Прорубить порт в Европу

С покупкой Тимуром Кулибаевым активов порта «Высоцк» казахстанские экспортеры получат возможность поставлять уголь в Европу

Правительственная комиссия по контролю за иностранными инвестициями в Российской Федерации разрешила казахстанскому бизнесмену Тимуру Кулибаеву приобрести активы порта «Высоцк» — одного из шести российских грузовых портов Балтийского бассейна. «Он получит контроль над этим портом, но это продолжение работы в Таможенном союзе. Казахский представитель приобретает такие серьезные активы на Балтике, что радует всех нас», — заявил глава Федеральной антимонопольной службы РФ Игорь Артемьев.

Порт расположен в Выборгском заливе Балтийского моря. В его границах размещены угольный и нефтеналивной терминалы, удаленный морской терминал, терминал по производству и перегрузке сжиженного газа. При этом угольный и нефтеналивной терминалы не имеют общей сухопутной границы — расположены на расстоянии 12 километров.

Оператором нефтеналивного терминала является «дочка» «Лукойла» — «РПК-Высоцк “Лукойл-II”», а угольный стивидор «Порт Высоцкий» управляет, соответственно, угольным терминалом, площадь складов которого составляет 22 гектара, что позволяет единовременно хранить до 250 тыс. тонн угля.

«Богатырь Комир» — одно из пяти предприятий РК, поставляющих уголь на российские электростанции

Игорь Артемьев, говоря о том, что г-н Кулибаев получил контроль над портом, не уточнил, о каких активах идет речь.

Expert Kazakhstan обратился к оператору угольного терминала «Порта Высоцкий», но компания решила воздержаться от комментариев. Пресс-служба «Лукойла» сообщила, что компания к сделке не имеет отношения. Учитывая жалобы казахстанских экспортеров угля, которым в прошлом году российские порты отказывали в принятии грузов, скорее всего, речь идет о том, что казахстанский бизнесмен покупает угольный стивидор.

Балтийская шестерка

Каков вес «Высоцка» среди других российских грузовых портов Балтийского моря, в числе которых Усть-Луга, Большой порт Санкт-Петербурга, Приморск, Выборг и Калининград?

Через эти морские ворота Россия экспортирует в Европу в основном нефтепродукты, уголь, газ, металлы, а также продукцию в контейнерах. В 2017 году грузооборот шести портов, согласно данным Администрации морских портов Балтийского моря (АМП Балтийского моря), составил 247,5 млн тонн.

Усть-Луга — самый большой по объему грузооборота среди балтийских портов (график 1). В 2017 году было перевезено 103,3 млн тонн груза. Портовая инфраструктура позволяет отгружать навалочные, насыпные, лесные, генеральные, накатные и наливные грузы, также грузы на пароме и контейнеры. Навалочные грузы (нефть, нефтепродукты и сжиженный газ) от всего грузооборота в прошлом году заняли 61,8%, второе место у навалочных грузов (34,9%), к которым относятся руда, уголь, кокс, минеральные удобрения и т.д. Почти треть этого типа грузов приходится на уголь.

Юрий Саакян: «Допуск транзита угля по территории России должен сопровождаться ответными шагами со стороны Казахстана в части инвестиций в развитие железнодорожных путейи портовых мощностей»

В целом среди балтийских портов широкую специализацию, помимо Усть-Луги, имеют Большой порт Санкт-Петербурга, Калининград и Выборг. А вот Приморск специализируется только на нефти и нефтепродуктах, «Высоцк» — на угле и нефти.

Старейшая гавань — у Большого порта Санкт-Петербурга. Хотя грузооборот у него в два раза меньше, чем у Усть-Луги, через этот порт уходят разнообразные грузы. Почти половина грузооборота приходится на контейнеры — 23 млн тонн. Говоря иначе, именно через этот порт на европейские рынки уходят товары, требующие сохранности или определенного температурного режима. Более того, Большой порт Санкт-Петербурга, кроме причалов морского торгового, лесного, рыбного и речного портов, нефтяного терминала, судостроительных и судоремонтных и других заводов, включает морской пассажирский вокзал и речной пассажирский порт.

Узкоспециализированный нефтеналивной порт Приморск является главным транспортером нефти среди балтийских портов. В 2017 году отсюда было отгружено 57,6 млн тонн нефти и нефтепродуктов. По данным АМП Балтийского моря, порт обеспечивает 56,9% грузооборота всей нефти через балтийскую акваторию. Выборг занимает последнее место среди портов: в 2017‑м было перевезено всего 1,5 млн тонн груза.

Статистика по порту «Высоцк» в АМП Балтийского моря ведется лишь с 2010 года. За это время грузооборот вырос на 18,2% — с 14,8 млн тонн в 2010‑м до 17,5 млн тонн в 2017‑м (график 2). В прошлом году перевалка угля через этот порт составила 7,1 млн тонн (40,6%), а нефтепродуктов — 10,4 млн тонн (график 3).

Сам порт расположен на северной части острова Высоцкий в Финском заливе, только автомобильная и железная дороги соединяют стратегический объект с материком.

В 2008–2011 годах угольный терминал был модернизирован в два этапа. На первом этапе были проведены работы по реконструкции причалов, дноуглублению акватории и подходного канала. На второй этап был выделен 1 млрд рублей, что позволило модернизировать внутрипортовую инфраструктуру и обновить техническое оснащение.

Как указано на сайте угольного стивидора, модернизация позволила увеличить производственные мощности до 5 млн тонн. По итогам прошлого года оператор угольного терминала «Порт Высоцкий» объявил об отгрузке на экспорт 7 млн тонн угля — рекорд в истории компании.

В начале этого года руководство угольного стивидора объявляло, что прорабатывается вопрос о строительстве специализированного терминала по перевалке угля мощностью до 12 млн тонн.

Дорогу углю

Переход угольного терминала в управление казахстанскому бизнесмену откроет для Казахстана дополнительные экспортные ворота на Запад. Это важно, поскольку республика имеет большой экспортный потенциал по углю. В 2017 году казахстанские предприятия добыли 111,1 млн тонн каменного угля, из которых 73,7% было потреблено внутри страны, 27,1 млн тонн отгружено на экспорт (график 4).

На Россию приходится до 77% экспорта казахстанского угля. Проблема в том, что правительство РФ объявило о переходе своих электростанций с угля на газ. В Национальном энергетическом докладе, подготовленном ассоциацией KazEnergy в 2017 году, сказано, что после 2020 года казахстанский уголь будет экспортироваться только на три российские электростанции: Рефтинскую ГРЭС и Омские ТЭЦ-4 и ТЭЦ-5. Таким образом, через два-три года казахстанские предприятия будут вынуждены либо сокращать добычу, либо выходить на новые рынки, конечно, при условии, что российские теплоэлектроцентрали за это время действительно будут модернизированы. Неизбежно встает вопрос о том, где искать потребителей, и в этом контексте порт в Балтийском море может обеспечить экспортные пути в Европу и далее.

По объему грузооборота Усть-Луга — самый крупный российский морской порт в акватории Балтийского моря

Осенью прошлого года тогда еще директор департамента экономической интеграции Нацпалаты предпринимателей «Атамекен» Долорес Тюлебекова указывала на логистические проблемы, с которыми сталкивались казахстанские угольные экспортеры (expertonline.kz/a15150). «Только за первый квартал 2017 года по 15 заявкам казахстанских предпринимателей был получен отказ в согласовании перевозок грузов железнодорожным транспортом в направлении портов РФ. Отказы касались таких товарных позиций, как черные металлы, уголь, нефтепродукты, цветные металлы, мазут, газы и зерновые, в общем объеме более 178 тысяч тонн. Вместе с тем необходимо отметить, что эти отказы не носят системный характер и зачастую обусловлены объективными обстоятельствами — дефицитом мощности в портах, сложностями, связанными с железнодорожной инфраструктурой, когда вагоны не могут пройти, и так далее. Системная проблема, которую мы видим и на которую жалуются производители, имеет место только в отношении угля», — говорила г-жа Тюлебекова.

По ее словам, в российских портах казахстанским грузоотправителям отказывают в принятии груза и предлагают продать уголь трейдерам, связанным напрямую с собственниками портов либо опосредованно входящим с ними в одну группу, по заниженным ценам. «Предложение делается ввиду отсутствия технической мощности на перевалку в портах. При этом предлагаемая цена покрывает лишь транспортные расходы», — указала Долорес Тюлебекова. Возможно, приобретение порта «Высоцк» поможет решить эти проблемы.

Известно, что на европейские рынки попадает только самое качественное сырье — ЕС имеет свои требования по зольности и теплотворной способности. Таким показателям соответствует уголь только с Шубаркульского месторождения.

Преимущества — своим

Очевидно, что продажа «Высоцка» — это политическое решение. Игорь Артемьев описывал сделку как «продолжение работы в Таможенном союзе». Такое же мнение высказала Маргарита Дядяева, директор алматинского филиала международной логистической компании AsstrA. «Это больше похоже на политическую, нежели на экономическую сделку, шаг по развитию отношений между Астаной и Москвой в рамках ЕАЭС», — считает собеседница.

Не окажется ли так, что это политическое решение обострит конкуренцию между казахстанскими и российскими грузоотправителями?

В 2017 году россияне экспортировали 179,9 млн тонн угля. По данным Ассоциации морских торговых портов, через российские морские порты было отгружено 154,4 млн тонн, или 85,8% от всего экспорта угля из РФ. Через порт «Высоцк» было экспортировано всего 4,6% угля. Даже с учетом планов на 2018‑й увеличить отгрузку угля до 7,5 млн тонн, как утверждает аналитик инвесткомпании «Финам» Алексей Калачев, «передача “Высоцка” в пользу Казахстана ненамного уменьшит экспортные возможности РФ, особенно с учетом роста экспорта в восточном направлении».

Россия предпочитает экспортировать уголь в восточном направлении. Корея, Китай и Япония — вот главные покупатели российского каменного угля, в 2017 году в эти страны было поставлено 62,4 млн тонн. «Казахстанский уголь, по-видимому, потеснит российский в объемах отгрузки порта “Высоцк”. Иначе зачем бы понадобился угольный терминал на Балтике, кроме как для обеспечения экспорта в западном направлении», — рассуждает г-н Калачев. По его словам, с имеющимися мощностями угольный стивидор «Высоцкий» способен обеспечить перевалку до 20% казахстанского экспорта угля.

Еще до оглашения сделки «Порт Высоцкий» объявлял о планах увеличения мощности до 12 млн тонн. «Возможности увеличения мощности портовой инфраструктуры зависят не только от желания владельцев порта. Они могут потребовать расширения акватории порта и присоединения части берега, а такие вопросы утверждаются на уровне правительства РФ», — замечает Алексей Калачев.

Желание расширяться будет зависеть от спроса в Европе на те марки угля, что добываются в Казахстане, отмечает собеседник. «Впрочем, не исключено, что отгружаться в “Высоцке” будет по-прежнему российский уголь, а казахстанский может отправиться туда, где будет спрос на него, по трансферту через другие российские порты», — говорит он.

Важно отметить, что Казахстан на исходе прошлого года подготовил межправительственное соглашение с Россией, позволяющее нам в течение 25 лет вывозить в приоритетном порядке через российские порты до 14 млн тонн угля ежегодно (преимущественно через дальневосточные). Документ должен был вступить в силу в начале этого года, но, по информации российского издания «Коммерсант», по состоянию на середину апреля он не был подписан.

В октябре 2017‑го правительство РФ утвердило «Правила недискриминационного доступа к услугам субъектов естественных монополий в портах». Правила предоставляют квоты грузоотправителям в следующей очередности: сначала инвесторам портовой инфраструктуры, затем странам-членам ЕАЭС, заключившим межправительственное соглашение с Россией, третьими идут грузоотправители с долей перевалки выше 30%, последними — клиенты с договорами take-or-pay и долгосрочными договорами.

Если казахстанский собственник инвестирует в модернизацию угольного стивидора, то у нас появится шанс отправки угля по трансферту через другие российские порты, включая дальневосточные. Впрочем, недостаток любого политического решения — а передачу активов порта «Высоцк» следует рассматривать именно так — в том, что его могут быстро пересмотреть.

Инвестиции в обмен на актив

В конце января 2018 года исполнительный директор Ассоциации горнодобывающих и горно-металлургических предприятий Николай Радостовец, говоря об увеличении квот на перевалку казахстанского угля в российских портах, делился планами на текущий год. По его словам, если в 2017‑м республика экспортировала через российские порты 7,9 млн тонн, то в этом году экспорт увеличится до 13,5 млн тонн.

В апреле текущего года, еще до объявления, что Тимуру Кулибаеву разрешили купить активы в порту «Высоцк», российский Институт проблем естественных монополий (ИПЕМ) опубликовал результаты своего исследования. ИПЕМ смоделировал влияние транзита дополнительных 14 млн тонн угля из Казахстана на работу российского железнодорожного транспорта и на экономику страны.

С одной стороны, институт утверждает, что допуск транзита угля из Казахстана в порты Дальнего Востока на текущий момент невозможен с технологической точки зрения: «Данное направление полностью загружено, и включение грузовой базы из Казахстана возможно только за счет замещения существующих объемов перевозок российского угля. При этом такое замещение будет иметь негативные эффекты: дальность перевозок возрастет, что приведет к снижению доходной ставки перевозчика на 0,7 копейки за 10 тонно-километров, а потери ВВП России вследствие ограничения добычи угля составят более 10 миллиардов рублей».

С другой стороны, более целесообразным, по оценкам ИПЕМ, является другое направление — через Мурманск и Усть-Лугу. Но для этого потребуется дополнительно 2,8 тыс. поездов в год и 13,9–15 тыс. грузовых вагонов. В этом случае доходная ставка РЖД снизится на 1–2 копейки за 10 тонно-километров, но компания получит дополнительную выручку в размере 13,4–15 млрд рублей в год.

Значимых потерь, как и существенного роста ВВП России в результате транзита дополнительного угля из Казахстана, ИПЕМ не фиксирует. «В то же время уже реализуемое развитие железнодорожной сети и портовых мощностей в Мурманске и Усть-Луге ориентировано под грузы российских производителей и не учитывает возможную грузовую базу из Казахстана», — отмечается в исследовании. Обеспечение транзита потребует дополнительных капитальных расходов на развитие железнодорожной инфраструктуры, которые, по мнению ИПЕМ, должны быть профинансированы Казахстаном как наиболее заинтересованной в этом стороной. «Допуск транзита угля по территории России должен сопровождаться ответными шагами со стороны Казахстана в части инвестиций в развитие железнодорожных путей и портовых мощностей. При этом в случае разрешения соответствующего транзита крайне важным является обеспечение недискриминационного доступа к инфраструктуре для обеих сторон», — подчеркивает генеральный директор ИПЕМ Юрий Саакян.

Статьи по теме:
Казахстанский бизнес

Старая добрая индустриализация

Концепция индустриально-инновационного развития, которая закладывает фундамент следующей, третьей по счету, индустриальной стратегии, подготовлена основательно, что радует. Плохо то, что финансирование индустриализации остается недостаточным

Тема недели

Уйдем от доллара, подсядем на рубль?

Использование национальных валют в качестве расчетной единицы при проведении экспортно-импортных операций — идея не только популярная, но и популистская

Казахстанский бизнес

Человеческий ресурс цифровой повестки

Скрытые резервы операционной эффективности — в проактивных сотрудниках

Повестка дня

Коротко

Повестка дня