Прорваться к полимерам

Потенциал индустрии производства и переработки полимеров в РК неплохой, но без выпуска собственного сырья реализовать его не получится

Прорваться к полимерам

Если верить докладчикам форума «Полимеры Центральная Азия 2017» (представители казахстанского и российского бизнеса, а также консультанты и чиновники), у местного рынка полимеров есть будущее. Во-первых, в РК высока доля зарубежной готовой полимерной продукции, во-вторых, местные предприятия представлены в простейших сегментах переработки — это производство пластиковых труб, дверей и окон, полиэтиленовых мешков и упаковок. Перспективная ниша — сегмент композитных материалов. В замещении импорта и увеличении глубины переработки и скрыт резерв для казахстанских компаний. Однако, чтобы реализовать эти задачи, местным компаниям важно получить доступ к дешевому сырью, собственное производство которого запустят лишь к 2020 году.

Полимеры просят сырья

К базовому полимерному сырью относят полипропилен (ПП), полиэтилен (ПЭ), полиэтилентерефталат (ПЭТФ), полистирол (ПС) и поливинилхлорид (ПВХ). Из них изготавливаются пластиковые трубы, тара, мешки, различного вида емкости, полиэфирные волокна, активно применяемые в текстильной промышленности. Из полимеров производят различные строительные и изоляционные материалы. На их основе делают искусственную кожу, линолеум, компоненты мебели. Более того, с каждым годом область применения полимеров расширяется. Например, легкие полимерные композитные материалы все больше и больше заменяют металлические конструкции в автомобиле- и судостроении.

По данным руководителя департамента аналитики Creon Energy Лолы Огрель, максимальное потребление базового полимерного сырья в РК зафиксировано в 2013–2014 годах — около 300 тыс. тонн в год. В 2015‑м оно сократилось до 255 тыс. тонн: после девальвации подорожал импорт, снизился спрос у производителей полуфабрикатов и готовых пластиковых изделий. В минувшем году рынок начал восстанавливаться: рост переработки ПЭ и ПП подстегнул общее потребление, которое выросло до 261 тыс. тонн.

Рынок РК еще очень далек от насыщения, если сравнивать с мировыми показателями, говорит г-жа Огрель. «Среднедушевое потребление полиэтилена в Казахстане составляет 6 килограммов на одного человека, что в два раза меньше российского показателя и в пять раз меньше, чем в странах Европы. По полипропилену разница еще больше — в 4 и 12 раз, соответственно», — отметила спикер.

Уменьшение разрыва — реальный драйвер для роста индустрии переработки полимера. Но существуют причины, по которым быстрый рост невозможен, считает г-жа Огрель. Одна из главных проблем — практически полная зависимость от импортного сырья. Потребляя до 300 тыс. тонн полимеров различного назначения, в Казахстане действует лишь одно небольшое производство ПП — павлодарский завод «Нефтехим LTD» (70 тыс. тонн в год). «Однако мощности загружены не полностью — в 2016 году было выпущено всего 17 тысяч тонн полипропилена, во втором полугодии 2017‑го — 11,8 тысячи тонн», — отмечает эксперт. Практически вся продукция завода «Нефтехим LTD» уходит на экспорт — поставки осуществляют в Россию, Турцию, Китай, Западную Европу. В 2013 году предприятие наладило производство полипропиленовых мешков и теперь перерабатывает не ушедшую на экспорт часть полипропилена.

По оптимистическому сценарию собственное производство полипропилена начнется в 2020 году

Российские мощности могли бы обеспечить казахстанский рынок сырьем. Но его качество, по признанию участников рынка, оставляет желать лучшего. Более того, случаются перебои с поставками. Стоимость же полимерного сырья из третьих стран после вступления Казахстана в ЕАЭС увеличилась, поскольку нулевая таможенная ставка на полимеры, которая была до интеграции, теперь выросла до 6,5%.

Долгожданный ИГХК

Стратегическая задача отрасли — скорейший запуск производства базового полимерного сырья. Эта работа ведется давно, но безрезультатно. Расчет правительства на то, что льготные условия, предоставляемые на территории специальной экономической зоны «Национальный индустриальный нефтехимический парк» (СЭЗ «НИНТ») в Атырау, столице казахстанской нефтяной промышленности, позволят казахстанским переработчикам покупать более дешевое сырье, пока не оправдывается, ведь ни один проект так и не завершен.

По словам Асхата Хасенова, директора департамента развития нефтегазохимической промышленности и технического регулирования Минэнерго РК, в активной стадии находятся четыре проекта по производству базового полимерного сырья (ПП, ПЭ, ПЭТФ и циклогексан). Если удастся их запустить, то индустрия переработки полимеров получит мощный стимул. Как сказал г-н Хасенов, «рынок в любом случае оживет, если будет собственное базовое сырье». Однако местным переработчикам нужно еще ждать как минимум до 2020 года.

Большие ожидания связаны с запуском интегрированного газохимического комплекса (ИГХК) на территории СЭЗ. В сентябре 2016‑го Kazakhstan Petrochemical Industries (KPI; оператор строительства первой фазы ИГХК) удалось подписать с Госбанком развития Китая кредитное соглашение на сумму 2 млрд долларов. Генподрядчиком определена китайская компания China National Chemical Engineering, с которой заключен ЕРС-контракт. По оптимистичному сценарию производство ПП начнется в 2020 году. «Ожидаем начала строительства: подрядчик приступил к мобилизации техники и персонала, а оператор собирается заказывать у лицензиара технологии оборудования длительного изготовления», — отмечает г-н Хасенов. Установка по производству полипропилена спроектирована по технологии CB&I Lummus Technology, а номенклатура товаров состоит из 70 видов гомополимеров и 12 видов сополимеров.

Напомним, ИГХК начали строить в 2010 году, за это время в KPI поменялись акционеры, проект, стоимость которого изначально оценивалась в 6,1 млрд долларов (сейчас в 8,0 млрд), встал. Мощность первой очереди (фазы) комплекса — 500 тыс. тонн ПП. Вторая фаза предполагает запуск установки по производству ПЭ мощностью до 800 тыс. тонн. Сейчас рассматривается вариант увеличения мощности до 1,25 млн тонн. Партнера проекта так и не нашли, хотя в этом году им заинтересовалась арабская Mubadala. Если компания из ОАЭ все-таки возьмется за проект и начнет работать уже с этого года, то ближайшей датой запуска второй фазы ИГХК будет 2024 год, считают в Минэнерго.

Успели с полимерами?

Проектные производственные мощности ИГХК превышают потребности республики в ПЭ и ПП. Поэтому в кабмине полагают, что с запуском ИГХК Казахстан из импортера превратится в экспортера полимера. Но здесь встает вопрос о том, сможем ли мы реализовать экспортные амбиции, поскольку наши соседи в последние годы ввели несколько газохимических комплексов, а до запуска ИГХК еще далеко.

Первый пример — Узбекистан, который в 2016 году запустил газохимический комплекс Uz-Kor Gas Chemical с годовой мощностью до 4 млрд кубометров товарного газа, 387 тыс. тонн ПЭ и 83 тыс. тонн ПП. Наш южный сосед планирует до 2021 года запустить производство олефинов (мономеров) в Кашкадарьинской области с мощностью 210 тыс. тонн в год ПЭ и 280 тыс. тонн в год ПП. Правительство Туркменистана заявило, что в 2018‑м заработает газохимический комплекс годовой мощностью в 386 тыс. тонн ПЭ и 81 тыс. тонн ПП. В Азербайджане планируют в 2022 году запустить газохимический комплекс (ПЭ — 600 тыс. тонн в год, ПП — 120 тыс. тонн).

«Если говорить о межстрановой конкуренции — по полипропилену у нас имеются off-take контракты с мировыми трейдерами. По полиэтилену все, с кем мы вели переговоры, выдвигают условия, что они сами будут реализовывать нашу продукцию», — рассказывает г-н Хасенов. По мнению Лолы Огрель, одним из перспективных направлений экспорта тот же Азербайджан считает Китай, а узбекские производители заключили контракты с Турцией и европейскими потребителями. Турция и Китай — очень перспективные рынки сбыта. Например, в 2016 году Турция импортировала полиэтилен и полипропилен в объеме 3,7 млн тонн, а Китай — 16,1 млн тонн.

«С одной стороны, вроде бы безграничные возможности, с другой — тот же Китай активно внедряет технологию “уголь — метанол — олефины — полиолефины”. С 2010‑го по 2016 год было запущено 9 заводов общей мощностью 5,5 миллиона тонн олефинов, в 2017–2018‑м планируется запустить еще 7 заводов, мощностью до 5 миллионов тонн, а на перспективу до 2020‑го и далее таких проектов у китайцев гораздо больше. А еще российский “ЗапСибНефтехим” активно строится, его тоже надо учитывать», — комментирует эксперт Creon Energy.

В РК также планируют наладить дальнейшую переработку бензола и параксилола, выпуск которых стал возможен после установки комплекса по производству ароматических углеводородов на Атырауском НПЗ. Правда, сейчас, когда в стране недостаточно бензина, комплекс работает на топливном варианте, а не на нефтехимическом.

По словам Асхата Хасенова, в активной фазе находится проект по переработке бензола в циклогексан. Завершается составление ТЭО, есть предварительная договоренность по финансированию у компании, намеренной запустить производство циклогексана. Также обсуждается проект по производству ПЭТФ мощностью 430 тыс. тонн, сырьем для него выступит параксилол. Завершены ТЭО и госэкспертиза. «Частный инвестор сейчас ведет переговоры, чтобы привлечь финансирование. Мы ожидаем от него информацию. Как только он будет готов, следующая стадия — детальный инжиниринг и начало строительства», — говорит г-н Хасенов.

Но вы держитесь

Пока в Казахстане нет собственного производства базового полимерного сырья, потребности отечественных переработчиков обеспечиваются импортными поставками. По данным International Trade Centre, импорт ПП вырос с 14,5 тыс. тонн в 2010 году до 28,1 тыс. тонн в 2016‑м (в денежном выражении — с 23,8 до 52,8 млн долларов). Лидером в списке импортеров остается Россия (69%), в прошлом году начались поставки из Узбекистана (3%). С началом работы Uz-Kor Gas Chemical у Узбекистана неплохие шансы стать одним из ключевых поставщиков полимеров в РК.

По данным Creon Energy, в 2010–2013 годах спрос казахстанских переработчиков на ПЭ вырос с 80 до 144,5 тыс. тонн — основным потребителем выступили производители труб. В 2015 году потребление ПЭ сократилось до 98,4 тыс. тонн, но в 2016‑м выросло до 106 тыс. тонн.

Внутренние потребности в ПЭ полностью обеспечиваются за счет импорта (до 80% закупаемого ПЭ — полиэтилен низкого давления). Россия — главный поставщик этого вида полимера. В прошлые годы заметную долю на казахстанском рынке занимала продукция из Южной Кореи, но в 2016‑м в республику пришли ПЭ из Узбекистана (доля РУ выросла с 2% в 2015‑м до 13% в 2016‑м).

Если потребление ПП и ПЭ в 2016 году выросло, хотя и незначительно, то спрос на остальные полимеры сократился. «Особенно не радует статистика по ПЭТФ — переработка снижается четвертый год подряд. Загрузка мощностей переработчиков ПЭТФ находится на уровне 65–70 процентов, — подчеркивает Лола Огрель. — И ситуация в ближайшее время вряд ли изменится к лучшему, поскольку розлив пива в ПЭТ-тару по-прежнему находится под запретом». Спрос на ПВХ достиг своего пика в 2014‑м (78 тыс. тонн), но в прошлом году сократился до 58,8 тыс. тонн. Объем переработки ПС в Казахстане меньше, чем других полимеров — в 2016 году в страну завезено 17,4 тыс. тонн ПС, что меньше на 5%, чем было в 2015‑м.

Резерв роста

Доля импорта в структуре потребления готовой полимерной продукции высока. В ее сокращении скрыт резерв для местных компаний, уверена г-жа Огрель. В 2016 году, по расчетам Creon Energy, поставки готовых полимерных изделий превысили 140 тыс. тонн (пик пришелся на 2013‑й — 180 тыс. тонн). Потребление пластиковых труб в РК находится на уровне 135–145 тыс. тонн в год, при этом доля импорта в 2016‑м составила 6%. «То есть вопрос замещения импорта в этом сегменте не актуален», — отмечает г-жа Огерль. Впрочем, как и в сегменте производства пластиковых окон и дверей, где доля импорта в 2016 году составила всего 9%.

Сегменты, на которые отечественным компаниям стоит обратить внимание, — производство ПЭТ-тары, полиэтиленовых пакетов, самоклеящихся пленок, вспененных листов и напольных покрытий. Публичной статистики по выпуску ПЭТ-тары нет, поэтому, чтобы оценить динамику производства пластиковых бутылок, нужно сделать допущение, что практически все импортное сырье (ПЭТФ) используется на производство преформ. Импорт падал, и из этого следует, по мнению Лолы Огрель, что динамика производства пластиковых бутылок в РК тоже отрицательная. Действующее с осени 2014 года ограничение на использование ПЭТ-тары для алкогольной продукции резко сократило производство пластиковых бутылок. Что касается импорта ПЭТ-тары, то в РК ввозятся, как правило, пластиковые банки и флаконы для бытовой химии. Доля импорта пластиковых бутылок, согласно данным Creon Energy, в 2016 году составила 19%.

Объем производства полиэтиленовых пакетов в Казахстане достигает 10 тыс. тонн. Свыше 70% из них — импортные: основные поставщики — Китай и Россия, за ними следуют Кыргызстан и Украина. Стоит отметить, что высока доля полиэтиленовых пакетов, ввозимых в страну нелегально. «Поскольку не изымается таможенная пошлина, это ставит казахстанских производителей в невыгодное положение по сравнению с китайскими конкурентами», — подчеркивает г-жа Огрель.

Объем импортных поставок самоклеящихся пленок и вспененных листов в 2015 году составил около 80 тыс. тонн, в 2016‑м импорт сократился до 50 тыс. тонн. Рынок напольных покрытий практически полностью закрывается импортной продукцией. Если в 2012–2015 годах объем импорта линолеума превышал 25 тыс. тонн, то в прошлом году упал до 19 тыс. тонн. «Реальные доходы населения в 2016 году сократились, и ремонт откладывается до лучших времен, — анализирует Лола Огрель. — Падение покупательной активности хорошо прослеживается по потреблению предметов домашнего обихода, произведенного из пластика. Доля импорта в этом сегменте достаточно велика — от 50 до 70 процентов».

От труб к КамАЗам

Отечественные компании-переработчики полимеров представлены, как правило, в простейших сегментах с низкой добавленной стоимостью. Согласно данным статкомитета МНЭ РК, 60,1% от всех пластмассовых изделий занимает производство труб. Следом идет производство листов и пленок (16,1%), изготовление пластиковых дверей и окон занимает третье место (14,3%).

Производство сложных композитных материалов (углеродные ткани, конструкционные материалы на основе полимера, кабельная оболочка и т.д.) с высокой добавленной стоимостью официальная статистика не фиксирует; если оно и появилось в стране, то объемы ничтожно малы. Выход в сегмент производства композитных материалов — резерв роста для отечественной полимерной индустрии.

По словам Дениса Шавернева, эксперта «Полимерного кластера Республики Татарстан», значимость и область применения полимеров в различных отраслях экономики с каждым годом расширяется. «Мы отмечаем устойчивую тенденцию специализации полимеров, она выражена в стабильном увеличении ассортимента инженерных пластиков и полимеров со специальными свойствами. Полимеры проникают в машиностроение, кабельную, пищевую, лакокрасочную и другие отрасли», — рассказывает собеседник.

Полимеры все активнее используют в автомобилестроении, когда меняют металлические компоненты на композит, чтобы облегчить вес автомобиля. «Взять коробку передач, которую, казалось бы, немыслимо представить из пластика, но уже сейчас в Татарстане есть компании, готовые предложить подобные решения. Новая кабина КамАЗа уже производится не из металла. Современные требования безопасности заставляют кабельные предприятия уделять все больше внимания наращиванию компетенции в работе с полимерами. Вся изоляция, кабельная оболочка и даже жилки кабелей управления делаются из полимерных композиций», — объясняет г-н Шавернев.

По его словам, чтобы казахстанская индустрия переработки полимеров перешла к производству сложной продукции с высокой добавленной стоимостью, нужно включать это направление в госпрограмму индустриального развития. «Если правительство пытается увеличить локализацию в автомобилестроении, то нужно стимулировать появление производств элементов кузова и внутренней обшивки, кабельной размотки и так далее возле автомобилестроительного предприятия по кластерному принципу», — считает Денис Шавернев.

Статьи по теме:
Казахстанский бизнес

Как по маслу

Привлекательность масличных культур растет, они стали источником валютной выручки

Спецвыпуск

Когда нефть дорожает

Господдержка и благоприятная конъюнктура на товарных рынках позволили крупнейшим казахстанским компаниям немного улучшить показатели доходности

Политика и экономика

Цена эффективности

“Самрук-Казына” в 2017 году ожидает экономический эффект от трансформации в размере 30 млрд тенге

Тема недели

Под стрелой Нацбанка

Усилия регулятора по сдерживанию инфляции нивелируются несогласованностью денежно-кредитной и фискальной политик