Темная башня

Низкое качество управления не только пенсионными активами, но и активами Нацфонда и госсредствами в целом приводит к потерям и неэффективному их использованию

Темная башня

После того, как стало известно о дефолте Международного банка Азербайджана (МБА), куда инвестиционный комитет Национального банка РК (НБК) вложил 250 млн долларов активов ЕНПФ, у специалистов и журналистов появился своего рода спортивный интерес к оценке качества инвестпортфеля фонда. Все бросились подсчитывать реализовавшиеся или потенциальные потери пенсионных активов (ПА). Не прошел мимо актуального тренда и «Эксперт Казахстан».

Помимо известных вложений в инфраструктурные облигации и «мусорные» бумаги обанкротившихся эмитентов, уже обесцененных до нуля и большей частью списанных, нам удалось обнаружить инвестицию в облигации бразильской металлургической компании Samarco Mineracao S.A., рейтинг которой агентством Fitch снижен до преддефолтного уровня «СС». Компания переживает трудные времена: после прорыва принадлежащей ей плотины в ноябре 2015 года, затопления двух шахт и гибели людей Samarco Mineracao объявила дефолт по своим обязательствам. Объем инвестиций — небольшой по меркам ЕНПФ: номинальная стоимость облигаций на 1 мая 2017 года составляла 628,8 млн тенге, текущая снизилась почти вдвое — 321,5 млн. В инвестпортфеле ЕНПФ эти облигации на сумму 279,2 млн тенге (номинальной стоимостью 2 млн долларов) отражены в январе 2014 года, то есть уже после объединения пенсионных активов в единый фонд. Вполне возможно, данные бумаги были приобретены и частным накопительным пенсионным фондом (НПФ) и затем перешли в единый портфель.

Эти сведения мы публикуем не для того, чтобы в очередной раз уязвить управляющих пенсионными активами, а в качестве демонстрации того, как могут даже финансово устойчивые эмитенты (рейтинг в 2014 году — «ВВВ» от Standard & Poor’s) в момент стать неплатежеспособными. Любой инвестор не застрахован от таких случайностей.

Но в случае с бумагами МБА инвесткомитет НБК купил всю эмиссию, чем умножил риски на 100%.

Сделка по договору

По словам директора департамента монетарных операций НБК Алии Молдабековой, на момент инвестирования в октябре 2014 года облигация МБА имела рейтинг «Ba3», что соответствует рейтингу «ВВ-» от S&P, в то время как инвестиционная декларация от 6 мая 2014 года разрешала вкладывать ПА в бумаги с минимальным рейтингом «В». Новая инвестдекларация фонда, принятая в марте 2016 года, ужесточает требования к минимальному уровню рейтинга зарубежного эмитента или бумаги для инвестиций за счет ПА, повысив его до «ВВ-» по шкале S&P, но в случае с ЦБ МБА она ничего не меняет, так как рейтинг на момент покупки соответствовал этим требованиям.

Можно предположить, что облигации МБА были куплены ЕНПФ по просьбе или указанию сверху

«Инвестиция на тот момент была разрешенной, подходила по кредитному рейтингу и предельному лимиту инвестирования, — говорит г-жа Молдабекова. — Проблемой данной инвестиции с профессиональной точки зрения является то, что это было частное размещение. Это не инструмент, который обращается на рынке и который вы можете купить в результате аукциона, став одним из инвесторов. При частном размещении круг инвесторов очень узкий, обычно ограничивается одним инвестором. Эта бумага не обращается на рынке, и мы являемся ее единственными держателями. Ликвидность таких инструментов ниже».

Ликвидность такой бумаги не ниже, она нулевая: выкупить у держателя весь выпуск долговых бумаг или их часть мало кто из инвесторов решится, разве что с большим дисконтом и при гарантии ее погашения.

Частное размещение (private placement) подразумевает непрозрачность условий сделки, когда продавец и покупатель руководствуются устными договоренностями. Договорные сделки стали одной из причин отмены частной пенсионной системы. В эпоху частных пенсов механизм работал следующим образом: один фонд покупал бумаги аффилированной компании (например, материнского банка) другого НПФ, а тот, в свою очередь, облигации родственного эмитента первого фонда, в результате чего оба НПФ вписывались в требования по лимитам инвестирования в аффилированную компанию. Был еще и криминальный вариант, когда НПФ покупали ценные бумаги, позже получившие название «мусорных», за «откаты». Private placement был одним из популярнейших видов сделки при частной пенсионной системе, это подтверждает и г-жа Молдабекова.

После объединения ПА в единый госфонд мы стали свидетелями живучести этих пороков частной системы: нашумевшая покупка ЕНПФ за счет собственных средств облигаций ТОО «Бузгул Аурум» на 5 млрд тенге и последовавший арест бывшего предправления единого фонда Руслана Ерденаева и его заместителя Дабыра Медетбекова. Им вменяется в вину не только растрата вверенного чужого имущества, но и получение взятки. Что касается ЦБ МБА, можно предположить, что они были куплены ЕНПФ по просьбе или указанию сверху.

«В текущей системе управления пенсионными активами говорить о риск-менеджменте не имеет смысла, поскольку при принятии инвестиционного решения нет жесткого барьера от политического или другого подобного влияния. Сегодня государственные интересы ставятся выше интересов простого вкладчика. Вполне возможно, что решение по инвестиции ЕНПФ в облигации МБА обосновывалось какой-нибудь государственной целесообразностью, поскольку с инвестиционной точки зрения это была крайне рисковая операция», — так оценивает сделку член правления Halyk Finance Мурат Темирханов.

По словам Алии Молдабековой, в состав инвестиционного комитета НБК входят представители различных департаментов Нацбанка. «Процесс принятия решения при покупке данной бумаги состоит из следующих этапов. Инструмент проверяется на соответствие инвестдекларации, которая определяет допустимые рейтинги, лимиты, ставки. После этого проходит заседание инвесткомитета. По этой бумаге (бонды МБА. — “Эксперт Казахстан”) все эти процедуры были соблюдены. Была дана положительная рекомендация», — рассказывает директор департамента НБК. Примечательно, что решение по покупке облигаций МБА было принято единогласно.

Даже при формальном отношении к принятию инвестиционных решений, чего не избежать при ежедневных поступлениях огромного объема пенсионных взносов, которые нужно очень быстро разместить в различные инструменты, вызывает удивление то, что никто из членов инвесткомитета не обратил внимания на риски покупки всей эмиссии. Это еще раз свидетельствует о том, что сделка была согласована на более высоком уровне.

Общественный совет просил назвать поименно всех специалистов, принимавших решение по инвестиции в МБА, и Нацбанк обещал предоставить список тех, кто голосовал за эту облигацию. Но пока этого не произошло. «Решение о покупке облигаций МБА принималось не сотрудниками ЕНПФ, а людьми, которые в тот момент работали в Национальном банке», — сказал председатель НБК Данияр Акишев. По его словам, «отдельные детали сделки по покупке данных облигаций в портфель ЕНПФ вызывают вопросы, поэтому Нацбанк после проведения внутренней проверки планирует передать все материалы по инвестированию активов ЕНПФ в ЦБ МБА в соответствующие органы для получения правовой оценки».

Вернут не все и не сразу

Ситуация с нашими банками, объявившими дефолт по обязательствам в 2009 году в разгар глобального финансового кризиса, бумерангом вернулась к нам. Тогда БТА Банк, Альянс Банк, Темирбанк, позже Банк Астана-Финанс объявили реструктуризацию своих долгов и согласовывали различные варианты погашения с кредиторами. Одной реструктуризацией не обошлось. БТА Банк в начале 2012 года вновь допустил технический дефолт (не выплатил купон по облигациям) и запросил новую реструктуризацию задолженности. В результате кредиторы БТА получили наличные деньги и новые облигации и понесли колоссальные потери. В частности, долг перед держателями старшего долга, облигаций на восстановление (recovery units) снизился с 8,65 млрд до 1,1 млрд долларов. В обмен на свои облигации старшие кредиторы получили 957,8 млн долларов наличными и новые облигации на сумму 88,8 млн долларов.

ЕНПФ также является держателем старших облигаций МБА и вроде бы имеет преимущества перед другими инвесторами, но, как мы видим, в случае с кредиторами БТА это им не помогло. Общий долг МБА — 3,5 млрд долларов. В Нацбанке не отрицают, что возможны и вторая реструктуризация по обязательствам перед ЕНПФ, и потери.

В Лондоне МБА во время встречи с зарубежными кредиторами представил варианты реструктуризации для всех типов долга. Основным кредиторам, в том числе и ЕНПФ, предоставлены три варианта: обмен 250 млн долларов обязательств перед ЕНПФ на 200 млн долларов долга в виде ГЦБ Азербайджана со сроком обращения 12 лет и ставкой вознаграждения 5,125% годовых; обмен долга один к одному по сумме ГЦБ со сроком обращения 15 лет и ставкой вознаграждения 3,5% годовых; обмен один к одному на новый выпуск облигаций МБА со сроком обращения 7 лет под 3,5% годовых. «Из трех вариантов для нас неприемлем вариант, по которому мы меняем долг на новый долг МБА. Здесь велика вероятность второй реструктуризации. Мы не можем обезопаситься от резкого падения цены на нефть и, соответственно, дальнейшего ухудшения положения МБА», — сказала г-жа Молдабекова.

При любом раскладе ЕНПФ не избежит потерь и ухудшения условий даже с одной реструктуризацией, все предложения предполагают увеличение срока погашения долга (кроме последнего, неприемлемого варианта) и снижение ставки вознаграждения. Первоначальные условия размещения облигаций предполагали погашение долга в 2024 году и купонную ставку 8,25% годовых.

«Процесс реструктуризации предполагает потери или ухудшение условий для инвесторов. Национальный банк предпринимает максимальные усилия по минимизации негативных последствий, проводит переговоры. Совместно с правительством мы выберем наиболее безопасный с точки зрения риска вариант. Все три варианта предполагают убыток по стоимости и упущенную прибыль, несмотря даже на наличие варианта обмена один к одному», — подчеркнул Данияр Акишев.

Проблемы у МБА стали нарастать в первой половине 2015 года в связи с падением цен на нефть, однако НБК тогда не предпринимал никаких мер по возврату пенсионных денег. Работа по возможности досрочного частичного или полного возврата средств, по словам г-на Акишева, началась в 2016 году, только после организационных изменений в Нацбанке, то есть, как можно понять, с приходом нового руководства. Но на все обращения казахстанской стороны Минфин Азербайджана и МБА отвечали отказом, а у НБК не было юридических оснований требовать досрочного погашения. По условиям размещения досрочное погашение было возможно только с согласия МБА. «Нацбанк был готов рассмотреть замену облигаций МБА на другие, более ликвидные облигации МБА или ГЦБ Азербайджана. Это бы позволило нам продать эти бумаги на рынке», — рассказал г-н Акишев.

По словам представителей НБК, сегодня процесс инвестирования и принятия решений по инвестициям ПА максимально ужесточен, что исключает такие сделки, как в случае с покупкой облигаций МБА. «У нас были ужесточены правила по рискам, подняли требования по рейтингу, мы теоретически не можем инвестировать в плохого эмитента, а также по концентрации. Почему важно, чтобы инструменты размещались на открытых площадках? В этом случае будет исключен риск того, что этот инструмент разместится по нерыночной доходности. Вероятность вложения в плохой инструмент сведена к нулю», — объясняет Алия Молдабекова. С 2016 года инвестирование ПА передано совету по управлению активами Национального фонда.

Двуликий регулятор

Возникает вопрос: почему на протяжении почти 20‑летнего существования накопительной пенсионной системы, даже притом что эволюция НПС шла по пути большей прозрачности и большей ответственности управляющих ПА, постоянно возникают вопросы по поводу неэффективного и даже халатного отношения к пенсионным деньгам. Нас с завидной настойчивостью уверяют в том, что все риски по инвестициям ПА сведены к нулю. А в крайних случаях извлекают на свет положение закона о государственных гарантиях суммы пенсионных взносов, как будто эти деньги будут выплачены не за счет тех же налогоплательщиков, которые являются и вкладчиками ЕНПФ.

В инвестиционной декларации фонда говорится, что цель инвестирования ПА — обеспечение сохранности пенсионных накоплений вкладчиков и получение инвестдохода, и что инвестирование осуществляется в интересах вкладчиков.

Это общие правила для любого управляющего инвестпортфелем. «Профессиональный управляющий обычно имеет несколько разновидностей инвестиционных портфелей, чтобы соблюсти разные интересы инвесторов. По каждому такому портфелю управляющий выпускает инвестиционную декларацию, которая устанавливает основные направления, цели и ограничения инвестиционной деятельности определенного фонда. Впоследствии он при покупке того или иного инструмента в портфель должен очень строго соблюдать эту декларацию. В противном случае у него будут очень серьезные проблемы как юридического, так и регуляторного характера», — раскрывает детали инвеступравления Мурат Темирханов.

По словам эксперта, после объединения ПА в едином фонде изменилась сама суть НПС. При частных фондах система работала в классическом режиме. Нацбанк выступал как независимый регулятор этой деятельности. Он устанавливал достаточно жесткие требования к частным инвестиционным управляющим, и те конкурировали за пенсионные активы. В то время отсутствовал конфликт интересов. На одном полюсе был НБК, который контролировал соблюдение интересов пенсионных вкладчиков и государства. На другом полюсе были частные пенсионные фонды, которые пытались заработать комиссионные за счет профессионального управления пенсионными активами. И, наконец, посередине между этими полюсами находились сами вкладчики, которые имели право выбора самых эффективных управляющих, зарабатывающих наибольший инвестдоход.

«После того, как частные пенсионные фонды были национализированы, и появился один государственный ЕНПФ, сразу исчез баланс интересов, — говорит Мурат Темирханов. — Совет по управлению пенсионными активами и Нацбанк стали совмещать в себе все ключевые функции, которые никак нельзя совмещать. Юридически стало совсем некому соблюдать интересы вкладчиков, и у них пропало право выбора. По факту активы ЕНПФ стали продолжением государственного бюджета. При этом в отличие от бюджета парламентарии не могли и до сих пор не могут официально контролировать использование денег ЕНПФ». Он считает, что проблемы частных НПФ были связаны не с принципами самой системы, а с качеством применения этих принципов.

Недостатки совмещения регулирования и управления пенсионными активами Нацбанком понимают и в правительстве, и в самом НБК. Сейчас готовится пакет изменений в законодательство с тем, чтобы вернуть управление ПА в рынок — частным управляющим пенсионным портфелем по выбору вкладчиков. По словам главы НБК, законопроект передан в правительство.

На два балла

Прозрачность и эффективность управления не только пенсионными активами, но и активами Национального фонда вызывает множество вопросов, как и управление золотовалютными резервами НБК, да и в целом госсредствами.

Из перечисленных фондов, пожалуй, наиболее прозрачным можно назвать как раз ЕНПФ. Да, процесс принятия решений скрыт от глаз, но мы можем хотя бы проанализировать и, обладая определенными знаниями, оценить инвестиционную деятельность фонда. ЕНПФ ежемесячно публикует на своем сайте инвестиционный портфель в разрезе эмитентов, инструментов, сроков их погашения, рейтингов, номинальную и текущую стоимость инвестиции. По словам г-на Акишева, НБК планирует пересмотреть формат публикуемой отчетности о структуре пенсионного портфеля «в сторону большей прозрачности и детализации», включить информацию о дате покупки инструмента и другие детали по инвестициям, чтобы было понятно, когда и на каких условиях приобретался фининструмент.

Прозрачность инвестиционного портфеля как раз позволяет отслеживать, куда и сколько вложено пенсионных денег, привлечь внимание общественности к нарушениям и даже способствовать их устранению. В свое время эксперты обратили внимание на слишком большие инвестиции в банковский сектор, в некоторых случаях превышающие размер собственного капитала банка. В результате НБК снизил объем ПА на депозитах БВУ, увеличив вложения в зарубежные банки. В 2017 году инвестиций в банковский сектор Казахстана вообще не наблюдалось.

Нам ничего не известно об инвестиционной деятельности Национального фонда, хотя прозрачность суверенных фондов (СФ), к которым относится и НФ, в мире считается обязательной, так как его бенефициарами являются все граждане страны. Уровень прозрачности СФ оценивает организация Sovereign Wealth Fund Institute (SWFI), применяя ею же разработанный индекс Линабурга-Мадуэлла. Основанием для оценки служат качество годовых и прочих отчетов фондов, наличие в публичном доступе стратегии, данных об управляющих и выплатах им, интернет-портала, контактов головной и дочерней организаций, если такие имеются. Наивысший уровень прозрачности СФ оценивается в 10 баллов, минимальный — в 1 балл. От Казахстана в этот индекс вошли Национальный фонд и ФНБ «Самрук-Казына» с оценками 2 и 10 баллов соответственно. Третий участник индекса от РК — национальная инвесткорпорация, управляющая частью золотовалютных резервов Нацбанка РК и другими активами, оценки не получила.

НФ РК по уровню прозрачности занимает 18‑е место из 20 ресурсных суверенных фондов, входящих в индекс. Здесь мы уступаем не только норвежскому, американским или эмиратовским СФ, но и российским фондам, получившим по 5 баллов, и азербайджанскому SOFAZ, чья прозрачность оценена в 10 баллов.

У НФ нет собственного сайта, не публикуются годовые отчеты, уж тем более невозможно ознакомиться со структурой инвестиционного портфеля. Скудную информацию можно извлечь на сайтах Минфина и Нацбанка. В частности, публикуются статистические данные о размере НФ сумме гарантированных и целевых трансфертов. В годовом отчете НБК можно также ознакомиться с результатами инвестиционного управления портфелем НФ и отдельно — по стабилизационному и сберегательному портфелям. Следует отметить, что инвестдоходность активов НФ в последние годы снижается, что, очевидно, является общемировым трендом, так как падает и доходность эталонного портфеля.

Более детальная информация раскрывается по инвестиционному управлению ЗВР, в частности, по общей структуре портфеля и срокам инструментов (графики 4, 5), а также по доходности. Структуры портфеля в разрезе инструментов и эмитентов, как, например, по ЕНПФ, нет.

Об использовании средств НФ «Эксперт Казахстан» подробно писал в прошлом году (expertonline.kz/a14458). Мы обращали внимание на неполноту информации о целевых трансфертах, которые выделяются на поддержку экономики по госпрограммам, хотя время от времени на сайте НБК публикуются отчеты комиссии по расходованию средств НФ. Отчеты комиссии формальны и не дают полную картину, как средства Нацфонда влияют на состояние отдельных предприятий: выросли ли объемы производства, увеличились ли продажи, вырос ли экспорт промышленной продукции, снизилась ли задолженность перед банками — ответов на эти вопросы не найдешь. Пока никто не озаботился оценкой эффективности использования денег из общенациональной «заначки».

По многоступенчатой схеме трансферты поступают в конечном итоге в банки, при этом деньги дорожают по пути к конечному заемщику, хотя ставки, конечно, ниже рыночных. В 2014 году средства НФ были размещены в облигации НУХ «Байтерек» под 0,5% годовых. Банкам деньги через «Даму» и Банк развития Казахстана достались по 2%, а МСБ получил их уже по 6% годовых. Но, очевидно, такой заем стал последним. Концепция формирования и использования средств Нацфонда, принятая в декабре 2016 года, запрещает вкладывать нефтяные деньги в ЦБ квазигосударственных компаний.

Девать некуда?

Неэффективность управления государственными средствами — основная причина такого решения. Счетный комитет по контролю над исполнением республиканского бюджета обнаружил финансовые нарушения и неэффективное использование государственных средств, в том числе средств НФ, сразу в нескольких квазигосударственных организациях. По словам члена счетного комитета Халиды Камбаровой, государственный аудит выявил в холдинге «Байтерек» финансовые нарушения на сумму 32,8 млрд тенге, неэффективное использование 114,4 млрд тенге. Выступая на совместном заседании комитетов мажилиса 23 мая, г-жа Камбарова среди причин неэффективного управления госактивами и средствами госбюджета назвала «низкий уровень корпоративного управления, отсутствие должного контроля со стороны холдинга».

НУХ «Байтерек», по ее словам, не выполнил условия по финансированию новых инвестпроектов за счет средств, освобожденных от выплаты дивидендов на госпакет акций. Дивиденды же — 30 млрд тенге — холдинг разместил на депозитах и текущих счетах в БВУ. «Временно свободные денежные средства, составляющие внушительный объем (порядка 1,5 трлн тенге), размещены на счетах в банках второго уровня и в виде ценных бумаг, несвоевременно используются в реализации основных целей холдинга», — отметила она.

Среди нерадивых госорганизаций член счетного комитета назвала также Жилстройсбербанк, который не освоил 21,7 млрд тенге, выделенные в 2011–2012 годах на пополнение уставного капитала и кредитование участников программы «Доступное жилье-2020», не введено в эксплуатацию 161 тыс. квадратных метров жилья.

Банкам легче покупать ноты НБК и зарабатывать честные 10% годовых, нежели заниматься кредитованием — искать хороших заемщиков, принимать на себя риски, терпеть убытки. Так и квазигосударственным компаниям приятнее разместить свободные деньги на депозиты БВУ и стричь купоны. Как раз на эти деньги банки покупают ноты НБК и зарабатывают на выплату вознаграждения по этим вкладам, но и о себе не забывают, конечно.

Как сообщил председатель комитета по экономической реформе и региональному развитию мажилиса Нуртай Сабильянов на том же совместном заседании комитетов нижней палаты парламента 23 мая, средства ФНБ «Самрук-Казына» в кредитных учреждениях на 1 января 2017 года составили 2 354 млрд, или на 195 млрд тенге больше, чем по состоянию на 1 января 2016‑го. И это в то время, когда долг фонда почти превысил 9,9 трлн тенге, в 2016 году только выплата вознаграждения по займам и выпущенным ЦБ составила 320 млрд тенге. Депутат высказал пожелание в адрес ФНБ использовать свободные средства на выплату долга, ведь в случае неисполнения обязательств фондов по долгам будет отвечать правительство как единственный акционер.

Г-н Сабильянов также отметил снижение эффективности управления активами некоторыми субъектами квазигоссектора. «Коэффициент рентабельности активов “Самрук-Казыны” снизился в 2,7 раза — с 7 процентов в 2012 году до 2,6 процента в 2016‑м. Коэффициент рентабельности собственного капитала в 2016 году уменьшился почти в 2,8 раза», — подтвердил он свои слова данными.

Читайте редакционную статью: Карты под стол, счета на стол 

Фонд латания дыр

Своим мнением о качестве управления средствами Национального фонда РК с нами поделился директор Национального бюро экономических исследований Касымхан Каппаров.

— Как вы оцениваете процедуры принятия решений по инвестициям средств НФ?

— Решения с 2004 года принимаются советом по управлению Национальным фондом при президенте. Совет состоит из 10 высших чиновников и является единственным уполномоченным органом, который определяет перечень разрешенных финансовых активов и иного имущества, за исключением нематериальных активов, для инвестирования средств НФ. Возглавляет его президент страны. Деятельность фонда является непрозрачной: нет открытых материалов о заседаниях совета, аналитических материалов, на основе которых принимаются решения о выделении средств и их размере. Нет даже информации по структуре инвестиционного портфеля — не только по отдельным компаниям, но даже по типу инструмента, не говоря уже о доходности каждой инвестиции. В этом плане даже нефтяной фонд Азербайджана раскрывает больше информации о своих инвестициях. Разумеется, в условиях Казахстана сложно представить какую-либо дискуссию внутри совета, который возглавляет глава государства.

— Точно ли следуют при этом инвестиционной декларации НФ?

— У Нацфонда нет общественно доступной инвестиционной декларации в классическом понимании. Наиболее близка к этому понятию концепция формирования и использования средств Нацфонда, которая определяет основные принципы инвестирования в очень широком смысле. Например, новая концепция, принятая в конце 2016 года, запрещает инвестирование средств Нацфонда во внутренние финансовые инструменты казахстанских эмитентов. Кроме того, в концепции указано, что основными целями инвестиционных операций при управлении активами фонда являются сохранность, поддержание достаточного уровня ликвидности, обеспечение доходности в долгосрочной перспективе при соответствующем уровне риска. Вместе с тем обеспечение доходности активов НФ в долгосрочной перспективе предусматривает краткосрочные колебания доходности.

Также размещение активов НФ должно осуществляться в финансовые инструменты, обращающиеся на зарубежных финансовых рынках и включенные в перечень разрешенных финансовых инструментов, за исключением нематериальных активов, утвержденный правительством по предложению совета по управлению НФ. При этом ограничения не распространяются на казахстанские финансовые инструменты, учитываемые в структуре активов НФ, решения о приобретении по которым ранее были приняты советом.

Время покажет, насколько строго будет правительство придерживаться данных ограничений, так как при желании всегда будут и возможность, и соблазн использовать средства Нацфонда для решения внутренних проблем Казахстана.

— Какие слабые места существуют в процедуре принятия решения? Возможны ли злоупотребления?

— Инвестирование осуществляется внешними управляющими, которых отбирает Нацбанк на основе закрытой конкурсной процедуры. Решения об использовании средств Нацфонда делятся на два вида. Первый — это прописанный принцип выделения ежегодного гарантированного трансферта из Нацфонда в республиканский бюджет, максимальный размер которого зафиксирован на уровне 9,2 миллиарда долларов. Второй — разовые целевые трансферты. Целевые трансферты могут выделяться только по решению президента для финансирования антикризисных программ в периоды спада экономики или замедления темпов роста экономики и неокупаемых социально значимых проектов национального масштаба, стратегически важных инфраструктурных проектов при отсутствии альтернативных источников их финансирования. Данная широкая формулировка позволяет правительству в полной мере использовать целевые трансферты для финансирования кризисных ситуаций в экономике. Недавний яркий пример — выделение двух триллионов тенге для спасения банковской системы.

Процедура принятия решений о выделении целевых трансфертов также является абсолютно непрозрачной. Не предоставляются обоснования размеров целевых трансфертов и их эффекте на экономику. Результатом слабого регулирования инструмента выделения целевых трансфертов стало то, что за последние три года размер Нацфонда снизился на 16 процентов. Активы Нацфонда достигли своего пика в конце 2014 года — 73 миллиарда долларов — и с тех пор снизились на 12 миллиардов.

— Мы только в общих чертах имеем представление о том, в какие именно инструменты вкладываются эти деньги. И тем более не знаем о размерах потерь по инвестициям. Вы можете назвать хотя бы приблизительные цифры таких потерь?

— Нацбанк публикует только статистику о размерах фонда. Данные о поступлениях и полученном инвестиционном доходе в агрегированном виде публикует Минфин. При этом цифры этих двух источников нельзя сопоставлять, так как Нацбанк ведет статистику в долларах США, а Минфин в национальной валюте, при этом неизвестен принцип конвертации из долларов в тенге. По данным Минфина, инвестиционный доход за 9 месяцев 2016 года составил 415 миллирадов тенге, а доходность портфеля — 1,7 процента. В 2015‑м доходность портфеля, по данным Минфина, составила 253 процента, или более 10 триллионов тенге. Разумеется, такая доходность является «бумажной», невозможно узнать реальную доходность НФ в 2015 году. Если бы управляющие НФ могли бы на самом деле показать доходность портфеля на уровне 250 процентов, то в Казахстан началось бы паломничество портфельных управляющих с Уолл-стрит. В связи с этим возникает вопрос об истинном размере фонда, так как «бумажные» доходы сейчас являются частью НФ.

— Что вы думаете об использовании средств НФ на различные программы поддержки — МСБ, банков под убыточные проценты вознаграждения?

— Существует три канала для использования средств фонда: гарантированные трансферты, целевые трансферты и расходы на содержание фонда. При этом, как я уже сказал, целевые трансферты являются наименее регулируемым каналом для выделения средств из НФ. Решение о выделении средств принимается без общественных дискуссий и не требует согласия парламента, а цели, на которые выделяются целевые трансферты, не прописаны в законодательстве и могут меняться в зависимости от текущей экономической и политической конъюнктуры. Правительство воспринимает НФ как «тумбочку», из которой оно берет деньги всякий раз, как возникают непредвиденные расходы по спасению различных, зачастую не самых бедных, групп населения — бизнесменов, банкиров, ипотечников, а также на поддержку квазигосударственного сектора, в котором заняты тоже не самые нуждающиеся слои населения. Так как вся экономическая политика правительства строится вокруг одной цифры — «темпов экономического роста», понятно, что для достижения плана по росту экономики, кроме «приписок», унаследованных от СССР, правительство использует еще и средства НФ. Так, выделение средств на поддержку (а по факту — на спасение) банковской системы правительство также использует в качестве стимулирующей меры в надежде, что оно поможет поддержать заявленные темпы экономического роста. Чем больше правительство использует средства Нацфонда для обеспечения краткосрочного экономического роста и латания бюджетных дыр, тем больше оно откладывает проведение структурных реформ, без чего невозможны устойчивый долгосрочный рост и более справедливое распределение ресурсов в экономике.

Статьи по теме:
Тема недели

Якоря и планктон

Львиную долю капзатрат аккумулируют крупные индустриальные проекты: по итогам 2016 года на 10 из 127 проектов пришлось 80%

Казахстан

Модернизация или советизация?

На наших глазах складывается пропагандистское общение: обращаются не к личности собеседника, а к обобщенному образу аудитории

Тема недели

Без выбора

Предложенный Минздравом вариант обязательного социального медстрахования, увеличивая расходы на медицину, может лишить часть населения медицинской помощи