Цель, а не средство

Культура определяет направление и цели развития общества и может стать основой гражданской самоидентификации

Цель, а не средство

Пошел третий десяток как независимый Казахстан включился в систему мирового рынка, где на практике реализовалось марксистское представление о том, что экономические отношения определяют все другие — и политику, и культуру, причем последняя рассматривается как идеология, обслуживающая интересы правящих групп, занятых распределением материальных благ. В обществе, где все измеряется отношением тенге к доллару и евро, закрепилось мнение, что способность к потреблению товаров определяет культурные ценности, а не наоборот. Собственно, потребление и стало базовой ценностью нашего общества. Между тем это есть идеологический ориентир, ведущий к экономическому, экологическому и прочим кризисам. Булгаковский профессор Преображенский говорил, что разруха — в головах. Добавим, что в желудке она появляется во вторую очередь. Деньги — это средство для достижения целей, а вот каких — это наше общество, а с ним и государство пока определить затрудняются. Здесь и обнаруживает себя культурный кризис, выраженный в потребительском тупике потребления ради потребления. Пирамида Маслоу, вырастающая из материализма, может выше удовлетворения физиологических потребностей и не выстроиться и, вообще, оказаться иллюзией.

У нас явная сегрегация с точки зрения доступа к культурным ценностям

Теперь наше государство, модернизируя общественное сознание, хочет сделать так, чтобы культура зарабатывала деньги как экономика. Хотя культура и так уже ею стала. Бурный рост ТРЦ и сетей общепита тому пример. Конечно, можно сказать, что нужно зарабатывать чем-то более серьезным и возвышенным: туризмом, кинематографом, искусством. Но, очевидно, назначение культуры, в собственном смысле, не в этом, а скорее в обратном — в ценностях и целях, в смысле существования человека и общества. До тех пор, пока культура будет средством, а не целью, мы будем пребывать в состоянии перманентного кризиса, в том числе и экономического.

С директором «Группы оценки рисков», кандидатом политических наук Досымом Сатпаевым мы говорим о взаимосвязи культуры и экономики, об отсутствии системной культурной политики в стране и о том, почему опасно недооценивать роль культуры в жизни общества.

Культура — позвоночник нации, то, на чем держится весь социальный организм, уверен Досым Сатпаев. Чтобы позвоночник был здоров и выполнял свою главную функцию поддержки всего социально-экономического организма, необходимо усилить его мышечный каркас, заставив организм двигаться в направлении роста, определив больные места и создав условия для выздоровления.

Условия для развития

— Досым, какова ситуация в Казахстане с культурной политикой? Доступна ли культура широким слоям казахстанского общества?

— Когда долго находишься в своей профессиональной нише, как я находился в политической науке, то в конце концов приходишь к простой мысли. Невозможно создать ни одно по-настоящему конкурентоспособное государство, успешное в политике, экономике, инновациях, если его базисом не является культура. Тезис марксистской теории культуры о том, что она является надстройкой, в корне неверен. Потому что бескультурное общество, каким бы высокотехнологичным не было, долго не просуществует. Даже массовая культура в развитых странах Запада строится по принципу комплиментарности. Например, коммерческое развлекательное кино дает возможность существовать авторскому кинематографу, у которого там тоже немало поклонников. Во-вторых, у нас нет того, что есть на Западе — развитой культурной инфраструктуры. Тебе повезло, если ты родился в Алматы и у тебя есть доступ к культурным учреждениям или если ты живешь в Астане и смог посетить культурные события в рамках EXPO. А что делать людям, живущим в регионах? У нас явная сегрегация с точки зрения доступа к культурным ценностям.

Директор «Группы оценки рисков», кандидат политических наук Досымом Сатпаевым

— Как вы относитесь к тезису о том, что культура должна приносить прибыль?

— Проанализировав официальную Концепцию культурной политики в РК, можно увидеть, что наши чиновники подошли к культуре однобоко, решив, что ее надо рассматривать как экономический кластер, который может зарабатывать деньги. Конечно, отдельные ее сегменты могут быть прибыльными. Но только в том случае, если создавать для них благоприятные условия. В Казахстане до сих пор спорят, почему у нас нет института филантропии, почему отечественным бизнесменам не сделаны налоговые послабления как меценатам в области поддержки культуры? Все время возникает еще один вопрос: «Кто или что мешало за двадцать с лишним лет принять соответствующее законодательство, которое стимулировало бы меценатство и благотворительность в Казахстане?» Ведь здесь ничего сложного нет. Стоило бы начать не с продвижения аморфного понятия «социальная ответственность бизнеса», которое до сих пор по-разному понимают власть, общество и сам бизнес, а с введения налоговых послаблений для тех, кто занимается благотворительностью и меценатством. Если вы хотите, чтобы крупный бизнес осознал, что культура — это инвестиции в будущее, то нужно сделать ее привлекательной и с экономической точки зрения.

Более полезным для нас является опыт Абу-Даби, где решили открыть не очередной мегаторговый центр, мегаотель или копию Нью-Йоркской биржи, а такой же филиал музея Гуггенхейма

Культурная среда, как торт «Наполеон», всегда многослойна. С точки зрения любого государства культурная политика — часть идеологической машины. Та самая изба-читальня, которая должна была не только повысить грамотность населения, но и нашпиговать его идейной начинкой. С точки зрения творца — это катарсис и самореализация личности. С точки зрения ремесленников от массовой культуры — это лишь банальная прибыль. И серьезной ошибкой является попытка переместить акцент только на один из этих слоев, в ущерб остальным. У нас государство не создало благоприятных условий, но сейчас уже требует, чтобы культура приносила прибыль. Чиновники ставят телегу впереди лошади. Государство не имеет права требовать от театров и музеев прибыли и сокращать бюджетное финансирование. Если государство требует от институтов культуры, чтобы они модернизировались и приносили доход, не расширяя при этом их финансирование за счет других источников, то оно должно взять ответственность за их существование на себя. Что касается экономической выгоды от функционирования некоторых организаций культуры, то и здесь возникает замкнутый круг. Ведь отдельные сферы культуры только тогда будут рентабельными, когда работающие в них люди будут иметь высокий социальный и материальный статус, что позволит привлекать туда хороших специалистов и менеджеров. В свою очередь этот статус тогда будет высоким, когда некоторые сферы культуры уже станут рентабельными.

— Все чаще речь идет о том, чтобы общество и бизнес взяли функцию поддержки культуры на себя…

— Вся наша Вселенная построена на основе баланса, в основе которого лежат универсальные физические законы. Культура — это тоже своеобразная Вселенная, где этот баланс должен быть. И здесь выгодно любое партнерство — государства, бизнеса, гражданского общества — где каждая из сторон оказывала бы поддержку разным сегментам культуры в рамках своих возможностей. Конечно, есть немало противников государственного вмешательства в сферу культуры. И в чем-то они правы, так как эта сфера слишком субъективна. Для кого-то «Черный квадрат» Казимира Малевича — шедевр, а для кого-то — просто мазня. Но такие оценки могут давать посетители музеев, культурологи, специалисты по живописи, искусствоведы, но не чиновники от культуры. В противном случае на выставках тех же художников-авангардистов снова зазвучат знаменитые хрущевские возгласы: «Что это за безобразие, что за уроды? Где автор?» или «Вы что, рисовать не умеете? Мой внук и то лучше рисует». С другой стороны, нужно быть реалистами и понимать, что в отличие от того же бизнеса, который в отношениях с государством нередко придерживается принципа «Не надо нам помогать. Просто не мешайте!», культурная сфера состоит не только из непризнанных гениев, но и из соответствующей инфраструктуры, а именно библиотек, музеев, театров, которые всегда нуждаются в государственном финансировании. Желательно не остаточном. Понятно, что на поддержку всего этого хозяйства меценатов из числа бизнесменов не наберешь. Хотя, если быть честным, то при политической воле многих наших олигархов уже давно можно было не просить, а заставить внести свой вклад в культурное развитие страны, всучив им на баланс поддержку тех или иных объектов культуры. В любом случае это не Чукотка, которую когда-то дали в нагрузку Роману Абрамовичу. В конечном счете мечта многих современных художников, писателей и кинорежиссеров — это не чиновник с деньгами, а меценат, который бы помогал не только деньгами, но и советами, не вмешиваясь при этом в творческий процесс. Ведь культурный взрыв эпохи Возрождения был связан в том числе с тем, что многие творцы нашли меценатов, среди которых даже была негласная конкуренция за художников, скульпторов, архитекторов.

Идеалы и ценности

— Какие условия необходимы для развития культуры, кроме финансовых?

— Во-первых, в бедном обществе любая книга больше воспринимается как средство для топки печи, а театр как место сбора зажравшихся «буржуев». Поэтому нельзя ожидать культурного развития от общества, где многие люди больше выживают, чем живут. Здесь можно согласиться с тезисом о том, что важным элементом культурного развития общества действительно является не только рост количества образованных людей, но и граждан со средним достатком. При этом рост уровня жизни, появление того же среднего класса в значительной степени зависит от грамотной экономической политики государства, так как у человека всегда должен быть не только выбор что почитать, кого послушать или куда сходить, но также свободное время и деньги, которые он может потратить на свое культурное развитие. Эксперты называют это «ликвидацией социального и территориального неравенства в доступе к культурной инфраструктуре». Во-вторых, сферу культуры не дано воспринимать только как количественную совокупность библиотек, театров и музеев. Это важный инструмент повышения качества человеческого капитала, который лежит в основе любого конкурентоспособного государства. Нам нужны не только инженеры, менеджеры, специалисты по компьютерным технологиям и так далее. Нам также нужны поэты, чей глагол жжет сердца. Нужны писатели, чьи произведения не просто дарятся на юбилеи или продаются, а вдохновляют на благие дела. Нужны музыканты, чьи произведения прославляли бы страну. Всех этих героев не надо искать. Они всегда были в любом обществе, во всех сферах. Просто следует начать с простого. Не мешать им появляться. А если появились, активно поддерживать. Конечно, всегда есть соблазн управлять невежественной толпой. Но нужно понимать, что стабильное экономическое и политическое положение в стране возможно только там, где количество культурных и образованных людей превышает количество маргиналов.

— Как формируются культурные потребности общества? Какие механизмы должны в этом участвовать?

— Универсальных механизмов нет. Есть только благоприятные и неблагоприятные условия, созданные для формирования культурных потребностей. Простое наличие большого количества учреждений культуры еще не означает, что в обществе живет много людей с потребностью приобщиться к тем или иным культурным ценностям. Библиотеки, театры, музеи имеют свою ценность, если туда ходят люди. А люди туда будут ходить, если вопрос с материальной пищей у них решен и возникла потребность в духовной. Также не будем забывать о таких институтах социализации, как семья, школа, религиозные учреждения, высшие учебные заведения, которые с самого рождения формируют человека и его культурный уровень. Помню, в моем советском детстве наличие пусть небольшой, но своей домашней библиотеки было характерно для многих семей. Культуру чтения прививали с детства. Нам даже в школе в обмен на макулатуру дефицитные книги давали. Родительская привычка читать передалась и мне. Сейчас в моем доме большая библиотека. Эффект «заражения», идущий от родителей к детям, не стоит игнорировать. К сожалению, сейчас из процесса социализации выпал элемент культуры. Хотя есть немало интересных примеров, когда включение этого элемента в жизнь общества многое меняло в лучшую сторону. Например, весной этого года мы были в Бильбао, который находится в Стране Басков в Испании. В этом когда-то депрессивном и увядающем городе потратили большие суммы не только на строительство красивых зданий от дорогостоящих архитекторов, но и на создание нового культурного центра, который стал конкурентным преимуществом города, позволяющим ему даже выделяться на фоне более раскрученных Барселоны и Мадрида. Это довольно интересный пример того, как грамотная стратегия регионального развития позволила когда-то депрессивному региону Испании вступить в конкуренцию с регионами-донорами. С 1997 года десятки тысяч людей едут сюда не для того, чтобы посмотреть заводы или покататься на метро Нормана Фостера, а для того, чтобы посетить музей Гуггенхейма. Он открылся 20 лет назад в 1997 году как один из нескольких филиалов всемирно известного музея Соломона Гуггенхейма, головной центр которого находится в Нью-Йорке. В Бильбао собрана прекрасная коллекция современного искусства от Пабло Пикассо, Марка Ротко, Василия Кандинского до Пауля Клее. Только благодаря появлению этого музея туристический поток в Бильбао увеличился в 20 раз и растет с каждым годом. Но, самое главное, в этот музей ходит множество местных жителей — детей и молодежи постарше, которые составляют тот самый человеческий капитал, о котором у нас так любят говорить, но мало что делают для его развития.

— Можно ли определить эффективность культурной политики в стране?

— В Казахстане была принята Концепция культурной политики, но никакой культурной политики я не вижу. Все делается методом тыка, бессистемно и руками чиновников, которые рассматривают представителей культуры лишь в качестве обслуживающего персонала идеологических потребностей. Большая проблема государственных инициатив в сфере культуры заключается в том, что здесь многих в основном интересует освоение выделенных средств, без желания оставить что-то будущим потомкам в качестве культурного наследия. Как бы такая судьба не ожидала новую игрушку чиновников под названием «Рухани жаңғыру». Но эффективность культурной политики определяется не количеством потраченных денег, а мультипликативным эффектом от реализованных проектов. Например, при создании Международного финансового центра в Астане наши чиновники взяли за образец, в том числе, опыт Дубая, так как любят все время что-то копировать. А мне кажется, более полезным для нас является опыт Абу-Даби, где решили открыть не очередной мегаторговый центр, мегаотель или копию Нью-Йоркской биржи, а такой же филиал музея Гуггенхейма. Ведь, как показывает практика, инвестиции в культуру могут иметь более долгосрочный позитивный эффект, чем многим кажется. И это особенно важно, если учитывать стратегию ОАЭ по постепенному снижению своей зависимости от добычи сырья и поворот в сторону развития других несырьевых сфер экономики, в том числе культурного туризма.

— Все упирается в то, реализует ли чиновник собственные культурные потребности?

— Если в одних случаях рыба гниет с головы, то в других — культурный ренессанс часто начинается также наверху, чтобы затем вызвать мультипликативный эффект внизу. Понятно, что для этого необходимо повышение культурной планки у тех, кто находится на вершине властной пирамиды. Можно иметь несколько дипломов о высшем образовании и даже ученую степень, но вести себя как человек, которого только вчера вытащили из грязи в князи. Наши чиновники до сих пор не могут понять одну простую истину: «Не только бытие определяет сознание, но и сознание формирует образ жизни!» Невозможно в Казахстане построить инновационную экономику с людьми, многие из которых вполне искренне верят, что в науку или в искусство идут одни только «неудачники». Бессмысленно разглагольствовать о человеческом капитале, если социальный статус тех же учителей не соответствует той роли, которую они играют в создании этого самого капитала. Глупо говорить о повышении конкурентоспособности страны, в которой наблюдается культурный кризис в общественном сознании.

Статьи по теме:
Повестка дня

Коротко

Повестка дня

Люди и события

Люмпен-эстетика в буржуазных интерьерах

В гламурном пространстве Алматы Villa Boutiques & Restaurants открылась выставка арт-дуэта из Бишкека, повествующая о судьбе Шелкового пути и проблемах миграции

Казахстан

Отечественный газ в полном объеме для себя и на экспорт

УОГ на Бозое — ключевой элемент системы, призванной бесперебойно обеспечивать газом южные регионы Казахстана и обеспечить экспортные поставки в Китай

Экономика и финансы

Быстрее, выше, сложнее

Уровень экономической сложности — показатель, позволяющий точнее прогнозировать рост и эффективнее расставлять приоритеты долгосрочного развития