Избавление от безнадеги

Банкам ослабили налоговую нагрузку, чтобы они активнее списывали безнадежные кредиты. Но понадобятся более решительные меры, чтобы расчистка балансов обернулась ростом кредитования

Избавление от безнадеги

Давно ожидаемые банками изменения в Налоговом кодексе, позволяющие не признавать доходом суммы снижения провизий по кредитам, были приняты еще летом этого года (см. ст. 5 Закона «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты РК по вопросам налогообложения» от 21 июля 2011 года). По существу, банкам снизили налогооблагаемую базу, и в конечном счете это должно способствовать более быстрому очищению балансов, ведь теперь не придется платить налоги за снижение сумм резервов. Еще один положительный эффект налоговых послаблений, по словам управляющего директора АО «Евразийский банк» Анны Бичуриной, частичное решение проблем малообеспеченных заемщиков, пострадавших в период финансового кризиса, в том числе и по ипотечным займам. Основная цель изменений — оптимизация кредитных портфелей.

Решение вопроса с налогообложением банков — лишь одна из мер, предусмотренная программами оздоровления финансового сектора и конкурентоспособных предприятий, принятых в марте 2011 года. О реализации других пока не слышно.

А кто любит налоги?

И банки второго уровня (БВУ), и эксперты уже давно обращали внимание на необходимость стимулирующих мер (во всем мире это в основном налоговые послабления), чтобы кредиторы активнее списывали безнадежные займы. «По действующему Налоговому кодексу отчисления в резервы на возможные потери по ссудам сокращают налогооблагаемую базу, но если банк списывает проблемный кредит, то созданные под него резервы считаются прибылью и облагаются налогом на общих основаниях, в силу чего положительное влияние на прибыль, оказываемое созданием резервов, нивелируется при списании. Такая норма призвана предупредить манипулирование резервами для уклонения от уплаты налогов, однако ее побочным эффектом является накопление и удержание на балансах плохих кредитов, что отнимает у банков много времени, сил и денег, говоря простым языком», — объясняет аналитик АО «Тройка Диалог Казахстан» Айнур Медеубаева. По ее словам, доля просроченных ссуд на балансе банков в Казахстане больше, чем в среднем по банкам развивающихся стран. Одна из причин — как раз отсутствие эффективного механизма списания таких ссуд, особенно в части налогообложения, считает она.

Глава Национального банка (НБРК) Григорий Марченко также неоднократно говорил о том, что урегулирование вопросов налогообложения позволит быстрее очистить балансы БВУ от безнадежных кредитов. Так что принятия закона ждали, но это событие прошло незамеченным, в том числе и СМИ, что неудивительно: ни власти, ни банки не делали никаких заявлений по этому поводу.

Только на заседании по корректировке стратегии Банка развития Казахстана (БРК) 18 октября о принятых изменениях в Налоговый кодекс рассказал заместитель председателя комитета финансового надзора (КФН) НБРК Мухтар Бубеев. «Обычная практика, если кредит не приносит какое-то время дохода, нет перспектив по его возврату, то он, как правило, списывается за баланс и там держится. Хотя могут проводиться какие-то юридические действия — подача исков и так далее. У нас была проблема с коммерческими банками, которая состояла в том, что налоговые органы включали списание за баланс в доход клиента. Так как этот доход облагается у источника, они требовали, чтобы банк заплатил налоги за этого клиента, на что банки реагировали отрицательно. Клиент и так не возвращает деньги, заем приходится списывать и при этом еще и платить. Но вопрос решился недавно. Были введены поправки в Налоговый кодекс. Они буквально недавно вступили в действие. Регулятор принял дополнительный акт, который показывает, сколько можно списывать без налогообложения», — сказал он.

По его словам, все это работает уже с октября. Вместе с тем многие БВУ, опрошенные «Экспертом Казахстан» в ходе подготовки материала, не стали давать комментарии по изменениям в законодательстве, сославшись на то, что пока нет механизма списания. Сейчас все ждут принятия подзаконного акта — постановления НБРК, уточняющего положение закона. Его проект уже опубликован на сайте Нацбанка для ознакомления и обсуждения. Этот документ утверждает Правила определения агрегированного показателя и максимального соотношения общей суммы прощенной безнадежной задолженности по кредитам к агрегированному показателю, порядка определения расчетного показателя и его размера, оснований и порядка прощения безнадежной задолженности.

Тем не менее уже сейчас можно говорить о том, что получат банки и как это отразится на их состоянии, а главное, обернутся ли списания в масштабах всего сектора ростом кредитования.

Плохо и очень плохо

Во время кризиса проблема с ликвидностью банков второго уровня (БВУ) отошла на второй план, уступив место качеству активов. Доля неработающих кредитов (НК) в десятом году превысила 30% от совокупного кредитного портфеля. Рейтинговые агентства, в частности Standard&Poor’s, оценивали эту долю выше — 40—50%, поскольку включают в НК не только займы с просрочкой платежей свыше 90 дней, но и прошедшие реструктуризацию, кстати, то же самое делает и регулятор, поэтому у КФН оценка доли неработающих займов обычно выше, чем у самих банков.

Улучшения кредитного портфеля, ожидаемого во втором полугодии 2010 года в связи с оживлением экономики, так и не произошло. Более того, в 2011 году он даже ухудшился. «Пик неработающих кредитов пришелся на 2010 год. Это было где-то около 36% от ссудного портфеля. И к началу 2011 года показатель упал до 32%. Я сейчас говорю о неработающих кредитах по оценке непосредственно регулятора. В апреле мы думали, что идет спад — 32%. Однако со второго квартала опять идет рост. И сегодня показатель составляет 35,6% от ссудного портфеля», — сказал Мухтар Бубеев на заседании БРК.

Как объяснил заместитель председателя КФН, ухудшение портфеля связано с тем, что этим летом регулятор добавил дополнительный счет для перехода на МСФО (счет «3300 — Счет корректировки резервов (провизий)», который отображает разницу между суммами провизий, сформированных в соответствии с требованиями КФН и МСФО. — «ЭК»), и цифры скорректировались. «Если смотреть на кредиты, списанные за баланс, они к середине года немного уменьшились. В середине года они составляли примерно один триллион тенге. Сейчас около 740 миллиардов. Но это потому, что часть из них села обратно на баланс. Из-за этого тоже ухудшился портфель», — сказал г-н Бубеев. Отметим, что активнее других с просроченными кредитами работали банки, прошедшие реструктуризацию — БТА Банк и Альянс Банк. За год — с января 2010-го по январь 2011 года — доля неработающих кредитов в их портфелях снизилась с 79 до 66,4% у БТА и с 69 до 57,4%— у Альянса. По сектору в целом портфель НК сократился с 36 до 32%.

На высокий уровень проблемных кредитов казахстанских банков в связи с возможностью наступления второй волны кризиса обратил внимание старший экономист департамента стран Ближнего Востока и Центральной Азии Международного валютного фонда (МВФ) Дмитрий Рожков на пресс-конференции фонда 31 октября. «Учитывая неясности, в общем-то, достаточно высокие риски, которые исходят извне, эта проблема приобретает значительно большую остроту», — отметил он. По его мнению, несмотря на «ликвидацию проблем систем налогообложения, которые мешали банкам списывать займы», нужны дальнейшие усилия в этом направлении. В частности, он считает, что следует дать реальную оценку ситуации. «Где находятся проблемные займы, сколько их в банках, какой реальный уровень провизий и далее — возможные действия по рекапитализации в случае необходимости с привлечением либо фондов от акционеров, либо от правительства, если это необходимо», — пояснил представитель МВФ.

Все не спишут

Налоговые послабления даны банкам временно: с 1 января 2011 года по 31 декабря 2012-го. Значит ли это, что их действие будет распространяться на любое снижение провизий, которое произошло в этот период, в том числе и до принятия закона? Послушаем Анну Бичурину из Евразийского банка: «В связи с окончанием 2011 года и отсутствием утвержденных условий НБРК полноценно воспользоваться законом не удастся», — считает она. В таком случае непонятно, почему установлены именно такие временные рамки.

Но это не единственное ограничение. Их список продолжают Правила Нацбанка (пока еще не утвержденные).

В частности, в безнадежную задолженность не включаются кредиты, предоставленные банками взаимосвязанным сторонам либо третьим лицам по обязательствам взаимосвязанных сторон. Прощенная безнадежная задолженность не должна превышать 0,1% суммы непогашенного на начало календарного года основного долга по кредитам, подлежащим классификации в соответствии с требованиями КФН. При этом на дату принятия банком решения о прощении безнадежной задолженности не допускается превышение расчетного показателя свыше 10% собственного капитала банка. Так что банки просто не смогут простить и списать всю сумму безнадежных займов и выиграть на налогах. Скорее всего, права Айнур Медеубаева, говоря, что банки начнут списывать только самые безнадежные кредиты и будут принимать решения на индивидуальной основе, а процесс не будет носить быстрый или массовый характер. «В случае если к началу 2012 года проект правил НБРК будет утвержден, БВУ будут применять нормы закона для улучшения состояния кредитного портфеля. Однако НБРК придерживается достаточно жесткого и строго регламентированного порядка при применении статьи 5 данного закона, то есть банкам не предоставляется возможность простить (списать) все безнадежные займы», — добавляет Анна Бичурина.

В каких случаях допускается прощение и дальнейшее списание займа? Во-первых, если расходы по возврату задолженности превышают ее размер. Во-вторых, когда банк уже применил все меры по взысканию, предусмотренные Правилами, в случае отсутствия обеспечения на сумму задолженности.

До списания долга уполномоченный орган банка должен принять решение о применении мер в отношении заемщика. Затем в бесспорном (безакцептном) порядке взыскиваются все деньги с любых банковских счетов заемщика и принимаются меры по обращению взыскания на обеспечение по займу и другое имущество самого должника, а также третьих лиц, которые несут обязательства по договору с заемщиком.

Банк должен обосновать прощение каждого кредита, указать сведения по заемщику, сумму безнадежной задолженности, а также расходы банка, связанные с ее взысканием.

В конечном счете долг списывается с баланса за счет сформированных по нему провизий.

Первыми, скорее всего, будут прощены и списаны совсем уж безнадежные беззалоговые кредиты, на радость должникам. Что касается долгов заемщиков по ипотечным займам, а также компаний, то вряд ли, лишившись квартиры или любого другого имущества, обеспечивавшего кредит, они оценят прощение им долгов.

Не льгота, а отсрочка

Поговорив с представителями банков, мы убедились, что каких-то кардинальных изменений — роста кредитования или увеличения прибыльности сектора — ожидать не стоит. Желаемый результат — очистка балансов. «Что касается списаний, если смотреть чисто с точки зрения надзора, то картина такая: у вас есть плохой кредит, вы против него держите 100 процентов провизий, на балансе он или за балансом — разницы нет с точки зрения надзора. С другой стороны, когда кредиторы банка смотрят на него, они говорят: что-то много проблемных кредитов, провизий. И нам это не нравится. Цена фондирования у такого банка начинает расти», — объяснил Мухтар Бубеев на заседании БРК.

«Банки уже понесли расходы по плохим кредитам, сформировали провизии и уменьшили капитал. Списание позволит более адекватно отражать финансовую отчетность банков и облегчит общение с инвесторами, рейтинговыми агентствами и другими пользователями финансовой отчетности коммерческих банков. В результате балансы банков будут более здоровыми, а отчетность сравнима с банками в других странах. Это позволит привлекать финансирование и сконцентрироваться на своей основной деятельности — кредитовании», — так оценивает важность принятых поправок председатель правления АО «kaspi bank» Михаил Ломтадзе.

Ухудшение качества портфеля давит на прибыль банков из-за необходимости создавать провизии по кредитам в соответствии с классификацией КФН — от 5% на сомнительный первой категории до 100% на безнадежный. По существу, эти деньги отвлечены из оборота, а расходы по их формированию ложатся на капитал. При восстановлении провизий банк получает доход, что отражается в отчете о прибылях и убытках. Однако, как говорит Анна Бичурина, восстановление провизий происходит только в случае погашения займов или улучшения их классификации. «Учитывая, что при прощении займа он фактически не будет возвращен заемщиком, БВУ не получат реального дохода. Соответственно, увеличение чистой прибыли БВУ возможно только за счет уменьшения суммы налогов, подлежащих оплате в бюджет», — отмечает управляющий директор Евразийского банка.

Но и от снижения налогов выигрыш будет не столь уж большой. При увеличении расходной части снижается налогооблагаемая база (за счет уменьшения разницы между доходами и расходами). А формируемые резервы как раз и составляли основную долю расходов. Например, по данным КФН, по итогам сентября 2011 года ассигнования на обеспечение составили 58% всех расходов БВУ до уплаты подоходного налога, в том же месяце 2008-го — 42%. При этом три года назад сумма подоходного налога была более чем вдвое выше по сравнению с сентябрем нынешнего года (25 млрд тенге против 11 млрд).

«При налогообложении формирование резервов по непогашенным кредитам действительно увеличивает расходную часть БВУ, — рассказывает г-жа Бичурина. — Расход на провизии снижает налогооблагаемую базу в том налоговом периоде, в котором резервы были сформированы. Однако при снижении требований к заемщику, по которому ранее были сформированы резервы, БВУ обязаны восстановить суммы провизий, отнесенных на расходы, путем увеличения доходов и оплатить налог в том периоде, в котором произошло снижение требований. Предусмотренное законодательством отнесение провизий на расходы при расчете налогов — это мировая практика и является не льготой для банков, а лишь отсрочкой платежа по налогу».

Управляющий директор департамента управления кредитами Банка ЦентрКредит (БЦК) Ерлан Ермаханов тоже не считает, что банки получат налоговые льготы. Вот, по его словам, как будет отражаться освобождение от налогов при списании безнадежных кредитов в финансовой отчетности: во-первых, списание будет происходить за счет доходов банка и отражаться как убыток, во-вторых, возврат провизий отразится как получение соответствующего дохода. «Соответственно, разница “сядет” либо как отрицательное, либо как положительное сальдо», — резюмирует г-н Ермаханов.

Снизятся «бумажные доходы». На большую долю накопленных, или «бумажных», доходов в казахстанских банках в свое время обратило внимание рейтинговое агентство Fitch. «Бумажные» доходы учитываются в бухгалтерских документах как прибыль, хотя реальные деньги не поступили. То есть любой заем состоит, собственно, из «тела кредита» и процентов за пользование деньгами (ставка вознаграждения). По словам г-на Ермаханова, банки учитывают начисленные проценты как по стандартным, так и по безнадежным кредитам. Понятно, что последние никакой прибыли в виде процентов не генерируют. «Списание безнадежных кредитов при освобождении уплаты налогов позволит банкам списать часть начисленных процентов по безнадежным заемщикам, это, в свою очередь, снизит показатель начисленных процентов банков, которые фактически не являются доходами», — говорит Ерлан Ермаханов. Прибыль будет скорректирована.

А вот на кредитовании списание безнадежной задолженности существенным образом не отразится. По словам Анны Бичуриной, принятые налоговые послабления будут действовать только в течение двух лет и распространяться в основном на ранее выданные займы, так что не стоит ждать реального влияния на развитие кредитного рынка.

Ерлан Ермаханов считает, что влияние будет, но незначительное. Все же для того, чтобы банки опять начали наращивать кредитование, нужны более радикальные меры, нежели стимулирование списаний безнадежных займов. В частности, уже упоминавшиеся программы оздоровления предприятий и финансового сектора.

Прочь весь «мусор»

Кредитный портфель БВУ, по словам Мухтара Бубеева, с начала года вырос «на 3% с корректировками, без корректировок — на 8%» (имеется в виду изменение показателей в связи с введением нового счета по МСФО). Банки теряют свои позиции в экономике страны. Сокращается доля банковских активов к ВВП. На 1 января предкризисного 2007 года они составляли 101% ВВП, на сентябрь 2011-го — всего 48%. Понятно, что и ВВП за четыре года увеличился (с 8 трлн тенге до 26 трлн), и активы подешевели, но, главное, предкризисный тренд — рост сектора на уровне всей экономики — сломан.

При нынешнем состоянии банков, перегруженных стрессовыми активами, и предприятий, перегруженных долгами, вряд ли можно ожидать рывка в банковском кредитовании. Нужно расчистить эти завалы. Облегчить долговое бремя бизнеса должна Программа посткризисного восстановления (оздоровления конкурентоспособных предприятий), утвержденная правительством в марте 2011 года. Вместе с этой программой была представлена концепция «Улучшение качества активов банков второго уровня: проблемы и пути решения», разработанная Нацбанком.

В самой программе говорится о том, что банки должны будут создавать отдельные организации для сброса плохих активов, так называемые bad banks. Концепцией же, помимо таких организаций, предусматривается учреждение второго Фонда стрессовых активов, правда, с несколько измененным названием — Фонд плохих кредитов (ФПК).

Банкам предложено создавать финансовые организации, приобретающие их сомнительные и безнадежные требования и активы для управления ими и (или) их последующей реализации, реструктуризации и (или) секьюритизации (ОУСА).

Предполагалось, что ФПК будет выкупать у банков «плохие» займы — пятой категории и безнадежные, обеспеченные производственными мощностями, а также кредиты юрлицам, восстановление стоимости которых можно провести за счет конвертации части долга в акционерный капитал компаний-заемщиков с его последующей реализацией.

ФПК не будет заниматься кредитами под залог недвижимости. Это как раз задача ОУСА. Планировалось учредить четыре такие организации, которые будут работать с кредитами: связанными с готовой коммерческой и жилой недвижимостью, со строящейся недвижимостью, с земельными участками. Четвертая организация будет приобретать сомнительные и безнадежные требования банков к корпоративным заемщикам. Управление этими активами в конечном счете должно завершиться реализацией (секьюритизацией) активов частным лицам.

Банк может сам создать дочернюю ОУСА или приобрести долю в единой для нескольких банков организации, причем доля каждого участника должна быть меньше 20%. ОУСА могут существовать как SPV, кроме того, банк может передать созданную организацию в управление неаффилированному трастовому управляющему, осуществляющему контроль над ОУСА.

Пока все ограничилось презентацией этих планов. Сейчас правительство сосредоточилось на ФИИР и программе «Дорожная карта бизнеса-2020», но они в основном направлены на поддержку предприятий реальной экономики. Изменения в налогообложении — первая реальная поддержка банковского сектора.

Но, как нам сообщили в БЦК, банк сейчас работает над расчисткой кредитного портфеля как раз в соответствии с названными документами. Уже составляются планы реабилитации крупных заемщиков согласно условиям программы. Кроме того, создается дочерняя организация по управлению стрессовыми активами.

Статьи по теме:
Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности

Спецвыпуск

Бремя управлять деньгами

Замедление экономики разводит все дальше банки и реальный сектор

Бизнес и финансы

Номер с дворецким

Карта столичных гостиниц пополнилась новым объектом