Книга о культурной памяти

Казалось, контекст книги немецкого историка и культуролога предполагал только западное осмысление европейского Времени и Пространства. Все оказалось иначе

Книга о культурной памяти

Новая книга профессора Алейды Ассман еще не успела войти в научный обиход в экспертной среде постсоветских социологов, культурологов и политологов. Первые две ее работы, уже переведенные на русский язык в издательстве Ирины Прохоровой в 2014‑м и 2016 году, обросли своим научным шлейфом. В том числе оказались беззастенчиво, без указания авторства, растасканными другими (и казахстанскими тоже) исследователями. Правда, при таком «переводе» многое теряется. Скорее всего, та же судьба ждет и новое исследование. Но Алейду Ассман надо открывать самому, не доверяя толкованию со стороны.

К чему сводятся ключевые моменты книги? На научном языке это звучит примерно так: коллективная идентичность определена историческим нарративом и существующими культурными практиками; дематериализацию прошлого по отношению к советской практике мы наблюдаем сейчас и в России, и в Казахстане; селективное использование прошлого (то, что часто критикуют академические историки) есть антропологическая универсалия, свойственная многим культурам. C одной, уже нашей, оговоркой. Если во всем мире коллективная идентичность возникает под воздействием совместного воспоминания о значимых событиях жизни, то в наших случаях — казахстанском и российском вариантах — все определяется волей государства.

В книге предложено осмысление современных ключевых и не устоявшихся понятий нашего времени: коллективная идентичность, исторический нарратив, культурная практика, память и идеология. Понятия, определяющие политику государств нашего времени и нашего же пространства. Таким образом книга Ассман перерастает рамки одной страны: она также и о нас — постсоветских — и, возможно, о наших перспективах.

Оригинальной методологии анализа трудно подражать, но мыслить в подобном направлении и можно, и должно. Наиболее значительное в этой книге — не просто введение нового для казахстанской научной практики понятия «теория культурной памяти», а тщательная работа с этим инструментом современной символической политики. Особенно явственно это показано на медиальных продуктах современной Германии: проанализированы и документальные сериалы, и художественные фильмы, и мемуаристика современников. В самой теории культурной памяти прошлое не остается неизменным. В свою очередь человек сам избирает свою идентичность, осваивает ее, несет за нее ответственность и проживает ее. Именно при таком раскладе идентичность является важной частью культурной практики. В собственно немецкой практике Ассман объясняет и иллюстрирует политику самоутверждения и политику покаяния, производные из культурной памяти этой страны. Объективированные образчики всего обозначенного мы видим в актуальных европейских новостных репортажах.

Еще одна попутная реплика. Нельзя не отметить отточенный и заставляющий думать и задумываться перевод с немецкого Бориса Хлебникова. Действительно, в этом случае концептуальный язык переведенной философской работы получил новое смысловое наращение.

Ассман А. Распалась связь времен? Взлет и падение темпорального режима Модерна. — Москва: Новое литературное обозрение, 2017. — 272 с. — 1000 экз.



 

Статьи по теме:
Общество

Включающее искусство

Алматинские театры реализуют социально значимые — инклюзивные и интерактивные проекты

Общество

Таланты ищут там, где лучше

В Казахстане растут темпы урбанизации, а правительство предпринимает некоторые шаги для того, чтобы города смогли конкурировать за инвестиции и умы

Экономика и финансы

Пора убивать ставки

Дефицит тенговой ликвидности в банковском секторе в целом преодолен. Настало время для решения проблем с высокими ставками по вкладам и нестабильностью депозитов населения

Казахстанский бизнес

Проводники красоты

Казахстанский производитель вывел на рынок отечественную косметику премиум-класса