Якорный инвестор

В портфеле БРК 31 действующий проект в рамках двух программ индустриализации

Якорный инвестор

Рассказывая об индустриальных проектах, завершенных в 2016 году                    (http://expertonline.kz/a15087/), мы отмечали, что на 10 крупнейших из них приходится 80% совокупной стоимости проектов, попавших в нашу базу. Если проанализировать источники инвестиций в эти мегапроекты, выясняется, что главным партнером компании- инициатора, начиная с первой пятилетки индустриализации (2010–2014 годы), становится Банк развития Казахстана.

Когда 49 «тяжелее» 1000

По официальным данным Министерства по инвестициям и развитию РК (МИР), за 7 лет (2010–2016 годы) и 9 месяцев текущего года было запущено 1080 проектов общей стоимостью 5,5 трлн тенге. Проекты индустриализации — не только новые заводы, но и крупные производственные линии в действующих предприятиях, и инфраструктурные объекты. По состоянию на 31 октября 2017 года БРК профинансировал 49 проектов в рамках двух программ индустриализации.

На первый взгляд, цифра довольно скромная, если соотнести ее с количеством всех проектов обеих пятилеток индустриализации. В таком разрезе доля БРК в общем количестве индустриальных проектов не превышает 4%. Но если сравнить стоимость всех индустриальных проектов со стоимостью проектов в портфеле БРК, то вклад института развития ключевой. Фактически весь ренкинг (топ-10) крупнейших проектов новой индустриализации будет состоять из проектов, профинансированных БРК.

31 из 49 проектов по состоянию 31 октября 2017 года значится в портфеле БРК как находящиеся на обслуживании или одобренные к финансированию. По оставшимся — финансовые обязательства либо погашены (14 проектов), либо займы переданы в «Инвестиционный фонд Казахстана» для реабилитации (4 проекта). Общая стоимость 31 обслуживаемого проекта, пересчитанного в национальной валюте, составляет 4,5 трлн тенге (долларовые кредиты в портфеле БРК пересчитаны по официальному курсу Нацбанка РК на 31 октября 2017 года — 334,71 тенге). Это чуть больше 80% от общей суммы инвестиций в индустриализацию с 2010 года. Возможно, некорректно сравнивать стоимость 31 действующего проекта в портфеле БРК со стоимостью 1080 проектов, входящих в карту индустриализации, поскольку мы не знаем курс, по которому ведомство производило пересчет, но роль БРК как ключевого инвестора крупных индустриальных проектов бесспорна: в тройку самых дорогостоящих проектов в портфеле банка входят Актогайский ГОК стоимостью 2,2 млрд долларов, модернизация Шымкентского НПЗ — 1,9 млрд и комплекс глубокой переработки нефти (КГПН) на Атырауском НПЗ (АНПЗ) — 1,8 млрд.

В отраслевом разрезе самое большое количество инвестпроектов в портфеле БРК приходится на горно-металлургический комплекс (ГМК) — 7, следом идут нефтепереработка — 5 и машиностроение — 5. Также имеются проекты в энергетике (4), логистике и транспорте (4), химпроме (3), стройиндустрии (2) и один в сфере информации и связи. Такое распределение объясняется капиталоемкостью проектов в ГМК, нефтянке и машиностроении — базовых отраслях казахстанской экономики.

Великолепная десятка

Десятку индустриальных проектов, профинансированных БРК, возглавляет строительство Актогайского ГОКа. Минеральные ресурсы расположенного в Восточно-Казахстанской области месторождения Актогай оцениваются в 121 млн оксидной руды (содержание меди 0,37%) и 1,5 млрд тонн сульфидной руды (содержание меди 0,33% и молибдена 0,008%). Такие запасы делают месторождение крупным и вторым горнорудным проектом роста группы компаний Kaz Minerals.

На исходе 2016 года БРК открыл кредитную линию на 300 млн долларов, чтобы KAZ Minerals закончил строительство Актогайского ГОКа. Долго ждать не пришлось — уже в феврале 2017‑го компания сообщила, что Актогай начал производство медного концентрата. В начале октября комбинат вышел на проектную мощность, а по итогами III квартала было произведено меди в объеме 31 тыс. тонн, из них 23 тыс. из сульфидной руды, а также катодной меди — 8 тыс. тонн. Благодаря росту производства на Актогае руководство KAZ Minerals увеличило план по производству меди для всей группы компаний до 250–270 тыс. тонн в 2017‑м.

Следующие три строчки занимают проекты в сегменте нефтепереработки: модернизация Шымкентского НПЗ, строительство КГПН и комплекса по производству ароматических углеводородов (КПА) на АНПЗ. В десятке крупных индустриальных проектов еще один из сегмента нефтепереработки - модернизация Павлодарского НПЗ (7 место).

Доля кредитов БРК, направленных на модернизацию ключевых нефтеперерабатывающих активов страны, составляет 35,8% в портфеле института развития (объем всех кредитов и кредиты в нефтеперерабатывающую отрасль переведены в тенге).

Отдельные индустриальные проекты стали возможными исключительно благодаря участию института развития. Банк профинансировал более 90% затрат на строительство КПА на Атырауском НПЗ, стоимость которого составила 1,13 млрд долларов. Эта установка введена в эксплуатацию и считается флагманским проектом нефтехимии последних шести лет. Комплекс работает по двум схемам: топливной и нефтехимической. Поскольку в стране наблюдается дефицит горючего, сейчас КПА работает на первом варианте, который позволяет выпускать дополнительный бензиновый компонент с октановым числом 103 (836, тыс. тонн в год). Как только завершится модернизация на двух других казахстанских НПЗ (Павлодарском и Шымкентском), комплекс настроят на второй вариант (нефтехимический), что позволит производить бензол (133 тыс. тонн в год) и параксилол (496 тыс. тонн в год) — это базовое сырье для производства полимерной продукции.

Участие БРК позволило начать модернизацию трех крупнейших НПЗ, а по ее завершению государство намерено добиться профицита бензина до одного миллиона в год, а также полностью удовлетворить потребности страны в дизтопливе и авиакеросине.

Расширение производственных мощностей Казахстанского электролизного завода (КЭЗ) до 250 тыс. тонн первичного алюминия было завершено в 2010 году (5‑е место). Сегодня мощности КЭЗ практически полностью загружены: в 2016‑м завод выпустил 235 тыс. тонн первичного алюминия, или 97% всего казахстанского производства. В текущем году в планах предприятия 251 тыс. тонн.

Введено в эксплуатацию новое производство высокоуглеродистого феррохрома на Актюбинском заводе ферросплавов (АЗФ). До модернизации мощности предприятия-первенца черной металлургии Казахстана, как называют АЗФ, составляли 400 тыс. тонн ферросплавов в год. По официальным данным в 2016 году на АЗФ пришлась треть произведенного феррохрома в стране. После ввода в эксплуатацию нового завода производственные мощности АЗФ выросли более чем в два раза.

Актюбинский рельсобалочный завод (АРБЗ) среди крупнейших индустриальных проектов в портфеле БРК занимает 9‑е место. Предприятие было запущено в середине прошлого года. В проект стоимостью 406 млн долларов БРК направил 250 млн. АРБЗ — единственный в ЕАЭС производитель длинномерных термоупрочненных рельсов стандарта Р-65. Ими обычно прокладывают высокоскоростные магистрали. Впрочем, они удобны и для прокладки обычных железных дорог, поскольку чем длиннее рельс, тем меньше плетей нужно варить. Мощность прокатного стана позволяет заводу производить 200 тыс. тонн длинномерных рельсов в год, а также 230 тыс. тонн фасонной продукции (уголки, швеллеры, балки). С момента запуска АРБЗ поставил на внутренний рынок 70 тыс. тонн рельсовой продукции, а в этом году намерен довести экспорт до 60 тыс. тонн рельсов.

С модернизацией «КазАзота» — единственного в стране производителя аммиака и аммиачной селитры в республике — производственные мощности вырастут с 300 тыс. тонн до 400 тыс. Более того, на предприятии будет создан полный производственный цикл — от добычи и переработки сырья до сбыта готовой продукции. По плану новые мощности должны быть введены в эксплуатацию в 2019‑м.

Единственный инфраструктурный проект в ТОП-10 — Мойнакская ГЭС, строительство которой было начато в 1985 году, а в 1992‑м прекращено из-за отсутствия финансирования. Для завершения строительства гидроэлектростанции было необходимо 345 млн долларов, БРК предоставил 118 млн.

Новый ориентир — частный бизнес

В конце сентября 2017 года были внесены изменения в Стратегию развития БРК на 2014–2023 годы. Смещены акценты на увеличение доли проектов частного бизнеса в структуре кредитного портфеля БРК до не менее 70% в 2023 году (аналогичный показатель по итогам 2016‑го составил 57,4%). Также ставится задача расширения доли негосударственных источников фондирования БРК до 80%, сегодня этот показатель — 58,9%. Банк намерен увеличить ежегодный объем финансирования до 544 млрд тенге в 2023 году, что больше на 27,7% показателя 2016‑го.

В обновленной редакции документа декларируется более активная кредитная деятельность посредством увеличения арсенала финансовых инструментов. Речь идет о проектном финансировании, синдицированном кредитовании, финансировании проектов на условиях государственно-частного партнерства (ГЧП), долговом финансировании через выпуск заемщиками облигационных займов.

«Успешность программ индустриализации зависит, в том числе, от того, сможет ли финансовый сектор Казахстана предложить инициаторам крупных инвестиционных проектов инструменты, в которых нуждаются предприятия. Несырьевая экономика в нашей стране не может развиваться только на заемных деньгах. Необходимы новые финансовые продукты в условиях перекредитованного корпоративного сектора»,— комментируют в БРК нововведения в стратегии финансового учреждения.

В конце ноября БРК вместе с «Казына капитал менеджмент» (ККМ) создал фонд прямых инвестиций DBK Equity Fund. Капитал фонда составил 100 млн долларов, якорным инвестором выступил БРК (с долей в капитале 97%), а управлять активами будет ККМ (с долей 3%). Первой компанией, куда вошел DBK Equity Fund, стала «АтырауНефтеМаш», предоставив последнему 1 млрд тенге.

Председатель правления БРК Болат Жамишев так прокомментировал необходимость создания фонда: «Банк может давать долговое финансирование, но по долговому финансированию есть ограничение у заемщика — если у него недостаток капитала, он не может привлечь какие-то займы — нужны деньги в капитал. Второе — у него может не хватать обеспечения. А чтобы получить заем, нужно иметь достаточное обеспечение. При вхождении в капитал обеспечения не требуется».

Третий фактор, который упомянул г-н Жамишев: если банк напрямую входит в капитал компании, ему необходимо принимать участие в управлении ею, это потребует создания дополнительных внутренних структур и увеличения издержек. ККМ и другие ФПИ в этом профессионалы. «Четвертое — это мезонинное финансирование, когда часть кредита может быть “перевернута” в капитал,— рассказал он. — И пятое: участие в капитале финансов — это более рисковые инвестиции, чем долговое финансирование. Финансируя через специально созданный фонд, мы не консолидируем у себя на балансе эти риски».

Статьи по теме:
Повестка дня

Коротко

Повестка дня

Люди и события

Люмпен-эстетика в буржуазных интерьерах

В гламурном пространстве Алматы Villa Boutiques & Restaurants открылась выставка арт-дуэта из Бишкека, повествующая о судьбе Шелкового пути и проблемах миграции

Казахстан

Отечественный газ в полном объеме для себя и на экспорт

УОГ на Бозое — ключевой элемент системы, призванной бесперебойно обеспечивать газом южные регионы Казахстана и обеспечить экспортные поставки в Китай

Экономика и финансы

Быстрее, выше, сложнее

Уровень экономической сложности — показатель, позволяющий точнее прогнозировать рост и эффективнее расставлять приоритеты долгосрочного развития