Венчурист в голом поле

Полноценный рынок венчурного финансирования не построен, потому что на эту «стройку» пока не подвезли базовые материалы: устойчивый спрос, адекватное предложение и рыночную инфраструктуру

Венчурист в голом поле

История венчурного бизнеса в Казахстане давно перевалила принципиальную отметку в 10 лет. Практика показывает, что бизнесы, пережившие 10‑летний рубеж, приобретают особую стойкость к кризисам и обречены на стабильное развитие. Но распространяется ли это правило на целые индустрии, сказать сложно. Казахстанский венчурный бизнес, кажется, застыл в своем развитии через несколько лет после рождения.

На 1 апреля этого года, по данным Единого регистратора ценных бумаг, в Казахстане было зарегистрировано 9 венчурных фондов в форме акционерного инвестиционного фонда рискового инвестирования, тогда как несколько лет назад их насчитывалось почти три десятка.

Вопросы на засыпку

В начале этого года группа депутатов мажилиса озаботилась вопросом развития венчурного финансирования в Казахстане. Мажилисмены направили соответствующий запрос в адрес премьер-министра страны и председателя Счетного комитета по контролю за исполнением республиканского бюджета.

По информации мажилисменов, за время своей деятельности Национальное агентство по технологическому развитию (НАТР, с 2003-го по 2012‑й — Национальный инновационный фонд, НИФ) приняло участие в создании 7 отечественных венчурных фондов и капитализации 7 зарубежных. Этими 14 венчурными фондами были профинансированы «всего лишь 18 инновационных проектов в Казахстане на сумму 1,9 млрд тенге, из которых завершены только 4 проекта на сумму 60 млн тенге».

«При этом нет открытой информации о том, сколько государственных средств было затрачено на содержание самих фондов, их руководителей и менеджеров, хотя результаты их работы более чем красноречивы: в среднем менее 0,3 завершенных проекта на один фонд за все время работы», — подчеркнули в документе депутаты. При этом прямые убытки бывшего НИФ составили около 12 млрд тенге, без какого-либо влияния на инновационное и технологическое развитие отечественной экономики, отметили парламентарии.

Казахстанский венчурный бизнес, кажется, застыл в своем развитии

«Считаем, что основными причинами торможения развития венчурного финансирования в Казахстане является не только пассивность бизнеса или экономия средств, а скорее их неэффективное использование и полная непрозрачность венчурных фондов, слабость правовой базы и отсутствие должного контроля за использованием выделенных на эти цели государственных ресурсов», — заявили в своем депутатском запросе мажилисмены.

Результаты трех контрольных мероприятий, проведенных в НИФ в 2009-ом и 2011 году и в НАТР, в 2013 году, привел в своем ответе на запрос Счетный комитет. Первая проверка установила убытки на общую сумму 7,5 млрд тенге, допущенные на 1 октября 2009 года 6 из 11 венчурных фондов с участием НИФ. В целом же финансово-хозяйственная деятельность фонда за 2003-й, 2006-й и 2008 год принесла убытки на общую сумму 11,8 млрд тенге — вследствие начисления резерва на обесценение инвестиций из-за прекращения функционирования спутника KazSat-1, а также уменьшения стоимости активов Центра инжиниринга и трансферта технологий, вложенных в зарубежные компании.

На пополнение уставного капитала НИФ, начиная с 2003 года, начало деятельности фонда, и до 2007‑го из республиканского бюджета было выделено 32,3 млрд тенге. «Свободные средства размещались на депозитах банков второго уровня. Общая сумма размещения составила 36,8 млрд тенге. По состоянию на 1 октября 2009 года доход от неосновной деятельности за счет полученных вознаграждений составлял 1,8 млрд тенге», — отметили в Счетном комитете. Материалы этой проверки фонда были направлены в финполицию, но уголовное дело по этим материалам не возбудили.

Следующий аудит выявил, что в 2009–2011 годах НИФ не финансировал «инновационно-инвестиционные проекты», но был докапитализирован до 7,7 млрд тенге «в том числе на реализацию инвестиционных проектов путем долевого участия в уставном капитале юридических лиц до 3,3 млрд тенге».

«Однако инвестпроекты не профинансированы и задача по развитию индустриально-инновационной инфраструктуры не достигнута», — отметили в комитете. На начало 2012 года объем активов НИФ составлял 35,3 млрд тенге, на его расчетных счетах в банках в виде неиспользованного остатка средств были аккумулированы 5,4 млрд тенге.

Всем аудитам назло

НАТР на момент аудита в 2013 году являлось участником 6 зарубежных венчурных фондов с оплаченной долей в уставном капитале в 3,9 млрд тенге. На 2013 год возврат вложенных инвестиций по ним был осуществлен частично четырьмя фондами в общей сумме 871 млн тенге, прибыль от двух венчурных фондов составила 38 млн тенге. «Привлечение средств зарубежных венчурных фондов для инвестирования в Казахстан осуществлялось только одним фондом», — следует из ответа на запрос мажилисменов.

Из 4 региональных и 4 отраслевых венчурных фондов, в рамках Программы развития инноваций и содействия технологической модернизации в РК на 2010–2014 годы, на 2012 год нацагентством были созданы лишь две организации. По версии Счетного комитета, это указывало на неэффективность деятельности НАТР, при достаточности финансовых ресурсов.

На 1 сентября 2013 года на счетах нацагентства в банках находилось 7,8 млрд тенге, включая средства, выделенные на проектное и венчурное финансирование, а также возврат инвестиций по венчурным фондам и инновационным проектам. Неосвоенный остаток по инвестициям в зарубежные венчурные фонды составил 1,1 млрд тенге, в казахстанские — 80 млн тенге. Материнская организация, холдинг «Байтерек», приняла решение о приостановке НАТР «дальнейшего создания венчурных фондов». «По причине отсутствия законодательной базы по венчурному финансированию предусмотренная программой доступность венчурного капитала в региональном и отраслевом разрезе не выполнена», — подытожили в Счетном комитете.

По данным заместителя председателя правления НАТР Даурена Сабденова, из республиканского бюджета в 2003–2011 годах на капитализацию НИФ было выделено 40,9 млрд тенге, из которых 18,8 млрд тенге — на проектное и венчурное финансирование, далее пополнение уставного капитала агентства не осуществлялось. При этом в 2004–2015 годах было профинансировано 13 венчурных фондов на общую сумму 7,3 млрд тенге, из которых 6 зарубежных (общая сумма инвестиций составила 4,0 млрд тенге) и 7 казахстанских (3,3 млрд тенге). Финансирование каждого венчурного фонда осуществлялось траншами в течение, в среднем, четырех лет. В период существования НИФ, с 2004-го по 2011 год включительно, последним профинансировано 13 венчурных фондов на сумму 6,7 млрд тенге. С 2012 года агентством профинансировало 2 новых венчурных фонда на сумму 0,18 млрд тенге и дофинансировано 5 действующих венчурных фондов на сумму 0,36 млрд тенге. Общий объем финансирования составил 0,55 млрд тенге, уточнил замглавы НАТР, добавив, что после 2015 года агентство действительно не участвовало в создании новых венчурных фондов.

Проблемы есть у обеих сторон венчурного финансирования, и никто не идет друг другу навстречу

Г-н Сабденов отмечает, что инвестирование венчурных фондов обеспечило успешный выход из 4 проектов (всего завершено 8), принеся агентству инвестиционный доход в размере 0,22 млрд тенге. «Общий возврат инвестиций по одному из действующих зарубежных венчурных фондов, например Vertex III, на сегодняшний момент покрыл не только сумму потраченных средств, но и превысил размер вложенных агентством инвестиций на 0,29 млрд тенге, несмотря на то что выход из фонда ожидается в 2019 году», — подчеркивает он. На начало марта 2017 года был осуществлен выход из 8 венчурных фондов, возврат инвестиций составил 2,575 млрд тенге против вложенных 2,419 млрд. Таким образом, совокупный инвестдоход по итогам выхода из восьми завершенных венчурных фондов составил 0,16 млрд тенге. Результат, о котором говорит г-н Сабденов, конечно, положительный, но явно не тот, которого ожидают от венчурных фондов.

Непубличное поведение

Причину неразвитости венчурного рынка аналитик Казахстанского центра государственно-частного партнерства (ГЧП) Талгат Балкияев видит в отсутствии нормальных точек соприкосновения между его участниками, в поведении контрагентов. Нет проектов, нет эффективных площадок, сами стартаперы боятся потерять проект.

Однако и венчурные фонды тоже не стремятся искать проекты на каждом углу. «Если на Западе достаточно просто прийти в венчурный фонд и подробно рассказать о своей идее, у нас даже список документов, который нужно представить в какой-нибудь венчурный фонд, может ужаснуть. Фактически такой же перечень документов, который требуют банки для кредитования, только единственное — не требуется залог. Вопрос: чем наши венчурные фонды отличаются от банков?», — вопрошает аналитик центра ГЧП. Отечественные венчурные фонды ждут, что стартаперы принесут им готовые проекты с грамотно выполненным ТЭО, хотя сама по себе подготовка такого обоснования требует значительных инвестиций. «Получается как бы палка о двух концах. Проблемы есть у обеих сторон венчурного финансирования, и никто не идет друг другу навстречу, не делают шаги», — считает г-н Балкияев.

На взгляд бывшего главы НИФ, а ныне председателя правления Казахстанского института развития индустрии (КИРИ) Айдына Кульсеитова, венчурное финансирование может реализовываться, быть успешным только при наличии системных условий, например, развитости предпринимательской среды, инновационной и так далее. «Насколько в Казахстане такая среда сложилась, мне кажется, даже обсуждать не стоит. При всем уважении к нашим научным институтам и стартаперам, у нас нет ни устойчивого предложения качественных технологий, которые могут заинтересовать, ни спроса на эти отечественные, — говорит глава КИРИ. — Если бы к нам в очередь выстраивались и спрашивали наши технологии, даже хотя бы наши местные компании, тогда смысл в венчурном финансировании был бы».

Также на рынке, считает он, должны действовать несколько десятков венчурных капиталистов, а не единицы: «Когда одна, две, три, четыре венчурных компании, невозможно говорить о том, что у нас венчурный рынок, должны быть десятки, сотни венчурных фондов, которые работают на рынке. Почему? Потому что они друг друга контролируют, они друг на друга смотрят, они подпирают друг друга технологическими, маркетинговыми экспертизами. А это все среда. Теперь я понимаю, что это была не совсем жизнеспособная модель».

Без понятий и представления

Рынок венчурного капитала в Казахстане в целом находится на стадии формирования и обладает невысокой емкостью. При этом г-н Сабденов выделяет несколько ключевых проблем венчурного финансирования, включая несовершенное законодательство, в том числе отсутствие налоговых льгот и преференций для стимулирования венчурной деятельности, неготовность существующих источников финансирования участвовать в высокорисковой деятельности.

«Слабая информационная поддержка деятельности венчурных фондов, — продолжает замглавы НАТР. — Отсутствие достаточного количества инновационных предприятий, отвечающих критериям для осуществления венчурного финансирования, отсутствие спроса на инновации из-за низкой конкуренции между промышленными предприятиями, недостаточное понимание роли инноваций». В этой связи на сегодняшний день механизм венчурного финансирования в Казахстане до конца не отлажен, считает он. Между тем в Казахстане даже отсутствуют законодательно закрепленные понятия «венчурного финансирования» и «венчурного фонда».

Приемлемым называет положение с развитием венчурного финансирования в Казахстане президент венчурного фонда «Сентрас» Тобыл Жылкыбаев. В стране была создана первичная основа нормативной базы отрасли и аккумулирован первый опыт деятельности. «В предыдущий период были созданы первые венчурные фонды. Важная проблема — отсутствие критического и профессионального анализа прошлого опыта и выработка обновленной отраслевой доктрины», — говорит он, соглашаясь с необходимостью развития нормативной базы венчурной отрасли, возможно, до уровня отраслевого закона.

При этом глава венчурного фонда обращает внимание на очень слабую роль государственных институтов развития — того же НАТР, Фонда науки и других — в системной, методической и профессиональной консолидации отраслевого опыта и внедрения лучших практик. «Также слаба работа по профессионализации отраслевой среды — предпринимателей, управленцев — посредством квалифицированного просвещения и обучения. Это обеспечивает слабую ресурсную базу венчурной отрасли в обоснованных проектах, квалифицированных реализаторах, долгосрочных предпринимателях», — подчеркивает г-н Жылкыбаев.

Им платформы не хватало

В целом же опрошенные эксперты были единодушны во мнении: проблем имеется предостаточно. И для их решения необходимо квалифицированно, системно и регулярно работать, считает Тобыл Жылкыбаев. «Спрос на венчурные проекты в Казахстане имеет устойчивый характер. Ввиду “новизны” экономических отношений и принципов, большая часть инвестиционных проектов реального сектора экономики имеет определенную долю венчурности своего характера», — говорит он. Также увеличивается количество стартапов, мероприятий и платформ по их демонстрации и инкубированию.

«Примеров достаточно — платформы Centras Venture Day, МОСТ, TechGarden, венчурный фонд “100 пудов” и так далее. Также важно, что современные мобильные и онлайн-технологии позволяют создавать стартап-бизнес с малой капитализацией. Можно с большой долей прогнозировать рост венчурного финансирования в среднесрочной перспективе», — надеется глава венчурного фонда.

«Мы идем слишком медленно, — считает г-н Балкияев. — Изменения необходимо осуществлять сейчас, в противном случае в ближайшей перспективе нам не стоит ждать сильного развития этой сферы». Тем не менее, утверждает он, Казахстан рано или поздно придет к нормальному рынку венчурного финансирования.

Необходимо взращивать своих полноценных игроков, обучать их, а не просто копировать иностранные технологии, зарабатывать на зарубежных венчурных рынках, уверен Айдын Кульсеитов. Но взращивать не на внутреннем рынке, а на внешнем, и быть готовым к потерям. «Если мы будем за каждый убыток наказывать и судить, то тогда, может быть, и не стоит идти этим путем. Может быть, действительно государственному менеджменту и не нужно этим заниматься, а нужно поддерживать частных инвесторов, но поддерживать не деньгами, а каким-нибудь другим способом», — подчеркивает он.

По словам Даурена Сабденова, в рамках совершенствования венчурного финансирования требуется проведение ряда инициатив, предусматривающих в числе прочего воспитание венчурной культуры, финансовую поддержку в форме целевых грантов, налоговых льгот, а также разработку мер регулирования и контроля процесса венчурного инвестирования. «В настоящее время проблемы совершенствования института венчурного финансирования в РК обсуждаются на совместных заседаниях соответствующих министерств, национальных холдингов и национальных компаний для принятия нового специального закона, регулирующего данный вопрос, в том числе, возможно, и в части ужесточения ответственности», — сообщает он. Вопрос лишь в том, когда произойдут подвижки и сколько это потребует времени.

Статьи по теме:
Тема недели

Без выбора

Предложенный Минздравом вариант обязательного социального медстрахования, увеличивая расходы на медицину, может лишить часть населения медицинской помощи

Люди и события

Кольсайская пастораль*

Почему после пресс-тура в Саты у журналистов появилось больше поводов для разочарования в местном туризме

Повестка дня

Коротко

Повестка дня