Протест, и как с ним обращаться

Редакционная статья

Протест, и как с ним обращаться

Национальной идеей принято называть то, что сплачивает большую часть нации: учителей, врачей, бизнесменов, художников, журналистов и даже чиновников. В Советском Союзе, начиная с 1950‑х, как отмечают многие очевидцы, национальной была идея «лишь бы не было войны». Народ так настрадался в Великую Отечественную, что готов был принять почти любые решения власти. Антиправительственные выступления, конечно, происходили, но население в целом с пониманием относилось к репрессивным мерам по отношению к несогласным. И если осуждало диссидентов, то чаще всего не из любви к власти, а по-житейски: глупо теленку бодаться с дубом.

После распада СССР многим бывшим советским гражданам пришлось принять и войну, и существенное снижение уровня жизни, и даже эмиграцию. В одних постсоветских странах утвердились более мягкие, в других более жесткие режимы. Более жесткие продолжали эксплуатировать старую мифологему, которая теперь еще и приписывала авторитарному лидеру роль спасителя от войны и бедности. При этом протестная активность жестко пресекалась на корню. Более мягкие протест давили, но вяло.

Заметная поляризация позиции властей разных стран по отношению к протестам произошла после серии т.н. «оранжевых революций», развивавшихся по похожему сценарию: мирная акция против авторитарного режима перерастала в беспорядки, а затем в переворот, в результате которого к власти приходили вожди протестующих. Болезненную реакцию авторитарных режимов на уличный протест усиливало то, что оранжевые революции, по расхожему мнению, инспирировали внешние силы.

В связи с этим в ряде стран, в том числе и Казахстане, законодательство о мирных собраниях было ужесточено настолько, что перестало, по мнению правозащитников, соответствовать международным нормам. Мирные собрания стали акциями, на которые нужно получать разрешение местных властей. Были закреплены городские зоны для мирных акций — обычно на окраинах. Страдает не только гражданское чувство, но и логика. Например, если алматинцы захотят собраться и выразить поддержку пострадавшим от террористических атак полицейским, они должны сделать это не перед зданием полицейского управления, на которое напал террорист, а в полузаброшенном сквере в спальном районе.

Стоит напомнить, что в Казахстане сама национальная государственность возникла в результате акции протеста. Речь идет об откочевке джучидских султанов Керея и Джанибека от шайбанида Абу-л-Хайра, узурпировавшего власть в этой части Улуса Джучи. После этой откочевки и образуется степное государство, упоминаемое в источниках, как Казахское ханство. Если верить Дулати, название ханства — характеристика протестной активности создавших его людей, ведь этноним «казак» означает «свободный, вольный человек».

Понятно, чего боится власть — дестабилизации политической обстановки. И эти опасения объяснимы, если речь идет о слабом государстве, и вызывают недоумение, если о сильном. Сильное государство — это государство устойчивое, способное адекватно и эффективно реагировать на несогласных, как бы они ни проявляли свое несогласие — в мирной или агрессивной форме. В такой формулировке «сильное государство» нравится всем, и большинство казахстанцев хочет жить именно в такой стране вне зависимости от того, как они относятся к действующей власти.

Но является ли наше государство сильным в этом смысле? Ответ на этот вопрос дать сложно. С одной стороны, у нас довольно оперативно и эффективно пресекаются межэтнические конфликты, идет упорная борьба с терроризмом. С другой — наше законодательство о мирных собраниях не выдерживает никакой критики у правозащитников. Практика работы власти с мирными собраниями оставляет желать лучшего. Полицейские, засовывающие в автозак безоружных женщин и стариков, начальник полиции, исступленно кричащий на собравшихся в кучку журналистов перед строем «космонавтов» с дубинками — это такое же свидетельство слабости и непрофессионализма, как и огонь боевыми по участникам беспорядков в Жанаозене, только во втором случае не удается избежать крови.

Нашей власти еще предстоит научиться работать с протестом: подготовить местные власти, как контактировать с протестующими, обучить правоохранительные органы более мягкому отношению к участникам мирных собраний. Но начать эту работу следует с принятия того факта, что протест — не всегда насилие, что мирный протест — нормальная форма современной политической жизни. Бороться надо не с ним, а с источником недовольства. И, конечно, необходимо строить эффективные государственные институты.

Читайте тему номера: Страна без майдана

Статьи по теме:
Люди и события

От кризиса до взлета

В Алматы завершился 13-й Международный турнир по гольфу Kazakhstan Open, победителями которого вновь стали западные спортсмены. Когда в отечественных турнирах начнут побеждать наши гольфисты?

Экономика и финансы

Сказка о неразменном тенге

В Казахстане растет спрос на кредитные карты через пять лет после начала их массового выпуска

Казахстанский бизнес

Спортивный азарт

Букмекерские конторы в РК предлагают удалить от клиентов

Тема недели

Якоря и планктон

Львиную долю капзатрат аккумулируют крупные индустриальные проекты: по итогам 2016 года на 10 из 127 проектов пришлось 80%