Путь к себе

К съемкам фильма «Человек, который убил Дон Кихота» Терри Гиллиам готовился 29 лет

Путь к себе

Известный британский режиссер американского происхождения, участник распавшейся влиятельной комик-группы «Монти Пайтон», свой последний фильм, который был посвящен вере в Бога и критике технократии, снял в 2013 году. Идея картины о «Дон Кихоте» пришла Терри Гиллиаму намного раньше, еще в 1989‑м. Сниматься в ней должны были такие знаменитые актеры, как Шон Коннери, Дени де Вито и Джонни Депп. Но из-за финансовых затруднений и перипетий с продюсерами проект не состоялся. К съемкам приступили лишь в 2017 году. Одним из продюсеров выступила дочь режиссера — Эми Гиллиам.

Фильм после показа на Каннском кинофестивале получил средние оценки критиков, и хотя в нем задействованы отнюдь не голливудские звезды, это в полной мере феерическая мистерия. Актеры — Адам Драйвер, Джонатан Прайс, Ольга Куриленко, Стеллан Скарсгорд и Жорди Молья — подобраны и играют блестяще. Отдельного внимания заслуживают оператор Никола Пекорини и художник-постановщик Бенхамина Фернандеса, а также звучащая в фильме музыка Роки Баньоса. Это потрясающе красивая картина, в которой впечатляет не только визуальный, но и звуковой, музыкальный ряд, усиливающий впечатления от увиденного.

Не помню, когда последний раз смотрела такое замечательное кино, в котором все образно-смысловые слои гармонично и диалогично взаимодействует друг с другом. Бинарные оппозиции и герои в нем меняются местами, а бесконечная сюжетная линия кольцуется в вечно повторяющийся мифологический цикл. На каждом сюжетном витке происходит соединение конкретного и переносного планов, реального и ирреального, метафор и жизни. Трансформационная игра начинается с приземленного уровня, на котором оказался герой, забывший о своей миссии и назначении искусства. Тоби Грисони возвращается к началу пути, в испанскую деревушку, где он снял, будучи студентом, свой первый фильм о Дон Кихоте. Из череды метаморфоз и приключений становится понятным, что не только Дон Кихот, Санчо Панса, Дульсинея и другие встречающиеся по дороге персонажи олицетворяют архетипы и символические образы, но и самая главная фигура, вокруг которой, как кажется, все вращается, но которая в действительности все и вращает — и есть наш главный герой, трикстер, протагонист и антагонист одновременно. Все возвращается в исходную точку и начинается заново на новом уровне, с преображенными персонажами.

Гиллиам продолжает играть со зрителем в свои любимые экзистенциальные игры, начатые в известных, ставших уже классикой фильмах «Бразилия», «Король-рыбак», «12 обезьян», а потом и в «Стране приливов» и «Воображариуме доктора Парнаса». Как в названных лентах, после борьбы со своей тенью и возвращением проекции себе, герой задает более высокую планку — воссоединение со своей алхимической половиной, анимой. Помимо тени как проекции героя, которой оказывается в общем-то положительный, на первый взгляд, персонаж Дон Кихот, Тоби Гринсони в своих скитаниях сталкивается со страхами, имеющими отношение к коллективному сознанию. Оказавшись у бродячих албанских нелегалов, в которых он заподозрил террористов и страшно перепугался, Тоби ночью видит сон о средневековой испанской инквизиции, преследовавшей инородцев. Сон и явь переворачиваются, бинарные оппозиции меняются местами. Волк становится овцой, а овца — волком. Чужаки-террористы оказываются преследуемыми властями обездоленными скитальцами — простыми, наивными людьми, нуждающимися в помощи и понимании. Формирование образа врага через проекцию тени не обошлось и без русского следа. Кстати, это уже вторая увиденная за неделю премьера, в которой злодеями выведены русские. В вольной переделке классики нового владельца испанского замка и русского бизнесмена играет Жолди Малья, которому блестяще удается роль высокомерного подлеца и женоненавистника. Этот образ — архетип русского врага, как крайнего полюса европейской ойкумены, равного и опасного, вроде бы похожего на тебя, но в то же время и непредсказуемого — чужого. Благодаря этому гротескному образу, герой проходит испытание, перейдя на новый виток — разобравшись в себе и вернув возлюбленную. Тоби становится Дон Кихотом.

Театрализованное декорированное действо — конек Гиллиама: сам будучи художником и аниматором, он всегда умел находить язык с лучшими итальянскими сценографами и операторами, благодаря чему его картины превращались в сказочные феерии. А зритель наслаждается мастерски сотканным художественным полотном с игрой теней и света, переливчатыми переходами и метаморфозами.

«Человек, который убил Дон Кихота» — не только мифологическая мистерия жизни, вроде «Одиссеи» Гомера, «Улисса» Джойса или «Москвы-Петушков» Ерофеева. Но и путешествие в творчество самого режиссера, с аллюзиями и экивоками в глубь истории культуры — литературы, живописи и кинематографа. Нередко это прямые цитаты из картин Гиллиама — «Страны приливов» и «Короля-рыбака» или отсылки к братьям по цеху — Питеру Гринуэю или Федерико Феллини. Убийство Дон Кихота — это убийство дракона с целью занять его место, убийство самого себя, своей собственной тени, образ вечного возвращения, обновления и воскрешения. Это великий, сатирический и одновременно экзистенциальный эпос уходящей натуры и непреходящей эпохи Ренессанса, метафора разрушения иерархии ценностей и предчувствия прихода Нового времени — возвращение к себе Другому.

Статьи по теме:
Казахстан

Форум партнеров-2018

АТФБанк и его клиенты пишут свою формулу успеха

Спецвыпуск

Рейтинг годовых отчетов

Годовой отчет АО «Аграрная кредитная корпорация»

Спецвыпуск

Специальное приложение

Годовой отчет-2018: новые ориентиры коммуникации

Тема недели

В фокусе — физическое лицо

Основной тренд современного казахстанского банкинга — нишевой бизнес, цифровизация и сервисы, связанные с использованием информационных технологий