из-за свободной экономической зоны. По шерсти у нас голяк: все, что выращивается, даром уходит в Китай», — сетует Любовь Худова.

Шкура и бренды

Отечественная легкая промышленность, по данным АПЛП, обеспечивает внутренний спрос не более чем на 10%, при этом порог экономической безопасности составляет 30%. Большую часть товаров казахстанские производители реализуют за счет оборонзаказа и спецодежды. По словам предпринимателей, эта ситуация не меняется в течение многих лет. Наибольшая обеспеченность внутреннего рынка по хлопку, хлопковой пряже и швейным ниткам доля импорта составляет 0,33%, коврам — 47%; по всем остальным группам импортируется от 80 до 100% товаров (на апрель 2019 года). Возможно, оживления на рынке стоит ожидать от запрета на вывоз необработанных шкур. Его ввели всего на полгода, однако не исключается возможность продления.

По данным АПЛП, около 2 млн необработанных шкур скота находится вне отчетности госорганов и вывозится из страны по серым схемам. По крайней мере, 50% поголовья скота находится в частном секторе, где практически не соблюдаются ветеринарные требования, не уделяется должное внимание селекционно-племенной работе, отсутствует механический съем шкур. Теперь запрет позволит отечественным производителям обуви и кожгалантереи закупать шкуру у местных продавцов, что существенно сократит их затраты.

«Если взглянуть на Узбекистан, то они с 1995 года понятия не имеют, как и зачем нужно вывозить необработанную шкуру из страны. Россия с 2013‑го ввела запрет, белорусы также давным-давно ввели и постоянно его продлевают. Конечно, было бы хорошо, если бы вся шкура перерабатывалась у нас», — считает г-жа Худова. По ее словам, в Беларуси после запрета на вывоз необработанных шкур активно заработало кожевенное производство, и сейчас стоит вопрос о запрете вывоза полуфабрикатов. При этом она сетует на то, что в Беларуси готовятся более жесткие запреты, в то время как Казахстан делает в этом направлении первые робкие шаги — ассоциация билась за этот запрет три года.

Еще одним драйвером роста может стать развитие национальных брендов. Любовь Худова рассказала о том, что в конце 2015 года по инициативе ассоциации была создана рабочая группа, которая разработала программу KazBrands. Методика основывалась на опыте Турции, суть заключается в поддержке национальных брендов путем продвижения и субсидирования торговых площадей для их представления в торговых точках. Эту программу одобрили как в парламенте, так и в МИИР, однако после одобрения никаких решений не последовало. Эксперт отмечает, что сегодня в Казахстане существует как минимум 10 брендов, которые экспортируют свою продукцию (Mimioriki, Zibro и др.).

Ограничивает продвижение национальных брендов отсутствие возможности арендовать в торговых центрах площади. «Государство может поддержать строительство торговых центров, а когда возникает необходимость в помощи по размещению отечественного продукта, к нам поворачиваются спиной. Получается, торговые центры строятся, чтобы продавать зарубежную продукцию. Почему бы законодательно не решить этот вопрос? Торговые центры превратились в арендодателей торговых площадей», — считает она. Если законодательно решить вопрос с предоставлением торговых площадок под отечественного производителя, то люди пойдут в эту отрасль, уверена глава АПЛП.

Уравнять конкуренцию

В Казахстане производится все необходимое сырье для производства продукции легкой промышленности, кроме того, в стране ежегодно собирается около 250 тыс. тонн хлопка. Из данного объема около трети перерабатывается, оставшаяся часть идет как сырье на экспорт. Была открыта свободная экономическая зона «Оңтүстік», которая находится в приграничном регионе с Узбекистаном — крупнейшим производителем хлопка. Есть все условия для того, чтобы выпускать качественный и недорогой продукт как для местного рынка, так и на экспорт.

Инна Апенко, директор Mimioriki, считает, что мы проигрываем страновую конкуренцию в отрасли, поскольку не создаем базовых условий, которые есть у наших соседей. «Как предприниматель я не заинтересована производить одежду в Казахстане в большей степени, чем делать ее в Узбекистане, например. Я с большим желанием буду инвестировать средства там, потому что в этой стране есть ряд преференций, и в меньшей я буду инвестировать здесь, потому что преференций вообще нет», — говорит она. Вместе с ассоциацией она не раз выходила с инициативами по уравниванию условий для отечественных производителей, показывала инструменты, которые можно использовать, например, дешевые деньги (под 2%) или налоговые льготы, однако ситуация меняется медленно.

На отечественном рынке продукции легпрома присутствуют не только Китай, Кыргызстан и Узбекистан, но и Пакистан, и Туркменистан. «Мы видим конкурентов, которые приходят на наш рынок. Все говорят, мол, у нас рынок маленький. Но почему рынок маленький для наших отечественных производителей, если на рынок приходят другие производители», — горячится г-жа Худова.

Успех импортеров, по ее словам, связан с льготами и преференциями, которые производителям предоставляют дома. Таким образом они получают возможность демпинговать на рынке РК. «Это делается специально, чтобы разрушить рынок, на который они заходят, уничтожить наших производителей. Конечно, они будут увеличивать стоимость своей продукции. Вспомните, с какими ценами они заходили раньше и какие цены сейчас — большая разница», — говорит г-жа Худова.

Президент ассоциации приводит в пример Кыргызстан, где все предприятия легпрома освобождены от налогов, независимо от величины все компании работают по патенту; упрощены все процедуры для них. В РФ предприятиям легпрома на 50% снизили НДС на школьную форму и детские изделия. Если производитель шьет из ткани, производимой в стране, то субсидии идут текстильным предприятиям. «У нас получается, что любое предложение заканчивается отказом и мотивируется тем, что мы находимся в ВТО, однако Кыргызстан тоже там, но ему это не мешает помогать легпрому», — говорит собеседница.

В числе других проблем — теневой рынок. По словам г-жи Худовой, все, что завозится к нам, может попадать на прилавки без сертификации и декларирования. «Это небезопасно для жизни и здоровья людей. У нас нет даже органа в стране, который бы этот ввоз контролировал и проверял. У нас есть технический регламент в рамках Таможенного союза, но нет органа, который бы это курировал», — делится она.

Главный вопрос, стоящий перед производителями, — когда у нас создадут равные условия с соседними странами. Субсидированные кредиты — хороший инструмент, но многие фирмы получить их по факту не могут, сказываются старые проблемы с залоговым имуществом: его нет либо оно не соответствует требованиям банков. «Мы предлагали работать в условиях государственно-частного партнерства. Пусть создадут у нас совместно с государством такие предприятия, образуют цепочку добавленной стоимости, чего нет на нашем рынке», — заключает г-жа Худова.

Статьи по теме:
Общество

Виртуал стал реальностью

Сегодня одной из прибыльных профессий в мире считается не врач, не инженер, и уж, конечно, не учитель, а блогер

Общество

Судьба артиллериста

Две книги о Пушкине, повесть на материале античной истории и один текст любовной восточной сказки — вот и все, что мы знаем об алма-атинском писателе Николае Раевском

Экономика и финансы

Укрепление слабой позиции

Чем больше в компании частных инвесторов, задающих неудобные вопросы, тем выше должна быть ее эффективность

Тема недели

Курс Токаева

Касым-Жомарт Токаев — продолжатель или реформатор? Новый президент старается оставить за собой возможность выбрать любую из двух ролей