Неюбилейные заметки

Редакционная статья

Неюбилейные заметки

В этом году исполнилось 25 лет национальной валюте, четверть века со дня создания отпраздновала и Казахстанская фондовая биржа. Ранее «серебряные юбилеи» отметили многие банки и другие финорганизации — в зависимости от даты начала деятельности. За эти годы финансовый сектор Казахстана потрепали кризисы, девальвации, экономические бури, но он все же накопил достаточно сил и опыта, чтобы считаться зрелым. А сейчас банки стоят на перепутье: ситуация в экономике настолько изменилась, что настала пора перемен — нужно менять бизнес-модели. Универсальность, к которой перешли многие фининституты в начале 2000‑х, трещит по швам. Она хороша, когда в экономике гармонично развиваются все сегменты — малый и средний бизнес, крупные предприятия, когда люди готовы делать покупки и жить в кредит, а главное все перечисленные экономические агенты платежеспособны.

Впрочем, в определении заместителя директора S&P Global Ratings по финансовым институтам Ирины Велиевой «как в Казахстане, так и в России под маркировкой “универсального банка” чаще всего обнаруживается корпоративный банк с высокой концентрацией кредитного портфеля и существенной долей кредитования связанных сторон, а такая модель развития пробуксовывает уже по понятным причинам». Такие банки действительно были и есть: эта модель нежизнеспособна, мы наблюдали тщетные усилия государства и финрегулятора спасти БТА Банк, который был просто образцом вот такой «универсальности». Есть и другие институты, которые ведут себя подобным образом: «схемачество» живуче. Финрегулятор сейчас взялся за выявление таких схем, поможет ему в этом риск-ориентированный надзор, о котором так много говорили уже года два, но наконец приняли на законодательном уровне.

Казахстанские банки сейчас ругают все, кому не лень, за то, что они не кредитуют экономику. Да, до кризиса 2008 года у нас наблюдался кредитный бум. А теперь, посмотрим, кто заемщики: строительные компании, торговля — можно проверить по статданным, они были главными должниками банков; ипотечники–физические лица, которые брали кредиты в основном на долевое участие в строительстве жилья, которое ранее прокредитовал банк, и так далее. Конечно, получали займы и промышленные предприятия, и сельское хозяйство, но их доля в кредитовании оставалась небольшой до тех пор, пока не стали действовать различные государственные программы по поддержке отдельных отраслей.

После кризиса государству пришлось за свой счет достраивать замершие строительные объекты, рефинансировать — и не раз — ипотечные кредиты, потому что они повально выдавались в иностранной валюте, а несколько девальваций сделали долги просто неподъемными; пытаться спасти банки, которые, набрав за рубежом долгов, не смогли по ним расплатиться. Можно согласиться с тем, что власти вошли во вкус и не хотят оставить рынок рыночникам. Но возможно, они просто боятся: буквально этой осенью прошла последняя по времени акция из ряда «государство спешит на помощь» — выкуп долгов АПК в объеме 450 млрд тенге у Цеснабанка. И еще, БВУ получат 600 млрд тенге на кредитование экономики.

Банкиры говорят, что субсидирование искажает кредитование, но продолжают работать по госпрограммам, да и эти 600 млрд тенге получены не без помощи банковского лобби. Субсидирование ставок по кредитам бизнесу выталкивает банки из нормального оборота денег в экономике. Впрочем, здесь все взаимосвязано. У банков база фондирования главным образом складывается из депозитов компаний и населения. Долларизация и высокая инфляция влияют на ставки вознаграждения по вкладам. В настоящий момент вклады физлиц превысили депозитную базу юрлиц, но скорее всего, это связано с переоценкой растущего курса доллара — население держит более половины сбережений в иностранной валюте. Вкладчики привыкли получать высокие проценты, предприниматели хотят дешевых денег — вот такая вилка. Дешевые только доллары, но их брать никто не хочет, да и банкам невыгодно кредитовать в валюте. Эта ситуация вынуждает банки искать других клиентов и внедрять хорошо продающиеся услуги. Клиенты эти — физические лица, услуги — различные высокотехнологичные продукты и сервисы. Это высокорискованный сегмент, но и более доходный. Да и диверсификация рисков получше, чем в корпоративном секторе: неплатежи по одному потребительскому займу все же можно компенсировать, когда долги перестает выплачивать завод-гигант — это уже большая проблема.

Мало кого волнуют, что вырастут риски государства. Во-первых, потребительское кредитование стимулирует покупки, но, к сожалению, не отечественных товаров — чаще всего в кредит покупают бытовую технику, электронику, смартфоны. А это сплошь импортные товары. В результате растет импорт, что в условиях очередного падения цен на нефть не лучшим образом отражается на платежном балансе, а значит, и на национальной валюте.

Читайте так же тему номера: В фокусе-физическое лицо 

Статьи по теме:
Тема недели

В ответе за тех, кого пролечили

Случаи уголовного преследования врачей вскрыли пласт системных проблем в казахстанском здравоохранении

Общество

Вкусный этноцентризм

Почему казахскость стала центральным объектом популярной музыки на государственном языке?

Экономика и финансы

Без сюрпризов

Ренкинг 500 самых крупных компаний показал высокую концентрацию бизнеса: на 50 предприятий приходится почти 95% совокупной прибыли

Казахстан

Экспорт в приоритете

Свыше 55% произведенных аккумуляторов талдыкорганского «Кайнар-АКБ» экспортированы за рубеж