Национальная Караганда

Действующая политика нациестроительства дает сбой, но придумать новую властям будет непросто

Национальная Караганда

Пьяная потасовка с летальным исходом в одном из карагандинских ресторанов в новогоднюю ночь привлекла внимание не только жителей этого города, но и всех казахстанцев. Власти всячески пытались и до сих пор пытаются представить конфликт как бытовой. Однако значительная часть комментаторов в соцсетях (СМИ в первые дни после события не информировали о случившемся) увидела в инциденте межэтнический подтекст. Наиболее активные жители Караганды даже вышли на улицы, требуя от властей разобраться в ситуации и наказать виновных.

События в Караганде в очередной раз остро поставили вопрос о необходимости профилактики целого пласта вопросов и решения кризисных моментов политическими институтами. Может ли это свидетельствовать о тревожных тенденциях?

Свист из котла

Надо признать, что политика мультикультурализма в нашей стране не раз проходила испытание на прочность. На официальном уровне декларируется приверженность власти политике гражданской нации (можно применить и понятие «национализм», но в отечественном дискурсе оно имеет негативные коннотации).

Инцидент в Караганде в очередной раз показал, что конфликты на межэтнической почве в Казахстане имеют схожие особенности: инциденты вырастали из бытовых вопросов, где жертвой оказывается представитель титульной нации, в защиту которого выступает группа националистически настроенных инициативных граждан.

За всю историю как советского, так и современного Казахстана происходило немало столкновений, которые можно охарактеризовать как межэтнические. Самым резонансным из происшествий последних лет был случай в селе Сайфуллино Южно-Казахстанской (ныне Туркестанская) области в 2016 году — конфликт, спровоцированный слухами о том, что 14‑летний парень-таджик изнасиловал 5‑летнюю девочку-казашку. Исход — приведшие к жертвам столкновения между казахами и таджиками. Ситуация нормализовалась лишь после привлечения большого количества полицейских.

Гражданское нациестроительство выполняет сугубо фасадную роль, тогда как ядром национальной политики уже давно стала казахизация

Следующий памятный конфликт произошел в селе Бурыл Жамбылской области в том же году. Убийство пятилетнего мальчика-казаха семнадцатилетним парнем-турком (попав в дом с целью ограбления, вор столкнулся с сыном хозяина и убил его) также подтолкнуло казахов, проживающих в селе, пойти против местного сообщества турков. В итоге в Бурыл были стянуты наряды полиции и в селе был объявлен комендантский час.

Этот список можно продолжать и дальше: межэтнические столкновения с таджиками (в Сарыагашском районе), представителями кавказских народов (Жанаозен, Усть-Каменогорск, Маловодное), уйгурами (Чилик) и другие.

Реакция властей на все случаи также схожа: молчание в государственных СМИ, запоздалая официальная информация, после того, как большинство казахстанцев уже узнали о событии через «сарафанное радио», привлечение максимального количества полицейских на поздних фазах развития конфликта.

[Не]межнац

Постараемся восстановить картину событий в Караганде. Словесная перепалка в новогоднюю ночь между группами посетителей ресторана «Древний Рим» переросла в драку, которая привела к гибели одного из ее участников. Труп 23‑летнего Рахымжана Жансеита, который получил смертельный удар ножом в бедро, полиция нашла позже. Трое участников получили ранения.

На утро нового года вся страна узнала об инциденте: в социальных сетях стали циркулировать видео конфликта, якобы между группой казахов и армян, и различные слухи, например, о том, что карагандинские армяне, опасаясь погромов, бежали из собственных домов. Отсутствие оперативной реакции со стороны официальных лиц лишь подкрепляло уверенность наблюдателей, что конфликт межэтнический. На следующий же день группа карагандинцев собралась на территории ресторана с требованием найти виновных в смерти парня и привлечь их к ответственности. Полиция области тут же заявила об отсутствии межнациональной составляющей в конфликте.

Только на третий день появилась обратная связь из нескольких официальных источников. В заявлениях прокуратуры и полицейских области говорилось, что были задержаны 8 участников конфликта, еще один, Нарек Гугурян, объявлен в розыск. Заведены дела по статьям «убийство» и «хулиганство».

Прокурор области Марат Сексембаев подчеркнул, что конфликт между клиентами заведения произошел на почве ссоры после употребления спиртных напитков. «Однако отдельные лица пытаются дестабилизировать обстановку. Спекулируя данной темой, они провоцируют граждан и их близких на незаконные действия. Распространяют в социальных сетях заведомо ложную информацию о конфликте на межнациональной почве, которая нацелена на манипулирование общественным мнением«, — охарактеризовал ситуацию г-н Сексембаев.

По прошествии шести дней отсутствие развернутой информации о действиях правоохранительных органов побудило народ выйти в центр города. У здания ДВД области состоялся митинг с участием свыше двухсот человек. Из толпы доносились ультраправые лозунги.

Протестующие также требовали от властей обеспечить транспарентность расследования дела и привлечь к ответственности виновных в убийстве парня-казаха. Вышедший к митингующим аким области Ерлан Кошанов заявил, что дело находится под особым контролем Генпрокуратуры, также пообещав, что «никто из виновных в разжигании конфликта не уйдет от ответа».

В этот же день в социальных сетях было размещено видеообращение главы армянского национального культурного центра Караганды Артура Навасардяна. «Мы скорбим и приносим искренние извинения за случившееся», — сказал он. Показательно, что глава армянской общины в выступлении сказал несколько слов на казахском языке, выражая соболезнования.

7 января Нарек Гугурян сам вышел на связь: он опубликовал видео в соцсетях, в котором признал свою причастность к драке, но отрицал, что кого-то убивал. Молодой человек заявил, что готов сдаться властям только в том случае, если они гарантируют ему безопасность. «Я готов нести ответственность за свои поступки, но чужой грех на себя не возьму, я не убийца», — сказал он.

8 января в Астане вице-министр внутренних дел Жанат Сулейменов дал развернутый пресс-брифинг, повторив предыдущие тезисы о том, что усматривать данный инцидент как пример межнационального конфликта не стоит. Полицейский также добавил, что замедленная реакция со стороны правоохранительных органов объясняется тем, что полиция не могла говорить, пока не выявит причастных и не расследует дело.

В то время как казахстанские СМИ молчали об инциденте (активность проявляли только пользователи соцсетей), страницы армянских новостных лент пестрели возмущенными заголовками, некоторые из которых носили откровенно провокационный характер.

Разрыв коммуникаций

Ситуация в Караганде обнажила целый пласт нуждающихся в решений проблем. Модель гражданской нации, о которой так много говорят казахстанские власти, на практике то и дело дает слабину.

Карагандинский кейс продемонстрировал, что властям предстоит огромная работа в сфере антикризисного менеджмента. Сложность ситуации в том, что о межэтнических конфликтах крайне непросто говорить, и поэтому многие СМИ предпочли отмолчаться, возможно, дождаться отмашки сверху. Но их молчание сделало единственным источником информации соцсети, в которых шли вбросы и циркулировали слухи.

Ассамблея народа Казахстана, которая призвана быть межэтническим медиатором, в первые дни также не предоставила никакого отклика на события. «Ассамблея должна была первой выступить в прессе и сказать: ни о каком межэтническом конфликте речь не идет […], — заявил в интервью Forbes.kz политолог Айдос Сарым. — Что, для этого надо было шесть дней ждать?! Зачем нужны эти организации, если они могут работать только из-под пинка?»

Но есть и позитивные подвижки. Коммуникативный разрыв между властями и населением имеет тенденцию сокращения. Позитивный момент в том, что местные власти не стали разгонять несанкционированное мирное собрание (как это происходило во время «земельных» митингов в 2016‑м). Более того, полицейские начальники пригласили лидеров собравшихся в здание ДВД и около часа рассказывали им о том, какие оперативные действия предпринимаются. Сами собравшиеся вели себя (если не считать некоторые выкрики из толпы) непровокационно, слухи о погромах так и не подтвердились.

Фасад с трещиной

Эксплуатация радикальных и ультраправых высказываний националистически настроенной части населения подвергает риску те успехи в национальной политике, которые были достигнуты за годы независимости.

Следует признать, что гражданское нациестроительство выполняет сугубо фасадную роль, тогда как ядром национальной политики уже давно стала казахизация. Казахизация всех сфер общественной жизни происходит очень осмотрительно и осторожно. Свидетельством тому может послужить ряд идеологических программ — «Мәңгілік Ел» (хоть она и утратила свою актуальность ввиду все новых и новых инициатив), «Рухани жаңғыру» и последняя статья президента Нурсултана Назарбаева «Семь граней Великой степи»: под гражданской оболочкой скрывается этническое ядро.

Этноцентристская политика проводится очень деликатно: власть уже на протяжении нескольких лет использует риторику гражданской нации казахстанцев. К примеру, апеллирование к русскоязычной аудитории осуществляется вокруг темы толерантности, о необходимости русского языка для межнационального общения и сохранения мира и т.д.

Напрашиваются политтехнологические реформы в сфере национальной политики, но, учитывая большое их количество (в образовательной, индустриальной и идеологической сферах), власть может посчитать еще одну концепцию нациестроительства вредной или чрезмерной. Однако даже если такую программу разработать, это будет расцениваться как признание провала национальной политики или отрицание нации казахстанцев.

Статьи по теме:
Культура

Вкус традиции

Роман о традиционной казахской музыке и мифологической картине мира, исчезающих под натиском цивилизации, издан на шести языках

Казахстан

“Батыс” занял на стройку

Займ в почти 15 млрд тенге “Батыс транзит” привлек под проект ГЧП у Евразийского банка развития

Наука и технологии

Научный край

Профессиональное научное сообщество РК ждет реформ, которые изменят систему финансирования науки

Экономика и финансы

Дорогая валюта нам не дорога

Стабильно высокий курс иностранной валюты по отношению к тенге противостоит долларизации