Зоокод степи

Если совсем просто: эта книга об образах животных в казахской культуре

Зоокод степи

Эта книга об образах животных в традиционном бытовом проявлении, в изобразительном искусстве, фольклоре и литературе. Время действия этих культурных знаков обширно: древность, средние века и современность. Дано это казахстанскими культурологами через анализ археологических находок, результатов полевых экспедиций, исторических явлений, культурологических интерпретаций и художественного творчества кочевых народов Центральной Азии.

Главное достоинство книги –– это одна из немногих казахстанских работ, объясняющая на многочисленных примерах из разных областей (а не благодаря набору пафосных слов), что есть номадическая картина мира в материальном и нематериальном проявлениях. Исследователи довольно результативно работают с громоздким понятием, введенным Ауэзханом Кодаром, — «казахская интеллектуальная традиция». Попутно возникает только одна мысль-предложение: не проще ли было взять уже устоявшийся в науках о человеке термин — «когнитивная модель». Из этого же ряда, пожалуй, только одно концептуальное замечание: отсутствие в научной монографии хоть сколько внятной своей ли, чужой ли антропологической теории. Впрочем, казахстанские гуманитарные науки после ухода Нурбулата Масанова и Александра Жовтиса давно уже не могут отметиться хоть какими-то ценностными новыми, а иногда и понятными идеями.

Предположим, что интертекстуальность и культурный трансфер — ключевые идеи западной антропологической науки 21‑го века — многое могли бы дать в методологическом анализе авторам этого научного труда. Но попытка определить культурные константы казахской степи в междисциплинарном ключе все же состоялась. Авторы этой книги смогли в казахской культурной практике отследить кочевание анималистических образов из одного вида искусства в другое. В этом обширном анализе видится научная ценность представленной книги. Несколько перебарщивая, исследователи стремятся абсолютно все забросить в общий анималистический котел, приклеивая ярлык к тому или иному культурному явлению, дескать, это тоже есть проявление казахского анималистического кода. Если вместо порой точно, а иногда и неточно употребляемых постулатов (ментальные конструкты, семантика знака и подобное) появится общий анализ в духе современных антропологических парадигм и традиций, то для внутреннего и внешнего читателя появится требуемая объяснительность и верифицируемость научного изыска. Кстати, в очередной раз любопытно наблюдать, как казахстанские ученые работают с термином «Великая Степь», наивно мифологизируя его на глазах, правда, и наполняя его вещным содержанием.

История, быт и способ восприятия мира зафиксированы, по мнению авторов книги, в уникальном степном зоокоде. В том числе в зооморфном орнаментальном комплексе. Авторы монографии правы, когда пишут о новизне своего подхода по отношению к степному зоокоду. Да, cкифский звериный стиль (так это принято обозначать в исторической науке) хорошо исследован западными и российскими культурологами и очень точно вплетен в общемировой контекст. Культурологическое наполнение, культурные константы степного зоостиля находят в книге иллюстративное подтверждение и иное культурное отражение. В дополнение к самой научной монографии издан красочный «Атлас. Анималистическая вселенная кочевников Великой Степи. Золото саков». Астана, 2017).

Подступы к воссозданию номадической картины мира перестают быть псевдонаучными. Они приобретают все более и более научные контуры и, будем надеяться, получат дальнейшее теоретическое и обоснованное развитие.

Анималистическая вселенная казахской культуры в диаграмме эпох. — Астана: КазНИИК, 2017. — 560 с.  — 500 экз.

Статьи по теме:
Тема недели

Мелкая сеялка для должников

Дискуссия об онлайн-кредитовании вскрыла проблемы рынка труда и снижения реальных доходов населения Казахстана

Бизнес и финансы

Евразийский Антимонопольный форум (ЕАФ’18)

27 – 28 февраля 2018 года в Алматы состоится ежегодный международный Евразийский Антимонопольный Форум

Повестка дня

Коротко

Повестка дня

Экономика и финансы

Больше, чем банк

Kaspi создает экосистему инновационных сервисов, аналогичной которой нет ни у одного банка в мире