Эхо «Новой сцены»

В Алматы вспоминали Бориса Николаевича Преображенского

Важным событием театральной жизни Алматы стали не новая постановка местных театров и не гастроли приезжей труппы, а вечер памяти режиссера Бориса Преображенского на Большой сцене театра ARTиШОК. Мероприятие так и назвали: «Наш Преображенский. 80 лет».

Скончавшийся шесть лет назад, он остается одной из знаковых и наиболее ярких фигур в истории казахстанского театра. Поклонники и многие театроведы считают вклад Бориса Преображенского в развитие театра не только новаторским — революционным. Достижения режиссера в театральном искусстве были оценены и официально: мастер был награжден званиями заслуженного деятеля искусств двух стран — Казахстана и Российской Федерации, что достаточно редкий случай. Являлся он и кавалером французского ордена «За заслуги в области искусства и литературы». Впрочем, официальные звания и награды — важная, но не главная характеристика творческой личности. Главное — память о ней. И вечер показал, что многие помнят и продолжают любить мастера. «Борис Николаевич! Скучаем…» — эту фразу из спектакля, произнесенную актрисой Вероникой Насальской, одной из учениц Преображенского, можно было сделать эпиграфом вечера.

Жизнь под абажуром

Борис Преображенский родился в России. Режиссерское образование получил в Ленинграде, будучи учеником Георгия Товстоногова. Имел немалый опыт работы в Большом драматическом театре, знаменитом БДТ. В Алматы был приглашен в 1986 году, когда работал в Иркутском областном театре юного зрителя: ему предложили возглавить алматинский ТЮЗ имени Н. Сац. Как впоследствии шутил он сам: «Согласился съездить и посмотреть город яблок и роз за счет государства, так как самому мне было не по карману». В результате с 1986‑го по 2005 год прослужил художественным руководителем и главным режиссером Алматинского русского театра для детей и юношества.

На вечере памяти собрались многие ученики режиссера. Один из них, Александр Туляков, проживающий ныне в Германии, прислал видеообращение, в котором пожелал провести «прекрасный вечер воспоминаний». Организаторам, актерам, исполнявшим роли самих себя, и публике это удалось полностью. Из реквизита на сцене был только небольшой столик с подсвечником под абажуром. Явно напоминание о словах Преображенского, что, когда он ставил спектакль «Белый крест» по булгаковской «Белой гвардии», его интересовали не винтовки и пулеметы. «Интересна была та жизнь, что происходит “под абажуром”», — говорил он. Отсутствие реквизита полностью компенсировалось эмоциональными, очень теплыми воспоминаниями и мастерством актеров. Художественный руководитель театра ARTиШОК Галина Пьянова рассказала, как в 11 лет несколько раз ходила на спектакль «Белый крест», даря режиссеру сорванные с клумбы розы; а Вероника Насальская вспоминала, что украла афишу этого спектакля…

С 1991 года Борис Николаевич запустил новаторский для Алматы театральный проект — «Новая сцена», которым руководил одновременно с работой в ТЮЗе. Выстрелил проект, когда там поставили «Белый крест». Спектакль помнят все театралы, заставшие те времена. Успех во многом обеспечила и наступившая в конце 1980‑х эпоха взрывного интереса к тем страницам истории и культуры, которые раньше были не в фаворе у властей. Но главным, конечно, было мастерство режиссера. Будучи человеком талантливым, принадлежа к поколению «шестидесятников», Преображенский такое произведение и не мог поставить серо. Во время вечера памяти зачитывали отрывки из интервью режиссера, данных им журналисту Алексею Гостеву, в одном из них он затронул и эту тему: «Шестидесятые годы для моего поколения и лично для меня имели огромное значение в становлении наших личностей. Это было как чистый воздух. То, что раньше существовало в пространстве кухонь хрущевских малогабаритных квартир, выплеснулось на пространство Политехнического музея и площади Маяковского! Эти годы имели огромное значение для нашей культуры». Интересно, что постановка «Белого креста», как потом в одном из интервью подчеркивал Преображенский, шла в дни ГКЧП, путча в Москве…

Потом были постановки многих других спектаклей, в том числе «Доктора Живаго», «Чайки», «Зависти». Театр начал греметь не только от аплодисментов публики — информационное пространство казахстанских СМИ было полно рецензиями на спектакли «Новой сцены». Алексей Гостев вспоминал на вечере памяти: «Тогда Борис Николаевич, пожалуй, был главным ньюсмейкером в стране. Журналисты к нему выстраивались в очередь за интервью, потому что он постоянно давал информационные поводы. Я не припомню другого режиссера, который бы на страницах газет разбирал еще только задуманный, но не поставленный спектакль. Я тоже подпал под лучи его уникального обаяния; восхищали острота его ума и точность выводов. Когда мы еще не были лично знакомы, мне хотелось крикнуть, подобно герою Высоцкого: “Отведите меня к нему! Я хочу видеть этого человека!”».

Затесь на сердце

Естественно, режиссер работал и в ТЮЗе. Время для театра было не самое простое: казахский и русский ТЮЗы в Алматы размещались в одном здании, сцену делили поочередно. Очевидно, такой режим был неудобен для актеров и режиссеров, но на качестве спектаклей это не отражалось. В 2000 году театр получил новое помещение — бывший дворец культуры АХБК. Говорят, что Борис Преображенский не был доволен им, считая, что это здание — не более чем клуб, а для театра клуб — не место. Может быть, это было причиной того, что его душе стала ближе «Новая сцена». Известный юрист и друг Преображенского, инициатор проведения вечера памяти Виталий Воронов говорит об этом так: «Преображенский любил малую сцену, потому что это своеобразная форма общения со зрителем. Некоторые даже его обвиняли, что он, мол, боится большой сцены. На самом деле ему было просто интереснее творить в такой, маленькой мастерской».

Что бы ни лежало в основе этой любви, результат был яркий. «Новая сцена» быстро стала большим явлением в театральной жизни Алматы, да, пожалуй, и всего Казахстана. Билетов было не достать. Получила она популярность и у властей, и у титулованной интеллигенции: посещали ее многие городские акимы, высокие чиновники, известные артисты других театров. Тем не менее жизнь Преображенского легкой не была. Случались острые конфликты с администрацией театров, появлялись весьма жесткие материалы в газетах.

Проблемой режиссера было и злоупотребление алкоголем, порой весьма сильное. Это здорово мешало, плохо влияло на ряд проектов. Так, например, получилось с идеей создания муниципального театра в Алматы. Как рассказывают близко знавшие его люди, этот вопрос уже был практически решен с акиматом, и тут, к сожалению, по указанной причине все сорвалось. Сам Преображенский эту свою слабость не отрицал. Как позже говорил он в интервью Алексею Гостеву, «у слов “вина” и “вино” общий корень».

И все же друзья и ученики, как и зрители его спектаклей, вспоминают Преображенского иным. Заслуженный артист Казахстана Игорь Личадеев говорит о нем так: «Мы не часто называем кого-то Учителем. Вот для меня Борис Николаевич был Учителем, несмотря на то что я с ним встретился, будучи уже взрослым человеком, со своей системой взглядов. Бывают режиссеры, которые деформируют актера. У него этого не было, наоборот, работая с ним, ты и сам начинал личностно расти. Надо сказать также, что несмотря на сердитый голос, это был трогательный и архидобрый человек». Любовь и заботу об учениках отмечают все, кто работал с режиссером. Многим он дал не только опыт и творческую путевку в жизнь, но и помог получить звание. Для адвоката Виталия Воронова знакомство с режиссером тоже стало своеобразной путевкой: «Я познакомился с ним в 1995 году в качестве юриста — против него тогда шла кампания в прессе. История закончилась нашей победой. А я стал театралом — до того я не был большим любителем театра. Преображенский мне его открыл. Я стал одним из немногих не актеров, кому он позволял бывать на репетициях. Сейчас я большой поклонник театра, знаком и дружен со многими режиссерами, и нашими, и российскими. Если бы не Преображенский, то как поклонник театра я бы не состоялся».

В 2005 году Борис Николаевич покинул Алматы, но в 2010‑м вернулся. Не раз подчеркивал, что очень полюбил город и людей. Пытался реанимировать идею муниципального театра; видел его по типу Театра наций, чтобы в нем играли актеры разных театров — казахского, русского, уйгурского, корейского… Не успел — в 2012 году Преображенского сразил инфаркт.

Статьи по теме:
Казахстанский бизнес

Закинуть сети в интернет

Государство намерено обязать онлайн-продавцов публиковать полные данные о себе и товаре. Но этого недостаточно для защиты прав потребителей

Казахстанский бизнес

Железная рыночная власть

Государство приняло доводы металлургических заводов о том, что стране грозит дефицит лома. На четыре года был ограничен экспорт лома в страны, не входящие в ЕАЭС, что нанесло серьезный удар по ломозаготовителям

Повестка дня

Коротко

ПОВЕСТКА ДНЯ

Казахстан

Напоим соседей молоком

Казахстан увеличил экспорт молочной продукции