Надзорное измерение

Проектный офис в Генпрокуратуре призван сделать из косной линейно-функциональной структуры современный самотрансформирующийся госорган

Надзорное измерение

Трансформация крупных бизнес-структур обычно сопровождается созданием при руководстве или центральном аппарате компании проектных офисов, которые занимаются разработкой, планированием и внедрением изменений.

Известие, что такой же проектный офис в ноябре минувшего года запустили в Генпрокуратуре РК сразу вызвало серию вопросов — все-таки компания, пусть даже государственная, это представитель одного мира, где целью является извлечение прибыли, а госорган, да еще и силовой — другого. Что между ними может быть общего?

Оказывается, общего не так уж и мало, поскольку главный объект трансформации — процессы деятельности остаются процессами и в частной фирме, и в силовом ведомстве.

Проект, начатый «с санкции» генпрокурора Жакипа Асанова при поддержке Администрации президента (АП) и правительства, сегодня набрал полный ход. В функции проектного офиса входят: мониторинг реализации проектов и задач программы перемен, методологическое обеспечение и содействие командам проектов, внедрение стандартов и инструментов проектного менеджмента, а также разработка системы мотивации проектного персонала.

Наперекор традициям

Для того чтобы осуществлять надзор за другими, необходимо в первую очередь самому соответствовать высоким стандартам и требованиям, примером, образцом, и эту высокую ответственность руководство Генпрокуратуры осознает, считает государственный инспектор АП, руководитель проектного офиса Генпрокуратуры РК Арман Евниев.

«Первый руководитель Генеральной прокуратуры принял такое решение. Я понимаю, это было нелегкое решение — попытаться изменить себя, работающих вокруг тебя людей, систему. И это, безусловно, риск», — рассказывает он. «В целом стоит большая задача — изменить, трансформировать прокуратуру. И эти изменения в сторону справедливой прокуратуры подразумевают, в том числе, создание проектного офиса, как один из основополагающих инструментов», — отмечает председатель Комитета по правовой статистике и специальным учетам Генпрокуратуры Багдат Мусин.

По мнению собеседников, накопленный другими странами опыт свидетельствует о том, что проектный менеджмент можно с успехом использовать не только в бизнес-проектах, но и в государственном управлении Казахстана. При этом, возможно, и нет необходимости в том, чтобы полностью распространить весь стандарт проектного управления на прокуратуру. «Неизбежно нужно его адаптировать, потому существует своя специфика. Прокуратура ничего не строит, не покупает, не продает. Прокуратура оперирует совершенно другими категориями», — подчеркнул г-н Евниев.

В то же время практика проектного менеджмента входит в противоречие с существующими в Казахстане традициями. «У нас линейно-функциональные организационные структуры. Сложные вопросы порой потому и не решаются, что, как правило, охватывают несколько сфер. Если это министерство, то в нем могут быть задействованы несколько департаментов, или вопрос охватывает вообще несколько министерств, акиматов», — полагает руководитель офиса.

Народа для

Проектным офисом была разработана программа перемен прокуратуры Казахстана «Прокуратура для народа». Реализацию программы планируют провести в 2017–2018 годах в три этапа: начнут работу с анализа проблем и выявления их причин, затем начнут разработку и реализацию проектов, а третьим этапом станет оценка результатов и устойчивости программы.

По словам Армана Евниева, в программу перемен прокуратуры включены 52 задачи, которые распределены по 10 проектам и охватывают все направления деятельности надзорного органа. За каждым из проектов закреплены кураторы из числа сотрудников ведомства, руководители, главные менеджеры, менеджеры и региональные менеджеры.

«Проектный менеджмент требует четкой персонификации ответственности. Поэтому он многим не нравится. В госорганах мы привыкли создавать какой-то сложный вопрос, зависеть от многих департаментов или министерств, даже акиматов. Создаем какую-то рабочую группу, межведомственную комиссию. А у госслужащего, который в эти списки попал, есть своя работа. И он, между своими текущими делами, впопыхах берет какие-то бумаги, приходит на эту группу», — отметил он.

Таким образом можно собираться по многу раз и ни к чему не прийти, продолжает г-н Евниев. И в этом, возможно, кроется причина неэффективности принимаемых в стране программ. В проектной работе за конкретными лицами закреплена персональная ответственность. «У каждого проекта будет куратор, руководитель. И он знает, какие задачи в его проект вошли и ориентируется на программу, смотрит, за какие задачи отвечает, и добивается результатов. Это не пресловутый план мероприятий, где цели ни за кем лично не закрепляются, они записаны в общем за ведомством», — добавляет руководитель проектного офиса.

Целевыми индикаторами в программе перемен обозначены уровень доверия населения и индекс верховенства права. Первый индикатор привязан к показателю удовлетворенности общества деятельностью государственных органов в Казахстане, второй — к позиции страны в международном рейтинге по измерению качества функционирования системы правосудия. Согласно рейтингу The World Justice Project по итогам 2016 года Казахстан расположился на 73‑й позиции среди 113 стран мира в рейтинге функционирования системы правосудия.

Выполнение целей программы будет обеспечено через реализацию четырех ключевых направлений: формирование новой организационной культуры, совершенствование процессов и внедрение сервисного подхода, совершенствование технологий и создание системы непрерывного улучшения. Пользу от реализации программы должны получить общество и бизнес, государственные и правоохранительные органы, а также, конечно, сотрудники прокуратуры. И одним из важных результатов реализации программы является повышение уровня доверия прокуратуре Казахстана и его сотрудникам.

«Самая главная цель состоит в том, чтобы люди поверили правоохранительным органам, в том числе прокуратуре. Нужно повысить уровень доверия населения. Сейчас уровень доверия низкий. И наша цель поднять его, в том числе, за счет трансформации, изменения отношения людей», — сказал Багдат Мусин.

Рабочая трансформация

Г-н Мусин уверен в том, что проектный офис необходим в каждом государственном органе: «Это жизненная необходимость. Мы отстали от мира, к этому надо было давно переходить. Потому что есть текущая деятельность, а есть развивающая деятельность. Развивающая деятельность должна управляться именно через проектные подходы. А у нас перемешано: “вешаем” проекты на госслужащих сверх их работы. Поэтому они порой не знают, что им делать — выполнять на сто процентов свою текущую деятельность или же заниматься проектами».

Проектная деятельность позволяет максимально эффективно организовать трудовую деятельность, даже в рамках органов прокуратуры, утверждает глава комитета ГП. «Кто создает волокиту? Она идет сверху, бюрократия идет сверху. Генеральный прокурор дал указание избавляться от всего ненужного. Что также не дает, не повышает или не дает никакой прибавки к стоимости», — подчеркивает он.

При этом Багдат Мусин приводит пример из своей текущей деятельности: «Чтобы отправить одну бумажку из территориального органа в центральный орган комитета, нужно пройти сначала через четыре уровня согласования, а затем еще четыре уровня. Из регионов высылаются карточки, а в центре их нужно проверить и забить в базу данных. Работа несложная, постоянная, два исполнителя сидят и штампуют однотипные документы». В итоге было принято решение, чтобы эти сотрудники — в регионах и в центре — вели такую работу напрямую. Таким образом, удалось высвободить другой персонал, косвенно занятый в процессе пересылок карточек.

В свою очередь Арман Евниев считает, что применение проектного менеджмента является одним из основных средств при противодействии коррупции. «Блатных в команды не возьмут, потому что руководитель, который отвечает за конкретный проект, будет отвечать своей головой. Балласт будет просто отсеиваться, иначе руководитель пострадает сам. Поэтому проектный менеджмент — это лакмусовая бумажка для выявления таких людей, которые находятся не на своем месте», — поясняет он.

Кроме того, в проектной деятельности существует целая система контроля над потоками финансовых ресурсов в режиме онлайн. «Вот почему во многих госкомпаниях сопротивляются его внедрению. Потому что привыкли делать бизнес не на доходах, а на расходах», — отмечает руководитель проектного офиса ГП.

Проекты на поток

Между тем из реальной практики известно, что внедрение проектной деятельности усиливает адаптацию компаний к изменениям окружающего мира. Компании становятся более эффективными, мобильными, гибкими. Это потребует и неизбежного изменения в организационных структурах, считает Арман Евниев.

«Мы уйдем от этих армейских шаблонов, линейно-функциональных структур в госуправлении. Мы будем внедрять матричные, проектно-ориентированные структуры, когда часть людей будет занимать какие-то штатные должности, а часть — работать в проектных командах. Отработали в проекте, добились цели, и проект закрылся, а далее эти люди будут переходить на другие проекты», — иллюстрирует он. И в перспективе в Казахстане управление проектами на госслужбе будет, как и в бизнесе, проходить в режиме онлайн. «Для этого будут работать информационные системы, все будет автоматизировано, будут обучены люди. Проекты будут реализовываться качественно, быстро, в сроки. Если мы поставили себе целью улучшить доверие населения, то оно будет улучшаться», — заявляет руководитель проектного офиса.

Также г-н Евниев убежден в том, что в скором времени в нашей стране появится когорта людей, которые, реализуя проекты, будут таким образом делать свою карьеру: «На самом деле мы станем свидетелями, я думаю, в ближайшие два-три года того, что будет создаваться такой вид услуг. Будут создаваться команды профессионалов в проектном менеджменте, которые будут предлагать различным компаниям, в том числе и госорганам, услуги по организации и ведению деятельности проектного офиса. Этот новый вид бизнеса скоро откроется. Для Казахстана это будет относительно ново».

Работа на будущее

В перспективе сама прокуратура Казахстана должна стать самоизменяющейся структурой, в которой трансформация будет происходить изнутри, уверены собеседники. «За два года мы должны дать результаты не только по проектам, но также создать саморазвивающуюся структуру, которая будет внутри себя рождать, осуществлять проекты, показывать результаты и так далее. Это должна быть структура, которая живет в ногу со временем, с реальностью, и которая учитывает все мировые тенденции, тренды», — убежден Багдат Мусин.

По словам Армана Евниева, у проектного офиса Генпрокуратуры триединая задача. «Первое — дать старт программе перемен. Второе — существует необходимость в разработке программы межведомственного партнерства, как этап в развитии проектного офиса. С программой перемен внутри прокуратуры мы стартовали. Параллельно нужно будет вести работу по программе межведомственного партнерства с другими правоохранительными органами. Возможно, придется стать проектным офисом всех правоохранительных органов», — рассказывает он. Но его создание будет являться уже следующим этапом эволюции проектного офиса. «И третье — когда программа межведомственного партнерства будет создана, нужно будет двигать работу дальше, а это означает разработку новых программ, новых индикаторов, постановку новых сроков», — подчеркивает г-н Евниев, отметив, что пока это является лишь предметом обсуждения.

В любом случае в перспективе необходимо помочь создать подобные проектные офисы в каждом правоохранительном органе, и процесс может пойти. «Но мы точно уже не вернемся назад. По моему мнению, в Генпрокуратуре собралась достаточно серьезная команда профессионалов. Вижу, что люди настроены на изменения, готовы в этом участвовать. Поэтому в этом смысле, я считаю, точка невозврата в прокуратуре была пройдена, — говорит он. — Дальше, я думаю, работа пойдет быстрее. Буквально за два-три года мы очень сильно продвинемся». Ведь обладая достаточно серьезными функциями по влиянию на другие госорганы, прокуратура может транслировать практику проектного менеджмента и на другие государственные органы, помогать, подсказывать, поддерживать.

Статьи по теме:
Политика и экономика

В поиске стабильности

Канада заинтересована в еще более тесном сотрудничестве с Казахстаном, но на предсказуемых условиях

Спецвыпуск

Недра, о которых забыли

Еще не пройдя ценовой кризис, горнодобывающий сектор страны на полном ходу входит в ресурсный

Казахстан

Музыка нас связала

В казахстанский прокат вышла весенняя комедия «Оралман из Питера» — творческий кинодебют композитора Армана Дуйсенов и клипмейкера Алена Ниязбекова

Люди и события

Восточные мудрецы и восточные красавицы

После долгого перерыва в Кастеевке возобновил свою работу зал искусства Востока