Не банком единым

Появление новых видов финансирования в Казахстане вызвано спросом на альтернативные источники, пока с банковским кредитом туго

Не банком единым

В Казахстан проникают новые виды финансирования. Это P2P-кредитование и краудфандинг. Впрочем, первое можно считать частью второго, более широкого понятия. Смысл P2P-кредитования (peer to peer — «от равного к равному» или person to person — «от человека к человеку») тот же самый, в основе его — взаимное кредитование. Организаторы P2P предоставляют платформу для встречи кредиторов и заемщиков, позволяя первым вложить свободные деньги и вернуть их с прибылью, вторым получить заем без бюрократических проволочек, залогов и комиссий банков. В России, где описываемые виды небанковского финансирования представляют несколько площадок, по информации РБК, центральный банк относит P2P-кредитование к краудфандингу.

Первая P2P-площадка — Zone of Possible Agreement — была открыта в Великобритании в 2005 году. В 2006-м появились аналогичные сервисы в США — Prosper и Lending Club. Финансовый кризис 2008 года, когда многие банки ограничили кредит в связи с ужесточением регулирования, подтолкнул развитие площадок взаимного кредитования. Lending Club в 2015 году даже вышла на IPO и собрала 1 млрд долларов. К тому моменту площадка предоставила кредиты на сумму 15 млрд долларов, что сравнимо с кредитным портфелем крупных банков Казахстана. В последнее время все больше банков поворачивается лицом к P2P-кредитованию, видя в нем новые возможности для развития.

«Эксперт Казахстан» писал о том, что традиционные банки инвестируют сегодня миллионы долларов в инновации, в том числе в развитие финтеха (см. expertonline.kz/a14346). Но здесь легче купить уже известный сервис. Так, например, JPMorgan Chase в конце 2015 года объявил о партнерстве с платформой P2P-кредитования OnDeck Capital в предоставлении кредитов малому бизнесу.

Первая ласточка

В Казахстане нетрадиционные источники финансирования приживаются плохо. У компаний, как и у физических лиц, которым нужны деньги, выбор небольшой — банк или микрофинансовая организация, а также ломбарды. В последние годы, правда, развивается интернет-кредитование, но обороты пока несравнимы даже с небольшим банком. К тому же есть ограничения по суммам и срокам: до 100–150 тыс. тенге на очень короткое время, не более месяца, да и ставки вознаграждения очень высокие.

В июле прошлого года в Казахстане был запущен проект P2P-кредитования Ules.kz. Как объяснили создатели сервиса в распространенном в СМИ пресс-релизе, платформа выдает кредиты онлайн и затем продает права-требования инвесторам не на отдельные займы, а на «портфели и фракции» займов. Схема довольно проста: например, 10 займов по 100 тыс. тенге составляют портфель объемом 1 млн тенге. Далее этот портфель продается 10 инвесторам, каждый из которых вносит по 100 тыс. тенге. Таким образом, доля каждого инвестора составляет не более 10%, или 100 тыс. тенге, но в то же время доля инвестора в каждом займе составляет не более 10%, или 10 тыс. тенге. Такая система распределения позволяет минимизировать риск убытка для инвестора, уверены в Ules. В случае невозврата одного займа остальные девять должны покрыть убыток и принести доход.

Проверка потенциального заемщика стандартная: кредитная история, пенсионные отчисления и анкетные данные. При этом Ules анализирует профиль получателя денег в социальных сетях, используя технологии анализа big data, чего не делает ни один банк, утверждалось в пресс-релизе.

Зайдя на сайт Ules, мы убедились в том, что платформа действует, обещая предоставить потенциальному заемщику кредит при наличии всего одного документа без залогов и поручительств. Инвесторам — создание собственного инвестиционного портфеля, возможность выбора своего заемщика и доходность на уровне 44% годовых.

По словам генерального директора международного финтех-холдинга ID Finance Бориса Батина, целью отказа от классических моделей кредитования является снижение стоимости кредита и рост доходности при повышении его доступности. «Идея сервиса проста: существуют те, у кого есть свободные средства, и те, кто эти средства хочет занять. Онлайн-площадка — это своего рода сайт знакомств потенциальных кредиторов и заемщиков», — говорит он.

«Как правило, это механизм маркет-плейса, когда имеется площадка, на которой инвесторы могут размещать заявки, а пользователи откликаться на них. Либо наоборот, пользователи размещают свои заявки на кредит, и инвесторы имеют возможность выбора. Посредниками в данном случае являются площадки P2P-кредитования. Они могут принимать заявки, проводить частичную верификацию и помогать закрывать определенные риски инвестора и заемщика», — так характеризует P2P-кредитование директор по развитию бизнеса Первого кредитного бюро Асем Нургалиева.

Явное преимущество такой схемы кредитования — его доступность. Заемщик и кредитор не привязаны географически к определенному месту — все транзакции происходят в интернете. Автоматизация процессов позволяет значительно упростить подачу заявки и увеличить скорость ее обработки. Но за удобство сервиса, по словам г-на Батина, заемщик платит более высокий процент. Еще один минус — необеспеченные кредиты всегда сопряжены с высокими рисками невозврата, которые ложатся на плечи кредиторов.

Нацбанк не регулирует, но предупреждает

Деятельность в сфере P2P-кредитования и в целом краудфандинга в Казахстане не регулируется и не лицензируется, юридическим основанием для нее является Гражданский кодекс РК. Официального запрета на этот вид деятельности, по словам Асем Нургалиевой, в Казахстане нет. Однако система несет в себе много рисков, поэтому подобные сервисы пока не нашли активного развития в Казахстане, добавляет она.

Национальный банк достаточно четко выразил свое отношение к новым видам кредитования, разместив на своем аккаунте в Facebook памятку для потребителей финансовых услуг: «Осторожно: финансовые пирамиды!». В ней регулятор предупреждает, что привлечением денег от населения в Казахстане могут заниматься только банки второго уровня, а также национальный оператор почты на основании лицензии, выданной уполномоченным государственным органом.

Р2Р остается глубоко нишевой историей, оно не заменяет потребительского кредитования в банках или микрофинансовых институтах

Согласно требованиям ГК РК, иным лицам запрещается привлечение денег в виде займа от граждан в качестве предпринимательской деятельности, и такие договоры признаются недействительными с момента их заключения. НБК предупреждает: «Вложение денег в нерегулируемые организации сопровождается высоким уровнем риска их полной потери, поскольку взаимоотношения между ее участниками строятся на взаимодоверии, и действия по передаче и концентрации денег осуществляются самими участниками». Тут же даются признаки финансовых пирамид, которые можно разглядеть почти в любом из проектов с использованием «народного финансирования».

Кстати, Борис Батин вялое развитие P2P-кредитования связывает с «устойчивыми стереотипами, сформировавшимися в отношении различных пирамид».

Завтра кредитования?

У альтернативных источников финансирования есть будущее, и это доказывает зарубежный опыт. В то же время на Западе, по мнению экспертов, большая часть площадок нового фондирования рискует быть поглощенной традиционными банками. У наших БВУ пока другие заботы. Лишь один из фининститутов — Казкоммерцбанк — в прошлом году заявлял о своем интересе к финтеху. Тогда глава Казкома Кенес Ракишев даже сделал громкое заявление о том, что «классическим банкам придется или трансформироваться, или им придет конец». У ККБ были большие планы: в частности, открытие «Казком-лаба» — коворкинг-центра и инновационной лаборатории финансовых продуктов, ориентированной на создание интересных продуктов, пока не используемых банками. Неизвестно, продолжит ли эти проекты покупающий ККБ Народный банк.

По мнению Асем Нургалиевой, перспективы развития народного финансирования обусловлены правовым полем. «Если данные схемы будут на законодательном уровне описаны и решены, то и бизнес будет более активен. Тормозит развитие и наша ментальность: мы еще не приучены к подобным услугам. По-прежнему за деньгами заемщики обращаются в банк», — констатирует она.

А вот г-н Батин считает, что рынок P2P-кредитования имеет огромный потенциал роста. Для этого несколько причин: проникновение мобильных технологий в банковскую сферу, ужесточение требований банков к заемщикам и поиск альтернативных источников кредитования.

«По мере совершенствования технической составляющей, а также правового регулирования этой сферы со стороны государства популярность P2P будет расти, а количество его участников — увеличиваться. И тем не менее, P2P остается глубоко нишевой историей, оно не заменяет потребительского кредитования в банках или микрофинансовых институтах», — уверен глава финтех-холдинга ID Finance.

Финансовый асар

Еще одно новое явление в нашей жизни — краудфандинг. В конце мая этого года прошла пресс-конференция, где были представлены завершенные и текущие проекты краудфандинговой площадки baribirge.kz. Организаторы рассказали о краудфандинге как источнике финансирования для социально значимых, творческих проектов и стартапов.

Гендиректора baribirge.kz Анну Таджимуратову нельзя назвать первопроходцем нового финансирования — такие стартапы уже были, тем не менее, возможно, она первый успешный краудфандер. Площадке baribirge.kz удалось собрать 4 млн тенге и завершить около десятка проектов за 10 месяцев, прошедших со дня запуска.

— Анна, краудфандинг для вас — это бизнес или в большей степени социальный проект?

— Со временем краудпроекты можно монетизировать. В мире они приносят организаторам 15 процентов, мы берем за организацию площадки пять процентов. Но пока наш проект денег не приносит: слишком мало времени прошло с его запуска, еще нет больших оборотов, масштабы не позволяют нам получать доходы.

— Краудкомпании зарабатывают на посредничестве, то есть организуя площадку для встречи стартаперов и инвесторов?

— Мы действительно являемся посредниками между проектами и людьми, которые хотят эти проекты поддержать финансами. Но это лишь небольшая часть нашей работы. Краудкомпания еще и обучает авторов, как правильно реализовать проект. Как бы хороша ни была идея, под нее денег не соберешь. Да и задача не только в сборе средств. Продвижение проекта — очень большая и важная работа, в принципе, от нее зависит, станет проект успешным или его ждет провал. Из примерно двух месяцев активности проекта больше всего времени уходит на его продвижение. Многим кажется, что достаточно заявить о проекте в интернете — и он начнет собирать деньги. Но люди обычно не расстаются легко с деньгами. Их нужно заинтересовать, а для этого необходимо понимать, какую аудиторию ты хочешь привлечь и в чем ее интерес.

— Чем могут заинтересовать социальные проекты, которые я увидела в списке вашей площадки? Ведь краудфандинг этим не ограничивается. В мире общими усилиями финансируются и предпринимательство, и стартапы, которые направлены на создание нового продукта, новых технологий и так далее. Ведь дать деньги на бизнес — гораздо интереснее, потому что в случае успеха это может принести отдачу.

— Конечно, на краудплощадках можно запустить любые стартапы, IT-проекты, даже производство. Участники действительно заинтересованы в финансировании проектов, которые могут со временем принести доход. Обязательным элементом того формата краудфандинга, который мы продвигаем, является вознаграждение: человек вкладывает деньги, а автор проекта взамен дает ему свой продукт. Вознаграждение не обязательно должно быть материальным. Например, мы предлагали участникам из трех предложенных вариантов выбрать лучшую обложку для «Казахстанских сказок», которые были изданы на собранные деньги. При желании участник мог получить книгу с автографом автора, побывать на экскурсии в типографии или на авторском вечере. В качестве вознаграждения могут выступать письменная благодарность, детские рисунки, вязаные носки в подарок от бабушек из «ДеДского сада», обереги, елочные игрушки — небольшие сувениры от тех, в чью пользу были собраны деньги. Автор берет на себя обязательство вознаградить заимодателя, и мы, организаторы, продумываем вместе с ним способ вознаграждения.

— Кто оплачивает вознаграждение участникам финансирования?

— Автор проекта. Себестоимость вознаграждений закладывается в смету проекта. Туда же вносятся налоги с прибыли, комиссии банка за перевод денег, наши комиссии, плюс сумма, которую необходимо собрать. Это серьезная математика, все рассчитано до копейки. После того, как мы собираем все средства, что заложены в смету, мы прекращаем прием денег и выставляем извещение «Проект окончен» и снимаем кнопку «Оплатить».

— Как контролируется использование денег? Мне кажется, это краеугольный вопрос любого проекта, связанного со сбором средств.

— Мы подписываем с авторами юридический договор. По сути происходит предпродажа продукта пользователю, и по условиям договора автор обязан обеспечить вознаграждение каждому участнику финансирования. Если он этого не сделает, человек, который дает деньги на проект, может требовать возмещения по суду. Прежде чем перечислить деньги, пользователи знакомятся с условиями оферты, где объясняется, как защищены их права. Мы потратили очень много времени на разработку документации и механизма защиты прав займодателей, работали с международными юридическими компаниями. Скажу без ложной скромности, мы обеспечили безопасность наших пользователей на сто процентов. Конечно, мы проверяем авторов, их документы, записываем все их реквизиты. Это не люди с улицы.

— Как вы находите проекты?

— Сейчас уже авторы сами нас находят. Наш первый проект — выпуск музыкального альбома алматинской группы «Лампы Оркестра». И это было стопроцентное попадание: собрали 1,2 миллиона тенге! Пока это наш рекорд. Это был удачный проект и с точки зрения продвижения не только группы, но и нашей компании. Мы подружились с ребятами, и теперь они сами поддерживают наши инициативы. В поддержку приюта «Счастливый шанс» они сняли забавное видеообращение. Краудпроекты хороши тем, что расширяют круг общения, мы успели подружиться со всеми нашими авторами, а те перезнакомились между собой, то есть «народное финансирование» сближает людей.

— Как бы вы охарактеризовали тех, кто вас поддерживает?

— Мы находим понимание у всех слоев населения, начиная с тех, кого мы называем обычными людьми, до должностных лиц. Да, даже чиновники начинают интересоваться нашими проектами. Все понимают, что стартапам народное финансирование нужно и полезно. В нашем обществе привыкли «сидеть» на госбюджете — на грантах, донорской помощи и субсидиях. Но многим стартаперам сложно рассчитывать на бюджетные средства или банковские кредиты — их дают далеко не всем. И тут на помощь приходит краудфандинг. Если говорить о тех, кто дает деньги, дают все — и бедные, и богатые, кто сколько может: и пятьсот тенге, и тысячу. Средняя сумма — от 3 до 10 тысяч тенге, сколько необременительно для семейного бюджета. В мире уже сложился круг людей, которые регулярно заходят на краудфандинговые площадки и выбирают проекты или идеи, которые они хотят и могут поддержать. Мне кажется, уровень развития народного финансирования — показатель зрелости общества и гражданской ответственности людей.

Статьи по теме:
Экономика и финансы

Аппетит приходит в кризис

Рост потребительского спроса сопровождается увеличением кредитной нагрузки для населения

Казахстанский бизнес

Яму проскочили

Итоги первого полугодия 2017‑го свидетельствуют о выходе автомобильного бизнеса РК из рецессии

Бизнес и финансы

Максут растет

БАСТ рапортует о завершении второй очереди строительства на Максуте

Спецвыпуск

Приспособиться к реальности

Замедление банковского кредитования и снижение запросов на оценку залоговой недвижимости переориентируют участников рынка на более сложные виды оценки