Энергетический и энергичный

ЦАТЭК становится все более мощной диверсифицированной промышленно-финансовой группой, локомотивом которой остается энергетика

Еркын Амирханов
Еркын Амирханов

В следующем году АО «Центрально-Азиатская топливно-энергетическая компания» (ЦАТЭК) исполнится 15 лет. Для энергетических активов, составляющих ядро ЦАТЭК, это срок последовательной модернизации четырех-пяти турбоагрегатов ТЭЦ. Однако экономическое время намного стремительнее технологического: менеджмент и акционеры корпорации за этот срок успели выстроить вертикально интегрированную частную энергетическую компанию, обзавестись банком, накопительным пенсионным фондом и даже попробовать себя в совершенно новой — химической промышленности. Но примечательна даже не диверсификация активов, а то, что каждый из них в своей отрасли вышел на лидирующие позиции, будь то химзавод или НПФ.

Об этапах создания, особенностях и принципах, на которых строилась ЦАТЭК, и стратегии, в соответствии с которой развивается эта компания сейчас, корреспондент «Эксперта Казахстан» побеседовал с президентом АО «Центрально-Азиатская электро-энергетическая корпорация» (ЦАЭК; в ней ЦАТЭК владеет 64,11%), членом совета директоров ЦАТЭК Еркыном Амирхановым.

Энергетика — основа всего

— Еркын Адамиянович, в структуре ЦАТЭК много активов — две вертикально интегрированные энергетические компании, компания, работающая в сфере энергосбыта, есть свой банк и НПФ. Все это делает компанию довольно мощной финансово-промышленной группой. Как она создавалась? Почему в структуру группы вошли именно эти активы?

— Прошло почти 15 лет с тех пор, как у нас появились первые энергетические активы. Они были приобретены на приватизационных тендерах. Вы, наверное, помните это время — середина 1990-х годов, когда руководством страны было принято решение создать рынок в электроэнергетике и началась продажа отраслевых активов. Как правило, продавали стопроцентные пакеты акций, но в случае с предприятиями, успевшими накопить задолженность, продавались имущественные комплексы. И наши первые активы мы и купили на таких аукционах, где продавалось имущество павлодарских ТЭЦ-2 и ТЭЦ-3 в 1997 году.

Надо сказать, что уже в те годы холдинг был диверсифицированной компанией. Например, наша компания «Агропромышленная корпорация Golden Grain», занимавшаяся сельским хозяйством, имела посевные площади 800 тысяч гектаров и в 1999 году собрала урожай зерновых на круг почти один миллион тонн. Еще одно тогдашнее направление холдинга — нефтепереработка и торговля нефтепродуктами производства Павлодарского нефтеперерабатывающего завода, где все сегодняшние акционеры компании были на ведущих позициях в топ-менеджменте. И именно для бесперебойной подачи электроэнергии на ПНПЗ были приобретены павлодарские ТЭЦ. Постепенно электроэнергетика стала основной деятельностью группы. В 2002 году уже на вторичном рынке мы купили региональные электрические сети Павлодара и Павлодарской области (сейчас это АО «Павлодарская распределительная электросетевая компания»), в том же году мы взяли в управление городские тепловые сети. Так сформировалась компания «ПАВЛОДАРЭНЕРГО» — вертикально интегрированная компания с налаженным сбытом.

В 2005 году у нас появился «Эксимбанк Казахстан», а в 2006 году мы приобрели частный пенсионный фонд. В то время это был самый небольшой казахстанский НПФ — АО «Открытый накопительный пенсионный фонд им. Д. А. Кунаева». Покупка фонда была продиктована тем, что в холдинге уже тогда работало большое количество людей и неплохо было бы объединить их накопления в одном пенсионном фонде. Сегодня этот фонд вырос в НПФ «Астана», которому доверили свои пенсионные накопления свыше 550 тысяч вкладчиков. Данный проект динамично развивается и превратился сегодня в крупный розничный финансовый институт. Мы придаем этому активу большое значение. По количеству вкладчиков НПФ «Астана» на 4-м месте, по объему пенсионных активов — на 6-м, но при этом он на 1-м месте по ключевому показателю К-2 — размеру инвестиционного дохода на пенсионные активы. Мы надеемся, что сохраним эту позицию в обозримой перспективе.

В 2007 году компания приобрела у Access Industries энергетические активы — Экибастузскую ТЭЦ и тепловые сети города Экибастуза и ТОО «Аксесс-Энерго» — вертикально интегрированную энергетическую компанию Северо-Казахстанской области. Напомню, в конце 2002 года между группой СУАЛ, Access Industries и британской Fleming Family & Partners было заключено соглашение об образовании новой промышленной компании — SUAL International. В 2006 году она объединилась с российским «РУСАЛом». Основной актив Access Industries в Казахстане — разрез «Богатырь Аксесс Комир» — вошел в состав UC RUSAL, ну а энергетика была выставлена на продажу. Мы смогли предложить наиболее привлекательные условия и приобрели данные энергетические объекты.

Вспоминая историю создания нашего энергетического дивизиона — ЦАЭК, хочу подчеркнуть, что компания с самого начала создавалась на принципах максимальной прозрачности: все наши покупки происходили или на приватизационных тендерах, или на вторичном рынке у частных владельцев. Все они финансировались ведущими финансовыми институтами. Например, сделка 2007 года с Access Industries финансировалась головным Сбербанком. И впоследствии мы стали одними из первых клиентов этого банка в Казахстане.

— Компания делает акцент на промышленности и финансах, но с недавнего времени ваши интересы стали выходить за рамки активов, которые можно назвать промышленными или финансовыми. Я имею в виду, например, АО «Институт КазНИПИэнергопром». С чем связаны ваши планы в отношении этого направления деятельности?

— ЦАЭК обеспечивает жизнедеятельность трех энергосистем: Павлодарской и Северо-Казахстанской областей и города Астаны, где работает наше ТОО «Астанаэнергосбыт». Естественно, во всех этих энергосистемах были собственные производственно-ремонтные предприятия (ПРП). В какой-то момент мы централизовали все ПРП. Когда у нас не было возможности строить новые объекты, мы интенсивно занимались ремонтом. Но пришло время, пришли инвестиции, и ЦАЭК вышел на рынок нового строительства, где мы столкнулись с необходимостью организовывать собственное монтажное предприятие. И мы сделали предложение одному из наших многолетних партнеров — АО «Трест «Средазэнергомонтаж», основанный еще в 1941 году. В советское время трест строил энергопредприятия по всей Средней Азии. Сегодня это крупнейшая отраслевая монтажная организация, одна из немногих в стране, которая способна с нуля построить и запустить электростанцию.

По этим же причинам нас заинтересовал и КазНИПИэнергопром. Первый этап любого нового строительства — это проектирование, а этот институт сегодня единственный в Казахстане, который проектирует станции с нуля. КазНИПИэнергопром спроектировал большинство казахстанских теплоэлектростанций, обладает колоссальным объемом архивной документации. Таким образом, трест «Средазэнергомонтаж» и КазНИПИэнергопром создадут инжиниринговый дивизион компании. Это позволит нам вести масштабные строительно-монтажные работы не только на предприятиях корпорации. Например, услугами данных инжиниринговых компаний пользуются компании энергетических комплексов городов Астаны, Алматы, Усть-Каменогорска, Тараза и многих других. Особо выделю проекты реконструкции и расширения объектов столичного энергокомплекса.

В данный момент мы в процессе согласования данных приобретений в уполномоченных госорганах. Надеемся закончить этот процесс не позднее весны следующего года, когда эти предприятия войдут в ЦАЭК. Любая крупная западная энергетическая компания имеет в свой структуре собственные инжиниринговые подразделения, и мы не хотим отставать от требований времени.

— А ребрендинг не планируете проводить? Такие ретроназвания…

— Это исторические наименования, а мы в своих проектах, наоборот, стараемся их подчеркивать. Поэтому после объединения павлодарских энергетических активов мы сознательно решили вернуть их прежнее название — «ПАВЛОДАРЭНЕРГО». Помните, как назывались эти компании в советские времена: производственное объединение энергетики и электрификации «Павлодарэнерго», «Карагандаэнерго» и так далее. Люди в регионах очень это ценят, ведь за этими названиями стоит многолетняя стабильность. Сегодня и «ПАВЛОДАРЭНЕРГО» и «СЕВКАЗЭНЕРГО» входят в число самых устойчивых энергокомпаний Казахстана.

Игра на двух тенденциях

— В этом году вы презентовали проект модернизации тепловой системы в Павлодаре, Экибастузе и Петропавловске. Но ведь это не первый проект такого рода. Когда ЦАТЭК начал модернизацию своих энергетических активов?

— Как нормальные собственники мы заинтересованы, чтобы наши активы капитализировались. Но напомню ситуацию конца 1990-х — начала 2000-х, мы покупали уже изрядно изношенные активы, построенные в советское время, действовавшие в то время тарифы не позволяли не то что модернизировать — не всегда удавалось производить ремонт станций в нужном объеме.

Серьезная модернизация началась несколько лет назад с принятием известного постановления правительства РК 2009 года о так называемых предельных тарифах. В соответствии с ним в тариф по электроэнергии была включена инвестиционная составляющая. Тогда и пошли первые за много лет серьезные инвестиции в отрасль. Выделю Европейский банк реконструкции и развития (ЕБРР), который поверил в нас и еще в 2007 году предоставил нам кредит в 30 миллионов долларов на установку турбоагрегата ст. №1 на Павлодарской ТЭЦ-3. Хочу обратить ваше внимание на длительность инвестиционного цикла в энергетике: эту турбину мы запускаем только через месяц. Только два года нам ее изготавливали, 1,5 года занял монтаж. То есть весь процесс занял более 3,5 года, тогда как окупаться он будет в течение последующих 10 — 15 лет. И это лишь одна турбина, а всего их шесть на Павлодарской ТЭЦ-3.

В Петропавловске по тому же сценарию на место старых турбин ТЭЦ мы устанавливаем новые. Там же меняем и ставим новое котельное оборудование. Все новое оборудование гораздо эффективнее и производительнее старого. В итоге модернизации в рамках инвестиционной программы по постановлению правительства РК 2009 года к 2016 году мы где-то на треть успеем модернизировать и заменить оборудование на наших ключевых станциях.

Проекты модернизации тепловых сетей тоже по-своему уникальны. В рамках соглашения с ЕБРР и Фондом чистых технологий (Clean Technology Fund, CTF) нам предоставлен заем в 40 миллионов долларов на модернизацию теплосетей в указанных вами трех казахстанских городах. Насколько я знаю, сегодня в РК модернизацию теплосетей такого масштаба не производит ни одна частная компания. В технологическом плане с этим проектом мы переходим от ремонта сетей к их модернизации. Меняются трубы, кладется предызолированная труба, устанавливается автоматика, контролирующая тепловые режимы. Наша главная задача — снизить уровень тепловых потерь при передаче с сегодняшних 33 до 20%. Это как раз то повышение энергоэффективности, о котором говорит президент Казахстана Нурсултан Назарбаев.

— Каковы основные направления стратегии развития энергетических активов холдинга?

— Компания заинтересована в развитии и капитализации энергетических активов. Сегодня в экономике страны прослеживаются две тенденции. С одной стороны, цена энергоресурсов растет и уже действующие предприятия интенсивно внедряют энергосберегающие технологии. Поэтому мы понимаем, что от существующих клиентов большого роста потребления ждать не приходится. С другой стороны — строятся новые предприятия, увеличивающие потребление электроэнергии. И, отвечая на этот вызов, ЦАЭК готова строить новые станции, новые энергоблоки, модернизировать устаревшие мощности. Например, согласно нашей стратегии из имеющихся у нас четырех энергогенерирующих источников на двух планируется модернизация и реновации с расширением, а на смену двум другим объектам рядом будут строиться новые электростанции: анализ показывает, что размещать новое оборудование в старых корпусах уже нецелесообразно. Речь идет о Павлодарской ТЭЦ-2 и Экибастузской ТЭЦ с более чем пятидесятилетним стажем. Касательно Экибастузской ТЭЦ — мы планируем на ее площадке построить совершенно новую теплоэлектростанцию мощностью 300—400 мВт, учитывая доступность ресурсов — близость угольных разрезов. Новая ТЭЦ сможет поставлять на рынок и электроэнергию, и тепло, тогда как нынешняя станция вырабатывает электроэнергию только для собственных нужд. Кроме того, серьезнейшее внимание в инвестиционной программе уделяем вопросам экологии — вредные выбросы по итогам программы уменьшатся в пять (!) раз.

— Когда мы беседовали год назад, вы очень позитивно отзывались о таком инструменте, как тариф в обмен на инвестиции. Уже скоро, с 2016 года, АРЕМ планирует внедрить новый инструмент — рынок мощности. Как вы относитесь к этой новации?

— В мире существуют два типа рынка электроэнергии. Первый — обычный рынок электроэнергии, как сегодня в Казахстане, а второй — рынок электроэнергии, комбинированный с рынком мощности. В двух словах, рынок мощности — это мощность, которую ты можешь не производить в настоящий момент, но в любой момент можешь ее поставить на рынок. То есть тариф в данном случае закладывается из двух составляющих — тарифа на электроэнергию и плату за мощность. Рынок мощности важен для инвесторов в новые станции: он дает гарантии того, что постоянные затраты на содержание станции будут покрываться потенциальными потребителями даже без физической поставки самой электроэнергии. В этом заинтересованы главным образом крупные промышленные компании, готовые платить за определенную мощность, которую они могут потребить.

Как инвесторы, мы только приветствуем создание такого рынка. Но считаем, что текущий вариант концепции рынка мощности нуждается в доработке. Вопросы в основном в деталях: кто будет оператором рынка, как будут приниматься решения. В России, например, оператор рынка — некоммерческая организация, в которой партнеры — все участники рынка мощности. У нас же планируется, что оператор будет создан под эгидой одного из участников рынка. Мы считаем, что компания-оператор должна быть некоммерческим партнерством, а решения приниматься совместно. Хотя, несколько абстрагируясь от обсуждения, в Германии, к примеру, спокойно живут вовсе без рынка мощности, довольствуясь обыкновенным рынком электроэнергии.

Удачный химический опыт

— Еркын Адамиянович, чем руководствовались акционеры ЦАТЭК, приобретая «Каустик»? Ведь эта компания на тот момент требовала крупных инвестиций, а главное — находилась в, казалось бы, чуждой для ЦАТЭК сфере промышленной химии.

— Этот проект имеет долгую историю. В 2004 году, когда мы купили павлодарский «Каустик», у нас уже наметилась специализация в электроэнергетике. Надо заметить, что этот химзавод был крупным потребителем электро- и теплоэнергии с нашей Павлодарской ТЭЦ-3. И мы были заинтересованы, чтобы этот завод работал, а он к моменту нашего прихода стоял ровно 10 лет и находился в таком состоянии, что там можно было снимать фильм «Сталкер». В 2008 году после череды структурных преобразований, в ходе которых неоднократно пересматривались структура собственности, подход к технологическому решению проекта, было наконец открыто финансирование в АО «Банк развития Казахстана». В течение 2009 — 2010 годов было закуплено и смонтировано новейшее экологически чистое оборудование по производству хлора и каустической соды, и в декабре прошлого года завод был запущен. Сегодня «Каустик» вышел на проектную мощность, и мы занимаемся восстановлением рынков сбыта. «Каустик» будет работать на стопроцентное импортозамещение продуктов промышленной химии, которые ранее в РК не производились — каустическая сода, хлор, соляная кислота. Наши потребители — крупнейшие металлургические заводы, и пока мы замещаем 85% импорта.

— В августе появилось сообщение о том, что «Каустик» и «Казатомпром» планируют реализовать совместный проект в павлодарской СЭЗ по производству полиалюминиумхлорида стоимостью 200 млн долларов. Когда планируется построить и запустить это предприятие? Откуда будет привлекаться финансирование?

— Сейчас мы ведем переговоры с «Казатомпромом» о стратегическом партнерстве. Весь процесс добычи этой компании строится на одном химическом процессе — подземном выщелачивании. Так как «Казатомпром» импортирует практически 100% реагентов, компания заинтересована, чтобы на площадях «Каустика» было запущено производство химреагентов. И это будет не только полиалюминиумхлорид, речь идет о четырех-пяти совместных проектах. Каких — пока называть не стану, идет переговорный процесс.

— Какие еще «нестандартные» отрасли интересны ЦАТЭК, кроме химической? Можно ли ожидать появления ЦАТЭК, скажем, в области IT?

— Неожиданностей от нас, наверное, лучше не ждать. Хотя в сфере IT у нас есть проект — мы в 2002 году открыли представительство Apple в Казахстане, когда об этой компании здесь мало кто знал. Но этот проект (кстати, единственный торговый у нас) — не в структуре ЦАТЭК.

— В какой перспективе можно рассчитывать на выход ЦАЭК на IPO?

— IPO дает возможность получить справедливую стоимость компании, поэтому для нас IPO является важной целью в перспективе нескольких лет. Если говорить о сроках, то это буквально 2014—2015 годы. Мы уже можем твердо сказать, что это будет двойной листинг. К тому времени у местных эмитентов появится аппетит для выхода на иностранные рынки и уже точно заработает норма об обязательном листинге на KASE всех компаний, выходящих на листинг за рубежом. Поэтому у нас точно будет листинг в Казахстане и на одной из зарубежных площадок. Сейчас рано говорить на какой, рассматриваем несколько вариантов — Лондон или Гонконг. Все будет зависеть от ситуации на рынке. По большому счету, глобальная ситуация такова, что особенной разницы нет. Да, Гонконг представляет интерес для эмитентов, которые реализуют свою продукцию в Китае, а Лондон более интернациональная площадка. Но если дела в мировой экономике будут складываться хорошо, то листинговаться в обоих местах станет одинаково выгодно.

— Некоторые дочерние компании ЦАЭК — АО «СЕВКАЗЭНЕРГО» и АО «ПАВЛОДАРЭНЕРГО» — уже вышли на KASE с долговыми инструментами. Правда, «СЕВКАЗЭНЕРГО» — еще и с акциями, которые целиком были выкуплены ЦАТЭК. Какие еще активы ожидает выход на биржу с облигациями, какие активы планируется выводить на местное IPO?

— Акции дочек мы пока размещать не намерены. Мы ожидаем, что сам ЦАЭК вскоре проведет листинг своих акций на бирже. Что касается долговых инструментов, то они пользуются спросом на KASE — это касается всех дочек. Планируются дополнительные эмиссии облигаций уже в следующем году.

— Несколько субъективный вопрос: какую сделку группы вы считаете наиболее успешной?

— Успешной можно назвать сделку по приобретению Access Energo, которое сейчас называется АО «СЕВКАЗЭНЕРГО», сделка 2007 года. Она была проведена быстро, правильно спланирована. С покупкой этого актива мы выросли из регионального игрока в одного из лидеров отрасли. Тогда ЦАЭК и стал самой крупной частной электроэнергетической компанией, которой является сейчас. У нас сегодня 1 ГВт собственной мощности и большие планы по наращиванию генерации.

Вторая памятная сделка, думаю, стала следствием той стратегии, которую приняли акционеры ЦАТЭК при покупке «СЕВКАЗЭНЕРГО». В марте 2009 года решение войти в наш капитал принял один из авторитетнейших институтов развития в мире — ЕБРР. Не мне вам рассказывать, что такое весна 2009 года, когда в стране у бизнеса, особенно у предпринимателей, занятых в промышленности, были различные ожидания от будущего. И тут ЕБРР покупает почти 18% акций частной электроэнергетической компании за 9,2 миллиарда тенге, или 46 миллионов евро!

— ЕБРР, как правило, выходит из капитала компаний, куда инвестирует. Есть ли сроки, в которые банк выйдет из ЦАЭК?

— У нас с ЕБРР прописана такая возможность — банк может выйти из состава акционеров в 2015 году. Одним из механизмов выхода по нашему соглашению является процедура IPO, куда пойдет дополнительная эмиссия акций корпорации. ЕБРР сможет включить туда свой пакет. Полагаю, они видят, что компания развивается, растет в цене, поэтому логичнее всего вернуть инвестиции на публичном рынке. Наша обязанность — предоставить ЕБРР такую возможность, но решать, что делать с акциями, они будут сами. Может быть, и продадут. А может быть, они будут так довольны рыночной стоимостью акций ЦАЭК, что придержат их.

— Но пока акционеры в ЦАЭК только приходят…

— Именно так. В апреле уходящего года около 12% компании приобрел Исламский инфраструктурный фонд (ИИФ). Сумма сделки составила 50 млн долларов. Замечу, что этот фонд является совместным Joint Ventures между Азиатским банком развития и Исламским банком развития. Таким образом, мы имеем в числе своих акционеров сразу три банка развития — АБР, ИБР и ЕБРР. Я не знаю в стране других компаний, в учредителях которых есть одновременно три этих влиятельнейших мировых института развития.

Статьи по теме:
Казахстан

От практики к теории

Состоялась презентация книги «Общая теория управления», первого отечественного опыта построения теории менеджмента

Тема недели

Из огня да в колею

Итоги и ключевые тренды 1991–2016‑го, которые будут влиять на Казахстан в 2017–2041‑м

Казахстан

Не победить, а минимизировать

В Казахстане бизнес-сообщество призывают активнее включиться в борьбу с коррупцией, но начать эту борьбу предлагают с самих себя

Международный бизнес

Интернет больших вещей

Освоение IoT в промышленности позволит компаниям совершить рывок в производительности