Песчанка, сэр

KAZ Minerals покупает крупный медный проект на Чукотке — Баимское месторождение

Песчанка, сэр

Казахстанская KAZ Minerals победила «Норильский никель» («Норникель») в борьбе за Баимскую площадь на Чукотке. Финансовое состояние KAZ Minerals в период переговоров выглядело более свободным, чем у «Норникеля». Если Баимский проект будет производить по 250 тыс. тонн меди в год, как это заявлено в релизе KAZ Minerals, то в течение 10 лет компания более чем удвоит объем своего производства с нынешних 259 тыс. тонн (итоги 2017 года). Проблема в том, что расчет, представленный в релизе, сделан на основе данных о ресурсах. Запасы же, которые можно извлечь с экономической выгодой, могут составить лишь незначительную часть от объема ресурсов.

Цена вопроса

И «Норникель», и KAZ Minerals предложили рассчитаться в рассрочку с владельцами ООО «ГДК “Баимская”» (сейчас контролируется группой лиц, крупнейшие акционеры — российские бизнесмены Роман Абрамович и Александр Абрамов). По данным российских СМИ, «Норникель» был готов заплатить 750 млн долларов. KAZ Minerals предложила 900 млн долларов.

Оплата складывается из нескольких частей. Наиболее реальная и понятная ее часть — 436 млн долларов наличными за 75% «Баимской», которая владеет лицензией на одноименную площадь.

Кроме наличных, KAZ Minerals оплатит сделку вновь выпущенными 22 344 944 акциями на сумму 239 млн долларов.

После допэмиссии новые собственники будут владеть примерно 4,65% компании. KAZ Minerals установила трехлетний мораторий на продажу этих акций. За этот срок в медном сегменте горнодобывающего рынка и с самой компанией может случиться что угодно, и новый собственник может как заработать, так и потерять. В корпоративном управлении он участвовать не планирует и в совете директоров представлен не будет.

Туманной выглядит оплата оставшихся 25% акций ООО. Во-первых, она будет произведена через 10 лет после первого платежа. Во-вторых, не установлена конкретная сумма, есть только максимальные показатели: 225 млн долларов наличными или 21 млн новых акций, которые составили бы 4,7% компании до увеличения акционерного капитала и за вычетом казначейских акций. Как будет рассчитываться выплата через 10 лет — по цене акций, доле в капитале или количеству ценных бумаг — в релизе не оговаривается.

По условиям сделки, если несколько условий будут выполнены, продавец получит акции, если нет — деньги. К числу таких условий относятся строительство ЛЭП от Билибино и от каскада ГЭС в Магаданской области через Кекуру (золоторудное месторождение, также контролируется г-ном Абрамовичем) до Песчанки, налоговые льготы и строительство круглогодичной дороги до Певека (около 700 км) и «достижение круглогодичной навигации из порта Певека».

Круглогодичная навигация пока недостижима. Если глобальное потепление не сделает Северный морской путь свободным, понадобятся ледоколы. Они действительно строятся, но главные заказчики для них — ВМФ, а также нефтегазовые компании, которым нужны поставки в страны Тихого океана. Действующие владельцы «Баимской» обсуждают с «Атомфлотом» возможные условия контрактов, но, как отмечали представители отрасли в комментариях российским СМИ, скорость передвижения будет низкой, а расходы, напротив, высокими.

Выполнение всех условий зависит от большого количества не связанных между собой участников: федеральных отраслевых структур, администраций различного уровня и правительства РФ. Например, ЛЭП из Билибино должна быть построена в 2019 году. К ней будет подключена ПАТЭС, за которую отвечает «Росатом». ЛЭП Омсукчан-Кекура-Песчанка-Билибино должна быть готова в 2021‑м, это проект Магаданской области, строить ЛЭП будет «Дальэнергомост». Тариф (и фактические затраты на электроэнергию) будет зависеть от того, сможет ли губернатор Чукотского АО Роман Копин договориться о сниженных тарифах. Пока на Чукотке два варианта энергоснабжения: изношенные сети (рудник Валунистый до 100 дней в году не получает электроэнергию) или автономные дизельные электростанции (выбор Kinross Gold, которая отрабатывает рудник Купол).

Кроме того, KAZ Minerals должна получить согласие правительства на развитие проекта, поскольку «Баимская» относится к числу участков недр федерального значения. Четырнадцать лет назад компания, еще называясь «Казахмысом», не смогла преодолеть этот барьер и получить права недропользования на Удокан, на котором сейчас проектирует горно-металлургический комбинат подконтрольное российскому бизнесмену Алишеру Усманову ООО "Байкальская горная компания".

Впрочем, последние заявления чукотского губернатора благоприятны для KAZ Minerals: «Видим большую перспективу в медном направлении. Здесь речь идет об освоении месторождения Баимской рудной зоны. Это одна из крупных медно-порфировых минерализаций. Считаю, что этот проект имеет стратегическое значение и для Дальнего Востока, и для Арктической зоны Российской Федерации», — заявил г-н Копин на недавней встрече с президентом РФ Владимиром Путиным.

Поскольку выплата денег или акций отсрочена на 10 лет и зависит от условий, выполнение которых ни одна из сторон сделки не может контролировать, цена оставшихся 25% акций будет зависеть от единственного фактора: допэмиссий и их параметров.

Размер имеет значение

В своем релизе KAZ Minerals привела параметры рудника на Песчанке — самой богатой части Баимской площади: срок жизни — 25 лет, объем переработки — 60 млн тонн в год. Но подсчет запасов, то есть той части руды, которую можно извлечь с экономической выгодой, еще не сделан: компания привела лишь подсчет ресурсов из пред-ТЭО. ТЭО и оценка запасов будут готовы лишь в следующем году.

Количество руды, которое компания, судя по релизу, намерена переработать (1,5 млрд тонн), даже больше суммы ресурсов по категориям Measured и Indicated (1,43 млрд тонн), подсчитанных канадской Fluor. Но на медно-порфировых месторождениях, связанных с известково-щелочным вулканизмом (к этому типу относится и Песчанка, и месторождения на западе Канады), в запасы может попасть лишь половина или даже четверть ресурсов. Большая разница между ресурсами Measured и Indicated (139 и 1289 млн тонн) свидетельствует о том, что недоразведана даже та территория, на которой ресурсы подсчитаны.

В департаменте корпоративных связей заверили Expert Kazakhstan, что «компания планирует проводить доразведку площади, поскольку считает, что есть большой потенциал». Заместитель гендиректора по науке Института геотехнологий Андрей Читалин, который в 2009–2016 годах был главным геологом Баимского проекта, подтвердил, что Баимская площадь недоизучена, и на ней можно найти месторождение, сопоставимое по качеству с Песчанкой. Но пока недоизучена и сама Песчанка. Можно предположить, что сейчас это самый большой риск проекта, который придется преодолеть.

Второй риск, связанный с размером, — это огромный объем грузов, запчастей, топлива, расходных материалов и, следовательно, расходов — именно с этим сталкиваются канадские компании, отрабатывающие месторождения типа Песчанки. Руду надо будет возить за 700 км — до Певека. В KAZ Minerals к идее возить концентрат рудовозами относятся спокойно: «В настоящее время KAZ Minerals Bozymchak доставляет автотранспортом концентрат с одноименного месторождения до перевалочной железнодорожной станции на расстояние 200 км (это треть пути от Песчанки до Певека), при этом оставаясь низкозатратным предприятием», — прокомментировали в департаменте корпоративных связей. Но стоимость доставки — это расстояние (и время) даже не до Певека, а, например, до Архангельска (см. «Северные скорости»).

Третий риск — технологический. На «Баимской» три рудные зоны. Добывать их надо будет двумя или тремя карьерами. Сама руда неоднородна как по содержаниям, так и по составу. По данным г-на Читалина, соотношение окисленной руды к сульфидной, по данным защиты запасов в российской госкомиссии по запасам (ГКЗ), в 2012 году составляло 1:10. В 2018‑м ООО «Региональная Горнорудная компания» защитило запасы в ГКЗ еще раз, но публичной информации об этом подсчете нет. KAZ Minerals должна будет решить, будет ли она (и как) перерабатывать примерно 6 млн тонн окисленной руды в год. Из-за разного состава руд их придется добывать раздельно, а затем шихтовать или тщательно планировать грузопотоки на 167 тыс. тонн в сутки. Для сравнения: суточная производительность крупнейшего в мире рудника Grasberg составляет 220,7 тыс. тонн.

Финансовая готовность

KAZ Minerals предварительно оценила затраты на строительство рудника и двух фабрик для переработки 60 млн тонн руды в 5,5 млрд долларов. Судя по презентации, заработать они должны одновременно в 2026 году. Для информации: объем капзатрат на строительство рудника мощностью 25 млн тонн руды в год на принадлежащем KAZ Minerals Актогае составил около 2 млрд долларов. «Проект, как ожидается, будет представлять интерес для различных источников финансирования, включая российских, китайских и международных кредиторов. Группа может изучить возможности для партнерства в рамках проекта в процессе технико-экономического обоснования», — говорится в релизе.

Есть ли у компании собственные деньги на то, чтобы развивать проект и брать для него кредит? Итоги 2017 года показывают, что есть, и много (особенно в сопоставлении с капитализацией компании): объем наличности и ее эквивалентов составил 1,82 млрд долларов (из них 243 млн — возврат НДС, а 376 млн — списание по предэкспортному кредиту). Компания в целом в 2017‑м улучшила свои показатели: чистый долг сократился с 2,67 млрд до 2 млрд долларов, чистая прибыль выросла с 177 млн до 447 млн долларов.

В 2017 году у KAZ Minerals был невысокий уровень капзатрат (74 млн долларов). Но в 2018‑м он взлетит в 10 раз — до 745 млн долларов. Из этого объема 350 млн будет потрачено на Актогае на расчеты по существующему руднику, а 200 млн — на увеличение перерабатывающих мощностей. Всего же на увеличение объема производства на Актогае (дополнительная переработка — 25 млн тонн, производство — около 80 тыс. тонн меди в год в течение первых пяти лет) компания планирует потратить 1,2 млрд долларов. Дополнительные мощности должны заработать в 2021‑м и выйти на планируемый объем переработки в 2022‑м.

По итогам первого полугодия 2018 года финансовое положение KAZ Minerals продолжило улучшаться. По сравнению с первым полугодием прошлого года выручка выросла на 31%, чистая прибыль — почти в полтора раза. Свободный денежный поток почти удвоился, объем денежных средств и их эквивалентов вырос на 35%. Чистый долг, напротив, сократился на 16%. Капитальные затраты выросли почти в 3,4 раза.

Если компания выполнит свои планы, в 2022 году она будет производить уже около 340 тыс. тонн меди в год и у нее будет около четырех лет, чтобы заработать на текущую деятельность и финансирование рудника на «Баимской». Если исходить из сделанной оценки уровня капзатрат и требований банков к размеру собственных средств, у KAZ Minerals должно быть не меньше 1,8 млрд долларов, которые она должна быть готова направить на строительство.

«Норникель» не вынес двоих

«Норникелю» в период переговоров не хватило на «Баимскую» денег. Даже беглый взгляд на финансовую отчетность по итогам 2017 года показывает сложное финансовое состояние компании: выручка выросла (с 8,26 млрд до 9,15 млрд долларов), но чистая прибыль сократилась с 2,53 до 2,12 млрд долларов. Чистый долг вырос почти вдвое (с 4,53 млрд до 8,2 млрд долларов), наличность, наоборот, резко сократилась (с 3,3 млрд до 0,85 млрд долларов). Свободный денежный поток с 1,6 млрд упал до отрицательной величины (–173 млн долларов).

Быстринский ГОК, крупный медный проект «Норникеля», пока больших доходов не приносит. Компания запустила производство в октябре 2017 года, в апреле 2018‑го объявила о первой поставке. Но по итогам первого квартала 2018 года операционный директор «Норникеля» Сергей Дяченко пожаловался на проблемы в работе оборудования и объявил о снижении плана по производству на Быстринском месторождении.

Кроме того, деньги нужны на проекты с «Русской платиной» (представитель ВТБ Юрий Соловьев в интервью РБК в мае нынешнего года оценил их в 250 млрд рублей, то есть около 4 млрд долларов), модернизацию для соответствия экологическим требованиям и проекты так называемого Южного кластера.

Еще одна большая статья расходов для «Норникеля» — дивиденды. В целом за 2017 год компания выплатит их на сумму 2,16 млрд долларов — это больше, чем чистая прибыль.

Впрочем, по итогам первого полугодия 2018 года финансовое положение компании резко улучшилось (см. таблицу). С учетом заявления KAZ Minerals о партнерстве не исключено, что именно «Норникель» (если количество работающих проектов и, соответственно, денег, вырастет) через несколько лет станет тем самым партнером. Возможно, даже оператором.

Северные скорости

Опыт компании «А-Сервис», которая перевозила трансформаторы на Песчанку и Кекуру, показал, что только по суше поездка от Певека заняла две недели (в апреле — мае 2018 года). С учетом перевозки груза из Архангельска (осенью 2017‑го) общий срок транспортировки составил 6–8 месяцев. Пока на сайте окружной администрации Чукотки нет новостей о том, что начато строительство круглогодичной дороги до Песчанки.

Статьи по теме:
Тема недели

Уйдем от доллара, подсядем на рубль?

Использование национальных валют в качестве расчетной единицы при проведении экспортно-импортных операций — идея не только популярная, но и популистская

Казахстанский бизнес

Человеческий ресурс цифровой повестки

Скрытые резервы операционной эффективности — в проактивных сотрудниках

Повестка дня

Коротко

Повестка дня

Казахстан

“Алтыналмас”: опыт Scada

Предприятия РК повышают свою технологическую зрелость, внедряя автоматизированные системы управления и оптимизации производства